Принцесса для брачного союза

      — Чтобы ты понимал, как я сейчас себя чувствую — мне в задницу как будто затолкали дуриан*.       Погрузив свое тело в купальню, Фэн Янь попытался расслабиться, но вдруг обнаружил, что это ненасытное чудовище не намерено останавливаться на достигнутом. Принц Юй разделся и погрузился в воду рядом с ним. Он уже потянул к нему свои руки, собирался приласкать и поцеловать, но прежде, чем их губы снова встретились, Фэн Янь решил поделиться с ним своими ощущениями. Услышав его слова, принц Юй застыл.       — И он все еще там, — добавил Фэн Янь, глядя ему прямо в глаза. — А еще у меня вся спина в ссадинах, потому что газончик, прямо скажем, это тебе не шелковые небеса!       Лицо принца Юя медленно осунулось, с него пропало выражение трепетного вожделения и предвкушения. На него вдруг снизошло осознание всего того ужаса, что он устроил.       — Но ты же… — пробормотал он, с видом заруганного домашнего пса, который хотел порадовать хозяина, но вместо этого получил взбучку.       — Да, в результате я все же получил удовольствие, — признал Фэн Янь. — Но это было трудно. И прямо сейчас я не уверен, что мне когда-нибудь захочется повторить этот опыт.       Принц Юй вздрогнул. На лице его отразился неподдельный ужас. Фэн Янь даже успел пожалеть о своих словах, решив, что они прозвучали, пожалуй, чересчур жестоко. Но с другой стороны этот неразумный ребенок заслужил наказание. Он должен, как следует, проникнуться той болью, что причинил любимому человеку, все осознать и сделать выводы.       — Я… все испортил?.. — сдавленно пробормотал принц Юй.       По поверхности воды пошла мелкая рябь. Принца Юя колотила дрожь.       «Как-то он слишком остро отреагировал… — с опаской подумал Фэн Янь. — Он ведь не убьет себя?».       — Эй, — мягко позвал он, придвинувшись к принцу.       Фэн Янь осторожно коснулся пальцами его лица, а затем наградил его нежным утешительным поцелуем в щеку. Принц Юй вздрогнул, отчаянно сжав кулаки под водой.       — Я больше… Я больше так не буду… — пробормотал он. — Я не хотел причинять тебе боль… Я… Я виноват…       — Хороший мальчик, — не удержавшись, произнес Фэн Янь, потрепав его по макушке. — Ну, у меня тоже нет опыта в подобных отношениях с мужчинами, будем учиться доставлять друг другу удовольствие и работать над твоим самообладанием.       Принц Юй кивнул и вдруг осекся. С надеждой посмотрев на Фэн Яня, он спросил:       — Это значит… Ты… Ты не ненавидишь меня?..       — Глупый ребенок! Если бы я тебя ненавидел, ты бы и близко ко мне не подошел с подобными намерениями! За кого ты меня принимаешь?! — возмутился Фэн Янь.       — Я… — выдохнул принц Юй с явным облегчением. — Скажи, что я должен делать?!       — Ты должен слушаться меня во всем, что касается моего тела! — сразу же заявил Фэн Янь. — Я научу тебя, как со мной обращаться.       — Хорошо! — с готовностью воскликнул принц Юй.       — Никакого насилия! — продолжил Фэн Янь.       — Хорошо!       — Если я прошу тебя остановиться — ты останавливаешься! Без вопросов!       — Да!       — Вот и хорошо. А теперь я хочу привести себя в порядок и лечь спать. Было бы неплохо раздобыть какую-нибудь мазь от боли и отеков…       — Я пошлю слуг к лекарю!       — Лучше сходи сам.       Поймав на себе взгляд, полный тревоги и отчаяния, Фэн Янь добавил:       — Да не убегу я! Бегать я смогу еще не скоро... Но мне необходимо личное пространство, понимаешь?       Принц Юй сдержано кивнул.       — Я прикажу подготовить чистую одежду для сна, — произнес он и поднялся.       Струйки воды стекали по его крепкому телу, огибая мышцы. Возбуждение так до конца и не отступило. Его член все еще был немного приподнят. Одного движения хватило бы, чтобы он снова пришел в боевую готовность. Однако принц Юй безропотно покинул купальню, оставив Фэн Яня наедине с собой.       — Вот черт… — выдохнул тот, наконец, расслабившись. — И как все так обернулось?..       Несмотря на то, что его зад буквально полыхал от первого и не совсем удачного гомосексуального опыта, его член снова затвердел, не оставив ему иного выбора, кроме как удовлетворить себя самостоятельно.       «Может, стоило позволить ему остаться? — подумал Фэн Янь, крепко сжимая свой член. — Остаться и понаблюдать?.. Преподать первый урок самоконтроля? Хотя нет… Это пока что слишком для него».       С этим озабоченным маньячиной стоило быть поосторожнее. Нельзя было провоцировать его, пока он не научится держать себя в руках.       «Надо будет связать его и устроить ему представление, — продолжая ублажать себя, думал Фэн Янь. — Заставить его наблюдать, как я играю с собой. Интересно, какое у него будет выражение лица? Представляю, как он будет дрожать от возбуждения. Можно даже вставить в себя что-нибудь… Хммм… Овощи? Или заказать у какого-нибудь мастера специальные игрушки?».       Размышляя об этом и в красках представляя себе, как будет изнывать и дрожать от возбуждения его прекрасный Цинь Лун, Фэн Янь ускорился, не обращая внимания на плеск воды. Его задница болезненно сжималась, но это только добавляло остроты и пикантности. Ему все еще казалось, что внутри что-то есть и он начал двигаться так, будто это действительно так.       — Боже мой, я конченый извращенец! — вдохнул он, чувствуя, что наслаждение вот-вот захлестнет его. — Цинь Лун…       С этим именем на губах, он кончил и, судорожно сжавшись, опустился в воду по шею. Полежав неподвижно какое-то время, он почувствовал, что из его зада все еще вытекает сперма.       — Твою мать… сколько же ты сдерживался, что столько накопилось?.. — пробормотал он.       Убедившись, что все чисто, Фэн Янь поспешил выбраться из воды и потянулся за полотенцем. Пока он вытирался и размышлял о собственной физиологии, ему в голову пришла странная мысль:       «Это ведь не одна из тех вселенных, в которых мужики рожают?.. Как там?.. Альфы и омеги?».       Будучи активным пользователем интернета и просто увлекающимся человеком, Фэн Янь неизбежно натыкался на подобный контент. Однажды он читал пошленький гетеросексуальный роман на эту тему. Омегами были женщины с определенными физиологическими особенностями, но там же упоминались и мужчины-омеги, которые в обществе считались мусором, и, тем не менее, безумно сексуальным мусором. Из комментариев к той истории Фэн Янь и узнал о существовании омегаверса.       «Да ну… Быть не может… — взволнованно подумал он. — Я бы уже наверняка о чем-нибудь таком услышал… Бред какой-то… Нет в этом мире ничего подобного!».       Вернувшись от лекаря с целебным снадобьем, принц Юй обнаружил Фэн Яня спящим в его постели. Он накинул лишь нижний халат для сна, а штаны скрутил и подложил под голову, устроившись ниже подушки. Принц Юй напряженно сглотнул, окинув взглядом его обнаженные ноги. Фэн Янь лежал на боку, одну ногу вытянув, а вторую подтянув к груди. Тонкий нижний халат едва прикрывал его ягодицы, но их очертание было слишком уж явным. К тому же он плохо вытерся, и ткань пропиталась влагой. Из-за этого она облепляла все выпуклые части тела и немного просвечивала.       — Фэн Янь… — тихо позвал принц Юй. — Я принес мазь…       Тот не откликнулся и даже не пошевелился.       — Фэн Янь… — осторожно присев рядом, снова позвал принц Юй.       Однако мужчина в его постели крепко спал, беззаботно посапывая, и не думал просыпаться. Принц Юй склонился над ним и нежно поцеловал в висок.       — Прости… — прошептал он. — Прости, что причинил тебе боль…       Он хотел бы оставить снадобье рядом с кроватью, чтобы Фэн Янь мог воспользоваться им, когда проснется, но лекарь сказал, что лучше нанести его как можно скорее, чтобы подействовало эффективнее. Поколебавшись, принц Юй все же решился приподнять полу халата.       Представшее перед ним зрелище вызвало у него крайне противоречивые чувства: жалость и беспокойство, наряду с чувством вины, но в то же время это завораживало и возбуждало. Принц Юй разрывался между: «Я причинил ему боль» и «Я хочу его прямо сейчас». Однако он сумел взять себя в руки. Открыв склянку и щедро зачерпнув мазь, он поднес дрожащую руку к пострадавшей части тела Фэн Яня. Дыхание его замерло, когда он коснулся припухшей кожи и аккуратно растер по ней снадобье. Оно оказалось очень жирным, и кожа вмиг стала скользкой. Принц Юй отдернул руку, чувствуя, как ускорилось его сердце, а внизу живота снова возникло напряжение. Он нервно сглотнул и сказал себе:       «Нет, я же не животное! Я не посмею».       Его рука вся была в этом лоснящемся жире, казалось, этого хватит, чтобы обмазать все тело Фэн Яня.       — Такое скользкое… — пробормотал принц Юй.       Разумеется, ему пришло в голову, что с таким средством процесс мог бы выйти куда менее болезненным. Он взял свое открытие на заметку и решил непременно выпросить у лекаря побольше этого снадобья. Помимо прочего он подумал:       «Не нужно ли смазать и внутри?.. Если я сделаю это одним пальцем? Но что если он проснется и подумает, что я решил надругаться над ним пока он спит?.. Тогда он точно сбежит, я и оправдаться не успею!».       Отчаянно борясь с собой, принц Юй несколько раз подносил руку и отстранял ее. В конце концов, он решил:       «Нет! На этом достаточно».       Он оправил одежды Фэн Яня, закрыл склянку с мазью и вышел из комнаты, чтобы помыть руки.       В этот момент Фэн Янь приоткрыл глаза, напряженно выдохнул и смял пальцами простынь. У него до сих пор по телу бежали мурашки. Он боялся, что если принц Юй снова прикоснется к нему, он не выдержит и поддастся на его ласки. И тогда, даже если тот окажется сознательнее его, и попытается убежать, он скрутит его и заставит себя трахнуть, невзирая на боль и на то, что он только что отмылся.       «Конченый! Конченый извращенец! — мысленно корил себя Фэн Янь. — Черт! Это точно гребаный омегаверс, иначе я не понимаю, почему мне от него так сносит крышу!».       Несмотря на очередной эмоциональный всплеск, Фэн Янь довольно быстро отключился, а вот принц Юй всю ночь провел без сна, разглядывая его. Изучая каждый доступный участок его тела, он запоминал каждую родинку, каждый крошечный шрам и думал, что непременно хочет узнать об их происхождении. Какие бы истории не стояли за ними — героические, трагичные или глупые, он хотел знать все.       Один порез — на шее был совсем свежим, ему было не более трех дней. Порез был неглубоким и от него, вероятно, не останется шрама. И все же принц Юй не мог не задуматься, при каких обстоятельствах Фэн Янь получил его около трех дней назад.       Больше всего походило, что к его горлу приставили нож. Но если бы Фэн Янь ввязался в поножовщину, в Палате непременно прознали бы об этом и доложили бы принцу Юю.       Три дня назад… Три дня назад был день рождения наследного принца, были разоблачены и арестованы третий принц и супруга Хуан. В тот день третий принц приставил кинжал к горлу принцессы Юэ.       Какое совпадение.       Принц Юй аккуратно дотронулся до тонкого пореза на шее Фэн Яня, который в этот раз действительно крепко спал.       В тот день принц Юй видел капли крови на платье принцессы. У нее должен быть точно такой же порез на шее. Как такое может быть? Брат и сестра в одно и то же время получили одинаковые ранения?       Размышляя об этом, принц Юй продолжал рассматривать Фэн Яня, подробно изучая его тело. Он вспомнил, как ловки и быстры были движения принцессы Юэ, когда она вырвалась из захвата. Конечно, это многих поразило, однако в Северной Вэй была женщина-генерал. Там девушкам дозволялось изучать боевые искусства наравне с мужчинами, служить в армии и даже возглавлять войска. Почему бы и принцессе не обучиться нескольким приемам?       Взгляд принца Юя застыл на мочке уха Фэн Яня. Раньше он этого не замечал, но теперь четко увидел. Он протянул руку и осторожно коснулся крошечного прокола.       «Зачем мужчине проколы в ушах? — спросил он самого себя. — В некоторых странах мужчины носят серьги, но я не слышал о такой традиции в Северной Вэй».       На приеме в честь высоких гостей принц Юй не заметил в нарядах правителя Северной Вэй и его сыновей ничего необычного. Их одежды лишь немного отличались кроем и узорами от традиционных одежд Великой Цинь. Серьги носила разве что принцесса Юэ.       Принц Юй застыл. На задворках его подсознания уже затеплилась очень странная мысль, но он не решался в полной мере сформулировать ее и облечь в слова.       Продолжив размышлять в этом направлении, он невольно начал подмечать некоторые странности.       Принцесса Юэ отказалась сыграть на приеме в честь ее отца и братьев, сославшись на слабость в руках. Вместо этого она попросила сыграть своего брата — четвертого принца Сяня. Он отлично справился, уверенно исполнив столь же необычную мелодию, как и те, что ранее исполняла его сестра. Ничего удивительного — они ведь росли и обучались вместе. И все же…       Четвертый принц весьма уверенно прошел в центр зала, именно к тому месту, где всегда устанавливали гуцинь для принцессы. В этом месте не было ничего особенного, но он не ошибся ни на шаг. Еще одно совпадение?       Мог ли Фэн Янь заранее просчитать нападение третьего принца и подменить свою сестру в тот злополучный день? Это было почти невероятно, но он всегда был на шаг впереди. Однако, даже если и так, неужели никто не заметил подмены? Хотя, кому подобное придет в голову? Принц Юй вынужден был признать, что и сам почти не смотрел на принцессу.       Единственный раз он внимательно взглянул на нее в тот вечер, когда была спасена Мань-Мань. Что-то привлекло его внимание, и он задержался взглядом на профиле принцессы Юэ. Конечно, на ней была вуаль, но она не скрывала часть шеи, ухо и линию роста волос за ухом. Волосы Фэн Яня были распущены и разметались по постели, принц Юй осторожно сдвинул прядь, чтобы увидеть линию роста волос за его ухом. В ходе расследований ему приходилось обращать внимание и на такие мелочи.       Его сердце замерло на мгновение и резко ускорило бег. Его память упорно рисовала перед ним точно такую же картину. Не хватало только серьги и вуали.       Именно с этой стороны на шее Фэн Яня принц Юй позднее обнаружил следы укусов и страстных поцелуев, оставленных им самим в поместье Цзинь. Они были такими яркими. Чтобы их скрыть, понадобилось бы очень много пудры. Кожа принцессы в тот день показалась принцу Юю неестественно бледной, и от нее действительно сильно пахло пудрой. Но не только ей.       Благовония. Одежда и мечи Фэн Яня среди платьев принцессы.       Немыслимо. К чему такие сложности? Даже если он прибыл в Великую Цинь тайно, он мог бы поселиться на постоялом дворе или арендовать дом. В столицу ежедневно прибывают люди из разных уголков империи, он не привлек бы внимания. Зачем ему каждый раз тайно пробираться в поместье принцессы, рискуя ее честью?       Если только… Не было никакой принцессы… Не было до того дня, когда принц Сянь «официально прибыл» в Великую Цинь.       Принц Юй вскочил с постели.       «Нет, это же полный бред! — твердил он самому себе, но тут же отвечал: — но тогда многое встает на свои места!».       Но как же тот день, когда Фэн Янь зачем-то напал на княжну? Зачем он вообще это сделал?       Тогда принц Юй видел их вместе — принцессу Юэ и Фэн Яня. Разве это не опровергает его безумную догадку?       Впрочем, он уже пришел к выводу, что пока принцесса носила вуаль и хранила обет молчания, притвориться ей мог абсолютно кто угодно с более-менее похожей фигурой. Да хоть служанка Мань-Мань! И она, между прочим, в тот день не сопровождала принцессу.       Фэн Янь что-то промямлил во сне и перевернулся на другой бок. Принц Юй затаил дыхание, пристально глядя на него.       Возможно ли?..       Поутру, отдав слугам приказ, во всем угождать принцу Сяню, когда он проснется, принц Юй оделся и отправился в поместье принцессы Юэ.       Все просто — если у нее есть такой же порез на шее, как и у Фэн Яня, значит все это не более чем безумная фантазия.       Но если… нет?