Мой любимый - альфа

      Медленно поглаживая старшему спину гелем для душа, Чонгук шепнул тому в ухо:       - Всё хорошо?       - Да, я просто... - голова поднимается в сторону источника, что задал вопрос, - слишком много думаю, - и Тэхён получает поцелуй в свою мокрую щёку, - боже, ты слишком милый...       Ради этой улыбки оно того стоило.       - Сам не знаю, почему.       Выпрямившись, Чон положил бутыль на место и взял другую.       - Такой подойдёт?       Увидев протянутую бутылку шампуня, Тэхён медленно кивнул, после чего повернулся лицом к Чону и опёрся спиной об стеклянное ограждение душевой кабинки.       Разницы в росте почти не было, но Тэхён смотрел снизу так, будто вовсе не был его чуть выше. Он чувствовал себя низко. Он воспользовался невинной душой, что не заслуживала столь грешный соблазн, к которому привёл сам Тэхён.       Я совершил самую большую ошибку в своей жизни.       Пока младший выдавливал на ладонь нужное количество шампуня, Тэхён выпрямился и обвёл руками чонгукову талию.       Ким давно не чувствовал это: пальцы нежно касаются с двух сторон кожи головы и медленно начинают массировать вместе с пенкой. Глаза закрываются от столь приятных касаний и следом просто захотелось забыться сладким сном. Веки обманчиво пропускают пару капель слёз, которых под напором горячего душа никто и не заметит, кроме самого альфы.       Тэхён давно не чувствовал ласку.       Киму хотелось забыться так, чтобы не знать себя. Забыть, кем он является и вообще всё, через что он прошёл. Его мутит от себя, от неправильности чуть ли не каждого своего поступка. Тэхёну просто хотелось закричать со словами: "Чем я заслужил быть таким?!".       Он меня никогда не простит.       - Возьми любую одежду из шкафа, я скоро приду.       Неохотливо опустив руки с талии Чонгука, Тэхён вышел из душа и начал вытираться одним из полотенец, которых Чонгук подготовил заранее.

***

      Сидя на краешке чонгуковой кровати, Тэхён не мог делать ничего, кроме как пялиться на мягкий коврик под ногами. Он не знал как выкрутиться из этой ситуации. Хотелось просто убежать и делать вид, что ничего не было. У него даже появился план. Если Чонгук найдёт его и расспросит, какого хрена он так поступил, Тэхён сделает удивлённое лицо и скажет: "Ты что такое несёшь, малец?".       Тэхён жалеет. Жалеет, что притронулся к нему. В ночь знакомства ощутив на себе тот самый взгляд Чона, он дал себе слово, что не позволит себе даже думать о подобном.       Я дал ему слово, что стану нормальным.       Он нарушил обещание в том же году, когда дал его, а сегодня совершил самую непростительную ошибку. Совершил он её из-за того, что тот самый чонгуков взгляд ясно дал понять Тэхёну, что он его не оставит в покое, будет тревожить мысли ещё долго.       А теперь я переспал с его братом...       - Почему ты оделся в это?       Полуголый альфа стоял у дверного проёма, вытирая полотенцем свои мокрые волосы, а прикрывал его нижнюю часть тела лишь другое. При виде накаченного тела, по которой так заманчиво текли капли воды, зубы предательски кусали собственные губы, а глаза вовсе и забыли, что нужно моргать.       - Ты сказал взять любую, Чонгук.       - Я имел в виду любую, в чём тебе удобно будет спать, Тэ.       - Что ты несёшь вообще? - встав с места, Тэхён забрал с комода брюки, на которую бросил их перед тем как рванул в душ с Чонгуком в порыве страсти.       - Тэхён... - быстро прошагав к альфе, Чонгук ухватил того за запястья.       - Я еду домой!       - Тише, - прошептал Чон и почувствовав немного успокоения в поведении старшего, ослабил свою хватку.       Тэхён не сразу осознал, что повысил голос на Чонгука. Грудь то быстро поднималась, то опускалась и дыхание не легко было замедлить. У Тэхёна была паника, а вопрос Чонгука выбесил вдвое:       - Что не так?       - Как ты не понимаешь? Всё блять не так, Чонгук!       Тэхён снова сорвался на крик. Достаточно сильно взмахнув рукой для освобождения от крепкой хватки, он направился в гостиную, быстрее к выходу. Тэхён думал, что шагает довольно быстро, пока не почувствовал, что попал в плен сильных мужских рук, что развернули его на все 180 градусов. Если постараться, Тэхён бы сбежал из этого плена снова, но он был слишком вымотан морально, поэтому сил хватило лишь умолять.       - Отпусти, мне больно.       Душа болит.       Голос дрожит, от чего мучает совесть. Тэхён чувствует, будто в нём никаких качеств альфы и не осталось. Хотелось сесть на корточки и разрыдаться как в последний раз, а успокоившись, выпить крепкого чёрного чая и уснуть в обнимку с тремя подушками.       - Тэ...       Тэхён слышит это из уст младшего уже во второй раз, но осознаёт всю нежность в этом обращении впервые. Друзья всегда называли его так, сократив имя и ничего необычного в этом не было. Но что-то в обращении Чонгука было по-другому: то ли это по-детски звучало нежно, то ли с какой-то особенной заботой.       Бред какой-то. Тэхён не может нравиться Чонгуку.       - Я не могу объяснить, прости.       Веки виновато опускаются. Тэхён больше не может смотреть на него.       Я больше не посмею.       - Я и не заставлю, обещаю, просто... не оставляй меня сейчас одного.       Ладони ложатся на голую грудь альфы, а глаза снова встречаются в какой-то тоске. Тэхён откажет Чонгуку, как и себе. Потому что так нужно.       - Хорошо.       Но не сегодня.       Только в эту ночь, Чонгук.

***

      Переодевшись в белую мягкую пижаму (на чём настоял Чон), Тэхён спиной лежал на кровати, уткнувшись в телефон.

23:07

      Ничего, кроме того как пялиться в экран и смотреть на время, Ким не придумал, поэтому, как только экран блокировался, он разблокировывал его снова и снова.       - Я принёс это на случай, если ты захочешь воды ночью.       Подойдя к кровати со стороны Кима, Чон поставил на тумбу стакан воды.       - Спасибо, - Тэхён убрал телефон под подушку и закрыл глаза, в то время как второй обошёл кровать и лёг с другой стороны.       Выключив хлопком освещение в комнате, Чонгук закрыл глаза следом, повернувшись спиной к своему гостю.

***

      Чонгук был уверен в том, что сегодня он точно не уснёт. Единственное, что он мог делать - это лежать лицом к Тэхёну и восхищаться его неземной красотой. Хватало даже уличного освещения, чтобы видеть эти непривычные для альфы идеальные черты лица. Чонгук до боли хотел дотронуться - удостовериться снова, что он настоящий. Казалось бы, уже давно протрезвел, но рука так и тянулась прикоснуться, хотела ощутить мягкость столь манящей безупречной кожи.       Чёрт, совершаю ли я ошибку?       Всё, чего хочет сейчас Чонгук - укутаться в тепло этого альфы. Приблизившись ближе к Киму, Чон медленно опускает голову тому на грудь. Чонгук точно теперь не уснёт, по крайней мере, он пролежит так, пока Тэхён не прогонит его от себя. Ощущения были до чёртиков приятными, ведь Чонгук никогда не делал этого. Он ещё никогда не испытывал столь бурное желание касаться кого-то и речь вовсе не про омег, которые частенько удовлетворяли Чона в сексуальном плане. Речь идёт о Ким Тэхёне, к которому страшно, но тянет прикасаться. И самое странное - всей душой.       Грудь альфы медленно поднималась и опускалась в ритм собственного дыхания, что служило Чону колыбельной. Но действовать она перестала именно тогда, когда Тэхён свободной рукой достал смартфон под подушкой, посмотрел на время и тяжело выдохнул.

02:43

      Он не спит тоже.       Тэхён думал, что лежит тут вечность, а оказалось, что всего-то три с половиной часа. Если бы он был у себя дома, он спал бы уже больше пяти часов и без всяких переживаний. Тэхён даже усмехнулся при себе, что ему даже не с кем делиться проблемой, так что ломать голову насчёт того, как ему поступить дальше он будет наедине с собой.       Я бы выпил твою чёртову воду, если бы не твоя чёртова голова...       И Чонгук будто услышал его. Почувствовав облегчение на своей груди, Ким садится на кровати и большими глотками довольно быстро опустошает стакан.       Пожалуйста, прости.       Освободив Тэхёна от неудобств (от себя) и закрыв глаза, Чон делает вид, что спит, но услышав то, как тот пьёт воду, снова открывает их. Он не сводил глаз с альфы, пока он не встал и держа в руке пустой стакан, не покинул спальню.       Я бы принёс два, если бы знал, что этого недостаточно.       То, что старшему не хватило одного стакана воды, как-то забавило Чона и улыбка не спадала с его лица. Правда, до тех пор, пока он не услышал, как захлопнулась входная дверь в его квартиру.

***

      Проснулся в воскресенье Чонгук лишь после обеда, когда организм срочно потребовал еды. Слишком лень было спускаться по лестнице с 24-го этажа, потому что в итоге пришлось бы подниматься обратно, поэтому он отказал Джину в сходке в кино, а обед и ужин заказал на доставку. День проходил довольно скучно, а вспомнив, что завтра снова на учёбу, Чонгук тяжело выдохнул.       Чонгук не был настолько общительным, как его друг, но ему сегодня даже видеоигры наскучили, поэтому он решил написать ему первым, что происходит довольно редко.

jk001: ты когда-нибудь встречал гомосексуальную пару?

      Вот дерьмо.       Только после отправки сообщения Чонгук осознал то, что он вообще спросил у своего друга омеги, из-за чего нехиленько так подавился своим горячим чаем. В то время как он пытался откашлянуться и привести себя в порядок, сразу получил ответ: handsome_jin: ох. откуда такие вопросы, Чонгук?

jk001: мне просто скучно

      Сообщение отмечается прочитанным, а ответа нет уже больше двух минут, что странно в поведении Джина. Помыв чашку, Чонгук направляется в гостинную, чтобы снова убивать остаток времени видеоиграми, но слышит звонок в дверь и останавливается.       Юнги?       Дойдя до двери, он распахнул её и даже глазом не моргнул, увидев человека, которого приспичило прийти к нему в 7 часов вечера без каких либо предупреждений.       - А вот и я! Теперь тебе точно не будет скучно.       Ну а кто же ещё...       Протолкнув Чона в сторону, нежданный гость разувается и убрав на вешалку шкафа свой белый плащ, по-хозяйски заходит внутрь.       - Оу, ты собрался играть? Я как раз вовремя.       - Привет, Джин.

***

      - Так что там насчёт гомосексуальных парочек?       Одногруппники только начали игру, поставив перед собой мясную пиццу, что принёс Джин, и Чонгук до последнего надеялся, что этот разговор не состоится. Казалось, переписку перенести намного легче, чем живой разговор, потому что Джин бы не увидел, в какое неловкое положение приводит старшего эта тема.       - Ничего, забей.       Покликав на несколько кнопок, Джин всё таки решил пока не закрывать эту тему:       - Знаешь, мне очень жаль таких людей.       - Почему?       - Очевидно же, Чон, - убив с одного раза сразу двух монстров, ответил Сокджин, - в нашем мире очень сложно жить с нетрадиционной ориентацией.       - Я всё ещё не понимаю, Джин.       - Ты вроде старше меня, а про такие вещи совсем не знаешь!       И снова возмущения. Ким с размаху набирает очков настолько, что Чон отстаёт от него на приличное количество.       - Большинство не может даже близким признаться, что он гомосексуален, Чонгук. Всё потому, что они тут же могут получить серьёзные проблемы со здоровьем, а в худшем случае - умереть, - отрицательно помотав головой, цокнул младший, - и дело даже не в близких, всё равно об этом узнают все и попытаются избавиться от... как они называют, "ошибочного создания мироздания".       Дойдя до финиша, Джин бросает джойстик слева от себя на диван и берёт ломтик пиццы.       - Почему они считают их ошибкой?       - Уф, Чон, - откусив аппетитный кусок, ответил гость, - люди всегда боялись и будут бояться тех, кто отличаются от них и уникальны по-своему, поэтому толпой гасят одного, пока их не стало больше.       Чонгуку страшно. Выпучив глаза, он давно забил на игру и так внимательно слушал своего друга, будто тот рассказывает ребёнку страшилку на ночь.       - Мы живём в слишком жестоком мире, пойми ты это.

***

      Только начало учебного семестра, а занятий настолько много, что Чон приходил домой лишь в 7-8 вечера. Как бы он ни старался не думать о прошлой субботе, он не мог. Все мысли на парах занимал Ким Тэхён вместо познавательных лекций преподавателей. Чонгук понимал, из-за чего Тэхён вёл себя так странно, но не понимал одного: причину, по которой его ни капли не смущает тот факт, что он переспал с альфой. Казалось бы, ему было страшно перед признанием самому Ким Тэхёну, что ему нравится целоваться с ним и было страшно до тех пор, пока тот не ответил тому на поцелуй. Поцелуем Ким будто снял с него цепь, что держала Чона в страхе и в тревоге. Чонгук на все сто процентов уверен в том, что старшему тоже понравилась та ночь, что они провели вместе, но опять же вопрос: что он сделал не так, что посреди ночи Тэхён cбежал? Чонгук не чувствовал никакую обиду и не страдал по этому поводу, он лишь задавал себе множество вопросов все эти дни.       Если Чонгук только недавно осознал тот факт, что его могут интересовать альфы, то понятное дело, что Ким это осознал давным давно.       Из-за этого Юнги назвал Тэхёна странным? Он всё знает?       Поднимаясь где-то между 18 и 19 этажами, Чонгук решил сделать маленький перерыв и проверить, кто же ему только что решил написать. suga_d: эй, братец давно не виделись, да? приглашаем тебя на ужин в эту пятницу что скажешь? suga_d: упс. это ведь уже завтра я должен был предупредить ещё вчера, но забыл из-за Чимина, сам понимаешь       - Вот и узнаем.

***

      - Ненавижу тушёную рыбу...       - Поэтому я и приготовил её.       Лицо Чимина было до тошноты радостным и он сиял от счастья, пожёвывая свой кусок рыбы. Чонгуку оставалось есть лишь рис с салатом и многое другое, что лежит на большом обеденном столе в доме брата. Еды было достаточно много, но обидно было только за то, что основным горячим блюдом являлась рыба, что была приготовлена так, как Чонгук терпеть не может.       - Да брось, Гук, - накладывая Чимину побольше листьев салата, обратился Юнги, - ешь, это вкусно.       Чонгук сидел напротив парочки, что до тошноты выглядела милой. Еда была действительно вкусной, если не учитывать рыбу, что Чонгук всё-таки решил попробовать, но в конце-концов незаметно выплюнул. Младший всё держит в уме, какой разговор хочет завести с братом, но никак не может придумать, как его начать. Он всё думает о том, как начать задавать мучающие его вопросы так, чтобы ни Чимин, ни Юнги его ни в чём не заподозрили и чтобы сам он никак не спалился.       - Я не буду расспрашивать тебя об учёбе, брат, я и так уверен в твоих успехах, - выпив глоток белого полусладкого с бокала, начал разговор старший, - у меня есть более интересная тема для беседы.       - Какая?       В разговор тут же включился Чимин:       - Ты прямо передо мной открыто спросил номер Тэхёна у Юнги!       Чимин тут же напомнил Чонгуку Сокджина. Ох уж эти возмущения омег. У них в крови делать это настолько похоже, будто на всех омег на Земле одна мимика? В надежде освободить свою голову от бесполезных мыслей, Чон опустошил свой бокал.       - Я то думал, что ты присматриваешь за Джином, Чонгук.       Не отводя взгляд от брата, Юнги прищурил глаза, будто что-то задумал.       - Мы забрали из клуба куртку Джина, что он забыл.       - Облом.       Будто в каком-то разочаровании отрицательно помотав головой, Чимин снова принялся поедать свой ужин.       - Кстати.       - М?       Снова оторвавшись от еды, Мин внимательно посмотрел на брата.       Блять.       - Почему ты тогда назвал мистера Кима странным?       - Он... - повернув голову на возлюбленного и поймав его столько же взволнованный взгляд, альфа будто искал в этих глазах ответ. А точнее, совета, как лучше ответить на этот вопрос чересчур любопытного младшего брата.       Чимин довольно быстро понял растерянность альфы и решил взять всё в свои руки и ответить Чонгуку:       - Всегда отличался от всех.       - Из-за того, что у него не было запаха?       Пара сидит с опущенными глазами в попытках как-то выкрутиться из столь неловкой ситуации. Опустив столовые приборы на стол, Чонгук решается продолжить разговор сам:       - Значит, я для вас тоже какой-то странный и чокнутый.       - Не говори так, ты особенный.       Особенный.       Услышав это слово из уст омеги, Чонгук ухмыльнулся. Не это ли слово он хотел сказать брату? Он хотел донести до брата, что Тэхён особенный и по-своему удивительный, что не стоит называть его странным, ведь он единственный такой... прекрасный?       Прекрасный. Чонгук снова довёл до себя один факт: каждый раз задумываясь о Тэхёне, он всё снова и снова придумывает слова, что так подходят под его описание.       - А он? Что насчёт него?       - Это не самый приятный разговор для нас, Чонгук.       - Он потерял запах совсем по другой причине, не как ты, - альфа, перебив своего омегу, встал с места, - а потерял он его, когда мы были уже старшекурсниками, - и передвинул свой стул ко столу, - спасибо, милый, всё как всегда очень вкусно.       Чимин, получив поцелуй в макушку, лишь как-то грустно опускает веки, а Чонгук начинает чувствовать какую-то вину. Он будто надавил на больное этой пары, но как? Как вопросы про Ким Тэхёна могут задеть чувства этих счастливых и до жути влюблённых?       Чонгук с задумчивым взглядом сверлит силуэт брата, что всё отдаляется и исчезает за дверью одной из многочисленных комнат.       - Думаю, ты должен поговорить с ним, Чонгук, - альфа отвлекается на столь бесячий нежный голос и смотрит на источник, что тоже встал из-за стола, - в этот раз моей поддержки будет недостаточно.       В этот раз?

***

      Посчитав игнорирование на стук согласием войти, Чон закрывает за собой дверь и застывает на месте. Чонгук не впервые в домашней маленькой студии брата, но чувствовал себя иначе. Он не знал что делать, как заговорить и вообще... что происходит?       Юнги сидел к нему спиной, расслабившись в своем тёмном кожаном кресле.       - Эй!       Юнги явно его не слышал, так как сидел в наушниках и был погружен в какую-то программу, что светила на экране айпада. Поэтому, прошагав до рабочего стола, Чон медленно опускает ладонь на плечо брата, чтобы не напугать его и не получить в конечном итоге сильный удар локтем по рёбрам, что уже случалось ранее.       - Расскажешь, что случилось?       Увидев младшего брата, Мин тяжело выдыхает и сняв наушники, разворачивается к нему.       Упав на диван, Чон скрестил ноги и подставил под свои руки маленькую подушку, чтобы теребить тому края, когда собирается слушать какую-то интересную историю. Юнги подметил это, он слишком хорошо знает своего младшего, ведь он практически вырос на его глазах.       - Садись поудобнее, Гук. Ты будешь относиться ко мне совсем по-другому после этой истории.       Чонгук пытается вспомнить, когда в последний раз в таком тоне брат разговаривал с ним. Но ничего, кроме детских воспоминаний ему в голову не приходит.       - Ты их не потерял, братец, видишь?       Вместе с указательным пальцем юного парня наверх поднимаются и чонгуковы большие глазки.       - Вижу, их много...       - Верно, их всегда будет много в твоём сердце.       - Думаю, - похлопав в ладоши, ответил младший, - лучше уже некуда.       - Я сломал его, Чонгук. Я сломал своего самого близкого друга.       Голова резко опускается, а ладони держатся друг за друга так, будто защищают себя от какой-то возможной опасности.       - Что такое ты несёшь?       Чонгук не понимает. Он всерьёз не понимает, о ком речь или... просто не хочет верить в слова брата. Он не хочет верить тому, что его брат как-то испоганил жизнь Тэхёну, после чего тот так пугливо себя ведёт.       - Перед тем, как начать рассказывать, я хочу, чтобы ты знал одно: это - единственное, о чём я жалею всю свою жизнь и я понимаю, что этот мой поступок не заслуживает прощения.       Получив одобрительный кивок, Юнги продолжил:       - Последние два года в универе мы были поп-группой. Я играл на синтезаторе и иногда зачитывал рэп, то же самое с Хо и Намджуном, только они были на гитаре.       Взгляд поднимается снова и останавливается на потолке. Взяв себя в руки, Юнги продолжает:       - Чимин с Тэхёном были нашими главными вокалистами. Мы были достаточно популярными в универе и все хотели тусоваться с нами, общаться...       - Ты точно с того начал?       Чонгук всё ещё не понимает, каким образом то, что его брат навредил своему другу, может быть связано с музыкальной группой?       - Блять, не перебивай.       На удивление, Юнги сразу переводит взгляд на глаза Чона, на что не решался с самого начала разговора.       - Прости, я всё, слушаю.       - Вот только всё время, когда Хо с Намджуном на переменах прижимали к стенкам омег, Тэхён хорошенько так заобщался с одним альфой.       - Блять, - голова с шумным выдохом тут же опускается, - только не говори, чт...       - Мои догадки подтвердились, Чонгук. Мы всё таки застукали их, хотя когда пошли какие-то слухи о том, что он в чересчур близких отношениях с альфой, он всегда успокаивал нас и говорил, что это всего лишь слухи и что не стоит им верить.       Пока старший делал перерыв в своём рассказе опустошением целой банки газировки, Чонгук хотел переварить всю принятую информацию, но получалось не слишком хорошо. Ладно, застукали, дальше что? Не заканчивается же жизнь на этом?       - Так что ты сделал, что, как ты говоришь, сломало его?       - Я пытался сделать из него нормального…       нормального.       - …я хотел, чтобы у него не было никаких проблем с обществом, чтобы он жил так, как нужно, но...       - Он послал тебя к чёрту.       - Не послал, а сказал, чтобы я отстал от него, ну, в общем... можно и так сказать, - ответил Юнги, снова опустив глаза, - я был единственным, кто перестал с ним общаться, остальные, как я узнал позже, хоть как-то поддерживали с ним связь.       - Это всё? Я то думал...       - Нет, Чонгук. Прошёл где-то месяц, я даже не поинтересовался, как он себя чувствует, ведь наша группа перестала существовать, из-за чего я его почти не видел. Я и не знал, что всё это время он пропускал почти все занятия.       - Он не ходил в универ, потому что боялся тебя? Ну ты и запугал его, конечно, - ухмыльнулся Чон.       - Ещё бы. В словах это звучит даже как-то забавно, я соглашусь. Я сам осознал тот факт, какой ужас я сотворил с ним лишь тогда, когда поговорил с врачом.       - Постой... что?       - Как-то раз, он пришёл ко мне домой. Услышав стук, я открываю входную дверь, а там стоит Тэхён. Он молил меня о том, чтобы вернуть нашу дружбу, говорил о том, что он не может без нашей компании.       Он страдал от одиночества.       - Что ты ему ответил, Юнги?       Подушка освобождается от чонгуковых мучений, а Юнги встает с места и направляется к шкафу за алкоголем.       - Сказал, чтобы он отказался от такого "себя", как он говорит, если дорожит нашей дружбой и хочет вернуть её, но перед этим...       - Блять, да что? Что ты тянешь?       - Схватил его за горло и сказал, чтобы он не прикасался ко мне своими мерзкими руками, что лапали мужчин одного с ним пола.       - Блять, ебучий стыд.       Чонгук на нервах прикрывает лицо руками и в ахуе слушает историю дальше. Слышится, как открывается колпачок бутылки дорого коньяка и Юнги начинает разливать жидкость в стакан.       - На следующий день я узнаю, что после нашего разговора его в переулке обнаружили без сознания и увезли на скорой, - всё ещё стоя спиной к брату, Юнги делает глоток алкоголя и сжимает зубы от горьких ощущений, - но даже это не самое ужасное.       - Я блять даже не знаю что теперь ожидать, честно.       Выпрямившись на диване, Чон закидывает ногу на ногу и толкает язык за щеку. Теперь он готов дослушать этот пиздец до конца.       - Доктор запретил нам заходить в палату, пока он не очнётся и как самый старший из всех, я решил поговорить с ним лично, разузнать, что произошло. Оказалось, наш Тэхён получил психологический стресс. Я молча слушал, многое не понимал из этих медицинских терминов, но понял для себя самое нужное: он стрессанул настолько, что потерял свой природный запах.       Альфа разворачивается и сталкивается взглядом со своим братом. Дрожь в своём голосе он почувствовал лишь тогда, когда сказал последнее в этой истории:       - Самое ужасное случилось, когда он очнулся. Узнав об этом, мы сразу побежали к нему, как настоящие друзья, но... блять. Лежа в постели и осмотрев каждого, он остановил взгляд на мне и сказал, что выбрал нас. Он повторял это снова и снова и улыбался, будто самый счастливый человек на Земле, а мы...       - Достаточно, Юнги, я понял.       Опустив головы, братья пробыли в молчании больше минуты, не осмелившись никак что-то сказать друг другу.       Чонгук всей душой не хотел верить в эту историю. Он чувствовал себя не хорошо, услышав её и даже представить себе не мог, как себя чувствуют они. Как себя чувствует Юнги, что совершил весь этот ужас и осознав свою вину, вот уже несколько лет живёт с этими воспоминаниями? И важнее всего, как паршиво должно быть Тэхёну?       - Какой у него был запах?       - Он пах горькой вишней вперемешку с миндальными косточками. Я даже похожих не встречал.