Досуг благородной леди

      Что должен чувствовать мальчик Гарри, когда ему целый месяц не пишут друзья? Разумеется, обиду.       Что должен чувствовать мальчик Гарри, когда сумасшедший домовый эльф крадет его почту, вызывает гнев его родственников, требует, чтоб он не ехал в Хогвартс и намекает на какие-то жуткие тайны?       Тетя сказала бы, что это звук боевой трубы.       Наверняка даже перспектива провести остаток лета запертым в комнате не так огорчит маленького героя, если перед ним будет маячить ТАЙНА, тем более, что внутри себя мальчик Гарри будет твердо уверен: его спасут. Он не знает, как, но знает, что он герой, а герой наверняка выберется из плена!       Джори хихикает, оглядывая комнату: немного пожелтевшие обои, старые книги на полках, забытые игрушки. Когда они были маленькими, они с Дадли часто дрались из-за всяких солдатиков и лошадок — о, и конечно же, мальчик Гарри должен быть очень обижен, потому, что у него не было ни комнаты, ни игрушек (потому, что он придуман всего год назад). Но… пусть мальчику Гарри будет скучно и неинтересно рыться в углах и искать что-нибудь, что можно будет взять себе — ведь все это все равно принадлежит Дадли? К тому же, все эти игрушки старые и сломанные, а книги, обычные, немагические, скучные книги, с неподвижными картинками или вовсе без них… пусть мальчику Гарри будет не интересно.       Пусть мальчику Гарри хочется обратно, в Волшебный Мир, где он — герой, и где его ждут настоящие приключения. Джори уверена: он дождется, ведь не зря же был этот цирк? Поэтому она ждет — и уже даже почти не злится на мелкого магического соглядатая. Домовый эльф удрал, видимо, удостоверившись, что все идет по плану, и она может играть, воображая себя то принцессой в высокой башне, ожидающей жениха, то пленным рыцарем. Вновь оживают призрачные розы, вновь ткутся из ветра и солнечных бликов волшебные наряды — черт! За время, проведенное в этой дурацкой школе, она почти забыла, как это делала!       И на самом деле это забавно. Звенящая струна внутри поет азартом — новая игра, в которой она одновременно зритель и участник, где вместо кукол на ниточках глупые жадные люди — это гораздо лучше кукол в бальных платьях, старых машинок и даже радиоуправляемых роботов.       Время идёт и время приходит. Ночью, как и положено для самых интересных приключений, через две недели после явления домовика — когда мальчик Гарри должен дойти до кондиции и задуматься о том, что его могут и не спасти, — комнату озаряет свет фар. Летающая машина.       Ого. Так значит летающий мотоцикл ей в детстве снился не просто так?       Уизлям на роль спасителей Джори совсем не удивлена. Как и их навыкам вскрывания замков. Хорошо, что решетка на окне на самом деле наколдованная — сделанная из обрезков сухих стеблей роз.       Мальчик Гарри, едва удерживаясь, чтобы не орать от радости, забирается в машину. Приключение начинается…       …И это на самом деле не так уж плохо.       Она — в облике Гарри — легко вливается в семейство Уизли. От нее ничего не требуют — «ты ведь наш гость, Гарри»… «тебе надо отдыхать, ты такой худенький, Гарри»…       Играть в плюй-камни и взрывные карты, летать над садом на старой метле, гонять садовых гномов, делать летние задания, гулять в холмах, вкусно есть (миссис Уизли на самом деле замечательно готовит, а зелья приязни ощущаются, как оригинальная приправа). Что с того, что Рон завидует славе героя так же сильно, как гордится фактом дружбы с ним? Что с того, что его сестра исходит жадностью и ревностью — герой должен принадлежать только ей? Что с того, что старшие Уизли поздними вечерами тихо рассуждают, как использовать деньги и самое главное — магию Поттера для усиления их семьи?       Все это — как сладкие сиропы к выпечке и ароматные соусы к мясу.       Хотя, наверное, ей стоило бы бояться. Бояться жадных, грязных людей, прикрывающихся добрыми масками, бояться, что все вокруг — почти совсем все вокруг, — только и думают, как бы использовать «мальчика Гарри» (ее на самом деле) — стоило, но почему-то ей совсем не страшно. Не страшно и не жалко.       «Раз они хотят меня использовать, то мне не стоит тревожиться совестью, что я использую их».       Немного обидно только, что при всех своих выкриках о дружбе, братстве и благородстве на самом деле все вот так. Не могут же все маги волшебного мира быть такими? Да, она уже давно понимает, что не все люди хорошие — для волшебников это должно быть ровно так же, как и для простых людей, но если есть «плохие», то должны быть и «хорошие». Ну, или хотя бы не гнилые.       Однако, среди тех, кто принадлежит к «светлой стороне Силы» — то есть, к благороднейшему факультету Гриффиндор — она таких пока не находила. За весь прошлый год ей попадались в лучшем случае, равнодушные, те, кто мог немного погордиться тем, что «с ними Поттер», да и забыть, занявшись своими делами. Большинство однокурсников были скорее похожи на Рона — завидовали славе Победителя Темного Лорда, завидовали магической силе — пусть на уроках «мальчик Гарри» не блистал, но ведь если он победил Сами-знаете-Кого — он должен быть очень сильным! Завидовали богатству, несмотря на то, что одет Гарри совсем небогато — считали каким-то образом, что это либо маскировка, либо обычное магическое чудачество, либо способ «вместе со всеми быть».       Даже тому, что Гарри — сирота, умудрялись завидовать! Причем, что маглокровки, что чистокровные: первые — потому, что их собственные родители-маглы ничего не понимали в волшебстве, помочь не могли, а пытались командовать; и вторые — потому, что над Гарри не стоит воля главы семьи, он сам по себе и может делать, что хочет.       А вот таких, кто спросил бы: ты в порядке, Гарри? — и захотел услышать в ответ что-то кроме «все хорошо!» — она за все это время не видела ни единого раза.       Возможно, на других факультетах такие нашлись бы… но как-то так вышло, что мальчик Гарри за весь первый год только с Малфоем и общался. А Малфой, хоть и не завидовал так, как Рон, все равно чуть менее, чем полностью состоял из «мой отец об этом узнает». В нем было так много «молодого мастера Малфоя», что почти совсем не оставалось его самого; Джори могла бы с ним подружиться, но не Гарри, которым она была. Приходилось ждать, наблюдать и немного завидовать — у других-то детей таких проблем нет. И спросить не у кого.       Не тётю же грузить магическими проблемами…       Так прошел остаток лета. Мальчик веселился и играл, а Джори размышляла о том, что будет дальше. Не зря же было организовано это все! В прошлый раз за начало приключения отвечал Хагрид, в этот — более многочисленные Уизли. Интересно было, что они придумают — начнется ли это в школе, или прямо в Косом переулке, в походе за покупками?..