О предназначении

Лилиандил ждала Каспиана с тревогой. С тех пор как он, сам не свой, умчался из замка, прошло уже несколько часов. Хоть бы все обошлось. О том, что Каспиан может не вернуться, думать не хотелось. Он обязательно вернется. Он же такой смелый… Удача просто не имеет права от него отвернуться. Аслан, храни его… Это было ужасно и неправильно, но ей никак не удавалось отогнать мысль, что лучше бы принцу Ахмету все-таки удалось увезти Сьюзен. Да, Каспиан будет рвать и метать, но со временем успокоится и снова станет прежним, нежным и ласковым, принадлежащим только ей… В комнату влетела запыхавшаяся фрейлина и доложила, что отряд, кажется, вернулся. Лилиандил, опасаясь самого худшего, поспешила навстречу. Только бы он был жив. И с облегчением вздохнула, когда Каспиан показался в дверях замка. Первая мысль – слава Аслану, его даже не ранили. Вторая – отчего у него такое странное выражение лица? Решительное, задумчивое и мечтательное одновременно, как будто кто-то сообщил ему ошеломляющую, но радостную новость. На руках у него бесчувственная Сьюзен. Что с ней? И почему он обязательно должен нести ее сам? Лилиандил не знала, что отряд так задержался именно из-за короля. Каспиан объявил, что сам повезет девушку, категорически отказавшись от любой помощи. Он посадил ее на коня перед собой, обнял так, чтобы ее откинутая голова оказалась у него на плече, и всю дорогу ехал шагом. - Что с ней? – спросила Лилиандил у Каспиана. - Она без сознания, - как-то слишком сухо ответил он. – Она еще долго будет спать. - А затем лично донес Сьюзен до ее комнаты, бережно уложил на кровать и предоставил королеву хлопотам встревоженно ахающих фрейлин. Затем, пожелав спокойной ночи Лилиандил и сославшись на усталость, он направился к себе в покои. Каспиан думал о том, что Сьюзен, очевидно, куда смелее него. Вот уже второй раз она делает то, на что он никак не может решиться. На следующее утро Сьюзен проснулась с ощущением, что она что-то пропустила. Что-то важное. Ей снились странные сны. В них были лошади, лязг оружия и сильные руки Каспиана, не дающие ей упасть в пропасть. Она удивленно села на кровати. Почему она спала в одежде? И вообще… она что-то не помнила, как очутилась в своей комнате. В дверь постучали, и вошла Катарина, недавно назначенная личной фрейлиной королевы. - Как вы себя чувствуете, Ваше величество? – спросила она. - Хорошо, - ответила Сьюзен с недоумением. – А почему ты спрашиваешь? - Как, вы ничего не помните? – всплеснула руками женщина. И принялась рассказывать – торопливо, радуясь возможности первой доложить королеве о потрясающих событиях. Сьюзен слушала с ужасом. Значит, она сейчас могла бы быть женой Ахмета… Она скорее выбросилась бы за борт корабля. А затем волной накатило осознание. Выходит… это был не сон. Были и погоня, и сражение… А самое страшное – она призналась Каспиану в любви. - Катарина, - прервала она рассказ фрейлины. – Будь добра, собери мои вещи. Я сегодня же уезжаю из замка. - Куда? - испуганно спросила женщина. - В Кэр-Параваль… Да ты не волнуйся, ты останешься работать здесь. - Жаль, - заметно огорчилась та. – То есть… Мне хотелось бы и дальше служить вам, Ваше величество. Но я не могу оставить дочь… - Ничего страшного, Катарина. Я справлюсь и без посторонней помощи. Что это за королева, если она даже одеться сама не может! Просто… мне становится неуютно в этом замке. – Женщина посмотрела на нее понимающе и промолчала. Слуги всегда видят намного больше, чем хочется их хозяевам.