Я знаю, ты одержима мной

— Проклятье!       Очередной день, очередное ругательство, очередная испорченная рубашка.       Хмурый Лондон этим утром приветливо омывает жителей города, грязные дороги и каменные джунгли привычным дождем. Ровный, успокаивающий шум капель забирает быстрый ритм столицы. Все спешат на учебу, работу и прочим делам, не обращая никакого внимания на мужчину, который встал посреди тротуара и сквернословил, засоряя свою карму.       Александр Нильсен не тот, кто верит в такую чушь. Карма, судьба, еще гороскоп предложите. Молодой человек к тридцати годам добился перевода из Швеции в Англию, работает в британской контрразведке, верит только в себя и в то, что поймает любого опасного преступника. Боже, храни Королеву, мир может спать спокойно.       Попасть из другой в страны в элитный строй разведки Британии и стать агентом совсем не просто, у него не было гражданства, Оксфорда или Кембриджа за плечами — только небольшой опыт работы в государственной службе безопасности Швеции, ум и хладнокровие, амбиции, характер отца, вера в себя и мать, отпускающая единственного сына со слезами на глазах.       И вот он, успешный мужчина, затирает салфеткой кофейное пятно на идеальной белой рубашке, отвратительный американо, горячий и жженый, въелся в поверхность ткани — как тут не браниться? Одежда недешевая, часы на руке тикают и напоминают хозяину, что он опаздывает на внеплановое совещание. Ну не проклятье ли? Нет, очередной день, ругательство, испорченная рубашка. И дождь тоже. — Мистер Нильсен, вы опаздываете. — Я в курсе, Джон. Очередные террористы?       Коллега с порицанием оглядывает своего условного начальника. Джон — новичок, учится у Александра и искренне не понимает, как можно опаздывать на такую работу. Хороший парень, но лишние эмоции и восторги могут подвести в самый неподходящий момент.       Нильсена этот волнующий тон никак не задевает, мужчина снимает мокрый плащ и натягивает пиджак, чертово пятно. — Нет, сэр, не террористы. Наемный убийца, киллер. — Джон, я не сэр, просто Александр, сколько раз… кто? — Киллер, мистер… Александр. — Кто убит? — Мне неизвестно… — Я ушел, жди.       Это что-то новое, не очередное. На территории Лондона убийство? Явно не простое, заботливо пришедшее из рук полиции в руки разведки. Королева жива, надеюсь? Не спасти важную личность из-за пятна, которое он затирал, стоя под дождичком в понедельник, будет досадно. — Господа, доброе утро.       Правовой советник Уилсон не генеральный директор, но тоже важная личность и просто так в гости на чай не заедет. Действительно, дело серьезное и интересное.       За круглым столом сидели четыре лучших агента, Нильсен один из них, специалисты IT и начальники каждого отдела.       Уилсон не хотел тянуть, поэтому молча включил проектор и явил всем собравшимся вескую причину своего приезда. — Дипломат Британии, мистер Адамс Роджер, был убит сегодня ночью на своей личной вилле в Сен-Жан-Кап-Ферра, Франция. Отмечал день рождения жены, отпуск, много приглашенных и очень важных гостей. Убит только он, тихо, быстро и…       На экране мелькали фото политика, мужчины за пятьдесят, невысокого роста, крепкого телосложения. Он хорошо выглядел для своих лет. Французская вилла, одна из самых дорогих, тоже появилась в кадре: шикарное место, престижный район, много солнца и непозволительно богатое убранство вызывали легкую зависть. А дальше мистер Роджер, уже не в своем лучшем виде: красное лицо, вздутые вены, белая пена изо рта — его отравили, в кадре два бокала с шампанским. Он в своей комнате, лежит на ковре, который стоит больше их здания и всех зарплат вместе взятых. — И незаметно, — закончил советник.       Кто-то из гостей? Ревнивая жена, любовница? Заказ сверху? — Это сделал наемный убийца, сомнений нет, мужчина… — Женщина, — дерзко возразил Нильсен. — Мистер? — Александр Нильсен. Это сделала женщина, она оставила бокалы. Либо неопытная, либо любит игры, дразнит нас. Так поступают только женщины.       Мужчина невозмутимо смотрел в глаза своему начальству, без страха и тени эмоций, они же работать сюда пришли? Ускорим процесс и перейдем к очевидным фактам. Коллеги не оценили такого желания, косились и считали его выскочкой. Опять же, Нильсену все равно. — Весьма интересная теория, мистер Нильсен, но доводы слабые.       Уилсон — человек старой закалки, опытный, полагаться и принимать всерьез слова какого-то мальчишки не для него.       Из деталей известно, что в доме было около сотни гостей, с женой отношения теплые, политическая карьера успешная, в ней и таится загадка?       Два бокала с дорогим напитком: один чистый, второй с отпечатками и слюной умершего, — убийца был в перчатках или просто вытер свои следы. И это явно дерзко, так небрежно бросить там улики, в любом случае, они поймут, что за вещество, где его взяли… Александр слушал, но не вникал в объяснения, чутье говорит — женщина, он докажет.       Эта маска упорства и безразличия понятна всем, кто успел его узнать, значит, Нильсен настоит на своем и займется собственной теорией.

***

      Лучший номер отеля с видом на Эйфелеву башню, уютный балкончик и дорогое вино. Молодая, красивая Агата Харрис сидела в большом плетеном кресле: длинные загорелые ноги упирались в перила балкона, а мокрые волосы обдавал теплый ветер. Солнце, галдящие внизу французы, как сладкая песня для ее слуха, она англичанка, да и зовут ее уже как несколько лет не Агата. — Здравствуй, — раздалось за ее спиной, холодное и резкое, разрушающее всю идиллию.  — Вивьен, почему ты здесь? Хотя не отвечай! Это же рай… — не открывая глаз, сказала девушка.       Вивьен — ее куратор, человек, который дает задания, всего несколько слов: кто, где и когда. А она без вопросов должна убить. Не узнавать, кто это, зачем, почему, семья, дети, питомец, кому выгодно и как взмах ее утонченного крыла бабочки скажется на мировом благополучии.       Харрис была идеальной, безупречной кандидатурой на роль наемника. Родители погибли давно, родственники только дальние, которым она не нужна, а ей они — тем более. Это делает неуязвимой, одиночество только на руку, не нужно ни о ком заботиться, ни перед кем отчитываться, отсутствие эмпатии как результат недолюбленности в детстве и еще умом не обделена. Эффектная, с мягкими чертами лица, привлекательной фигурой, милая, словно воздушное облако, светлые волосы и зеленые глаза — разве такая убьет?       Почему же милое дитя в свои двадцать три года начало карьеру киллера и продолжает ее уже четыре года? Просто она осталась на попечительстве у эгоистичной тетушки, которая истязала ее всю жизнь и растила себе подобную. В итоге ученик превзошел учителя: Агата убила многоуважаемую Аннет, получила наследство, оплакивала ее и еще полгода водила за нос полицию Англии, весело развлекаясь.       Девушкой заинтересовались серьезные люди, узнавшие о таком таланте — плохо развитом, но с потенциалом.       Теперь в тюрьме вместо Харрис сидит другая, а она колесит по миру, убивая и ничего не спрашивая — сказка! Для нее определенно. — Аннет, я пришла поговорить.       Ну, с фантазией проблемы, назвалась она после перерождения именем истязательницы, если Вивьен ее так называет, что-то случилось. — Я — Агата, — девушка встала и оперлась на балкончик, оглядывая ту, которая стала ей криминальной матушкой.       Рыжая, яркая, сорока пяти лет, умная и строгая, не давала особой ласки и заботы, разве должна? Нет, это не игра в дочки-матери, это реальное и жестокое существование. Только кнут. — Агата, ты наследила. — Да где же? — Не смей корчить из себя невинность! Ты знаешь, что бывает за проступки.       Знает: ты становишься не нужной, и никто не прикроет твой очаровательный зад. — Разве это проступок, Ви? Просто два бокала, эти олухи и в жизни ничего не поймут, — хмыкнула девушка и поправила белый махровый халат. Просто скучно! Оставила привет, чтобы посмеяться, смотря очередной выпуск новостей. — О, дорогая, олухи оценили твою шутку. Дело передано в контрразведку и вызвали лучших! Это британцы. — Британцы? — она звонко засмеялась, словно перелив серебряных колокольчиков. — Удачи лучшим. Они нам страшны? Боже, невозможно ничего понять с такими «уликами», контрразведка там из-за важного дяди, похабно на меня смотревшего, я, конечно, улыбнулась ему напоследок.       Харрис с большим удовольствием вспоминала его муки смерти, а как он был рад ей в начале… — Прекрати цирк. Это не понравилось руководству. Ты теперь под контролем, никаких отклонений и игр! Что с тобой? — Мм, кажется… скучно. — Девушка запрокинула голову назад, как приятно щекотали солнечные лучи, что еще нужно? — Агата, на такой работе нет отпуска, только выход навсегда и с индивидуальными последствиями, вместо этого у тебя есть все. Деньги, украшения, одежда, лучшие отели. Успокой свой внезапно начавшийся юношеский максимализм и работай. — Да, мэм, конечно, мэм. — Она все еще купалась в солнечной ванне, не обращая внимания на женщину.       Вивьен беззвучно оказалась рядом и резко дернула ее за халат. — Это не шутки, — процедила сквозь зубы женщина, — веди себя прилично, сиди и жди нового задания.       Ушла, больше ничего не сказав. — Испортила весь день… — тяжело вздохнула девушка. — Самое время оценить масштаб трагедии, моя любимая Англия!       Заголовки новостей, конечно, пестрили о несчастном случае. Славный дипломат отдыхал, ничего не предвещало беды, сердечко не выдержало — какая жалость!       Интервью давал Уилсон, а позади него крутились люди из хваленой британской службы. Заседали, решали, как же найти того, кто бокалы оставил. Харрис лежала на большой кровати, листая каналы, везде одно и то же, дело будет идти тихо, так не интересно… знакомая макушка, голубые глаза… это же Нильсен! Человек, посадивший ее за решетку! Он тогда был простым полицейским, только приехал из Швеции и в два счета расколол дело, чертов швед, добился своего!       Агата вскочила и подбежала к большому экрану; годы его сделали брутальным, сексуальным, холодным… — Боги, да ты возмужал…        Она не могла поверить своим глазам: дорогой костюм, идеально уложенные волосы — мурашки пробежали по спине от воспоминаний. Как дура тогда доверилась этому красивому лицу; остроумие, все его провокации, еще чуть-чуть — и они бы переспали! — Выкуси, мальчик, я здесь, а ты там, ни за что не доберешься до меня!       Только уверенность давала слабину, он и вправду хорош… нет, даже Нильсену это не под силу, теперь точно нет.       Ее окатывает волна беспокойства, страха и азарта — то, что она утратила за эти годы; глаза загорелись, в голове так и циркулировали безумные мысли о том, чтобы дразнить его, поиграть, отомстить.       За такое ее и саму убить могут, плохая идея, Агата!       С начальством шутки плохи, а с возмужавшим Нильсеном играть вперегонки еще опаснее. Узнает ли ее? За эти годы она примерила сотни обличий. Блондинка, брюнетка, рыжая, сексуальная, скромная, леди, зубрила, каждое убийство — новая роль.       Соблазн в ее апатичном состоянии велик, не будь там его, еще бы упустила, но теперь все это приобретает самые яркие краски, как же бросит Александра?       Где будет следующее дело, успеет ли съездить на родину, взглянуть на него хотя бы одним глазком, узнать, как у них там дела, кого ищут…       Харрис, как одержимая, мерит шагами огромное пространство комнаты, прикусывает ноготок на большом пальце — дурная привычка, из-за которой так часто получала по рукам от Аннет в детстве, но не отучилась.       Сидеть тихо? Отлично, можно тихо съездить и погулять по Лондону, просто оценить обстановку, честно, очень тихо…       Агата обучена этому: затеряться в толпе, быть максимально близко, но незаметной, уйти и зайти, ювелирно, профессионально — она мастер.       И вот минус у идеального наемника за годы прекрасной жизни все-таки появился. В одном ряду с безразличием, умом, лидерством, перфекционизмом встают упрямство, тяга к новому, неизведанному, желание показать всем, что она лучшая. Показать ему.       Женская месть, что может быть хуже?       Хуже всего, что это необдуманное, эмоциональное решение и ведет к последствиям, что-то будет.       В эти секунды разум затянул густой туман, руки спешно закидывают в сумку самое необходимое, билет бронируется, Вивьен улетает сообщение о смене обстановки, мол, как понадоблюсь, звони, а в какой точке земного шара, не важно, одинокая кошка гуляет сама по себе, для Агаты это обычное дело.

***

      Смерть дипломата для общественности — закрытая тема, несчастный случай, оторвался тромб, инфаркт, инсульт, что угодно, сейчас это неважно. Кто это сделал и зачем, грозит ли опасность правительству Англии — именно это имеет значение.       Пока самый статичный план действий разрабатывался большой командой и каждый получал особое задание, Нильсен решает, что проверит свою теорию и сократит время нудных поисков и домыслов. Естественно, докажет свою правоту.       Зануда Джон остается за него, а он спешит в архив. — Женщины-киллеры, наемники, последняя активность, Англия, Франция…       Пальцы ловко стучат по клавиатуре, десятки женщин мелькают перед ним — те, которые уже сидят; те, о ком известно, кто сбежал, но попадался. У каждой свой стиль. Ничего не подходит к их случаю.       Мужчина идет от обратного: убийства, нераскрытые, яркие, из ряда вон выходящие. Нужно понять ее манеру.       Харрис оставила след впервые? Нет, следами это сложно назвать — небольшая шалость, некоторые мужчины или женщины ей не особо нравились, вели себя неприлично, желали ее или пытались унизить, поэтому микрогадость всегда в радость. Это началось около года назад; первые звоночки скуки, сотни стран — как еще разнообразить жизнь?       Александр охватил последние пять лет — долго, мучительно и ничего по существу.       Кровожадные, сумасшедшие. Дикие вещи, голые, истерзанные, переодетые, что двигает убийц на это? Что за самовыражение такое? Людская жизнь для них — ничего, а тело — настоящий холст.       Его это давно не удивляет и не пугает. Устало потерев лицо ладонями и расстегнув верхние пуговицы надоедливой рубашки, он подходит к текущему году, оставляет убийства политиков всего мира. — Моя хорошая, вот ты и попалась, — оживился Нильсен.       Мелкие детали, на которые обратит внимание только самый дотошный детектив только после повторного осмотра, а сотрудник разведки обязан замечать сразу.       Она оставляет незначительные вещи — они прямо указывают на то, как убита жертва. «Не тратьте время, я вам покажу». — Скучаешь, значит, скоро познакомимся.       Нильсен распечатывает еще пять дел, к слову, закрытых, но без убийцы, кое-как прикрытых кем-то сверху. — Мистер Уилсон, у меня для вас информация. — Мужчина постучал и не стал дожидаться приглашения, вошел к советнику, который может уехать в любой момент. — Что-то нашли по моему запросу, Александр? — Нутром чувствовал, этот самоуверенный занимался совсем другим. — Нет, но у меня для вас кое-что интересное. — Он спешно разложил на столе дела. — Это делает человек, которого мы ищем. Ее отправляют на убийства мужчин — политиков, значимых личностей, Испания, Италия, Россия, Литва, Норвегия и теперь мы.       Здесь не поспоришь, есть цепочка, убирают дипломатов. — Почему она, Нильсен? Почему женщина? — Он не верил, что женщины могут быть такими. Такими умными, скрываться годами, изящно выполняя свое дело. — Женская психология, я уверен в этом. Девушка работает давно, продвинулась по карьерной лестнице, выполняет дела на «отлично», ей это наскучило, испытывает терпение своего начальства. Мы должны найти ее раньше, она приведет нас к тем, кто отдает ей указания.       Уилсон молчал, перелистывал закрытые дела и понимал, это их шанс, будь она хоть чертом в юбке, но они смогут найти того, кто делает заказ. — Отлично. И как ты будешь ее искать? — Изучу дело более подробно, нужно поехать во Францию, все осмотреть. Увы, это только начало, а она не выдержит, проявит себя еще, особенно, если узнает, что за ней идут. Это подстегнет ее к большим действиям, и мы должны добраться до нее первыми.       Нильсен прав. Знал бы он, что она сама летит ему навстречу. — Хорошо, даю два дня, и отправитесь на виллу. Посмотрю, кого дать в помощники, на сегодня можете идти, Александр, уже слишком поздно.       За окном поздний вечер, офис опустел, он и сам не заметил, как долго искал подтверждение своей теории. На сегодня есть одна маленькая победа, что бы мир делал без него?       Вечерний Лондон отражался в лужах, дождь стих, грозовое небо рассеялось, ночь тихо опускалась на город, но сама столица не замолкала. Яркие неоновые вывески, фонари вдоль тротуаров, снующие люди спешат домой или хотят укрыться уютном месте.       Александр жил один, точнее жил на работе и работой. Свою квартиру он любил за наличие удобной кровати, только к ней и спешил, сон — восьмое чудо света. Его режим жизни не позволял жениться или иметь хотя бы постоянную девушку. Он и не стремился к этому — ему хватало снятия напряжения с незнакомкой или уже знакомой, понимающей его занятость; хотя это всегда вело к одному — любая в итоге хотела отношений.       Как же с ним не хотеть? Деньги, ум, красота. Интересная беседа и секс приносили большое удовольствие. Загадочный, отстраненный, личный Бэтмен. Каждая таила надежду растопить его сердце.       Злая женщина-кошка уже совсем близко.       Харрис гуляла по родному городу уже второй час. Импульсивное решение давало о себе знать, здесь уныло, и все напоминает о ее прошлой жизни, которая редко вспоминалась. Тетя-тиран, строившая из себя святую, сумасшедший дядя и его детки, условный инцест, не родственники, но что, никого получше не было? Как таких не убить? Досталось только Аннет. До этой самой минуты она не задумывалась, как они там живут и что осталось от их дома, чертов Нильсен! — Ладно, побродим, завтра посмотрим, как ему работается, и куда-нибудь отправимся, где тепло, солнечно и весело, — успокаивала себя Агата, кутаясь в теплый шарф. Холод и дожди она избегала — еще одно напоминание о прошлом.       Эта опрометчивая ошибка может стоить жизни ей, а может — и ему. Приключение или маленькая шалость на память? Как бы ни забывала свое прошлое, он — важная часть, которая ноет огромной раной в груди.