Пообещайте мне любовь

Глава 21. А на Пиллио снова шел снег! Рей вздохнула, плотнее запахивая ворот куртки, вот когда-нибудь он тут заканчивается или нет? Сугробы уже до середины стен модулей. Дроиды нагружают этим снегом краулеры, а потом его вывозят с территории базы. А он все идет и идет. То ветер, то снег… Но снег скрыл черные языки копоти от взорванного центра, да и развалины уже разобрали. А там, где погибли техники, снова воздвигнут ангар. Но это далеко от площадки, где приземлился Ипсилон. Рей видела это здание, стоявшее чуть в отдалении от базы Рен, за стволами сакивовых деревьев и кустами сашима, залепленными снегом. - Разве мы не на базу? – Спросила Рей, сходя по рампе и почему-то радуясь, слыша, как поскрипывает снег под ногами. - Мы с тобой – нет, а Рен отправляются к себе. - Я думала, что там у тебя своя комната… Только… - Ты не чувствовала, вышибая двери, да? - Да, - Рей рассмеялась. – Присутствие кого-то еще, но не тебя. Ири увозил спидер, а рыцари, кутаясь в плащи, уже слегка присыпанные по плечам снегом, ждали, что скажет Кайло: - В зале через три часа, - Верховный Лидер снова посмотрел на Рей: - Идем. Это наш дом, здесь. По мере того, как закрытые двойные створы из транспаристали, покрытые светоотражающим покрытием, приближались, в Рей поднималось волнение. «Это наш дом…» Дом. «Тук-тук-тук…» - застучало волнением в висках кровь… Там, на Джакку у нее был…дом? Был разбитый АТ-АТ, который она приспособила под жилище. Потом было еще много… приспособленного, Сокол, клетушки на базах Сопротивления, ее комната там, за сакивовыми деревьями, где она тоже… ждала. И еще она видела дом на Чандриле, но ничего, кроме горечи воспоминаний не чувствовала в Кайло. Там он тоже… ждал. Они оба отчаянно нуждались в любви, и только на Гризмальте Рей поняла – дом это не здание, это ощущение, что ты – дома. И тебе совсем не важно, где ты, на заснеженной Пиллио, или в холодном космосе на борту звездного разрушителя, или в старом замке среди наполненного смолистым воздухом хвои Галидраане. Потому что рядом тот, кто любит ее, отдавая свое тепло и свет, тот, кого любит она, кто нужен ей как сама жизнь… Он нажал на панель управления, створы поехали в стороны, открывая сумерки холла, а Рен вдруг подхватывает ее на руки. Белый мех ее капюшона щекочет его щеку, но он говорит совсем серьезно: - Только так. Какая-то тихая радость и безмятежный покой окутывает их сейчас, а Рей кажется, что так было всегда, давно, уже много-много лет. И ураганы, и грозы, и пропасть в огне между ними, где-то совсем далеко, совсем скрывшись в глубинах памяти. Сейчас только величественное спокойствие Силы, и в этой глади, как в зеркале отражается чистое небо, наполняя сердце полнотой жизни. - Так будет, я знаю, я видел… - Я тоже кое-что видела… неси уже, что ты стоишь? На борту Ипсилона обязательно кто-то оставался, это Наат знал. Невин и Чидс, проводив взглядами Кайло и Рей, переглянулись: - Вот и хорошо, - сказал Невин, - не будет торчать на базе, она и подружка ее. Тоже, нашел куда их пристроить. Что одна, что вторая, шипящие лот-кошки, и вечно шесть на загривке вздыблена. Так и ждешь, что сзади прыгнут на спину и в шею клыками вцепятся. - Это ты потому, что она тебя об стены и об пол приложила? – Спросил Наат, пропуская второго пилота и стрелка. Значит, Тавсон останется на корабле. Вот это подвезло! В ближайшие часы шаттл никуда не летит, значит… - Нет, это я потому, что девушки хороши в других ситуациях, а эти совершенно не подходят для других ситуаций. - Ага, скажи это Кайло! – Не согласился с братом Ло. - Или Хаксу, - мрачно добавил Наат. - А Хакс причем? – Чидс обернулся. - Да все притом же. Это для вас они разъяренные лот-кошки, а для кого-то очень даже ручные… - Наат удержал Ло за плащ и глазами показал: «Останься». Ло сделал удивленные глаза и хотел уже поинтересоваться, чего это такая секретность? Но Наат покачал головой, нет! - Вы идете? – Спросил Чидс, - отвык я от холода. - Идем! – Уверенно ответил Наат, только кое-что проверим и все! - Что «кое-что»? – Нахмурился Невин. - Надо… очень. Мы потом расскажем. - Наат посмотрел на Ло, а тот кивнул. Лейтенант Джероб Тавсон расположился в салоне, откинувшись на спинку дивана и закрыв глаза. Он любил вот так, в одиночестве, вспоминать свой родной мир, на котором не был уже двадцать лет. Крант был самой красивой планетой а Галактике. Так считал главный пилот. Нигде больше он не видел таких пышных лесов средь живописных скал, такого яркого неба, таких закатов, когда деревья патерро светились всеми цветами радуги, а когда два раза в год они сбрасывали большие, словно плетеное кружево, листья, их собирали в букеты, а мама расставляла их в вазы, в комнатах, на террасе… И они, даже засыхая, не теряли своей радужности. И было так… празднично… Пока Альянс не облюбовал их густые леса, пока шпионы-ботаны не устроили на их мире свои места встречи, пока повстанцы не стали в городах вербовать сторонников, рассказывая об ужасах Империи. А они и не знали ничего. Ни ревущих СИД-истребителей, ни штурмовиков никто не видел. Просто жили, работали, новости смотрели. Отец одобрительно кивал и говорил, что наконец-то прижали этих бюрократов, наконец-то порядок. Джероб слышал, когда приходили гости, что говорили о Республике. Что отказавшись от армии и отдав каждой планете разрешение иметь планетарные силы безопасности, Республика осталась только на словах, превратившись в феодальную диктатуру, а многочисленный сенат – в большой рынок, где продавались и покупались голоса, что рабство на мирах никто и не пытается искоренить, что бизнес душат непомерными налогами и коррупцией, и именно это довело богатые индустриальные миры до желания отделиться, а Республика натравила на них джедаев, что эти джедаи, как каратели, выполняли миссии подавления на планетах, своей силой принуждая покоряться. И правильно император всех перебил. Вот Крант, цветущий мир, сколько выращивает всего, сам мофф Иттрис говорил, насколько ценен Крант, и сколько средств выделила Империя на освоение новых земель. Просто не лезть в политику, говорил отец. Крантийцы и не лезли. А вот повстанцы, которые хотели снова сенат, джедаев и вернуть, как было, лезли. И прилезли в радужные леса Кранта. А потом принесли свою политику в города, а потом… Потом война пришла и к ним. Тогда все увидели и штурмовиков, и ревущие СИД сбрасывали бомбы и пускали торпеды, а мофф Иттрис лютовал в городах, выявляя и казня запропагандированных. Потом Империя уничтожала базы и лагеря Альянса в радужных лесах, потом Альянс вернулся и уничтожал имперцев, а когда снова началась Республика, было уже много политики, но мало кредитов. Никто не спешил помочь восстановить разрушенное, и очистить поля. Отец и мать собрались и отправились на Г,винил, который не входил в Новую Республику. Только Крант Тавсон вспоминал с тоской. Двое Рен вошли в салон и остановились, разглядывая Тавсона. Сквозь прикрытые ресницы лейтенант разглядывал Рен. Эти шебушные чего-то хотят? Он сел, потянувшись за шлемом и перчатками, но тот, со смоляными волосами и глазами, как черные дыры, сказал: - Нам вот нужна кое-какая информация, вы же не против, если мы посмотрим кое-что в вашей памяти? – И плотоядно улыбнулся. Тавсон вздохнул, рыцари Рен не подчинялись военным, только самому Рену, но чтобы так нагло… - И у вас есть разрешение Верховного Лидера? - Нету, - развел руками Наат, улыбаясь, - но нам надо! Лейтенант перевел взгляд на второго. Совсем пацан, сомневается и побаивается. Когда на них был наведен бластер, они как-то и не заметили. Джероб снова вздохнул: - У меня встречное предложение, вы убираетесь, а я молчу о вашей… просьбе. Только поднимите руки или шевельнетесь, выстрелю. - Да мы только спросить хотели! – Воскликнул младший, и в синеве глаз плеснулось возмущение, - че стрелять сразу? - Уходите, - спокойно сказал главный пилот и указал глазами на выход. В черных дырах глаз сверкнуло вспышкой, но Наат удержался, дернув Ло за полу плаща. - Все, - сокрушенно сказал Ло, когда они шли к базе, - теперь этот пилот Кайло нажалуется, а он нам так врежет, так врежет… - Вот чего ты не заставил его забыть все, а? - Мне поближе подойти надо, а он пушку свою наставил! А, знаешь что? Я вот возьму и спрошу у Рей! Прямо так и спрошу! Они стояли, обнявшись, вдыхая друг друга и наслаждаясь этим покоем в Силе. И Кайло понял, что было написано на этих двух разорванных половинах, которыми он видел их с Рей. Баланс. Они вместе – баланс. То неукротимое, необузданное, ревущее, что металось и в нем, и в ней, точно билось в некую преграду, не давая возможности сосредоточиться. Ему приходилось прикладывать усилия, чтобы как-то сдерживать эту мощь, а Рей и не сдерживала, бросаясь в бой, не думая. Чего только стоит ее швыряние на Сноука. Ей все равно, каков противник, она действовала только на эмоциях, совершенно не управляя ими. Та странная связь, которую он почувствовал, только увидев ее… Она росла с каждым днем, она заставляла напрягать все способности и волю, чтобы удерживать это колеблющееся пространство, готовое снова соединить их в Силе. Они соединены в Силе! Рей, яростно кинувшаяся на преторианцев, никогда ранее не знавшая, что такое реальный бой. Он чувствовал каждое ее движение, и каждую эмоцию, как раньше ее страх, гнев, боль, только тогда сам не зная, направлял к ней Силу, концентрируя ее гнев для удара. Это только потом Кайло понял, что именно, когда они рядом, их способности отражаются друг в друге, давая возможность мыслить и действовать не так, как он бы действовал один. Это Рей дала ему уверенность и возможность переиграть Сноука в ментальной дуэли. Потом… потом все очень раскалено и мучительно, до одури непереносимо больно. Без нее. Как обнаженные нервы, по которым кто-то полосует острым клинком. Она летела на Ак-То, чтобы спрятаться от самой себя, потому что, как бы она ни старалась, но он чувствовал ее смятение и душевные муки. Ее боль, такую же немыслимо-тягостную, как и его. И ее глаза, в которых все совсем другое, чем на словах. И он решился, на еще одну попытку. Она сама подарила ему надежду еще раз, позвав его из затуманья. Нет больше ни тонкого льда, ни хрупкого шаткого мостика между ними. И нет той преграды, которая держала их Силу. Буря, разразившаяся, когда они соединили эти силы, утихла, теперь… - Теперь так тихо, - сказала Рей, - и так спокойно. Знаешь, после Колосса я поняла… Сила, она как бортовые приборы. Они есть, ты можешь включать то одно, то другое, по мере надобности. Надо получить информацию – ты запускаешь сканеры, ведь так? А я просто направляю поток и вижу мысли. Или вот… - Бортовые приборы? – Кайло улыбнулся, - твои сравнения весьма… специфичны. Но ты права. То, что сейчас, - он снова прикрыл веки, наслаждаясь спокойной гладью энергии Силы, - наверное, так и должно быть… - Или было когда-то, - вздохнула Рей, устраивая голову на его плече, - и еще, Бен… ненависть, гнев… это мое оружие на Темной стороне. Ведь так? Только раньше они просто накрывали меня каким-то куполом, и он совершенно непрозрачный. Только такой …обжигающий, если б ты знал, как я тебя ненавидела… - Я чувствовал, - снова улыбнулся Кайло. – А теперь? - Не знаю. Тоже купол, но я все вижу и знаю, как действовать. И совсем не обжигает. - Ты сказала «оружие на Темной Стороне», а на Светлой? Она подняла голову, смотря удивленно: - Ты разве не понял? Любовь. То, что сильнее и гнева, и ненависти, и ярости. То, о чем писал Люк. Только вот откуда он взял это? - У нас есть его компас. Посмотрим, когда это было записано, и где он был в это время. - Остается только понять, когда? - Потерпи, Рей. - Я знаю. – Она, наконец, осматривается, - тут лучше, чем на моем АТ-АТ. - Песка нет? - Да ничего нет, что там. Значит, лучше. - Логично. – Он сдерживал улыбку, потому что Рей говорила совершенно серьезно, сравнивая свой АТ и покои Верховного Лидера на базе Первого Ордена на планете Пиллио. В ней каким-то непостижимым образом сочеталось все сразу, детская непосредственность, даже наивность, прямодушие и честность, резкость и жестокость, яростность и нежность. Тогда, на Такодане… Нет, потом, когда он нес ее, да, она казалась таким нежным цветком, который накрыло неожиданной бурей. Эта ее свежесть жизни, солнце, наполнявшее ее, Свет. И глядя на этот нежный цветок, он и представить себе не мог, что у него стальные шипы и бунтарский нрав. Она не выносит притворства и лжи, но искренна во всем. Чужеродный элемент в этом мире? Не для него. Девочка, которая сумела произвести эмоциональную революцию в нем самом. Она могла быть воином, могла быть нежной возлюбленной, а могла, как сейчас, широко раскрыв глаза, рассматривать свой дом, касаясь кончиками пальцев то окон из умбарского бледно-голубого стекла, за которыми все так же падал снег, теперь уже мохнатыми хлопьями. Проводила ладонью по панелям стен из ламиналлума с вкраплениями пурпурного зиния, остановилась у стола: - Это же дерево? - Дерево, - согласился Кайло, - дерево хоса. - Оно теплое? - Это так кажется. Потом она обследовала спальню, на мгновение занесла руку над кроватью, но тут же отдернула ее. Нет! Он опустил взгляд. Увидела? Его кошмары, бессонницу, его сны? Рей повернулась: - Нет! Не хочу больше. Это прошлое. А почему голубые полы? - Не знаю, Так уже было. Тебе не нравится? - Как по небу ходишь. - Сказала Рей. Вот об этом Кайло точно не задумывался. Он выслушал, что ему сказали в коммуникатор и протянул руку: - Нам пора. Ты не передумала? Лицо ее сразу изменилось, и от удивленно- восторженной девочки не осталось ничего. Снова другая Рей. Сильная, решительная. - Нет. -Мне не доставляет удовольствия видеть воспоминания тех, кого я допрашиваю. Потому что потом приходится блокировать всю эту карусель чужих мыслей, чужой жизни. Но сразу достать то, что необходимо получается редко, сопротивляются. Вот твой Дэмерон воспроизводил свои похождения… - Кайло посмотрел на Рей, она хмурилась, упоминание По было лишним… - Я хочу ВИДЕТЬ как ты это делаешь! Наат говорит, как стену пробиваешь. Тяжело. - Зачем, Рей? Это техника Темной Стороны, она доставляет боль. И ты это знаешь. Тебе недостаточно, что ты можешь считывать мысли и эмоции? - Нет! Не достаточно! Вытянуть глубокие воспоминания против воли существа… Мне не было больно! Почему? То, что рассказал По, совсем другое! Значит, есть способ… - Нет способа. Я не хотел причинять тебе боль, но все равно… пришлось… - Я иду с тобой! -Ты и так все увидишь. - Я иду с тобой! – Твердо сказала она и смотрела теперь на Кайло упрямым взглядом. Сам по себе тюремный блок ничем не отличался от остальных на Пиллио. Такое же вытянутое в длину здание, с куполообразной крышей, только окна были меньше по размеру и подняты высоко, да ограждающее поле энергии насыщенного оранжевого цвета. И пропуск… Да, пропуск целых три кодовых цилиндра, из чего Рей поняла, что это ключ-карта входа для высокого начальства. Остальные, видимо, по предварительному разрешению. Дежурный офицер тут же бросился к Верховному Лидеру, но тот остановил его, кивнув на закрытые створы допросного модуля: - Он уже там? - Так точно. И мы отозвали дроида-дознавателя, как вы и просили. Кайло кивнул и открыл створы: « Не передумала?» « Нет! Я хочу видеть все!» Синджир был зафиксирован на удерживающей панели, а Рей как будто почувствовала холодную сталь ограничителей на своих руках и ногах. Датчики жизненных показателей были включены, а вот тогда… тогда, Рей вспомнила, они были темными! Да! И этот электорошокер… Сейчас мигавший зеленым… Мужчина в модуле не выглядел подавленным, испуганным, удрученным, он просто задержал равнодушный блеклый взгляд сначала на лице Рей, а потом глаза Рат-Велуса уставились на Кайло: - А-а-а, сам Верховный Лидер…- протянул Синджир, и его сухие, потрескавшиеся губы раздвинулись в некую гримасу, наверное, улыбку, так чужеродно смотревшуюся на сероватой коже лица: - Бывший офицер службы безопасности Империи, бывший безработный алкоголик, бывший тайный агент Альянса и бывший советник Мон Мотмы по особым вопросам, – глухо и хрипло сказал Синджир, - гадаешь, с чего начать? Нет, сейчас думаешь, чего это я тыкаю? Ты вот еще не родился, а я уже видел твою колыбель, представляешь? – Смех Рат-Велуса был похож на кашлянье бларта в период гона. Кайло молчал, рассматривая пленника. - А над колыбелькой, помню, проектор был, ага, такой, что картинки всякие показывает. Красивые, наверное, ты не помнишь, нет? Да… у меня вот не было ни такой колыбели, ни таких игрушек, ни таких знаменитых родителей… - Если вы не станете препятствовать, - сказал Кайло, не отреагировав на воспоминания Синджира, - то мне не придется причинять вам психологическую травму. - Это ты мне рассказываешь? Про психологические травмы?– Снова засмеялся Рат Велус, - да я и так расскажу. Она пришла, сказала что на выбор, или я убиваю Органу и получаю сумму втрое превышающую мои долги, или они убьют Кондера. Однажды его уже брали в заложники. Это было для меня… тяжело. Я его освободил, а потом мы сыграли свадьбу… - Просто сидите и не пытайтесь мне препятствовать, - перебил его Рен. И снова посмотрел на Рей. Если она уже решила… Упрямая! И Верховный Лидер снимает ментальные щиты, а Рей закрывает глаза, вливая свое сознание в плотный гудящий поток энергии между ними. Он спокоен, собран, уверен. И принимает ее с какой-то тенью улыбки. « Почему ты улыбаешься?» « Потому что теперь ты чувствуешь себя в моем сознании как дома…» « У тебя неуютно, Кайло. Сплошные закрытые двери». « Считаешь, если я их открою, тебе это понравится?» « То, что ты не закрываешь для меня – да!» « Ты преподала мне хороший урок, Рей с Джакку, я был слишком самоуверен…» « Другое, Рен, я знаю, слишком много было того, что волновало тебя тогда…» Сейчас потоки Силы сплетали их сознания, и Рей видела глазами Кайло. Как приблизилось лицо Синджира с сероватой нездоровой кожей, и седые пряди в некогда черных волнистых волосах, и неопрятная щетина, и он закрыл глаза. Перед ними клубящаяся темным туманом стена и больше ничего. И эти клубы накатывали, как водные валы в шторм. Рат-Велус волновался, да. А Кайло шагнул вперед, раздвигая эти наползавшие друг на друга волны. Сначала Рей не видела ничего, кроме колышущейся чернильной тьмы, а потом увидела, как Рен посылает пучки энергии, и они пробивают эту чернильность, открывая светлые точки. Их много, а Рей кажется, что это кто-то смотрит на нее из этой черноты. Как оказалось, правда. Кайло надавливает на первую. Ягоды ого-ого, женщина смеется… Рен перебирает эти воспоминания, как четки, довольно быстро, скидывая светящиеся бусинки с пальцев, и они исчезают в чернильной мгле. Рей подумала, что просмотреть жизнь – это так долго… « Нет, это тысячные доли мгновения, Рей…» Мать била его, срезанными ветками ко-мора, а он говорил, что любит ее, а сам ненавидел. И зло копилось постепенно, разрастаясь до пределов его сознания, заполоняя все. Он завидовал, тем, у кого были родители, отец, у кого было больше достатка в доме. Кто улыбался и был счастлив, кто лучше учился, Зависть толкала его быть первым, но она разрушала его, копя непомерное количество яда. Он учился ненавидеть. И быть жестоким, потому что жестокость делала его сильным, в своих глазах. Только сила. Потом «Гнездо гадюки», где из него выбили остатки совести, сострадания, человечности. Двое суток он пытал лейтенанта, заподозренного в попытке убить императора. Двое суток вдохновенных и изощренных пыток, пока тот не сломался. Вот именно это доставило наслаждение! Потом были другие. Много. Свои, имперцы. И то,что он сделал с красивым юношей-артиллеристом… Кайло сбросил эти воспоминания так быстро, но Рей задохнулась от того, что увидела. И ей показалось, что она никогда уже не может вдохнуть… Эгоистичный, крайне жестокий, грубый и склонный к изуверству, Синджир хорошо выполнял свою работу. Не забывая приложиться к алкоголю, чтобы прийти в расслабленное состояние. Его учили читать язык тела, мимику, учили искать и находить, учили убивать. Он предал Империю, потому что видел, как взорвалась Звезда Смерти, что ознаменовало для Рат-Велуса новую веху в жизни. Если его умения нужны новым хозяевам Галактики, отчего нет? Только если за это будут платить кредиты. Герой Республики, убийца, палач, изувер…. Рей видела то, о чем не говорила Лея. Лица тех, кого он пытал и убивал, нанесенные лазерным трафаретом на борт его корабля. И Теммин, улыбающийся парень. Команда Норры Уэксли. Гранд-адмирал была права… Мон Мотма заметила Синждира. «Мне импонируют ваши выдающиеся способности», - сказала канцлер. И Рей вдруг ужаснулась так, что по позвоночнику скатывались капли пота. Вот то, что она видела, это «выдающиеся способности?» Рат-Велус – помощник Мон Мотмы! О! Теперь понятно, зачем он был ей нужен. Она набирала всего тридцать пять процентов голосов. Больше никто не давал. Сенаторы не слишком активно голосовали за подругу Леи Органы. Почему так? Тогда в игру вступил Синджир. И Рей увидела, что творилось в правительстве Новой Республики. Подкуп, угрозы, взятки. Комиссия по перераспределению имперских ресурсов… Распределяли. Якобы на миры, пострадавшие от Империи. К себе в карман, а руководил ею уважаемый человек. Сенатор от Антан-Прайма Ашмин Эк. Планета элитного курорта криминальных лордов. И взятки, взятки, взятки. Круговорот подлости, предательства, вранья и обещаний. Море лжи и лицемерия. И такие пламенные речи о добре, милосердии, свободе и справедливости в Сенате! И пафосные трансляции по Голонету, для освобожденных от ига Империи жителей Галактики. А на самом деле только банальная война за власть, которую рвали зубами друг у друга. Ботаны у саластанцев, чандрилианцы у Корусанта, преступные синдикаты, поставившие своих сенаторов, у Колоний… Синджир работал на износ, выполняя поручения Мон Мотмы. Он умело раскрывал заговоры против нее, умело вытаскивал информацию, умело припирал к стенке тех, кто брал взятки. « Вот видите, Синджир, языком вы тоже неплохо работаете, не насилием», - с удовлетворением замечала Мон Мотма, когда пойманные на подкупе, обмане и шантаже сенаторы, после встречи с Синджиром, отдали - таки свои голоса за канцлера, и войска были отправлены на Джакку. Только Рат-Велус не рассказал ей, что у него есть способы причинить такую боль, которая не оставит следов пыток. Профессия такая. Никто не узнал ни о взятках, ни о шантаже, ни о том, что ресурсы перераспределяются на нужные миры. Это было условие Мон-Мотмы. Они – голоса за нее, она – не предает огласке их делишки. Все остались на своих постах, дальше строить просветленное и свободное будущее, а соперник Мон Мотмы Валтор был арестован, допрошен Синджиром в своейственной тому манере. Политические предпочтения оришена Валтора шли вразрез с желанием Мон Мотмы уничтожить девяносто девять процентов Звездного флота Республики, предоставив мирам самим позаботиться о своей безопасности, а так же войне до победного с Империей, а не сепаратного мира. На подписании Галактического соглашения Герой Республики Синджир Рат-Велус стоял за спиной канцлера, как особо доверенное лицо. А потом снова… поиск тех, на кого указывали, пытки… рутина. И тоска по возлюбленному. И Синджир решил закончить скучные политические игры. Все одно и то же… В сознании Рей проносились образы, картинки, планеты, жертвы, политики… Липкая жирная жижа грязи. Ей казалось, что она упала в яму с этой жижей, она затягивает ее, и ей не выбраться. Она устала уже, у нее больше нет сил ВИДЕТЬ все это. Но ее сердце рыдало от осознания, что По, и Кайдел, Сари и Зэй, Седрик, Йоло… все те, кто погиб, кто взрывался в тех проклятых транспортниках… Вот за ЭТО они отдали свои жизни? Вот за ЭТУ хваленую перехваленную Республику? И Рей захотелось закричать от отчаяния и от боли, которая уже снова разрывала ее пополам… Кайло просто открыл последнее. Женщина оказалась чактилианкой. Смуглая, черноволосая. Это же описание давали сыщики. Но в воспоминаниях Рат-Велуса на скулах наемницы – татуировки. В центре паутины две хорошо читаемые вплетены буквы С и Ш. Темные клубы. Рей чувствует, как пульсирует боль в голове Синджира, отдаваясь и в ее сознании. Она выдыхает с облегчением, когда видит только Светящийся поток Силы и чувствует Кайло, укутывающий ее этим потоком, успокаивая: « Шиел и Халис описали ее точно, но ни о каких татуировках не упомянули. А пропустить такое они не могли». « Значит, не татуировки». « Значит, нас кто-то упорно наводит на мысль, что его высочество всегалактический светоч Элеоди затеял игру. А на самом деле играет кто-то другой». Синджир открыл глаза: - Что, весело было да? Такова жизнь, малыш. - Как звали того, первого? – Тихо спросила Рей Рат-Велуса. - Альбер Гров, - тут же ответил Синджир. – Он был моим экзаменом, моим пропуском к карьере… - Вам… не страшно? - Мне? Нет. А почему мне должно быть страшно? Я честно выполнял свою работу. – Синджир поморщился, - твое копание в моих мозгах срочно требует что-нибудь выпить, не находишь, малыш Соло? А ты похож на отца … – И нахально-вызывающий взгляд карих глаз, с прищуром, который так резко обозначил морщины на его лице. Рей чувствовала, как ярость вспыхнула в душе Кайло, как в одно мгновение вскипел котел, булькая расплавленной магмой гнева, как мрак черным крылом коснулся его сердца… Верховный Лидер чуть прикрывает веки, скрывая за опущенными ресницами свой взгляд, А Рей видит, как по глади полотна Силы словно пронесся ветер, поднимая легкую волну, и одну из них Кайло направляет в свое сознание, заливая ею то, что взбудоражило его память, гася кипящую магму. Рей кажется, что она слышит это шипение остывающего гнева… Он справился, оставляя без ответа едкие замечания арестованного. Рен уже поворачивается к двери, когда голос из допросного модуля влетает в его спину, как кинжал, который кто-то метнул из-за угла: - А что, малыш, мне вот не пришлось убить своего отца, как оно, ощущение победы? Кайло развернулся мгновенно, выбросив руку и вламываясь в сознание Синджира уже без осторожных действий. Рей чуть не вскрикнула, так резко в ней самой отдался его порыв. Он не спрашивал: «Кто?» Он хотел видеть. То, что он пропустил, чувствуя, что творится в душе Рей. Не то, не то, Кайло сбрасывал воспоминания Синджира, отматывая назад, от момента встречи с чактилианкой, Чандрила. Все время Чандрила… Стоп. Вот эта вонючая дыра никак не похожа на бары чандрилианцев… Полумрак не скрывал грязные потеки на стенах. Скорее всего, какие-то напитки разлетались, оседая на серо-желтых панелях из карбо-пластика. Дешевенького материала. От драк или выстрелов? За стойкой совершенно неопрятный целерианец с вытянутым лысым черепом, скрывающим два мозга, седыми бровями и кибер-протезом глаза, оскаливает крупные зубы, протягивая стакан с напитком Синджиру. Его волосы явно давно не мыты, глаза осоловевшие от алкоголя, сгорблен, он ловит пущенный по стойке стакан и ухмыляется: - Знакомое пойло, вонючее, как дерьмо бархеста, я вот иногда думаю, что именно из него это и делают, - сам себе сказал Синджир, крутя стакан на отполированной тысячами рук стойке бара. - Это же корва, - чуть обиженно пробасил бармен-целерианец. - Да знаю я, – тяжко вздохнул Синджир, - тут протрезвеешь от одного запаха, а не расслабишься… « … сказал Верховный Лидер…», словно издалека донесся голос диктора. Синджир повернулся, видимо туда, где был голоэкран, и махнул стаканом с корвой: - А я этого знавал еще во-о-т таким, - Рат-Велус свел большой и средний палец, показав, каким микроскопическим был Бен, - но зато не раз мы с его отцом… - Он убил своего отца, - глухо сказал голос за спиной Синджира. Он замер, неспеша развернулся: - Да-а? А ты прям видел? - Видел, - сказал Финн, на его лице суровость и непримиримость, одет в синий комбинезон Дальних Миров с эмблемой на рукаве. - Ты кто такой? – Прищурился Синджир, смотря на Финна сквозь напиток в стакане. - Неважно. Он ответит за все, когда мы казним его в прямом эфире. Чтобы свободная Галактика видела… - О-о-! Снова свободная Галактика, - кивнул Синджир и опрокинул содержимое стакана в рот. Потом поморщился и помотал головой, - дрянь, какая ж дрянь. – Посмотрел на Финна, - казнь в прямом эфире? Даже я до такого не додумался. А кто казнить будет? Ты? Финн не успел ответить, его окликнули, он обернулся, толкнул бокал с чем-то темно—зеленым почти на дне, и ушел. Кайло отдернул руку, смотря на Синджира помрачившимися глазами: - Где это было? Рат-Велус кривился от боли, откинув голову, сжимал зубы, пытаясь не застонать. - Где это было? – Глухо спросил Кайло. - «Дно», на Керев-Дои. Там гладиаторские бои… ну и спайс… Кайло его не слушал, взглянув на Рей. Она почти не узнала Финна, так он изменился. Такое простоватое и немного наивное его лицо, сейчас выглядело каким-то высохшим и желчным, и глаза… воспаленные, с лихорадочным блеском - Идем, Лея прилетит чуть позже… - Лея? – Спросил Синджир. Верховный Лидер молча вышел, а Рей, бросив взгляд на Рат-Велуса, подумала, что Кайло убьет Финна, если встретит. И эта мысль была какой-то убежденностью. Финн… Что же с тобой? ЧТО? Неужели того Финна, трусоватого хвастуна, и отважного товарища она больше не увидит? Рей вспомнила, как несколько раз пыталась начать с ним разговор… Но он казался таким серьезно-важным, таким занятым, что постоянно отнекивался, отмахивался. «Не сейчас», «Нет времени», «Ты что, не понимаешь, что нельзя останавливаться, нельзя давать Ордену передышки, мы должны постоянно напоминать, что Сопротивление живо, и мы не откажемся от своей борьбы!» Какой борьбы, Финн, за что? Ах, если бы сейчас она могла увидеть его, объяснить свое исчезновение, поговорить по душам, рассказать ему то, что она узнала, то, что хочет Кайло, что Первый Орден… Финн ненавидит Орден, это ей понятно, но ведь все уже изменилось. И мир вокруг них, и они сами, и Орден… Разве он сможет не понять? Отпусти прошлое, Финн… Кайло смотрел куда-то за белую кружащуюся круговерть снега, подняв лицо к вечернему небу, а снежинки таяли, оседая на кожу, стекали каплями вниз, точно слезы. Он не обращал на них внимания. - После встречи с Леей его доставят обратно на Чандрилу, - почему-то жестко сказал Кайло, но Рей знала отчего. Все, что они видели, десятки жизней, замученных, сломленных, и его не казнят? Он будет жить! Кайло не задал Рей ни одного вопроса. Она все увидела сама. Она хотела это увидеть. « Я поставлю блоки, я могу стереть все увиденное тобой…» « Не сейчас, Кайло», - Она посмотрела совсем темными глазами, а в этой темноте, как в водной глади ночного озера отражались ее эмоции: « Он страшный человек!»- Еще немного и то, что раскручивалось, как спираль урагана могло выбросить ее негодование наружу. « Сейчас!» - Кайло подошел и приложил ладони к ее вискам, наклонился, касаясь губами лба. И теплая волна, мягкая, утешающая, обволакивала сознание, отсекая страшные воспоминания. И Рей видела, как тают, стираются образы, исчезая, словно высыхающие следы от дождя. И как уходит ее пульсирующая удушающая боль. - Мы еще успеем немного пофехтовать в зале, как думаешь, справишься с тремя Рен? Без Силы? - С четырьмя, - уверенно ответила Рей, попытавшись улыбнуться. - Увидим, - кивнул Рен, направляясь к базе. Они не успели. Транспортник Леи садился по лучу, который заводил его на посадочную площадку базы рыцарей, перед заснеженным склоном скалы. На звук двигателей выглянул Ло, скрылся, а через минуту все четверо уже спешили к Кайло и Рей, стоявших на краю расчищенного поля. Рей оглянулась, встретившись взглядом с Наатом. Что-то прячет. Точно. Невин и Чидс стояли чуть дальше, а Ло повертел головой, стряхивая снег: - Это опять те, с Колосса? Им снова что-то надо? - Надо, - подтвердил Кайло, - твое любопытство когда-нибудь сыграет с тобой злую шутку. – Рен повернулся, всматриваясь в синеву глаз,- сначала научись скрывать свои мысли, Ло. Младший каштановый замер, кинул настороженный взгляд на Наата и спросил виновато: - А че я такого сделал? - Хорошо, что не сделал. Все равно бы вышло коряво, - Кайло отвернулся, потому что ему не хотелось, чтобы Ло видел, как он сдерживается, чтобы не рассмеяться. « Он все время пытается засунуть подальше мысль, расскажет ли Тавсон или нет? А эта мысль упрямо выпирает наружу. Видимо, что-то пытались узнать». « Я даже знаю что. Они непременно хотят знать, откуда я взялась и кто я такая». « И что бы ты им сказала?» « Что я мусорщица, с Джакку». Сначала в открывшемся проеме показалась голова По. Он посмотрел на снег, потом на черных Рен, остановился на Рей, ухмыльнулся и исчез в недрах корабля. Лея спустилась по рампе, с удовлетворением отметив, что на этот раз Кайло встречал ее сам. Длинный плащ кеншира с капюшоном прикрывал от снега, Лея улыбнулась Рей из-за плеча Верховного Лидера, но не подошла, отводя его в сторону. А вот Дэмерон, в какой-то куртке непонятного цвета мокрого песка, смело двинулся к Рей: - Мы ведь так и не поговорили. - Наверное и сейчас не будет времени. Я рада видеть тебя, По. - Ты, значит, переметнулась к орденцам? – Констатировал коммандер, уперев руки в бока. - Нет, - твердо ответила Рей, - не переметнулась. И это не орденцы, это рыцари Рен. - О как! Рыцари- хамыцари, - он насмешливым взглядом окинул Ло и Наата, глянул на Невинна и Чидса,- и что, с ними интереснее, чем с нами, что вы с Роуз так мотанули, забрав Сокол? - Мы мотанули не к рыцарям, и не в Орден, просто… мотанули. Считай, дезертировали. - Считаю. - Можешь обижаться, или нет, но жизнь так повернулась, что я здесь. - С этим кровожадиной? – Дэмерон кивнул в сторону стоящих Леи и Кайло, - и он что, тебя даже не пожурил за то, что ты его располосовала вдоль и поперек? И за Крэйт ни-ни? Ло тут же застыл, как лорумк над своей норкой, Рей не смотрела на него, но подумала, будь у него уши побольше, точно бы торчком встали. - Мы решили, что ничья. - Мы? Ну как же, талассинцев ты кромсала… все видели. Раньше ты так штурмовиков… - По, чего ты хочешь? Уколоть меня? Не получится. - Вот скажи мне, чем он лучше, чем я, а? Я, между прочим, лучший пилот Сопротивления! Да и вообще… - Ну, все, - наконец рассмеялась Рей, - ты лучший, лучший! Только если ты еще хоть раз явишься пострелять или взорвать… мы стояли с Роуз вот на этом самом месте. Ее спас Наат… А Лея стояла дальше. - Мы атаковали Первый Орден! - Вопрос, зачем? – вздохнула Рей, - тебя не исправить, По, наверное, только теперь Первый Орден спасал вас на Колоссе. Может, хоть это тебя отрезвит. Тут Рей увидела, как Кайдел, кутаясь в теплую накидку, спускается по рампе. Она оторвала взгляд от снега и посмотрела… Посмотрела… Сначала ее глаза стали похожи на круглые стейки из стага, только слегка подгоревшие. Потом на ее лице проявилось сразу столько эмоций, что их смена поразила Рей. От испуга, изумления, удивления, до возмущения во взгляде. Рей не могла понять, пока волна ее чувств не докатилась отголоском ее мыслей, и Рей повернулась к Наату. Тут тоже… от изумления и удивления, до нахальства и ухмылочки. - Кайдел, - позвала Рей, - что ты там стоишь? И эта, слегка чокнутая, с закрученными в плотные улитки волосами смело подошла. Наат хмыкнул. Сначала уставилась, как на чудовище, потом бровки свела, как будто он уже ей пакость какую сделал. Но он точно помнит, эту девушку он видит … второй раз в жизни. Да. Они там в этом Сопротивлении все… странноватые. Ло шмыгнул носом, рассматривая Кайдел. Дэмерон ему активно не нравился. Вот кто стрелял по ним! Гад! А Рей ему улыбается! Но Ло все еще надеялся услышать что-то интересное… Не срослось. Принцесса Лея и Верховный Лидер уже шли к ним: - Кайдел, По, останьтесь, я вернусь быстро. – Сказала Лея и снова улыбнулась Рей, тепло и как-то… трогательно. На Синджира накинули теплую куртку, руки были скованы ограничителями, он стоял в окружении трех штурмовиков, которые должны были отконвоировать его на корабль. Они встретились на середине пути. Смотрели друг на друга: - Знаешь, - вдруг сказал Рат-Велус,не отводя взгляда от Леи, - я даже обрадовался, что это не ты. Видел, как она парик снимала. Похожа, но не ты. - А если бы была я? - Спросила Лея, Рей чувствовала, что каждое слово дается ей с трудом от напряжения и сдерживаемого гнева. - Ну, что поделать, - усмехнулся Синджир, - работа есть работа, мне за нее заплатили. Вот Республика нам ни черта не заплатила за последних двух, а они, между прочим, адмиралы были! – Его голос наполнился обидой, а взгляд Леи каким-то ожесточением: - И ты бы выстрелил со спокойной совестью? – Почти охрипшим от волнения голосом спросила Органа. - А она у меня есть? – Хохотнул Синджир, - он замолчал, пристально вглядываясь в лицо Принцессы. – Вот меня осудят, доживу спокойно в тюрьме, а что? Тепло, никаких долгов, пить брошу, Кондер на свидания будет приезжать. Все прекрасно! - Тебе не было мерзко от того, что ты сделал за свою жизнь? – Голос Леи звучал совсем тихо. Рей вдруг заволновалась и сжала пальцы Кайло. « Да, - ответил он, я чувствую». - Мне – нет, а тебе? – Совершенно серьезно ответил Синджир. - Отстегните его, - попросила Лея. Кайло кивнул и ограничители сняли. - Мне – было, и еще будет, Синджир. Винтер была моей подругой, сестрой… - Она умерла счастливой, улыбалась, говорила по голосвязи… А на приговор приедешь? Попрощаться? « Завтра возвращается Лея, и я буду дома».« Завтра мы увидим наше будущее, Ви!»- В памяти принцессы Органы всплыли последние слова Винтер из того разговора с Тейко... - Нет. Приговор я оглашу сама. Ты приговариваешься к смертной казни, Синджир Рат-Велус, за убийство Винтер Селчу, - ответила Принцесса, в ее руке вдруг блеснул маленький бластер и тут же вспышка, а короткий луч боевого режима пронзает грудь Синджира, опаляя ткань робы. Он еще успевает посмотреть на Лею торжествующим взглядом, прошептать: "Спасибо", и падает на снег, закатывая блеклые глаза, открывая рот. Раскинутые руки и две конвульсии, заставившие ноги в ботинках прорезать снежную борозду. Штурмовики схватились за оружие, но Верховный Лидер остановил их. Он посмотрел на мертвого Синджира, потом на Лею: - Ты прилетела уже зная, что убьешь его. - Да. И я не собираюсь тут оправдываться. По новым галактическим законам он должен быть казнен! И ты сам подписывал эти указы. А Пиллио - твоя планета. – Органа смело смотрела в глаза сыну, - ты же покопался в его мозгах. Много увидел? - Достаточно. Лея посмотрела на Рей: - Это политика. Всегда грязь. Но приходится многим жертвовать во имя главного. Рей молчала. Почему она не смогла прочитать мысли Леи? Потому что она – Владеющая Силой, и ее щиты прочно скрывали то, что она хотела скрыть. - Я сама объявлю о том, что произошло чандрилианцам. – Спокойно сказала Органа. - Они объявят тебя преступницей. - Плевать, - ответила Принцесса, - да и имение это давно надо было продать. - И где же будет твой дом, мама? - Тихо спросил Кайло. - Хотелось бы мне ответить, там же, где и твой, но…- Лея проводила взглядом тело Синджира, которого уносили штурмовики, - я решила остаться на Ютуске. Совсем. Надеюсь, ты не откажешься от того, о чем мы договорились? Ответить Кайло не успел. Вызов комлинка мигал алым цветом. Что-то срочное, а сердце у Рей почему-то упало, прыгнуло вверх, снова скатилось вниз. - Верховный Лидер, - доложил голос, - только что передали странное сообщение. С Раады. Рей замерла, уже понимая, что-то произошло… - Там … нападение, на поселок Сельды. Снова нет выживших. Только пепел… Кайло кинул резкий взгляд на Рей: - Но одна девушка попросила передать генералу Хаксу, что она видела тех, кто напал. Некая Роуз Тико. Мы решили сначала оповестить вас, это более чем странно… - Я сам сообщу генералу, - ответил Верховный Лидер, уже встретив полный отчаянной решимости взгляд Рей: - Только с сопровождением. Наат и Ло полетят с тобой. Рей сделала шаг к нему, остановилась: - Ты же все понимаешь, - прошептала она, а потом быстро пошла к площадке, где стоял Ипсилон.