A month with Reed900

Имитация мышц выполнена идеально, как и все в андроиде. Разницы не заметишь, пока не надавишь на живот чуть сильнее и не почувствуешь под мягкой кожей неестественную твердость. Гэвин вел губами по рельефному прессу, рука Ричарда скользнула ему на затылок. – Зачем тебе вообще типа мышцы? – Гэвин даже не хотел произносить это вслух, просто вырвалось. – Для гармоничной интеграции. Как и все во мне, – Рич приподнялся на локте. – И чтобы ты залипал. Гэвин скользнул языком по ложбинке между кубиками. Он действительно всегда залипал на это тело и каждую деталь в нем. Пластикового придурка хотелось до звездочек перед глазами, хотя они не вчера сошлись. – Вообще-то, я люблю тебя за богатый внутренний мир. Сколько там твои микросхемы стоят? Рич хищно улыбнулся и притянул Гэвина вверх с такой лёгкостью, будто он ничего не весил. Стояк проехался по шелковому скину, в солнечном сплетении тянуло и ныло. – У тебя точно самый дорогой вибратор в мире, – Ричард выдохнул это Гэвину в губы. Из-за полумрака и голубого свечения диода серые глаза казались синими, и в них плясали какие-то особые электронные черти. Гэвин впился в губы Ричарда под его одобрительное мычание. Сильные пальцы сжали ягодицы, переместились выше, надавили на поясницу, заставляя прогнуться. Гэвин всегда чувствовал настрой Ричарда, и в тот момент он был распален достаточно, чтобы повестись на поддразнивание. Гэвин нехотя разорвал поцелуй. – Стоп. Они планировали, что ты будешь перед кем-то раздеваться? Ричард закатил глаза и фыркнул. Он многое подцепил от Гэвина, особенно по части саркастичной мимики и сложносочиненных оскорблений. – Да. Настоящей миссией Коннора было соблазнить тебя. Он провалился, поэтому в Киберлайф подумали еще и сделали меня. Гэвин с очень серьезным видом кивнул, старясь не отвлекаться на смазанный палец, поглаживающий сфинктер. Одна фаланга легко проскользнула внутрь. Гэвину хотелось чуть податься назад, чтобы насадиться глубже и одновременно потереться зажатым между двумя телами членом. Но он только поймал Ричарда за свободную руку и поднес к своему лицу кисть с засбоившим скином. – Угадали. Мудаки – мой типаж. – Твоего мужчину мечты скоро закоротит от недотраха, потому что ты пиздишь вместо… Договорить Ричард не успел: Гэвин втянул в рот сразу три его пальца. Вместо конца тирады прозвучал срывающийся стон. Гэвин принял почти до горла, и отошедший от первой волны ощущений Рич не остался в долгу. Выверенные толчки точно в простату заставили Гэвина выгибаться навстречу. – Так нравится, когда имеют с обеих сторон? Настала очередь Ричарда играть в сучку, хоть с отъезжающим синтезатором речи выходило не так эффектно. Гэвин кивнул, насколько позволяли пальцы во рту и, глядя в глаза, послушно задвигался ровно так, как нужно было Ричарду. Зубы чуть прихватили шарнир, язык помассировал подушечку. Ричард рыкнул, последний раз провел по внутренней стороне щеки и убрал руку. – Всегда бы был таким покорным, – Рич едва смог это пробормотать. Гэвин самодовольно улыбнулся и снова поцеловал. Рот у андроидов даже чувствительнее пальцев, и Гэвин наслаждался реакцией. Сосредоточенность на чужих ощущениях хоть немного отвлекала от того, что он сам был на грани от ставших неровными движений внутри. Рачард то ли заскулил, то ли издал электронный писк и завибрировал всем телом. Гэвин уткнулся носом в шею, на которой скин пошел пятнами. Его самого потряхивало, но не было сил издать ни звука. Только чувствовал, как пульсировал изливающийся член. Они несколько минут неподвижно лежали, пока Гэвин восстанавливал дыхание, а Ричард – скин. Пальцы выскользнули из Гэвина. Губы прижались к влажному от пота виску. – Ты как? – Охуенно. Ты? – В системах конфликт. Я должен чувствовать себя уязвленным, но не чувствую. Гэвин приподнял голову, чтобы заглянуть Ричарду в лицо. – Не должен, вообще-то. Это же не гребанное соревнование. Рич ехидно улыбнулся. Его любимый сорт стеба над Гэвином работал как швейцарские часы. И не то чтобы Гэвин чувствовал себя по этому поводу уязвленным.