A month with Reed900

С начальными аккордами «Back in black» лицо Гэвина озарилось таким благоговением, что Ричарду стало капельку дискомфортно. В памяти не нашлось ни единого раза, когда он сам вызывал у партнера что-то настолько же сильное и яркое. Это отозвалось в системе новым колющим чувством, которое Ричард раньше не испытывал. Гэвин, кажется, перестал видеть что-либо вокруг, фильм поглотил его с первых кадров. Через минут пятнадцать Ричард понял, что обрабатывает происходящее на экране в фоновом режиме, а смотрит на Гэвина. Иррационально хотелось перетянуть его внимание на себя. – Термины употребляются настолько не к месту, что главный герой выглядит не умным, а… – Эй, не оскорбляй мою первую любовь! Ричарда коротнуло. Система наконец-то определила испытываемое чувство. Ревность. Ну, разумеется, у детектива за почти сорок лет жизни были другие влюблённости. И в их числе явно не только киношные супергерои. Это нормально. Просто Ричард никогда об этом не задумывался, и открытие оказалось неприятным. – Серьезно? – Почти. Повисло молчание. Ричард чуть ли не впервые не знал, что ответить. Не хотелось показывать свою отрицательную реакцию, потому что это было несправедливо. Гэвин ничего не сделал, он этого не заслужил. – Хорошо. Интонация вместо нейтральной вышла бесцветной. Гэвин повернул голову и увидел мигающий желтым диод. Уголки губ приподнялись в несвойственной ему мягкой улыбке. – Рич, мне было восемь. – Я ничего и не говорю. Гэвин придвинулся ближе и раскрыл руки навстречу. Ричард нырнул в объятия, прижался головой к груди. В последнее время у него беспричинно выросла потребность в тактильных контактах, а сердцебиение Гэвина вводило в медитативное состояние рекалибровки. – Зато смотришь, как будто я на твоих глазах трахнул кого-то. – Притормози, детка, это не мой фетиш. После такого опыта у меня разве что проснется кинк на удушение. – Ты стал всрато отшучиваться, когда тебя что-то задевает. Почему ты подцепляешь всякую херню, когда во мне столько прекрасных качеств? – Например? Поцелуй лег на макушку, горячее влажное дыхание коснулось затылка. Гэвин уткнулся носом в волосы и сделал несколько глубоких вдохов. – Чем я пахну? – Сначала пах чем-то нейтрально-синтетическим. Потом к тебе начали липнуть запахи работы, моей машины… Сейчас пахнешь домом. Теплые пальцы поглаживали шею, и Ричард запрокинул голову, подставляясь под ласку. – Интересно. Я даже жалею, что не имею эмоционального отношения к запахам, они сразу распадаются для меня на составляющие. – Если тебя загоняет, то я не из тех, кто стал бы изменять или творить какую-то такую хуйню. Хотелось ответить «знаю», но, как верно подметил Гэвин, Ричард перенял от партнера не лучшие качества его характера. – А если это будет Роберт Дауни? Хотя нет, ему уже семьдесят четыре. Если… Гэвин рассмеялся и подцепил подбородок Ричарда, чтобы повернуть его голову и посмотреть в глаза. – Заткнись и поцелуй меня.