Вместе

-Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу! Мама уже не кричит в пустоту, как это было в первый месяц. Не рыдает каждую ночь, как это было во второй. Не бросается в стены всем, что под руку попадётся, как это было в третий. Сейчас она просто шепчет мне одно и тоже, сжимает в своих объятьях так, что не продохнуть. - Почему ты, почему не он и не один из его ублюдков, почему моя дочь... - Мам? На мгновение, словно очнувшись ото сна, она смотрит на меня с такой безумной надеждой, что слезы вновь поступают тяжёлым комком, катятся вниз по щекам, оставляя за собой болезненно жгущие дорожки. - Рени? Мгновение проходит и меня со всей силы отталкивают прочь. - Ты не моя дочь! Демон! Моя спина бьётся о стену и я мешком падаю вниз. - Мама, больно... Давлюсь всхлипами, в тяжёлой голове вспыхивают вспышки-образы. Столкновение с землёй было гораздо больнее. Тот яд, словно выжигающий внутренности вне конкуренции. - Рени... Рени!.. Прости, прости! Женщина бросается ко мне, теперь она бережно берет меня на руки, прижимает к себе и садится обратно на кровать. - Рени, прости меня, мамочка не хотела, ты ведь всё ещё моя Рени, прости... Я засыпаю, а мать сидит около меня. Она ещё долго шепчет. Сбиваясь с мысли, прося прощение то у меня, то у погибшей дочери, то проклиная моего горе-папашу, что заделал ребёнка и сослал мою беременную мать в это место. Не дворец, даже не поместье, просто старый дом, на самой окраине столицы. Два этажа, глухой слуга, купленный на деньги оставшиеся из приданного матери после ремонта дома, приходящий раз в день, исполняющий обязанности плотника, кухарки и прочего. Учитывая то, как поступали обычно в этом мире в таких ситуациях с другими бастардами императорского рода мой "отец" поступил с мамочкой по свински. В конце концов инициатором их отношений выступал именно он. Когда я просыпаюсь, мама не плачет и не шепчет несвязно свои мысли. Она просто сидит около моей-её кровати и читает какие-то документы. На мне надета другая ночнушка, я чувствую как голову и тело стягивают бинты. - Мама? Она мгновенно откладывает документы и подсаживается на край кровати. Аккуратно поправляет мне одеяло. - Рената, как ты себя чувствуешь? В глазах нет безумия, мама смотрит и виновато улыбается. - Я в порядке. Мамочка, ты... - Прости меня, Рени... Она невидяще смотрит куда то в окно, а у меня к горлу подкатывает ком. - Я понимаю, что моя дочь мертва... Я понимаю что ты тоже моя дочь но...

У моей матери всегда прямая осанка и гордо поднятая голова. Она всегда смотрит прямо и говорит чётко, пускай она и третий ребёнок в графской семье, но образование она получала на равне со своими старшими братьями. Как жаль, что их владения находятся на другом конце страны, а по закону дети императора не имеют права покидать столицу до достижения семилетнего возраста.

- Это так тяжело... В тот день ты не дышала несколько часов... Я чувствую, что та моя Рени уже ушла, но ты ведь тоже она... Сейчас она сидит около меня и плачет, опустив голову, схватив себя за плечи. Я тяну к ней руки и меня сжимают в осторожных объятьях.

Когда я появилась здесь, спустя десять часов после того как предыдущая хозяйка тела выпила на приёме отраву, предназначенную для одного из законных детей правителя, мама впервые назвала свою дочь демоном.

Сейчас мы обе рыдаем сжав друг друга изо всех сил. - Прости, прости меня, мне очень жаль, прости, пожалуйста не плачь, прости меня.... Кто из нас это говорит? Мне кажется мы обе. Мне больно видеть, как каждый раз получая приглашение на императорский приём гаснут её глаза. В такие моменты мне хочется, что бы все те ублюдки, которые зовутся моими братьями сдохли во главе со своим папашей-императором.

Тени на стенах начинают дрожать, прислушиваясь к желаниям своей маленькой хозяйки

Я ненавижу императора, за то, что он сделал с моей мамой, настолько же, насколько люблю её саму. Потому что я живу ради неё. Если она захочет, я убью. Если она прикажет, я умру сама.

Она ни разу не сказала что хочет моей смерти.

Кажется, это не мои мысли. Кажется такая зацикленность на ком-то ненормальна. Кажется... Мне плевать. Про то, что я - не та Рената, что была изначально знает только мама. Слуга не интересуется нашей жизнью, у нас нет соседей, мы вообще живём почти что в лесу. - Мам, хочешь мы отомстим? Мы уже не плачем, просто сидим рядом на кровати. Мама знает, что я значительно старше изначальной Ренаты, которой четыре месяца назад исполнилось шесть. Тот прием был устроен именно в честь дня рождения третьей принцессы империи. Какое лицемерие - Ты этого хочешь? Мама смотрит мне в глаза. Она видит, что я серьёзна и улыбается, ласково гладя меня по голове. - Ты ещё слишком маленькая для этого, Рената. - Это пройдёт со временем. Молчим. - Через год я смогу забрать тебя в поместье своего отца и император ничего не сможет сделать с этим. Это правда, не смотря на то, что я "признаный" член императорской семьи, формально я принадлежу роду матери, так как папаша не удосужился дать матери даже статус наложницы. - Я люблю тебя, моя маленькая чёрная луна. Она горько улыбается, я отзеркаливаю её выражение лица.

Тьма - мой магический аспект, из-за которого мои глаза и волосы окрасились в чёрный. Луна - солнце мёртвых.

Прежнюю Ренату мама называла солнцем.

Я не в обиде. Кажется, я немного сошла с ума. В любом случае я прощу матери все. - Я тоже люблю тебя, мама. - Тогда поедем через год ко мне, хорошо? - Мы ведь теперь всегда будем вместе да, мама? Действительно всегда... - Конечно, милая. ... Потому что магия тьмы гораздо глубже, чем кто либо может представлять. И она вполне способна создать такую связь душ, что не разрушит даже смерть.

Аспект тьмы всегда влияет на разум. Даже есть выражение, что не каждый менталист - маг тьмы, но каждый маг тьмы - менталист. Такова природа этой магии. Я не совсем в себе, мне от природы положено быть на ком то зацикленной, просто обычно запечатление происходит гораздо позже. Мой "отец" пытался привязать к себе многообещающего мага тьмы самым простым способом. У него почти вышло, но случилась я и все запечатление переместилось на ещё не рожденного ребёнка. Если бы я действительно умерла в тот день, столица сгорела в чёрном пламени Моя мама гораздо сильнее одарённа, чем кто либо может подозревать. О том что я одарённая не знает никто, кроме мамы, так как даром начинают управлять в подростковом возрасте. Я уверена, что мама никогда не бросит меня, ведь я её запечатление Мама уверена, что я тоже её дочь, ведь она прекрасно видит, что я зову её матерью от всей души. Ведь она тоже моё запечатление

Мы можем причинить друг другу вред, но мы никогда не сделаем это осознанно. Потому что я сразу приняла её, как свою мать. Потому что она наконец-то полностью приняла меня, как свою дочь. Через восемь месяцев мы уедем из столицы во владения рода матери. А через года мы вернёмся. И отомстим. Вместе.