весна

выстрел на несколько секунд оглушил, блеск плазменного заряда лишил зрения. — что?.. — влад непонимающе улыбнулся, медленно поднял руку и коснулся пальцами краёв дырки там, где заканчивалась кожа и начинался... металл? с липким ужасом дима смотрел, как в том месте, где насквозь пролетел плазменный залп, вместо мяса и костей торчали шестерёнки и пластик, а вместо крови по щеке на шею стекал хладагент. слова застряли в горле, он потянулся вперёд и тоже коснулся чужого лица — оно оказалось неожиданно холодным и более жёстким, чем обычно; влад перевёл на него взгляд: один глаз так и остался зелёным, другой, что лишь на пару сантиметров выше раны, потерял цвет и стал каким-то грязно-серым, но оба были удивлённо распахнуты. дима, плохо отдавая себе отчёт, мягко погладил пальцами светлую редкую бровь, опустился ниже, по повреждённому глазу, по краю раны, и чуть коснулся технической жидкости — та обожгла холодом. — так ты?.. — язык плохо слушался. дима смотрел в родное глупое, всё ещё улыбающееся лицо, и не мог выдавить из себя окончание вопроса. — я, — влад попытался ответить, но повреждённые механизмы не позволяли полноценно открывать рот, — да не может быть, — он вдруг отшатнулся, утёр щёку предплечьем и начал судорожно ощупывать собственную "начинку", не обращая внимания на то, как техническая жидкость оставляет ожоги на коже — или на том, что её имитирует. диму с ответа передёрнуло — к концу фразы программа сбилась и в голосе прорезались нечеловеческие помехи.

***

они сидели в тяжёлом молчании: дима на старом советском прохудившемся диване широко расставив ноги и постоянно теребил то края своей одежды, то кончик носа, влад — почти неподвижно на потрёпанной медицинской кушетке у противоположной стены. по комнате сновал сухопарый долговязый техник питти, курсировавший от синта до стойки с инструментами и обратно. — что тут? — в дверях появился лев, поздоровался кивком и, обведя всех присутствующих цепким взглядом, остановился на диме, — нужна помощь? — помощь? — дима не сразу сообразил, что обращаются к нему. — кровь, — медик подёргал свою куртку и кивнул на димину одежду, намекая, — это твоя? — а. нет, — он сцепил пальцы в замок, чтобы унять внезапную дрожь, — нет, я в порядке. лев кивнул в ответ, подошёл к антону и они обменялись крепким рукопожатием. — ну и ну, — присвистнул, сунув руки в карманы и осматривая, — реально синт? — какая-то новая модель, раньше таких не видел. глянь, — антон повернул владову голову, чтобы можно было лучше разглядеть детали, и принялся показывать, — вот тут у прошлого поколения стояли конденсаторы, теперь какой-то непонятный пластик. здесь убрали все провода лентой, но я такую вообще нигде не встречал, хотя, вообще-то, институтские обычно всё с пустоши тянут... дима в переплетении чужих рук поймал пустой, бессмысленный взгляд — влад действительно выглядел хорошо сделанной куклой, которая просто поломалась, и поспешно отвёл глаза, чувствуя, как по животу разливается мерзкий холод.

***

— дим, я же... я же такой же, как и раньше? — было не понятно, утверждает он или спрашивает, голос взволнованно дрожал. влад вдруг резко развернулся, в два шага подскочил к диме и крепко, отчаянно обнял поперёк туловища, пряча лицо в сгибе шеи. сделал это, как раньше: руки привычно легли на спину, светлые волоски щекотали шею, а сам он был тёплым и пах, как обычно — еле заметно и как-то слегка химически, — но дима в его руках застыл изваянием и рефлекторно скривился. перед глазами всё ещё стоял снятый с чужого лица несколькими часами ранее имитатор кожи, под котором прятались множественные механизмы, и этот контраст с мягким, родным владом, который обнимал его сейчас, сбивал с толку. дима, наверное, хотел бы обнять его в ответ. просто не мог.