Мы с тобой словно карточный домик

— Невероятная игра! Столько переживаний и напряжения! И в этой безумной борьбе абсолютно заслуженно побеждает сборная Японии! — восторженно кричал комментатор, но игроки будто не слышали, будто не осознавали, что все закончилось. Они лежали на площадке и невольно плакали. Все, к чему они так упорно стремились сквозь пот, кровь и слезы — исполнилось. — Я в восторге от этого финала! — вторил второй комментатор. Он даже стер слезы с щек. Гордость за страну переполняла его. — А лучший игрок этого чемпионата — Бокуто! Почти во всех аспектах! — Мими! Мими! Ты видишь, да?! — не сдерживая слез, кричал Котаро в телефон. Он смотрел на любимую жену, и как же ему было грустно от того, что она не смогла полететь с ними. — Вижу. Я так счастлива, — шептала девушка, пряча заплаканные глаза в теплом пледе.       Бокуто сорвался с места, буквально перепрыгивая людей. Он домчался до Атсуму и со всей силы обнял его, едва не повалив на площадку. — Черт! Котаро! Ты тяжелый! — ругнулся Мия, пытаясь отлипнуть от любвеобильного товарища. — Цуму, я так счастлив… У нас получилось… — плакал в плечо друга Котаро. Атсуму лишь снисходительно улыбнулся, похлопав его по плечу. — Не у нас, а у них, — он гордо смотрел на своих воспитанников, что еле держались на ногах. Но они — чемпионы, и это придавало им сил стоять. Мия и забыл, когда в последний раз испытывал нечто подобное. Наверное, когда они взяли кубок Японии. Но это было много лет назад. До победы в Чемпионате Мира они не дотянули совсем немного. И тогда Атсуму решил завязать с волейболом. Этот проигрыш сильно ударил по нему — и не только. В тот год многие прекратили играть. Но любовь к волейболу не давала заниматься ничем другим, и тогда Мия взялся тренировать новое поколение в стенах родной школы. Громкие победы, знаменитые фамилии игроков возвысили его. И вот, он уже тренер национальной сборной. — Я — туда… — захлебываясь, бормотал Котаро, но Атсуму его остановил. — Да погоди ты. Сейчас будет церемония награждения. Еще успеешь поздравить, — улыбка никак не сходила с лица мужчины, но он ожидал того, что его воспитанники возьмут этот кубок. Они этого более чем достойны. — Мимичико, привет, — заметив видеозвонок, поздоровался Мия. — Поздравляю вас с новым чемпионом! — Привет, — утерев слезы, улыбнулась девушка, взяв телефон нормально в руки. — Тебя тоже поздравляю. Лучшей разыгрывающей на этом чемпионате точно будет твоя девочка. — Естественно. Ее отец так-то не раз брал эту награду, — усмехнулся Атсуму, глядя на то, как его дочь, самая энергичная из всех, скачет по подиуму, не в силах устоять на одном месте. — Хотару, моя звездочка… Мими, ты видела как она сияла на площадке? — дрожа всем телом, бормотал Котаро, показывая любимой площадку. — Наша гордость, — улыбалась Мимичико, буквально прилипнув к экрану, рассматривая дочь. — Поздравляем сборную Японии с триумфальной победой! — в микрофон еще раз поздравили победителей, и каждому вручили медали и цветы. После наградили сборную Франции за второе место, и пришел черед личных наград. Как и ожидалось, почти все награды забрала Бокуто Хотару. Талантливейший игрок своего поколения, что блистает и в защите, и в нападении. В свои двадцать с небольшим, она смогла добиться таких высот, и перед ней теперь открыты все двери в мире волейбола. К Мия уже подбегали агенты, предлагали выкупить такого талантливого игрока, на спор выкрикивая все большие суммы. Да и на его дочь положили глаз, но у Атсуму было одно правило — не принимать решения, когда ты переполнен счастьем или печалью. Все нужно хорошо обдумывать. Поэтому он собирал десятки визитных карточек с намерением потом все рассмотреть на трезвую голову. — Папуля! — Хо, иди сюда! — Котаро спешно сунул телефон в карман и побежал навстречу своей малышке, хватая ее на лету. И не важно, что она почти переросла отца — дочь для него всегда будет малышкой. Он порывисто расцеловывал ее лицо, взлохмачивая и без того торчащие во все стороны волосы, так похожие на его собственные. Да и в целом — его девочка, его сокровище, была словно снята с него под копирку, словно Мимичико совсем не принимала участия. Единственное, что у Хотару был цвет глаз мамы, а все остальное, даже норов — все досталось от папы. Как и любовь к волейболу. — Пап! А мама видела нашу игру? Ты показывал ей? — тараторила девушка, пытаясь остановить поток поцелуев. — Да! Ой! Я же с ней разговаривал! — Котаро вытащил телефон, переключаясь на фронтальную камеру. — Маму-у-уль! Смотри! — с широкой улыбкой, Хотару показала золотую медаль. — Ты такая молодец, — утирая слезы счастья, шептала Мимичико. — Как ты себя чувствуешь? Все нормально? — Да, все хорошо. Жду вас, мои чемпионы. Что вам приготовить? — Мясо! — хором крикнули Котаро и Хотару и звонко рассмеялись. — Мы тоже придем на мясо! — подскочила Мия Аяка, вместе с отцом. — Буду всех вас ждать. Прямо сейчас пойду все организовывать, — засобиралась Мимичико, вскакивая с больничной койки. — Эй-эй, мы прилетим только завтра, — нахмурившись, бросил Котаро. Он коротко чмокнул дочь в висок и, попросив прощения, отошел подальше, где было не так шумно. — Правда, все нормально? — Да, все хорошо, не переживай. Просто побочное действие нового препарата. Уже сделали полное обследование, — Мимичико улыбнулась и стремительно шла по коридору. — Береги себя. Мы скоро прилетим, — Бокуто поцеловал экран. — Люблю тебя. — И я тебя люблю. Все, иди к Хотару. — Я отключаюсь, — Котаро еще с пару секунд смотрел на потускневший экран телефона и пытался собраться в кучу. Болезнь дала о себе знать так внезапно и в самый неподходящий момент. Хотя, для этого никогда не бывает подходящих моментов. Они через столько прошли вместе, столько всего пережили, и спустя двадцать пять счастливых лет вместе, просто не могли расстаться так просто. Они до жути боялись решиться на ребенка, все их отговаривали, говорили, что это невозможно, что болезнь вернется, но нет. Все было хорошо. Видимо, они слишком сильно любили и любят друг друга, раз Вселенная на их стороне. Вселенная, которую они создали сами.