Отсчёт начался

Миновало за час когда Гермиона осознала что все еще пытается справиться с своими невыносимо непослушными волосами. Разложив вещи в своей собственной комнате, которую старшеклассникам раздали в знак благодарности за участие в битве за школу и, собственно, её спасению, она принялась искать свою форму среди в спешке собранных вещах. Это была идея Макгонагалл, которая приказала реконструировать северную часть школы, где раньше были расположены коридоры для занятий при плохих погодных условий, в цепочку индивидуальных комнат для ребят. По две комнаты на каждый этаж. Гермиона знала уже что Гарри с Роном находятся на два этажа выше и их комнаты рядом. И хоть ностальгия по былым временам, где не существовало между ними ни недосказанности, ни этой неловкости, с жалобным звучанием что сжимало её сердце, она была рада что при удачных обстоятельствах, она могла ускользнуть на уроки не встречаясь при этом с Роном. Добралась сюда девушка с легкостью, её комната была вторая, и шагая мимо первой, она с точностью определила что соседа у нее, по крайней мере сейчас, нету. Медная ручка и розовое дерево встретило её добродушно и повернув ключ в немного непослушной скважине, она оттолкнула дверь, с легким скрипом шагнув за порог своей новой комнаты, она пообещала себе начать все заново и опять начать улыбаться. Иначе просто не могло быть. Когда Гермиона, посчитав свои все еще веником сложенные волосы апогеем того, что она смогла с ними сделать, вышла из комнаты с намерением отправиться на ужин в полном расположении духа, заперла дверь и с опозданием услышала как с верхних этажей начали мчаться две слишком знакомые пары ног. Ей не хватило времени подумать чтобы ускользнуть обратно в комнату, как Гарри с Роном оказались на её этаже и с немного удивленным видом (еще скажите, что вы не знали что я тут буду жить!) стали таращиться на нее. Ей опять стало неловко от этих рыжих волос, цвет навсегда ставший для нее каким-то негуманным способом довести человека и она, пытаясь отвлечь внимания от своего существа, вперила две пары рук в свои бока и как в прежние времена, задрав высоко подбородок спросила их: -Ну и на что вы уставились?! Рон выглядел нисколько впечатлённым её попыткой показаться невозмутимой, потому он просто обойдя Гарри ринулся дальше вниз, кинув напоследок: -Жду вас за столом. Гарри еще долго смотрел ему вслед, словно не зная с каким выражением повернуться к подруге и когда смелость позволила ему все же поднять на неё взгляд, он просто слегка пожал плечами. Старый добрый Гарри. Избранный. Победивший. Но до сих пор не знавший что делать с двумя разношерстными углями возле себя которые и могли бы погаснуть по отдельности, но все же не в состоянии гореть в унисон. - Он справится. Просто дай ему время. - Ох Гарри, как ты не можешь понять, сказала Гермиона, чувствуя, не смотря ни на что, больше непринужденности. - У нас с тобой никогда не было такой роскоши как времени. Лоб друга успел нахмуриться, а вот рот не смог ничего произнести, так как она уже подхватила его под локоть и по-настоящему, как тогда, улыбнулась и потащив парня вниз, сказала: -Пойдем быстрее, я голодна. *** Зал был полон учеников, все столы всех четырех факультетов пестрили разными вкусностями, а гул детей, встретившие своих друзей и родственников после долгой разлуки войны перекрывал любые уличные звуки доносившиеся с пустого свода все еще недостроенного потолка. Гермиона присмотрелась и заметила лёгкое мерцание прямо между игриво вспыхивающих звёзд и вспомнила заклинание которое обычно использовали для защиты против комаров и погодных невзгод. За столом она уже успела заметить Невилла, Джинни, Джорджа и Рона. Невилл что-то активно рассказывал Джинни, Рон выглядел заинтересованным и даже Джордж не смог скрыть улыбку. Гермиона с Гарри сразу двинулись к ним и группа ребят, заметив их, сразу поднялись и начали им махать. Рон продолжил жевать хлеб. Он все еще был печальным, но, кажется, это место так же как и Гермиону начало влиять на него в лучшую сторону. Когда-нибудь она с ним поговорит. Обязательно поговорит. Когда-нибудь. -Ребята, да вы выглядите так, словно убили Сами-Знаете-Кого, сказал Джордж, толкая перед ними тарелку с кремовыми печеньям. Вам стоит это попробовать, пока Имя-Того-Кто-Все-Съедает-Первым не дошел и до этой порции. -Заткинсь, Джордж! крикнул Рон и кинул в того одним печеньем. Тот ловко поймал его в воздухе двумя пальцами и откусив добрую половину, самодовольно ухмыльнулся: -Я вас предупреждал. -Гарри, Гермиона, мне кажется я вас целую вечность не видел! Невилл был всё тем же Невиллом, хотя доля мужественности и уверенности заметно приподняла его плечи и добавила голосу уверенной ноты. -Всего лишь лето, Невилл, сказал Гарри, и добро засмеялся, хлопая того по плечу. Всё это время Джинни смотрела на него и хоть они ничего и не сказали друг другу, было заметно что им это и не нужно. Пока вся эта суматоха с приятельскими разговорами людей, знатно соскучившимися друг по другу совсем не поглотила Гермиону, она внезапно подпрыгнула от резко открывшихся дверей зала. Скоро должно был бы начаться прием и к этому времени все давно должны были быть в зале. Все несколько сотен голов повернулись к месту, откуда пошел звук и Гермиона, совсем забывшая тот разговор с Гарри, мгновенно вспомнив все те события в прошлом году, застыла, и вместе с остальным, молча стала наблюдать как фигура вошедшая в зал и неспешно переступившая порог остановилась на миг, то ли переварить все те взгляды направленные на него, то ли насладиться.... Драко Малфой приехал обратно В Хогвартс. *** Пока Аберфорт Дамблдор, уловив общее внезапное молчание которое, как и внешне, внезапно застучало и внутри, попытался зубчиками вилочки и стакана привлечь внимание собравшихся на себя, Гермиона поймала себя на мысли что продолжает смотреть. Драко Малфой возмужал, стал немного выше и выглядел так же чисто как раньше. Жаль его руки не были такими же. Его ослепительно белые волосы были уложены назад, одна прядь непослушно продолжала свисать над бесцветными глазами, пока мягкий рот выдавал всё тоже непокидающее его презрение. Он был красив. Это стоило признать. Война его почти не коснулась. Он остался стоять по прежнему на своём месте. С той самой своей осанкой и ничто не выдавало, что этот человек совсем недавно лишился родителей, отправленных в Азкабан за предательство и сгоревшее поместье Малфоев с до сих пор не установленной причиной. Вот он стоит, словно его местом становится всё, что он касался и никакие мысли попросту не могли придти в голову пока ты смотришь на него. Пока что. Потому что сразу после пульсирующего удивления и смешанных негативных импульсов наступило чистая, как его кровь и руки ненависть. Новому директору школы всё же удалось, в итоге, привлечь внимание всех к себе, пока Малфой, протиснувшись мимо единственных столов, что были рады его появлению- Слизерин, сел на своё коронное место, вперив взгляд в стол и сфокусировав теперь внимание только на своих друзей, хлопающих его по спине, выказывая максимальное расположение и собачью радость своему королю и покровителю. Гермионе захотелось плюнуть прямо на стол. Благо память о манерах не покинуло её голову в тот момент и она обошлась только резким разворотом головы чтобы больше не видеть белокурые локоны и злой, страшно точный взгляд направленный куда-то в никуда. Аберфорт, невероятно похожий на старого директора школы, настолько, что придя к нему под пинтой сливочного пива можно было бы с уверенностью назвать его именем умершего, уже начал свою речь про восстановлению не только школы, но и общего духа, общей идеи не дать школе разрушиться. Но даже при выработанном временем старании слушать учителя сквозь вечно шепчущие гулы тех, кто не особо хотел учиться, Гермиона просто не могла различить ни одного его слова. Ребята, источая яд, начали перемывать появление Малфоя не забывая упомянуть его семейку и его самого, как главного предателя, убийцу и труса. -Зачем он вернулся? Внезапно захотелось закончить обучение и получить диплом квалифицированного волшебника? А ему на полочке места хватит возле имен всех тех, кто умер из-за него? Джордж с силой сжимал салфетку, продолжая сверлить пространство за плечом Гермионы где она точно знала что сидит Малфой. -Джордж, Гарри отпил тыквенного сока не отводя от того взгляда, Я уже говорил с остальными, это не стоит того и обращать на него внимания не нужно. -Он убийца, Гарри! Как тебе хватает смелости его защищать? -А кто из нас не убийца? Я не защищаю его, просто мне хватило крови и смертей. А в особенности, ненависти. Не разжигай ничего, я прошу тебя. Джордж вперил в него взгляд, но ничего не сказал. Можно было бы разнести каждое его слово, но он не хотел портить себе вечер и другим. Он шумно выдохнул и Джинни взяла его руку. -Скажешь это Фреду, Гарри, сказал он напоследок и прежде чем тот успел что-либо сказать, повернулся в сторону проффесоров, где распределяющая шляпа уже говорила новым ребятам по каким факультетам их рассадят. -Слизерин! выпалила шляпа сидя на голове черноволосой девочки. Как только её голова опустела, маленькое создание побежала в сторону зеленых флажков где её встретили настолько добродушно, насколько могут Слизерин. Гермиона, следя за ней, волей неволей вновь кинула взгляд чуть выше и посмотрела на Драко. Крэбб и Гойл что-то шумно обсуждали с набитыми ртами, а Малфой тем временем перешептывался с Пэнси. Девушка выглядела дурманно, была красива и сидела очень близко к нему. Он что-то говорил ей, оглядывая зал и в тот момент когда Гермиона хотела саму себя предостеречь, было слишком поздно и блуждающий взгляд юноши остановился на её ореховых глазах и застыл. Ей не хватило три секунды чтобы быстро развернуться, Пэнси проследила за его взглядом и тоже вперила её взглядом. Застывший на полуслове Малфой, успел поморщить нос прежде чем она отвернулась а сердце, казалось, сейчас сломает рёбра. Дура, дура, дура. Когда ужин закончился и все начали расходится, Гермиона почувствовала что дорога и приезд утомили её сильнее обычного и сон начинал неистово ударять её по сознанию. Она больше не поворачивалась к слизеринскому столу да и, по правде говоря, такого желания больше не возникало, даже тогда, когда она буквально кинестетически чувствовала как чей-то взор прожигает ей мантию. Или это просто её воображение разыгралось настолько, что она начала придумывать то, чего быть не должно. Малфою она может быть интересной в этом году только разве что чтобы напомнить о её происхождении, не более. Как, впрочем, и раньше. Они с Гарри и Роном вышли вместе, но по дороге Гарри невообразимым образом был украден Джинни, которая уже ждала его возле дверей, а Рон, шумно вздыхая, не смотря ей в глаза сказал что хочет пойти прогуляться с Невиллом перед сном и девушка неспешно осознала что в покои ей придется пойти спать самой. Заправив за ушко прядь непослушных локонов, она быстро отогнала мысли подышать перед сном на улице, так как усталость начало безжалостно хлестать её по векам и коленям. Она завернула к ступенькам, ведущим в комнаты старшеклассников и дойдя до своего этажа и не сразу почуяв запах чего-то присутствия в маленьком коридоре, державшие две комнаты весьма близко, она впечаталась лицом в чью-то спину и... Чью-то.. А? Аромат зеленых яблок и какого-то приятного мыла прощекотал ноздри и не совсем хватило смелости отодвинуться чтобы встретить взгляд своего, судя по всему, нового соседа. Высокий, сзади не видны цвета факультета. Он не спешил поворачиваться и от чего-то застыв на месте, Гермиона подняла голову и в этот момент, о, она могла поклястся! в этот момент грунт и плита раздвинулись под её ногами и она начала безжалостно падать вниз... Белый, собранные локоны и чуть ли не прозрачная шея встретили её враждебно. Имя ударило в висок настолько сильно, что чуть не отскочило. Малфой. Ты его коснулась, ты его тронула. Нет, ты врезалась в него. А почему он тут? Он твой сосед? Нет. Быть не может. Нет. Что ты сделала? Нет... -Грязнокровка. Одно слово. Только одно слово его голосом и можно было пересчитывать все жизни, что проходится перед глазами. Сердце превратилось в жгучую смесь в которую запустили пульсирующий радиатор, грозящийся взорваться, если она не разрешит своим ноздрям и рту пустить хотя бы немного воздуха. Воздуха? Пропитанный им? Его воздуха? Ведь всё, чего он касался... -Что..., прежде чем она успела выдавить хоть что-то членораздельное, он молнией развернулся и толкнул её в стену, не сильно, но достаточно, чтобы было обидно. Из нее вырвался звук, похожий на раздавленный фрукт и она потянулась одной рукой к стене, чтобы восстановить потерянное равновесие, а другой рукой к шее, там где был галстук, чувствуя что сейчас задохнется. -Мне стоило заранее тебе прислать сову с письмом где я бы детально расписал тебе что меня не надо касаться? Даже если мы учимся в одной школе, даже если мы соседи, даже если я буду падать, а моя жизнь будет зависеть от твоей руки, я не возьму её, потому что я лучше буду гнить в Азкабане чем буду жить с мыслью что никогда больше не отмою свою руку. Его привычный вербальный мусор, что так давно не лился на неё, дал ей время придти в себя, переварить все то, что произошло, понять по какой причине он тут и что теперь делать. -Тогда можешь отправляться в Азкабан прямо сейчас, потому что по крайней мере мантию ты точно больше не отмоешь, выпалила Гермиона, чувствуя как привычный гнев вновь распускает ей по венам силы чтобы оттолкнуться от стены, расправить кофточку и восстановить свою осанку. Не забывая вперить в него взгляд, максимальной злобы и презрения, на который она была способна. Он продолжал стоять там и она была готова что он накинется на неё после таких слов, попытается сделать ей хоть как-нибудь больно, но он продолжил стоять и, к её ошеломлению, улыбнулся, одним уголком рта. Вот сейчас она почувствовала себя невероятно маленькой, глупой и беззащитной. -У тебя десять секунд чтобы дойти до своей двери и исчезнуть с моих глаз, иначе я убью тебя и умру сам, с мыслью что я избавил мир хотя бы от одного такого ничтожества как ты, сказал Малфой, ногой отодвигая чемодан ближе к своей двери, то ли чтобы он могла пройти, то ли чтобы она просто не касалась его вещей. Она подняла одну бровь и стала смотреть на него, не понимая в какой части его слов шутка пока он не начал отсчёт... -Десять... Гермионе не нужно было повторять несколько раз, ей стало невыносимо тесно в этом маленьком коридоре, пропитанном его запахом. Злость и отвращение начали адскую смесь в её венах, ей казалось что она сейчас превратится в чан с едким зельем которое либо погубит его, либо её саму. Либо обоих. Она осторожно, продолжая смотреть на него как дикое животное, обошла его черные, обрамленные зеленым чемоданы, при этом стараясь не задеть даже край его мантии ибо, не смотря на то, что он отодвинул чемодан, сам он остался стоять на своём же месте, не спуская с её движений своих сощуренных глаз и держа руки скрещенными на груди, являя собою опасность и.... что это? Отсчёт уже склонился к следующей цифре которую он произнес в точь как когда-то Снейп, считая секунды до конца экзамены которые ровно на нуле взлетали из под перьев вверх, чтобы ни единой буквы больше не было написано. Она мысленно поторопила себя. -Девять.... Гермиона уже открыла свою дверь, которая сейчас поддалась легче, чем утром и нырнув в свою комнату, пустила свой последний взгляд в него и прежде чем закрыть дверь и прежде чем он успел продолжить свой отсчёт, кинула ему в лицо одно единственное оскорбление, на которое её хватило в таком состоянии: -Трус. Еще не было восьми и она уже была в своей комнате. Боясь его реакции и действий она быстро заперла замок и сквозь шум крови в ушах и биения всего, что только могло биться внутри неё, стала прислушиваться к звукам в коридоре. Казалось, прошла целая вечность перед тем как Малфой открыл свою комнату, занёс свои чемоданы и закрыл дверь с таким шумом, как человек который слишком устал, чтобы хлопать ею.