Волк и семеро волчат

Гера, как один из самых ответственных, был отправлен на родительское собрание вместо альфы, потому что он никак не успевал. Алексей чувствовал некоторое волнение и недовольство, но не считал, что это может быть из-за Алисы, его пай-девочки. Впрочем, появившись дома, Гера сразу же отправился к ней в комнату, прикрыл за собой дверь. Секретики их вожак уважал, но не после родительского собрания. — Что такое? — вежливо стукнув по косяку, Алексей вошёл. Алиса подняла на него взгляд и вдруг расплакалась, стеснительно спрятала лицо в ладошках. Оба оборотня опешили, потому что плакала она очень редко, щенок занервничал под уничтожающим взглядом вожака. — Учительница сказала, что Алису дразнят одноклассники из-за шепелявости, — поспешил снять с себя подозрения Гера, присел на край кровати. — Милая, — вздохнув, альфа сел рядом с дочкой, крепко ее обнял, не пытаясь заставить посмотреть на себя, — почему ты нам не сказала? Они недавно переехали, новая школа предвещала проблемы. Но в прошлой школе такого не было. Или она и тогда скрывала. По мере взросления дефект речи сгладился, осталось всего два звука, которые она не могла четко произносить, но никто не считал это недостатком. Стая и вовсе умилялась без устали. А для юной леди насмешки сверстников всегда очень болезненны. Алексей уже не раз прошел этот период с щенками и твердо считал, что самооценка формируется как раз в раннем подростковом возрасте. И дразнилки для двенадцатилетнего маленького человечка могут иметь слишком большие последствия. Другое дело, что до этого у него не возникало никаких проблем с высокими, симпатичными парнями, увлекающимися спортом, не обделёнными вниманием девушек. И прекрасно знающими свое право дать обидчику по зубам. — Ну это же ерунда! — всхлипнула Алиса, спряталась на плече у мужчины. — Ну кривляютфя и кривляютфя, мне какое дело! Зачем она фказала? — Если хочешь, мы запишем тебя к логопеду, — предложил альфа, поглаживая ее по волосам. — Нет! — вскочив, слегка раскрасневшаяся от слез и злости хорошенькая блондинка топнула ножкой. — Я не пойду у них на поводу! Это моя изюминка, верно? — оборотни послушно кивнули. — Вот и пофли они вфе! И хлопнула дверью своей небольшой ванной, взрослые и серьезные мужчины аж вздрогнули и невольно втянули головы в плечи. — Это что, сейчас был подростковый бунт? — шепотом поинтересовался Гера. До сих пор Алиса не повышала голос и уж точно не хлопала дверями. Она всегда улыбалась, всегда готова была обнять, похвалить, почесать за ухом — в общем, росла такой, каким и должен быть эмиссар. — Возможно, — так же тихо ответил Алексей, кивнул на дверь. И уже в коридоре вздохнул: — иногда мне кажется, что такой железобетонный характер не пойдет ей на пользу. — По-моему, она права, — возразил парень, почесал затылок, — если ее все устраивает, то чего она должна под всех подряд подстраиваться? Пожав плечами, альфа кивнул и отправился на кухню. Во-первых, скоро приедут после учебы, гулянок и работы остальные шестеро. Во-вторых, ему хотелось приготовить что-нибудь вкусненькое для расстроенной любимицы. Поставив мясо с овощами в духовку, он оставил Геру варить макароны и поднялся обратно к Алисе с горячим сладким какао, которое она обожает с детства. Поскребся, ответа не получил, но все же заглянул. Она лежала лицом к стене, свернувшись несчастным клубочком. И где-то внутри этого клубочка должен быть уже порядком истрепавшийся за годы бытия любимой и незаменимой игрушкой плюшевый волк. Тихонько оставив кружку на комоде у двери, альфа собрался выйти, но эмиссар шепотом окликнула его, так что он присел на краешек кровати и ласково погладил ее по плечу. — Разве у меня такой фильный дефект? — спросила Алиса, шмыгнув носом. — Ну, когда ты была маленькая, был гораздо сильнее, но мы все считаем его очень милым, — Алексей улыбнулся, вспомнив маленькую очаровашку, — а тебе он мешает? — Не-а, — ещё раз всхлипнув, она повернулась на спину. Действительно, затасканный волчонок был у нее в объятиях, — ну ладно одноклафники передразнивают, это фигня, они мне не нужны. Профто зачем клафная сказала, не понимаю! Кто ее профил? Альфа со вздохом пожал плечами. Только первый месяц учебного года прошел, видимо, она хотела привлечь внимание семьи к тому, что считала проблемой. Судя по молчанию Алисы, сама она это проблемой не считала, потому что совершенно не стеснялась ябедничать, если ее таскали за косички или занижали оценки. В начальной школе был у нее драчливый одноклассник, сидел через ряд от очень милой девочки и проявлял симпатию укусами и бросками учебников. Так классная руководительница не стеснялась закатывать глаза, когда стабильно раз в неделю дверь кабинета альфа открывал чуть ли не с ноги и отчитывал маленького грубияна, иногда порываясь оттаскать его за уши. И саму классную заодно. — Дети злые, — снова вздохнул он, — может, завидуют тебе, вот и ищут, как уколоть? — А чему завидовать-то? — фыркнула Алиса. — Девочка моя, ты когда последний раз в зеркало смотрелась? — приподнял брови альфа. — Ты же самая красивая на свете! — Ой, ну па-а-а! — застонала она, закатила глаза и пихнула его коленкой в бок. Но и заулыбалась, порозовела немного от искреннего комплимента. — Слушай, а у вас там оборотни в школе есть? — Алексей задумчиво почесал подбородок. — Они... Не знаю, как это у вас сейчас называется, типа, популярные? — Ну, ефть штук дефять, ни ф кем офобо не общаютфя, кроме друг друга, поэтому вфе очень хотят именно ф ними и общатьфя, — пожала плечами Алиса, — а что? Она уже научилась отличать оборотней по взглядам и характерным подергиваниям ноздрей в ее присутствии. И эти принюхивания ее всегда немного смущали. — Да тусуйся с ними, — посоветовал мужчина, — уж они точно не будут эмиссара дразнить и обижать, вот и все. Эмиссар задумчиво прищурилась. В число оборотней входили ее сверстники из параллели и несколько ребят из классов постарше, причем даже из старшей школы. Они на переменах собирались в одном месте и проводили время в компании своего вида, практически полностью игнорируя людей. Девчонки из ее класса сохли по двоим одиннадцатиклассникам, высоким и симпатичным парням, да и общий флер таинственности вокруг этой группы придавал им социального веса. Если проводить перемены с ними, то, как минимум, у агрессоров из ее класса будет меньше времени на приставания. — Ну, я попробую, — с сомнением пообещала она. — А теперь, раз ты немного повеселела, пойдем ужинать, — улыбнувшись, альфа чмокнул ее в лоб и играючи поставил на ноги, — можешь взять своего друга с собой, ему тоже найдем, что перекусить. — Ну он же игруфечный! — со смехом в который раз напомнила Алиса, бросив волка на кровать. Утром вожак, как всегда, встал раньше всех. Приготовил завтрак, сварил кофе, помог со сборами, кому нужно было — погладил Максу рубашку, одолжил кассету для станка Денису. И, когда работающие щенки разошлись по работам, учащиеся щенки, в зависимости от расписания, разошлись по институтам или своим комнатам, приступил к ежеутреннему ритуалу. — Что сегодня хочешь, милая? — поинтересовался он, осторожно расчесывая мягкие волосы цвета льна, блестящие и густые. — Давай колофок, — пожала плечами Алиса, глядя на себя в зеркало. После вчерашнего комплимента она вдруг обратила внимание на свою внешность. Не на абстрактное лицо, которое привыкла видеть, а на соответствие стандартам и собственным представлениям о красоте. По всему выходило, что она очень даже ничего. Папа и братья так часто говорили ей, что она красивая и хорошо выглядит, что она даже как-то и не задумывалась, так ли это на самом деле. Алексею понадобилась пара дней интенсивных тренировок на парике, чтобы научиться виртуозно плести обычные косички. Спустя месяц он уже умел плести все — и многоуровневые косы, и колоски, и французские косы, и "рыбий хвост", даже научился делать венки из кос и вечерние прически-пучки к новогоднему утреннику в садике. Алиса всегда приходила в школу немного заранее. И часто проходила мимо группки оборотней, оккупировавших подоконник в одном из холлов. Все знали, что это их место, и не занимали. А они всегда провожали ее взглядами и тянули носами вкусный мягкий запах эмиссара, пусть даже чужого. Сегодня она подошла к ним, робко улыбаясь. — Привет, — практически в унисон поприветствовали ее. На подоконнике всегда сидели девчонки. Мальчики и парни стояли, уступая место, ну или садились, если девочек было мало. Теперь стало на одну больше, если судить по тому, что они разобрали рюкзаки, чтобы освободить место на подоконнике для Алисы. — Мы давно хотели тебя к нам позвать, но думали, тебе твой главный не разрешает, — дружелюбно улыбнулась одна из девушек, — как тебя зовут? — Алифа, — представилась эмиссар и невольно напряглась в ожидании их реакции. — Божечки, как будто котёночек чихнул, что за милота, — умиленно захихикал один из старших. Она расслабилась и улыбнулась, смущённо почесала кончик носа. Кажется, теперь она действительно уверена, что ее дефект речи — вовсе не дефект. И особое удовольствие ей доставили недоуменные и завистливые взгляды тех, кто ее дразнил, когда оборотни на каждой перемене звали ее хотя бы немножко посидеть с ними и все время норовили чем-нибудь угостить.