Главное в жизни

— Что скажешь, Сандра? — наконец начал деловой разговор Коннор, когда большая часть пирожных была съедена и почти выпит кофе. — Это смесь эфирных масел на основе акации. В такой концентрации действительно способная вызвать раздражение дыхательных путей, схожее с аллергической реакцией. Там столько всего намешано! Видимо, не серийное, а кустарное производство, скорее всего индивидуальный рецепт. Если нужно будет предъявлять официальное обвинение — данных экспресс-анализа недостаточно. Я дам еще две колбы. Одну сразу можно будет отдать полиции, а вторую я проанализирую в лаборатории управления, там можно будет определить более полный состав. Что вы собираетесь делать с этим вредителем? — Пока не знаем, — пожала плечами Линдси. — Пока не открыто официальное расследование, команду безопасности нам никто не даст. А официальное расследование не будет открыто, так как не пойман вредитель. Замкнутый круг… — Угу, — согласилась Майлз. — Поймать бы этого специалиста. На месте преступления. И сразу полиции передать, чтобы проверили, что это у него за аппарат с собой, и что за субстанция. — Тогда был бы шанс, что Лекарь Чен согласится на официальное расследование, уже не управлением, а полицией. Но как его поймать? — Линдси стиснула ладони. Ей было жаль старого мужчину, который всю жизнь помогал людям, а сейчас все больше теряет уверенность в себе. — А если попробовать самим? — вдруг вскинул голову Питер. — Пит, от меня сейчас пользы ноль, — спокойно сказал Коннор, но Лин заметила, как он раздосадован. — Кто будет ловить? Линдси? Чушь! Обратиться к другим пациентам? Не вариант, можем как раз выйти на того, кто поставляет информацию. — А я на что? Подожди, Коннор, дай договорить. Если бы была возможность проникнуть на территорию клиники без ведома окружающих, я бы нашел ваш домик и спрятался неподалеку. Как только вредитель бы снова капнул своей отравой, вы бы мне послали сигнал по мобильному, и я бы его скрутил. А Лин собрала бы образцы, пока они не испарились. Два экземпляра: для полиции и для анализа в нашей лаборатории. Как тебе вариант? — Неплохо. Но ты уверен, что справишься один? — На моей стороне будет фактор внезапности. Справлюсь, — уж очень хотелось Питеру выглядеть героем в глазах любимой девушки. — Давайте попробуем, — поддержала Сандра. — Давайте. Пит, вот смотри, вот здесь мы видели в заборе большие проемы…       Линдси разложила на столе карту территории клиники и теперь показывала объекты на ней кофейной ложечкой.

***

      Ночью Коннор и Линдси снова не спали. Оба были напряжены и взволнованы — наконец должно было что-то решиться. Лин не любила такие моменты, когда нужно только ждать и ничего не предпринимать, но покорно лежала, чувствуя, как Коннор ласково поглаживает ее руку, не имея возможности успокоить ее другим способом.       Около часа ночи пришло сообщение от Питера. Он удачно проник на территорию, нашел их домик и уже отыскал удобные густые кусты с противоположной от окна стороны. Оставалось только ждать.       Знакомые, сейчас очень ожидаемые шаги не прозвучали ни в два, ни в три часа ночи. Время тянулось как резиновое. Было уже почти четыре. Линдси уже начинала думать о том, что они допустили какую-то ошибку, и нервничала еще сильнее. Внезапно Коннор сжал ее пальцы, привлекая внимание. Она перевела взгляд на мужчину, но он знаками показал, что на минуту выйдет в уборную. Он понимал, что не предупреди он девушку, она как-то могла бы себя выдать. А так все в порядке, людям свойственны физиологические потребности. Даже если вредитель появится именно в эту минуту, Коннор сможет сделать вид, что уснул сразу после посещения туалета.       Мужчина вышел в крошечную прихожую. И именно в этот момент, «по закону всемирной подлости», как говорил их русский друг, за окном раздался знакомый шорох. Линдси одеревенела. Кто знает, что сделает вредитель, когда услышит возвращающегося Коннора? Где гарантия, что у него нет оружия? Что же делать?       Прошуршал по подоконнику узкий шланг. А Линдси, напрочь забыв про респиратор, пыталась заставить работать их с Коннором ментальную связь. Она, отчаянно желая, чтобы ее услышали, мысленно повторяла одну и ту же фразу: «Он здесь. Возле окна. Не выходи». Сквозь полуопущенные ресницы она поглядывала то на окно, то на открытую дверь в прихожую.       На пол комнаты упала первая капля, а в прихожей открылась дверь санузла и появился Коннор. Линдси уже готова была крикнуть, чтобы он оставался на месте, но мужчина приложил палец к губам и выскользнул из дома. Девушка покрылась холодным потом. Он же ничего не видит! Зачем? Тем временем шланг прошуршал в обратную сторону. И Коннор, сориентировавшийся на слух, сбил с ног прижавшегося к стене мужчину. Линдси пулей слетела с постели и бросилась к окну, упала на колени возле дымящихся капель и стала аккуратно собирать субстанцию в приготовленные колбы. Буквально через секунду она услышала, как Коннор, удерживая барахтающееся тело, позвал Питера, и тот моментально появился рядом. Вдвоем им удалось утихомирить преступника, и Пит связал его предусмотрительно захваченной веревкой. — Линдси, — позвал Коннор, повернувшись к окну.       Девушка выбежала на улицу. — Ты… — Я все собрала. — Отлично. Нужно привести сюда Лекаря Чена. И вызвать полицию. — Да, Коннор, — четко ответила Линдси, и, набросив мужчине на плечи предусмотрительно захваченную куртку, торопливо двинулась по тропинке в сторону площади.       Вскоре она вернулась с Лекарем и его внучкой. Вивиан, убедившись, что дедушка в порядке, убежала к воротам, чтобы впустить полицейских. Питера уже не было, они еще раньше договорились, что не нужно афишировать присутствие посторонних на территории клиники. Поэтому все должны были считать, что Коннор справился сам.       На земле под окном лежал связанный по рукам и ногам молодой мужчина. — Лекарь, вот тот, кто травил ваших пациентов, — сказала Линдси, став рядом с Коннором.— Сейчас здесь будет полиция. Такое нельзя оставлять безнаказанным. — Я понимаю, — тихо и грустно сказал пожилой мужчина. — Он сильно ошибся, и эта ошибка может перечеркнуть всю его жизнь. — Вы знаете, кто он, — Коннор не спрашивал, он утверждал. — Да, знаю. И догадываюсь, почему он так поступал.       Лекарь Чен устало опустился на ступеньку и опустил голову. Ни Коннор, ни Линдси не решились нарушить его размышления.       Вскоре Вивиан привела полицейских. К тому времени лежащий пришел в себя, но не проронил ни слова, глядя на собравшихся с презрением и превосходством. Непонятно как, но о происходящем узнали и другие обитатели клиники, которые столпились в отдалении и тихо переговаривались, наблюдая. Линдси коротко и четко рассказала о том, что происходило последние несколько ночей. Коннор дополнил только тем, что он услышал шорох и вышел из дома, а там положился на слух, обострившийся после потери зрения. Не стоило смущать представителей власти рассказом о ментальной связи.       Лекарь Чен согласился предъявить обвинение, пообещав, что немного позже сам приедет в участок и даст необходимые показания. Полицейские стали оформлять задержание, но старый мужчина попросил дать ему возможность поговорить с преступником наедине. Из уважения к его возрасту и способностям это было разрешено, и все отошли на несколько шагов, чтобы не слышать тихий разговор. Коннор держал руки Линдси в своих, согревая ее пальцы. Они оба были одеты слишком легко для раннего осеннего утра, но переодеться не было времени.       Наконец задержанного увели, Вивиан ушла просить других обитателей разойтись, а Лекарь Чен повернулся к невольным помощникам. — Я прошу вас зайти ко мне. Через час. Вы заслуживаете знать все.