Yarrr!

Холодная вода принимает их обоих в свои объятия всего лишь какими-нибудь пятью секундами после того, как Сынри сталкивает их вниз. Только по счастливой случайности шлюпка, в которой на волнах качаются озадаченные пираты, отходит метра на два в сторону и не оказывается прямо под ними. Океан разом выбивает из них весь дух. Сынхён на мгновение выпускает ладонь Джиёна из своей, пытаясь удержать внутри драгоценный воздух, и этого хватает для того, чтобы запаниковать. Он работает ногами и руками, стараясь выбраться из-под засасывающего течения вокруг киля корабля, и надеется, что удастся найти Джи в этой круговерти. Когда он выныривает на поверхность, сердце останавливается, не желая заводиться снова. Джиёна нигде нет. Коршун отчаянно озирается, в поисках хоть какого-нибудь намека на то, где он может быть. - Слева! - Суджу бросается к борту лодки, вцепляясь пальцами в мокрое дерево. Сынхён тут же поворачивает голову и ловит несколько пузырьков, вырвавшихся на поверхность. Этого хватает. Набирая побольше воздуха в грудь, он ныряет в хищную темноту. Сейчас он может полагаться только на себя и на свое чутье. И действовать нужно как можно быстрее, иначе Джиён останется здесь навечно. Чхве погружается все глубже, и по мере погружения грудь словно сдавливает горящим обручем. "Как глубоко он ушел?" - мысль навязчива и пугает до боли в сердце, потому что воздух на исходе. Вдруг, вместе с очередным гребком, пальцы натыкаются на что-то мягкое. "Волосы!" - Сынхён лихорадочно вцепляется в них и, что есть сил, движется к поверхности. Легкие агонизируют от недостатка кислорода, но тяжесть в руках подталкивает подниматься все выше. Когда боль в груди становится практически невыносимой, тонкая пленка на поверхности воды рвется, выпуская их наружу. Сынхён шумно вдыхает и за волосы подтаскивает не дышащего Джиёна наверх, перехватывая его подмышками. - Сюда, - голос Сола раздается где-то совсем рядом, и, еще не пришедший в себя, Чхве протягивает ему Джи. Сол деловито разгоняет пиратов по углам, укладывая своего капитана на дно шлюпки. Некоторые без вопросов сами спрыгивают в воду, чтобы дать ему побольше места. Он откидывает косички за спину и пять раз резко нажимает на грудную клетку Дракона. Чхве заворожено следит за тем, как губы Сола накрывают рот Джи, и не замечает даже, как его подтягивают наверх, загружая во вторую лодку. Молчание сгущается настолько, что его уже можно резать ножом. Сынхён сидит, опустив плечи и окончательно сдавшись на милость судьбы, он лишь сжимает и разжимает кулаки в бессильной мольбе. "Чертов Сынри... Чертов, чертов Сынри", - он скрипит зубами, не в силах выносить эту бесконечную бессмысленную тишину. - Есть! - голос Сола рвет ее на части, не оставляя за собой даже обрывков. Чхве подскакивает и, когда слышит сдавленный влажный кашель, снова бросается в воду. В два гребка настигая вторую шлюпку, он подтягивается наверх. Джиён полулежит на руках своего друга и выплевывает на дно шлюпки соленую воду. Выпрыгнувшие наружу матросы забираются обратно, радостно переговариваясь, и Сынхён не может сдержать идиотской улыбки. - Сынри долбоеб, - это первое, что выдает Джи, когда прекращает отплевываться от воды, и озадаченно вертит головой, - а где он? И... Я что, тонул? - Ударился о воду, - Сол с материнской лаской похлопывает его по содрогающейся спине, - неудачно. Чхве замирает, не зная, стоит ли забираться к нему, но Сол хлопает по обшивке ладонью и отодвигается в сторону. Этого тоже хватает. Джиён льнет к нему, не пытаясь, однако, обнять. Нервно посматривая по сторонам, Сынхён все-таки решается и приобнимает его за плечи. Даже сквозь отсыревшую одежду чувствуется, как Дракон резко расслабляется, ощущая его прикосновение. Сол деликатно отворачивается и ищет глазами Суджу, нужно решить, что делать дальше. Корабли Империи отошли уже на приличное расстояние. Шансов на то, что они обнаружат их в этой темноте довольно мало, но они все же есть, к тому же утром они наверняка пустятся в обратный путь. Суджу кривится, наконец-то стаскивая маску, и всматривается вслед Саламандре и Лорду Хенсоку. - Нужно уходить, - а потом она оборачивается, чтобы взглянуть на то, как идут дела у Сола, и замолкает. Из ночной темени медленно выплывает третий корабль. Сынри уже десять минут смотрит на старинную гравюру, украшающую собой кабинет капитана Саламандры, чем дико выводит из себя хозяина помещения. Чихо нервно постукивает кончиками пальцев по столешнице и буравит юношу взглядом. Сейчас он совсем не против был бы прожечь в нем пару дырок, если только это поможет его разговорить. Впрочем, надеяться на это особенно не стоит. Капитан вздыхает, и откидывается на спинку кресла. - Ну и? - Что "и"? - Сынри повторяет, не отводя взгляда от стены, - я вам уже все рассказал. Я услышал шум, пошел проверить, что там. Застал пиратов уже спускающимися вниз. Я попытался задержать хотя бы капитанов, но в ходе драки мне удалось только вытолкнуть их с борта. Это все. Чихо хочется схватить юношу за грудки и хорошенько потрясти, выбивая все то дерьмо, что он сейчас демонстрирует с изрядной долей барского снисхождения. Ему удается удержать себя на месте только при помощи колоссального морального усилия. - Нда, все это я уже слышал. Именно поэтому и жду настоящей информации. - Это - все, что я могу вам дать, - Сынри наконец-то отрывается от созерцания гравюры и переводит усталый взгляд на Чихо. - Мне очень жаль. "Нихрена тебе не жаль", - морщится капитан и подталкивает пальцем металлический шарик на хитроумном маятнике, стоящем на столе. - Хорошо, господин Ли Сынхён, - Сынри морщится при упоминании этого имени, и Чихо удовлетворенно улыбается, все-таки Пио отменный информатор, - тогда скажите хотя бы... Рады были повидать родственника?