Рецепт тихого вечера.

      Детектив медленно закрыл дверь в свою захудалую квартирку в общежитии. В голове уже сотню раз был прокручен этот вечер и единственное, что ему категорически не нравилось так это какая-то неправдоподобность во всём этом. Слишком легко. Слишком быстро. Слишком всё… странно.       Оставив в коридоре бежевое пальто, Осаму не спеша прошёл в единственную комнату, что служила и спальней. Рухнув на неубранный футон, молодой человек вытащил из кармана телефон и не спеша начал набирать номер бывшего начальства. Как бы не хотелось забыть его, но к сожалению эти чёртовы цифры словно были уже вырезаны в мозгу.       Он-то явно знал, что за проблема в руках у Накахары, раз тот отказывается говорить, и тем более начинает дёргаться, стоит его схватить за запястье. Если уж действовать, то действовать. ***       В дверь настырно стучались, не давая хозяину спокойно спать.       Накахара поёжился на диване. Как-то за ночь его успело подморозить, а кошмары этому помогали. Ему ещё с утра отзвонился Мори, который отправил на вынужденный выходной. Видимо Коё тут постаралась, раз такое резкое решение.       Лениво потянувшись, стараясь не обращать внимание на стук, он посмотрел на бинты, что вчера были наложены Боссом. Местами проступала кровь и всё та же боль. Цыкнув, мафиози резко сел на диване и уничтожающим взглядом уставился на дверь. Кто бы там ни был, этот кто-то явно не собирался уходить и нарывался хотя бы на ругань. Делать нечего.       Поднявшись, Чуя замотался в плед, и пошёл открывать. Наверное, раз десять, а может и все сто, он успел пожалеть об этом решении, когда открыл дверь и встретился с дофига весёлым Осаму, что стоял в дверях с пакетом.       — Вид у тебя помятый какой-то, — констатировал факт детектив, пройдясь взглядом сверху вниз по сонному и взбешённому Чуе, и задержался на руке в бинтах, что держала плед.       — Ты серьёзно что ли? — глухо спросил Чуя, резко спрятав руку под тёплую ткань. — Ты зачем вообще в такую рань припёрся и ради чего?!       — Да напела тут одна птичка с фетишем на скальпели, — шатен преспокойно прошёл в квартиру, не обращая внимания на убийственный взгляд со стороны. — Что ты, рыжая морда, не питаешься нормально. И мне поступила довольно интересная просьба. Отказать не смог.       — Выбесить меня что ли?!       — Если бы. Ты вообще спишь в нормальной кровати или каждый день на диване ночуешь?       Вместо ответа Накахара что-то прорычал себе под нос. Зачем он вообще его сюда впустил?! Сматерившись, мафиози ретировался в ванную, чтоб проснуться под напором горячей воды и в очередной раз перетянуть руки. Да и, найти в той же аптечке перчатки, что выдал ему Огай для носки дома.       Естественно так называемая птичка была никем другим как Босс, и просьба явно поступила от него. Тогда всё становиться на свои места и с выходным, и с тем почему этот припёрся так рано.       Пока Накахара думал о своём, Осаму облегчённо вздохнул, бросив взгляд на собственный пакет, что притащил за собой. Огай, как ни странно, но был прав. Легко это не будет. Несмотря на то с какой лёгкостью, с которой ему дали добро творить что угодно, если это положительно скажется на жизни его работника, немного настораживало. А после ответов на некоторые вопросы, в голове до сих пор не мог сложиться полный план действий.       Завтрак начался с гробовой тишины. Любая попытка разговорить Чую заканчивалась короткими и сухими ответами с его стороны. А подколы только уничтожали всякий вариант общения.       — Кончено, спасибо за завтрак, — обречённо выдохнул Накахара, поставив кружку с кофе на стол и поправил на плечах халат, что он накинул поверх футболки. — Но с чего вдруг такая щедрость?       — А разве не ясно? — Дадзай быстро натянул на лицо свою фирменную улыбочку.       — Нет. Не ясно. И более того, как ты представляешь свои попытки «вернуть моё доверие»? И это ещё без учёта того, что мы находимся по разные стороны баррикад. Допустим, что у тебя вышло завоевать моё доверие. Но! Как ты себе представляешь, если Агентство и Мафия снова сцепятся? Сбежать куда-то, пока там беснуются или притворяться, что идём друг против друга? Ты об этом думал? Ты хоть и «самый хитрый», и не раз это доказывал, играя всеми как пешками на шахматной доске, но даже мне тут сложно что-то предположить. Как странно, я задаю бывшему мафиозному вундеркинду вполне логичные вопросы.       — А ты не думал над вариантом, что это наоборот оградит наши компании от перепалок?       — Самому не смешно сейчас осознавать, как это звучит? Не забывай, что в отличии от вас, белых воротничков, у мафии свои принципы. И их ты прекрасно знаешь сам. Или тебе напомнить?       — Ладно. Подловил. Так далеко я не заглядывал.       — Оно и видно, — мафиози поднёс к губам кружку с кофе. — Поэтому я думаю, что вся эта затея…       — Чуя!       Рыжий в момент поперхнулся кофе от такого громкого обращения, и резко поставив кружку, уставился ошарашенными глазами на Осаму. От серьёзности, с которой смотрел на него шатен, пробирал мороз по коже.       Дадзай устало вздохнул и стал устало тереть лицо. Сложно? Да. Но чем чёрт не шутит? Разговорить Чую хоть как-то возможно только на пьяную голову. Залпом допив кофе, детектив подорвался с места и пошёл в гостиную, где в тёмном углу стоял шкафчик с коллекцией вина.       Накахара боязливо выглянул из кухни, наблюдая за тем, как шатен методично выбирает бутылку из его коллекции. Вот же выпала «удача» единственный выходной, так ещё и с напористым любителем крабов его провести. А Дадзай так или иначе хотел раздраконить бывшего напарника выпить с ним. Либо по доброй воле, либо подколами, которые выбесят.       — Долго ты будешь стоять там? — глухо спросил шатен, выудив понравившуюся бутылку.       — А с чего ты решил, что я решу с тобой пить, так ещё и с самого утра? — почти с дёргающимся глазом решил уточнить мафиози.       — Потому что тебя разговорить только датого можно. А у нас явно второй день подряд не клеится. Меня это достало, если честно.       — Не думаешь, что это не просто так?       — Даже не думай. Ты вообще слишком много думаешь. Теперь, скажи, тебе слабо, Чи~би~к? Или боишься?       Именно слово «чибик», Осаму решил тянуть на каждую гласную, заведомо зная, что это ему поможет вывести из себя Чую. А именно, что успех оказался просто колоссальным. Мафиози заскрипел зубами. Эта сволочь опять решила играть на его нервах, как на скрипичной струне!       Чуя резко одёрнул себя от того, чтоб действительно поддаться такой хреновой идее, как повестись на подкол со стороны. Он прекрасно знал, чем это может закончиться, а ему и так хватало своих проблем.       Осаму хитро улыбнулся, видя такую интересную гамму эмоций на лице бывшего напарника и ждал, когда того прорвёт на крики. Но, какого же было разочарование, когда Чуя выдохнул через сжатые зубы. Словно заставлял себя успокоиться и, вместо какого-либо ответа показав ему средний палец, скрылся в другой комнате, где его ждала испорченная груша.       Шатен потёр переносицу. Намёк на то, что он слишком рано решил ударить по тяжёлой артиллерии, был понятен на все сто. Хотя сам виноват во всём этом. Сам накосячил — сам чини.       Вернув бутылку на законное место, детектив решил всё же узнать, во что превратился его бывший кабинет. Его ничуть не удивило, что вместо обычной офисной установки в стиле мафии, он увидел некого рода зал, в углу которого уже валялось несколько разбитых «жертв».       — Сделай одолжение, — стараясь не сбить дыхание, от души колотя спортивный снаряд, начал Чуя сквозь зубы. — Если твоя цель меня выбесить и потом ещё затащить в постель — то где дверь ты знаешь. Сейчас ты нихрена не приблизил, так называемую свою «цель», к исполнению. Выбесил — да. Настроил на разговор — нет. Вот скажи мне, о чём нам с тобой говорить после твоей выходки с мафией? Потом с тем, что ты, мудила бинтованный, творил после всех наших пересечений?       — Я вроде ничего такого не делал, — облокотившись плечом на дверной косяк, сказал Осаму, наблюдая за точными ударами мафиози.       — Серьёзно?! А давай я тебе перечислю минимум три! Первый, — удар прилетел снизу и грушу в момент остановили способностью ровно на том положении, когда она подлетела максимально высоко. И так было на все три удара, которые приходились на каждый перечисленный момент. — Ты во время задания подставил меня и сбежал, не говоря уже о том, что решил заминировать мою машину. Охренительное проявление любви, как я вижу. Второе, это когда я из-за тебя мог вылететь из мафии посмертно, когда ты специально попался в лапы Кёки, чтоб узнать информацию об этом паршивце белобрысом. Тоже как-то особо ничего тут не заметил. А третье, когда ты, блять, повременил меня обнулять во время драки с Лавкрафтом и оставил на поле, мать его, боя! Прекрасно зная, что я не в самом лучшем состоянии после порчи! Вот и скажи мне, пожалуйста, — вполне помятая груша прилетела на очередной удар и рыжий в момент поморщился от боли и бешенства, схватившись за руку, что начала зверски болеть. — В какие из этих сраных моментов ты хоть на секунду мог о чём-то вообще сожалеть, не говоря о том, чтоб думать о ком-то, кроме своей тощей задницы?! Или ты думаешь, что все идиоты кроме тебя, и такие момент решаются по щелчку пальцев? Открою секрет, ни черта подобного!       — Глупость? Я тут действительно не знаю, как это ещё обозвать, — немного растерянно ответил Дадзай, действительно не зная, как ещё назвать свои дела и поступки.       Осаму в момент выпрямился, уставившись на побледневшего Чую. Есть у него такая тупая чуйка на вещи, когда случайно задеваешь в человеке нечто так, что слышно, как что-то внутри него трещит, словно ломается. То самое хрупкое,что было основой для банального спокойствия.       И вот сейчас он отчётливо это слышал в своём бывшем напарнике. Шутки теперь точно закончились, раз сейчас реакция именно такая. Нависшая тишина действительно пугала и любое неверное движение или слово могло быть решающим: либо тебя треснут и выкинут в окно, либо захотят слушать. Точно пороховая бочка.       Накахара болезненно усмехнулся и молча прошёл мимо детектива, который по крупицам собирал в своей голове хоть что-то похожее на дельные слова. Проследив за его направлением бывший мафиози не спеша пошёл за рыжим с одной целью: он видел, что одна из перчаток снова окрасилась в красный, и это могло значить, что раны снова открылись.       Почесав затылок, Осаму быстро нагнал мафиози, что уже остервенело снимал вторую перчатку, стараясь как-то ещё стряхнуть с свободной руки бинты. Всё сопровождалось матом. Выглядело даже жалко, от чего желание помочь «побитой собаке» быстро возымело верх. Словно на автомате, шатен достал из зеркального шкафчика аптечку и силком усадил Чую на край ванной, присев напротив Накахары на одно колено.       — Дёрнешься — всего забинтую, — отрезал возможный вопль Осаму, удобнее перехватив маленькие ножницы и стал надрезать промокшие бинты на одной из рук.       — Я тебя ненавижу. Зачем ты вообще это затеял и какую цель ты снова преследуешь? — очень устало спросил мафиози, стараясь не дёргать рукой.       — Я уже говорил. Да, я был тупым человеком, пацаном с ветром в голове. Но, вспомни о том, что только после того, как Огай отправил меня искать Арахабаки, встретились и мы с тобой.       — Тупая встреча.       — В нашем стиле. Мы стали попадать в дурацкие ситуации, граничащие со смертью уже в первые же дни нашего знакомства. И я тогда тебе же и сказал, что мне захотелось посмотреть на жизнь, которая нас ждёт. Просто наблюдая за тем, как одна мелкая рыжая задница носиться и скалиться.       — Ты понимаешь, что это звучит как в дешёвом романе?       — Признаю, а что тут ещё сказать?       Мафиози промолчал, смиренно наблюдая, как руки вновь обрабатывают и начинают аккуратно перевязать. У этого один чёрт опыта больше, а когда-то он сам помогал с этим Осаму, чтобы скрыть его шрамы от очередных попыток суицида и иногда оставленные им внушительные следы…       Чуя в момент покраснел, ударившись в прошлое, которое усердно пыталось бороться с настоящим и не давать нынешним кошмарам очернять столь «светлую» память. Но в сердце всё же слегка кольнуло, и на душе не спеша начали скребстись кошки…       Дадзай же мысленно погрузился в какой никакой, а успех, что ему доверили столь деликатный момент с бинтованием рук. Естественно, Мори без особых угроз выложил ему информацию как на блюдце, хоть и без довольно большого ряда уточнений. И именно эти уточнения хотелось как-то вытряхнуть из этой рыжей фурии.       На душе как-то неприятно совесть скреблась, где-то глубоко внутри. Было ощущение, скорее подозрение, что это его косяк и ничей больше. Закончив перебинтовывать разбитые костяшки мафиози, Осаму, не отпуская чужих рук, убрал свободной рукой оставшиеся бинты и ножницы в аптечку.       Закончив кое-как закидывать рулоны, детектив снова взял руками тонкие запястья, отметив, что они на фоне его лапищ были совсем мелкими.       — Дадзай… — вымученно выдохнул Чуя, наблюдая за тем, как тот аккуратно начинает проминать его ладони большими пальцами.       — Я знаю, — уверенно ответил детектив, аккуратно сжав правую кисть Накахары. — Мори сказал. Но, хочу удостовериться в этом. Помнишь, когда я в первый раз нашёл твою ахиллесову пяту?       Рыжий кивнул, предполагая к чему ведёт собеседник. В голове снова возникло желание вырвать свои руки у шатена, но лучше дать ему убедиться самостоятельно, чем потом это будет из-под тишка.       Осаму аккуратно уткнулся кончиком носа в чужую ладонь, прикрыв глаза от непривычного запаха медикаментов. Чужие кончики пальцев легли на щеку, на секунду пугая тем, насколько они ледяные, словно снег. Как и тогда, в прошлом, детектив аккуратно потёрся о ладонь щекой и так же аккуратно стал прикусывать фаланги пальцев мафиози, сразу же даря невесомые поцелуи.       По спине пробежался непонятный холодок. Накахара быстро выдернул левую кисть из чужой хватки и закопался пальцами в непослушную копну волос, тем самым чуть-чуть приблизив к себе Дадзая и упёрся лбом в его макушку, прижав пока захваченную правую руку к чужому лицу.       — Осаму, — надрывисто, стараясь сдерживать эмоции, всхлипнул молодой человек. — Я действительно ничего не чувствую руками. Уже давно. Ни холода, ни жара, ни твоих манипуляций… Не пытайся удостовериться, что кто-то врёт. Мне действительно… Очень больно…       Шатен медленно опустился на второе колено, отпустив чужую ладонь. Мафиози только облегчённо подумал, что смог донести хоть какую-то мысль до этой скумбрии, как детектив в момент обвил рукой его талию, заставляя съехать с края ванной и упереться спиной в неё. С испугом подмечая, как вторая лапа зарылась в рыжие волосы, и в плечо лбом упёрся Дадзай, как можно сильнее прижимая к себе, как казалось, столь хрупкое тело.       — Когда это началось и можно ли это хоть как-то исправить? — глухо раздался голос Осаму где-то сбоку.       — Может хотя бы не в ванной? Неудобно как-то на холодном кафеле.       Повторять дважды не пришлось. Дадзай быстро подхватил ошарашенного Чую на руки и прошёл в гостиную с целью рухнуть на диван. Схватил со спинки дивана плед и сел, замотав обоих в тёплую ткань, погружаясь в тишину квартиры.       — Я слушаю тебя.       — Я не помню точно, когда это началось, — выдал Накахара, чувствуя, как на макушке устроили голову. — Стал брать больше работы. А началось с какой-то пустяковой боли, потом со временем это переросло в адскую боль и иногда на заданиях это очень мешает.       — И Мори ничего не смог придумать?       — Нет. Он не волшебник, Осаму. Даже я это понимаю. И так уже года три.       Молодые люди молча сидели, обдумывая всё это. Осаму то, как чинить сломанное, а Накахара просто хотел спать и медленно погружался в сон в тёплых объятиях. Детектив облегчённо вздохнул, когда на плечо рухнула чужая голова.       Наконец-то снотворное с успокоительным, что он подмешал в еду рыжему, начали действовать. Советы Огая хоть где-то пригодились. Поудобнее уложив бывшего напарника на своих коленях, он получше укутал его пледом и сел обдумывать всю эту ситуацию. Не говоря уже о том, что надо было опять же созвониться с Мори и договориться о дальнейшем ходе действий. Если Чую так легко срубило от таких маленьких доз, то на сколько же он вымотан за всё это время было страшно представить. И покоя не оставляли чужие руки. Что-то в этом было не естественное и напрягающее. ***       Накахара бешено намывал посуду, попутно отправляя её при помощи способности на привычные места: кружки с тарелками на сушилку, сковородки с кастрюлями и огромный дуршлаг на конфорку плиты в сковороду. Вторые сутки он уже попадался на уловки Дадзая, как пятнадцатилетний идиот!       Он проснулся только на следующее утро, в наглую проспав работу. А когда осознал на ком спит, не долго думая подлетел с дивана в поисках чёртового телефона. Осаму только отправил в него подушку и сказал, что у того очередной выходной, что любезно выдал ему Босс. Чёртов манипулятор! Ещё немного, и он решит нарушить приказ Огая и просто сбежит на работу. Хотя нет. Он не просто нарушит этот приказ, так ещё и денежную компенсацию сдерёт за то, что тот подослал к нему Осаму! Буквально последняя капля и всё…       — Какой же ты непостоянный, Чибик, — выдал Осаму, облокотившись на плиту. — Только вчера у нас была полная идиллия…       — Идиллия?! — почти что рявкнул мафиози, указав на стол, где стояли две небольшие скляночки. — Значит эти финты ты называешь идиллией.       — В своё оправдание я скажу, что это не моя идея. Скажи спасибо Мори. Это его указания.       — Да так я поверил!       — Можешь поверить.       Глаз нервно задёргался от такого спокойствия и веселья со стороны молодого человека. Не хотелось в это верить, но если эти двое хоть раз находят общий язык — это страшно. И ждать можно чего угодно.       Зарывшись мокрыми руками в свои волосы, Накахара истошно что-то прорычал и вернулся к мытью посуды. Он точно завтра сбежит на работу и ему будет всё равно на всё!       Раздражённо бросив на кухонный стол полотенце, мафиози упал на стул и стал курить, стараясь не обращать внимание на Осаму, что сверлил его взглядом. Бесил до нервного тика. Но он был вынужден признать, что всё же отдохнул.       Внутри что-то стало неприятно натягиваться, словно пытались перетянуть струну и просто ещё одно лишнее движение и она лопнет.       — Эй, слизняк, у тебя с проводкой проблемы? — вдруг серьёзно спросил Осаму, принюхиваясь.       — В смысле? — удивился Чуя и вдруг почуял запах пластмассы горелой.       Оба молодых человека начали ходить по кухне принюхиваясь и пытаться понять, откуда запах. Походив по кухне, парни вдруг испуганно посмотрели на плиту, как единственный источник запаха и теория была как нельзя верной.       Что Осаму, что Чуя в момент рванули к плите и схватились за ручку сковороды, в которой был поставлен несчастный пластиковый дуршлаг. Всё это дело в момент отправилось под струю холодной воды в раковине, а окно в момент было открыто, чтоб хоть как-то проветрить помещение.       Без вопросов посуда была убита, стоило только посмотреть на то, как пластик красивенько растёкся по дну антипригарного покрытия. Дадзай бросил взгляд на плиту и попытался понять, как конфорка умудрилась включиться, хотя и подсказывало, что это его косяк — случайно включить её.       Накахара устало потёр переносицу. Не прошло и вторых суток, а он устал как собака от этого всего. Взвесив в голове все «за» и «против», мафиози тяжело вздохнул и бросил взгляд на детектива, что отрубил конфорку. Даже кричать не хочется уже. Просто тупой банальной тишины. Желательно гробовой! В одиночестве!       — Дадзай, — как можно спокойнее начал исполком мафии. — Давай на сегодня закончим. Я бы не отказался просто посидеть в тишине, и желательно в одиночестве.       — Согласен, — задумчиво ответил шатен. — Мне как раз надо кое-что раскопать.       — Хоть в этом мы с тобой согласны.       Шатен посмотрел на уставшего Чую. Его и вправду стоило оставить на какое-то время одного. Приняв беззаботный вид, Осаму хлопнул в ладоши и, воспользовавшись ослабшей внимательностью Чуи, быстро чмокнул мафиози в лоб и как можно быстрее ретировался из квартиры, пока тот не очухался.       Накахара даже не дёрнулся. Желание поработать было сильнее. Кое-как сделав себе чай и какой-то перекус, мафиози ушёл в гостиную и открыл ноутбук. За два дня отчётов и документов явно навалилась целая туча. ***       Осаму перекапывал все отчёты, что написал за четыре года Накахара, в офисе Огая. Брюнет молча наблюдал, как его бывшее протеже роется в макулатуре в поисках ответа только ему известному вопросу. Сколько раз они успели обмусолить одну и ту же тему, но детектив отказывался верить, что недуг его бывшего напарника был естественным. Возможно вопрос был на поверхности в каком-то из отчётов.       За четыре года он явно не раз сталкивался с разными одарёнными. И возможно он не везде мог от них избавиться, а те в свою очередь могли пройтись по главному трудоголику мафии.       — Дадзай, — выдохнул Мори, переместив своё внимание на окно, Элис давно забрала Коё и было даже скучно. — Я всё же врач, и могу тебя уверить, что тут нет никакой связи с одарёнными, что попадались Чуе.       — Врёшь, — отрезал шатен, просматривая очередную папку бумаг. — Либо не знаешь. Хоть этот Чибик и пишет подробные отчёты, где-то в них есть явно лазейка с ответом. А вы могли и не заметить.       Огай постарался не обращать внимания на то, что его только что назвали идиотом. Пусть молодняк сам всё исследует. Ничего не найдёт и успокоиться. На ноутбук поступил вызов от одного из подопечных.       — Слушаю, — коротко ответил Босс, нажав на кнопку.       — Босс, к Вам пришёл Накахара Чуя, — рапортовал этот подопечный и отключился.       Осаму в момент выпрямился и сиганул под стол Огая, как можно плотнее прижавшись к дубовой стенке. Мафиози круглыми глазами посмотрел на бывшего исполкома его организации и в момент выпрямился в кресле, принимая самый дружелюбный вид для вошедшего Накахары в его кабинет.       Как на автомате, парень снял шляпу и присел на одно колено, склонив голову. Вот тебе и комичная ситуация: один пришёл забив на выходной с кипой бумаг в другой руке, а второй прятался под его столом и уничтожающе сверлил его колени. Как ни посмотри, ситуация как в плохом анекдоте.       — Что же тебя привело на работу, Чуя? — мило протянул Огай и тут же получил по коленке из-под стола. — Я же тебе дал выходной.       — Я устал сидеть дома, — спокойно ответил исполком, встав с колена. — Вот отчёты, что накопились за эти полтора дня. Босс, дайте мне пожалуйста задание с вылазкой. Мне нужно проветрить голову.       — А, да-да, — мужчина не глядя схватился за папку, зная, что там ерунда по вылазке на задание. — Вот, держи. Оно лёгкое. Можешь быть свободен.       Брюнет в момент подскочил на стуле, получив более сильный удар по ноге. Что-то прошипев, он невольно бросил быстрый взгляд на зайца в этом кабинете и сообразил, что его подопечный ещё не ушёл.       — Я всё понял, — сказал красный, как рак Чуя, быстро забрав со стола папку. — Извините, что так неудачно зашёл.       На ходу рыжий поклонился и нацепил шляпу, желая ретироваться как можно быстрее из кабинета начальства. Брюнет устало прошёлся рукой по лицу и тут же отъехал к стенке на кресле от лёгкого пинка Осаму, который взбешённый вылез на свет.       — И зачем ВЫ дали ему задание?! — выпалил Осаму, уперевшись руками в подлокотники кресла Босса. — Ему бы отдыхать!       — Дадзай, не насилуй мне мозг, пожалуйста, — проныл Мори, потирая бровь. — Пусть развеяться, там пустяковое задание и пол ночи его не будет тут. А благодаря твоим пинкам из-под стола, он тебя принял за одну из девиц Коё. Давно мне так стыдно не было!       Детектив только раздражённо закатил глаза и, махнув рукой, продолжил копаться в папках с отчётами. Рано или поздно, он найдёт зацепку. Естественно он не мог просто так сидеть и тыкать в рыжего обнуляющей способностью. Чёрт знает, поможет это или нет, если не сделает хуже.       Пошёл уже пятый час, как Дадзай разгребал бумаги и искал хоть одну чёртову зацепку. Мори давно махнул на него рукой и покинул свой кабинет, чтоб обойти здание и размять ноги. Подопечного, что служил секретарём, предупредили, что в кабинете сидит бывший исполком мафии и может попросить чашку кофе, когда ему надоест страдать фигнёй. И таких запросов уже поступило около пяти раз и все пять раз кофе приносили чёрный и заваренный как можно крепче.       — Чёрт побрал этого Чую! — раздражённо выдохнул Осаму, бросив на стол очередной отчёт толщиной с том «Война и Мир». — Кто же тебя надоумил такие огромные отчёты писать?! Тут за неделю же не справиться!       Планшет запиликал. Бросив убийственный взгляд на мигающий экран, детектив устало нажал на кнопку и в наглую сел в кресло бывшего Босса, потирая виски.       — Слушаю, только по делу, — прокряхтел шатен. — Я слишком устал.       — Мори просил передать, что вызывает вас в лазарет в здании.       — Зачем? Опять химичит там и ему скучно?       — Нет, привезли Чую с пробитым плечом.       Осаму в момент подскочил с кресла и вылетел из кабинета. Вот как знал, что ничем хорошим это не закончиться! Летя к лифту, детектив на ходу набирал номер Йосано. Она его убьёт, но он переживёт это, лишь бы она подняла трубку.