Стальные свитки. Свиток первый «Джаа»

Первым, что ощутил, Айрен, придя в себя, был запах. Горьковатый запах жженых трав. Парень лежал, закрыв глаза. Лежал, скорее всего, на полу; так как сквозь тонкую ткань рубашки в кожу на спине впивалась ребристая поверхность грубой циновки. С левого бока на животе приятной тяжестью ощущалась кобура с пистолетом. Молнией пролетело воспоминание о короткой и такой бесславной для него стычке около пруда в парке. Где это он!? Айрен открыл глаза и увидел над собой потолок, сделанный из плотно подогнанных дощечек, покрытых коричневым лаком. С тех пор, как это покрытие было нанесено, прошло уже много времени, лак потемнел, кое-где покрылся паутиной тонких трещин. Не успел Спаркс даже повернуть головы, чтобы осмотреть помещение, как над ним склонилось старушечье лицо; беззубая улыбка на морщинистом лице, очевидно, призвана была подбодрить офицера. Старуха что-то залепетала на певучем джаньском языке. Айрен знал только несколько простых фраз на языке империи и почти ничего, ясное дело, из сказанного не понял, но женщина быстро догадалась и перешла на квимо, который, по крайней мере, в столице знали многие. – О, белолицый господин с юга, вы уже не спать!? Как вы себя чувствовать? Вы можете сесть? Вместо ответа парень приподнялся, сел, принял более-менее устойчивое положение и стал оглядываться по сторонам. Если не считать головокружения и все еще саднившего места удара чуть повыше виска, у офицера Спаркса со здоровьем все было в норме. Об этом можно было подумать потом. Более важным представлялось узнать, где он, и кто эта странная заботливая старуха. Айрен находился в комнате, видимо, выполнявшей в этом доме роль гостиной. Меблировка комнаты помимо циновок состояла из низенького лакированного столика и пары полок, на которых даже стояли книги. Циновки хоть и были грубыми на ощупь, но благодаря сложному узору из золотистых и черных прядей выглядели довольно красиво. На стенах висели акварели с пейзажными зарисовками разных мест столицы. Парень в частности узнал окрестности императорского дворца, мимо которого он шел еще... Проклятие! Айрен даже не мог сказать, сколько времени он был в отключке! Тут Спаркс вспомнил об еще одной детали и хлопнул себя по боковому карману. Так и есть! Кошелек с наличностью исчез. Вот растяпа! Как-стыдно-то! – Кошелек, я думаю, Крыса Хуа стащил. Пока я с остальными разбирался, он обобрал вас и сбежал. – Через дверь, что была спиной у Айрена, в комнату совершенно бесшумно вошел еще один обитатель дома. Он присел на циновку рядом со старухой и только тогда офицер смог распознать его. Это была (был?) та самая девушка, которую он так неумело бросился защищать. Теперь, когда вместо рубахи на нем осталась лишь легкая домашняя майка и брюки из тонкого льняного полотна, легко можно было определить, что это все же парнишка. Молодой, на вид не старше семнадцати лет, с субтильной фигурой, с длинными, распущенными в данный момент волосами, но все же представитель мужской половины человечества. – Так ты сам с ними справился? А кто же меня сюда принес? – Да было бы с кем справляться! Если бы не вы, господин, возможно, никакой драки и не было бы. Но я вас не обвиняю. Мне, честно говоря, давно хотелось врезать в их наглые рожи, особенно Каену, но все как-то повода не было. Я их хозяину давно уже все долги отдал. Они же почему-то решили, что могут требовать еще и особую плату лично себе за покровительство. Да кто они такие!? Уличная грязь! А принес я вас в дом сам. Здесь близко. Не оставлять же вас в парке без сознания одного! Это меньшее, что я мог сделать за удовольствие, которое я получил. И не придерешься – защита белого господина с дымящего корабля – обязанность каждого послушного подданного его императорского величества. – Ты хорошо изъясняешься на квимо! Почти без акцента. Парень что-то хмуро пробурчал, зато вновь отозвалась старушка, до этого момента молчавшая: – Он грамотный! Учился… Из дальнейшего сбивчивого рассказа женщины выяснилось, что Лиен – так звали ее внука – успел застать лучшие времена их семьи. Мальчика готовили к карьере в области международной торговли, поэтому очень рано помимо прочего специально наняли учителей для изучения всемирного торгового языка. Но три года назад все пошло наперекосяк. Отца Лиена, который служил в столичном финансовом департаменте, неожиданно послали в дальнюю поездку к границам империи. Распоряжение шло от важного сановника, близкого ко двору, и мужчина отказаться не мог. Из поездки он не вернулся. Якобы там он был убит разбойниками. Не успела вдова оплакать потерю мужа, как загадочным образом сама тоже исчезла. Ходили слухи, что ее небывалая красота и была причиной трагедии. Якобы дочь старухи – Сао – кому-то приглянулась из власть предержащих, и этот господин с помощью многоходовой комбинации добился своего. На этом несчастья семьи не окончились. Зятя старухи уже посмертно обвинили в растрате, и поэтому вдобавок ко всему семья лишилась почти всего своего имущества. Чудом уцелел только этот дом, доставшийся женщине по наследству и принадлежавший ей лично. Он давно уже требовал ремонта, хозяйка все хотела его продать, да, к счастью, не успела. Она с двумя внуками перебралась сюда на постоянное жительство. Двумя! Айрен на этом месте рассказа внимательно оглянулся по сторонам. Действительно, из-за двери выглядывал еще один мальчишка, которому было около пятнадцати лет. Ваэ – младший брат Лиена – пока еще учился в школе. Спарксу стало интересно, за какие средства живет семья. Оказалось, что всех содержит старший внук, который выступает в столичной опере. – Он поет лучше всякий девушка, – с гордостью сказала старушка. – Девушки?! – А вы что, господин, не знали, что у нас в театрах запрещено выступать женщинам? Теперь стало ясно, почему произошла путаница с определением половой принадлежности парнишки. – Ну да, я шел из театра после репетиции, – пожал плечами Лиен. – Сегодня вечером у нас спектакль. Торопился и не успел переодеться. – Но ты же сказал, что притащил меня сюда на руках, и с четырьмя здоровыми парнями справился! – В голове Айрена не укладывалось, как такое может быть – переодевающийся для сцены в женские одежды певец и такой грозный боец. – Мой отец тренировал меня сам, когда было время. Торговля – рискованное занятие, надо уметь постоять за себя. Кроме того, к нам приходил господин Кзы, он долгие годы провел не где-нибудь, а в монастыре Цао Фэ. Физическое совершенство первый шаг к совершенству духа. А эти парни?! Фу!.. Обычный грязный уличный стиль. Сила ведь не громадных кулаках, а вот тут. Парнишка пару раз стукнул себя указательным пальцем по лбу; этот жест в расшифровке не нуждался. Айрену в очередной раз стало стыдно, но он быстро придумал себе оправдание. Пришелец из Квинлента – новичок в этом мире и ничего в нем не понимает, ему просто нужен проводник, гид, который все расскажет и объяснит. А ведь это идея! – Слушай, Лиен, а ты не поможешь мне найти этого самого Крысу? Как там его Хоа… что ли. Ты ведь знаешь, где он может обретать?.. Дело даже не в деньгах. Тут принцип. Он не должен думать, что может творить такие вещи безнаказанно. Айрен подумал еще о том, что сам себя не будет уважать, если хотя бы не попытается вернуть деньги, но этот довод он озвучивать не стал. Лиен дернул плечами: – Честно говоря, я и так уже слишком много вам, господин, сделал. Да и не особо меня интересует, где проводят время Хуа и его дружки… В любом случае, как я говорил, сегодня вечером у меня спектакль. Мне меньше чем через час уже надо выходить из дома, чтобы не опоздать. Может быть, завтра… – Нет, у меня увольнение только до завтрашнего полудня! А там мы вообще можем сняться с якоря и отплыть… – Я могу отвести господина, – подал голос младший внук, до этого момента хранивший молчание; Айрен даже подумал, что он просто не знает квимо, – Крыса Хуа наверняка придет сегодня в заведение Кривого Жу на летний финал. Он попытается стать еще богаче, но в итоге просадит все ворованные денежки подчистую. Собачьи бои – его главная страсть. – Я посмотрю, ты очень много знаешь, не по летам грамотный, – хоть Лиен и сердился на брата, но было заметно, что это только из-за того, что беспокоится о нем. – Откуда ты знаешь все это? Что, водишься со всякой швалью? Ваэ усмехнулся: – Просто умею слушать. Все считают, что раз я маленького роста, то можно на меня не обращать внимания. – Ты тоже хорошо знаешь язык, – признал Айрен; комплимент его возможному компаньону, решил он, будет нелишним. – Брат подумал, что раз он не смог выполнить желание отца и стать торговцем, то это должен сделать я. – А ты не хочешь? – Потом разберусь. Айрен посмотрел в сторону старухи и старшего брата: – Ну что, отпустите со мной Ваэ? Я понимаю, время позднее… Даже сквозь узкое окошко, затянутое вощеной бумагой, было видно, что на дворе уже начало темнеть. Спаркс решил пошутить: – Или он тоже умеет драться, как ты, Лиен? Певец и он же боец усмехнулся: – Нет, у моего мелкого другой талант. А ну, покажи, Ваэ. Мальчишка не стал кокетничать, достал из кармана рубахи какую-то мятую бумажку (возможно, записка от бабушки со списком того, что надо купить в лавке), потом подкинул ее в воздух, и пока она летела, что-то там сделал ладонью правой руки. В результате кусочек бумаги вспыхнул. На пол упал уже пепел. Это была та самая огненная магия, способностью к которой обладала определенная часть населения Желтой империи. Айрен, конечно, читал об этом в книжках по географии и истории страны, но видеть такое ему пришлось впервые. Ученые Квинлента относили эту магию к той же категории, что и ледяную аномалию в экваториальной зоне. Научному пониманию она не поддается, значит, и изучать ее не надо. – Вы не смотрите, господин, что огонек слабый. Знаете, если на вас вдруг загорится ваша одежда, то вам уже будет не до сражения. По крайней мере, время выиграть можно, а бегает Ваэ быстро. – Легко в это верю. Так что? Идем? – Можно и идти, господин. Но ваша одежда… Айрен посмотрел на себя. Одна штанина испачкана соком травы, смешавшимся с глинистой почвой парка. На рубахе на левом боку тоже следы грязи, кроме того, на правом плече нельзя было не заметить пятнышко крови. Видимо, брызнуло в момент удара. Парень невольно потрогал кончиком пальцев свою рану. Ваэ замотал головой: – Нет, господин, в заведении Кривого Жу никого грязью или кровавыми пятнами не удивишь. Но в этой одежде вы будете слишком заметны. Мальчишка был прав. Как только они попадут в то место, где идут бои, и если там будет его обидчик, он сразу поймет, для чего явился туда чужеземец. Он просто сбежит. Надо бы переодеться. Старуха быстро сообразила, что надо делать, засуетилась: – Я принести господину одежду. Муж мой дочка был тоже высокий и худой. А вашу я постирать. Утром высохнуть.