Lady Darkness

I'm a negative creep... Daddy's little girl ain't a girl no more...

Я отрицательный тип... Маленькая папина девочка больше не девочка

Nirvananegative Creep | Nirvana

Гарри уставился на заголовок Ежедневного пророка, зажатого в руке Ремуса. Его губы скривились абсолютном отвращении. САМИ-ЗНАЕТЕ-КТО УБИТ ПОЖИРАТЕЛЯМИ СМЕРТИ Ремус был единственным, кто был достаточно спокоен, чтобы прочитать статью. Конечно, они уже знали все подробности — Снейп рассказал им. Скорее всего, версия Снейпа была гораздо более точной, чем версия Пророка. — Пятнадцать Пожирателей Смерти, ответственных за убийство, были полностью помилованы, — прочитал Ремус. — Имена не были названы, чтобы защитить стороны от возмездия. Все Пожиратели Смерти получают исцеление души и будут реинтегрированы в общество в зависимости от того, как они отреагируют на лечение. — Это чушь собачья! — рявкнул Сириус. Он расхаживал по комнате, в данный момент больше похожий на тигра в клетке, чем на собаку. — Фадж просто собирается выпустить этих кровожадных ублюдков, потому что он думает, что у него есть Волдеморт. — Он собирается уйти в отставку, — устало сказал Ремус. — Выдумка. Он решил уйти в отставку. — он отхлебнул чай. — Я полагаю, он хочет выйти на первое место — как человек, который убил лорда Волдеморта. — И убирается, пока он не понял, что Волдеморт не исчез! — рявкнул Сириус. Он яростно замотал головой. — Они не могут думать, что победить Волдеморта так просто! Они не могут быть такими тупыми! — Сириус! — Юки встала у него на пути, схватив его за плечи. Она крепко обняла его. — Ты должен успокоиться. Разглагольствования и бредни не принесут нам никакой пользы. — Ничто нам не поможет, — пробормотал Гарри. Он опустил голову на руки. — Министерство собирается перестать быть осторожным. Нам снова придется работать тайно… — Это не одно и то же, — спокойно сказал Ремус. — Как бы он ни пытался это утверждать, Том Марволо Риддл — не лорд Волдеморт. Он шестнадцатилетний ребенок с манией величия. Джиневра не лучше. Пожиратели Смерти не будут доверять им так безоговорочно, как Волдеморту. Они отвернутся от них. С ворчанием Сириус выдвинул стул и сел. — Я только надеюсь, что они быстро оступятся. Мы не можем позволить Пожирателям Смерти свободно нападать. — Они дерзкие, — заверил Ремус Сириуса, заверил всех. — Они не смогут оставаться в тени. Гарри впился взглядом в фотографию трупа Волдеморта на обложке — Пророка. Люди проходили мимо него, плюя на ужасное тело. Они собираются сильно ударить по нам, — пробормотал Гарри. — Мы должны быть готовы.

***

— Я не могу в это поверить! — Беллатриса была в ярости. Она расхаживала по кабинету Люциуса, как тигрица в клетке. Она потерла руки, скривив губы в усмешке. Люциус усмехнулся, откупоривая бутылку. Он наполнил два бокала густым коричневым скотчем. — Давай, Беллатриса. Мы должны были праздновать. С нас сняты все обвинения. Впервые за много лет ты свободная женщина. — он протянул ей стакан. — Все, что нам нужно сделать, это притвориться, что мы прошли через несколько сеансов с психотерапевтом. — Издевательство для меня, — пробормотала Беллатриса, одним глотком опрокидывая свой напиток. — Это все равно не меняет проблемы, с которой я столкнулась. С которым мы все сталкиваемся. Люциус выгнул бровь. — У меня сложилось впечатление, что ты была очень довольна нашим новым, улучшенным Темным Лордом. — У меня нет никаких сомнений перед Темным Лордом, — прорычала Белатрисса. — Это та маленькая рыжеволосая малявка, которого он выставляет напоказ и называет Темной Леди! — Малявка? — Люциус от души рассмеялся. — Темная Леди совсем взрослая, Белатрисса. Вполне… — он ухмыльнулся. — …Женственная. — Она всего лишь ребенок, — выплюнула Белатрисса. — Рожденный от предателей крови. Подружка Гарри Поттера! Она недостойна места рядом с ним или в его постели! Люциус покачал головой, его смех не утихал. — Ой! В аду нет такой ярости, как у отвергнутой женщины! — Отвергнутой? — Беллатриса швырнула свой бокал в стену. Она разлетелась на куски. — Я не какая-то шлюха, которую бросили! — Это именно то, кем ты являешься, Белатриса, — прошипел Люциус. — Двадцать лет назад ты делил постель и с Родольфусом Лестрейнджем, и с Темным Лордом. Теперь Азкабан сделал твоего мужа слабым, и внимание Темного Лорда переключилось на кого-то более молодого и красивого. Серые глаза Белатриссы горели гневом. — Мне просто нужно снова проявить себя. Что может предложить эта маленькая девочка такого, чего нет у меня? — Хм. — Люциус обошел Белатрисса, оценивающе глядя на нее. — Дай мне посмотреть… Темный Лорд — красивый молодой жеребец. Его супруга — великолепная, спелая и чувственная. — его глаза сузились. — В то время как ты провела расцвет своей жизни, гния в Азкабане. Я понятия не имею, почему он предпочел переспать с ней, а не с тобой. Белатриса холодно рассмеялась. — Ты хочешь сказать мне, что последуешь за этим маленьким мудаком без вопросов? Люциус расстегнул воротник, оттягивая рубашку и демонстрируя искривленный шрам на плече. — Я думаю, что этот маленький придурок ясно дал понять, что если я этого не сделаю, то буду сурово наказан. И это было до того, как Темный Лорд присягнул ей на верность. Губы Белатрисы скривились в усмешке. — Помяни мое слово, Люциус… Я скорее умру, чем склонюсь перед этим ребенком.

***

Белые кроссовки Джиневры скрипели при каждом неуверенном шаге, который она делала вниз по лестнице. Она тяжело прислонилась к перилам. На ней была короткая шерстяная юбка, белые гольфы и небесно-голубой джемпер, в котором она сбежала с площади Гриммо. Ее губы сияли розовым блеском для губ, а длинные волосы были заплетены в косички. Она осторожно пробралась в зал для аудиенций. Ее колени дрожали. Том оторвал взгляд от бумаг, которые читал. — Принцесса. — он поднялся на ноги, пересекая комнату, чтобы встретить ее. — Что ты делаешь, дорогая? Ты все еще слаба. Тебе не для кого устраивать шоу. — Я не могу бездействовать. — Джиневра тяжело вздохнула. — Со мной все будет в порядке. Я обещаю. Том окинул ее ледяным взглядом. На его лице появилась злая ухмылка. — Почему ты так одета, принцесса? Мы что, играем в какую-то игру? — Игра? — Джиневра хихикнула. — Тебе это нравится? Том провел большим пальцем по ее нижней губе. — Есть что-то очень привлекательное в том, чтобы вселить тьму в эту невинную маленькую школьницу. — В другой раз, мой дорогой Темный Лорд, — промурлыкала Джиневра, положив руку на плечо Тома. — Боюсь, мне нужно выполнить одно поручение. Том наклонился, покусывая Джиневру за мочку уха. — Вместо этого мы вышлем Хвоста, — мрачно прошептал он, скользя руками по ее юбке. — Пойдем, принцесса… Я склоню тебя над своим троном и… — Э-э-э… — Джиневра покачала головой. — Боюсь, я единственная, кто может выполнить это конкретное поручение, милорд. Это… Личное. Том уткнулся носом в волосы Джиневры. — В чем дело, принцесса? Что ты должна сделать? Можно мне пойти с тобой? — Вы очень заняты, милорд, — прошептала Джиневра. — Кроме того, это то, что я должна сделать сама. Том нахмурился. — Я все равно хотел бы знать, что это такое. Джиневра отстранилась, улыбаясь. — Просто кое-что, что пригодится…

***

Пошатываясь, Джиневра села за стол в «Дырявом котле». Она оглядела обитателей таверны. Они поднимали тосты, празднуя смерть Сами-Знаете-Кого. Стэн Шанпайк хвастался, что плюнул на труп. — Я удивлен, что ты захотла меня видеть. Джиневра подняла глаза. Она улыбнулась Перси. — Я рада, что ты получил мою сову. Перси скользнул на сиденье напротив Джиневры. Он был очень напряжен и смотрел на нее с подозрением. — Что я сделал, чтобы заслужить визит моей младшей сестры? — Много ли празднуют в Министерстве? — небрежно спросила Джиневра, вытаскивая палочку и держа ее свободно под столом. — Конечно, — ответил Перси. — Это величайшее событие в истории. Лучше, чем Его первая кончина. Это несомненно. — Перси. — Джиневра протянула свободную руку, схватив Перси за руку. Она подняла свою палочку под столом. — Мама и папа не верят, что Он мертв. — Я не удивлен, — грустно сказал Перси. — Им нужен повод для борьбы, чтобы быть в их маленькой группе с Дамблдором. Должно быть, больно, что кто-то другой смог позаботиться о Сами-Знаете-Ком раньше, чем это сделал их драгоценный Гарри Поттер. — Перси отвел взгляд. — Я знаю, ты, наверное, думаешь, что он такой замечательный, но… — Я не знаю, — быстро сказала Джиневра. — О, Перси… Ты был прав. И теперь, когда Сам-Знаешь-Кто мертв, а они этого не признают… Я больше не могу с этим мириться. Я не могу быть рядом с ними! Мы сильно поссорились и… и… — она икнула, крокодиловы слезы покатились по ее щекам. Перси выглядел испуганным. — Джинни… Нет… Она вытерла слезы. — О, Перси… Я не знаю, что делать! — Тебе нужна моя помощь, — мягко сказал Перси. — Ты можешь остаться со мной, Джин. — Вообще-то, мне уже есть где остановиться, — прошептала Джинни. — Но ты можешь пойти со мной. Она ухмыльнулась. — Империо.