пожар сердец в зимней стуже

Пристань Лотоса считается одним из самых прекрасных мест. Тут не было гор или шумных водопадов. Только солнце и запах лотосов. Трава тут по праву считалась зеленей, и большинство редких растений и цветов произрастало на этих землях. Что уж говорить о зиме. Она никогда не была суровой, снег редко мог залежаться на опавшей листве. Сейчас же, в начале лета. Погода была самой располагающей для людей. Так что прибытие в родную резиденцию стало, чуть ли не праздником для молодых адептов только что вступивших в орден Юньмэн Цзян. Вернулись дети главы ордена, и на один день было позволено отлынивать от жесточайших тренировок самой Хозяйки Пристани Лотосов. Госпожа Юй всегда предпочитала заменять теорию практикой, что калечило или травмировало неокрепших парней и девушек. Поэтому прямо сейчас, женщина трепала по голове своего сына и обнимала тонкую спину своей дочери. Вэй Ин старался близко не подходить к госпоже, дабы не навлечь на себя ее гнев. Но избежать этого было нельзя. Ведь он стоит в одеждах чужого ордена, а на поясе нет семейного сокровища только для самых приближенных людей — серебряного колокольчика. Вместо него, весела нефритовая подвеска тончайшей работы, ее делали не для мужчины и не для ребенка. Для женщины, чья судьба была схожей с судьбой нового владельца. Лань Ванцзи покорно склонился, отдавая почтение мадам Юй. Женщина смерила его взглядом и приняла свиток из рук приемного ребенка. Глаза ее постепенно ссужались до тонких щелей из которых словно метались молнии. — Раз твой господин отправил тебя на временную практику. То присматривать за тобой будет точно не Вэй Усянь. У него мозгов нет от родясь, что уж говорить про его умение находить беды и позор на орден, что его принял. — под этими словами омега сжался и медленно стал отступать в строну западного крыла. — За тобой присмотрю лично я. Хочу посмотреть на умения Лучшего ученика Облачных Глубин. У Сянь за мной, остальные свободны. Янь Ли, проводи гостя до его покоев. Лань Чжань поклонился и исчез за ближайшим поворотом, сопровождаемый Цзян Яньли. Он даже не обернулся и ни разу не посмотрел на Вэй Ина. Хотя тот чувствовал спиной его прожигающий взгляд. Сам же он вместе с Цзян Чэном топали в главный зал. Все встречаемые ими люди приветствовали прибывших мальчишек, особенно радовались Вэй Усяню, который, предчувствуя не ладное, старался лишний раз помалкивать пока впереди шла самая настоящая «горгулья», так ученики прозвали мадам Юй за суровый нрав и невозможный характер. Они пришли в зал как раз вовремя. Глава только прибыл на место и сейчас переговаривался с одним из старших учеников. Мужчина улыбался, приветствуя свою семью, пока его взгляд не остановился на неестественно притихшем Вэй Ине. Мальчик выглядел затравлено и несколько пришибленно, что ни в какой мере не сравнивалось с его поведением и состоянием перед отъездом в орден Гу Су Лань. — Бумаги отнесите в мой кабинет. А сейчас оставьте нас все. — следуя приказу, заклинатели покинули помещение, оставляя четверку наедине. — Отец, рад видеть вас. — Вань Инь первым поприветствовал своего отца, вызывая одобрительную улыбку у обоих родителей. Следом вышел Вэй Ин. — Приветствую Господина. — он склонился по всем правилам, так как ему все же нужно было прощупать почву по своими ногами, не зря же и его сюда притащили. — Погляжу, случилось что-то неприятное, раз к нам приехал Первый ученик из Гу Су. Что успело произойти? — спросил Цзян Фэнмянь. — Наверняка это все из этого «ребенка». Только и умеет навлекать беды. — буркнула Третья госпожа, за это муж наградил её строгим взглядом, на которой та только фыркнула, отворачиваясь в сторону открытого окна. — Всё не так, отец. Мы и сами толком не знаем, зачем его отправили к нам. — Правда? — от такого голоса можно была и сквозь землю провалиться, как сейчас говорил мужчина перед ними. — Я слепой, по-вашему? У Сянь, где твоя одежда? Почему на тебе чужой жетон, а не серебряный колокольчик? — Господин, все не так как вы думаете. — тихо вступил в диалог омега. — Вань Инь, иди к себе в покои. Сегодня ты встретишь свою невесту из ордена Цинхэ Не. Моя госпожа, займитесь нашим сыном и подготовкой ужина, гостья приедет вечером. Я лично поговорю с Вэй Ином. На этом всё! — отчеканил мужчина, голова его разболелась от чего он начал растирать виски кончиками пальцев. — Цзян Чэн ступай. Я думаю, что и я имею право участвовать в этих «тайных» переговорах. — обратилась женщина к потерявшему духовное равновесие сыну. — Я не давал свое согласие на какую-то помолвку. Мое мнение в этом вопросе тоже имеет вес. — обратился он, смотря себе под ноги. — Тебя никто не спрашивал. Ступай. — несмотря на отеческие чувства, глава ордена явно не собирался долго спорить. — Сын, рано или поздно тебе придется выбрать омегу и продолжить род. Никто не спрашивал мнения обоих сторон. Как когда-то я и твой отец — мы не имели право решать свою судьбу в этом плане. — И много счастья принес такой брак? Вы ругаетесь каждый день, не спите в одной комнате. Даже едите не за одним столом, изредка собираясь по праздникам. — звучали эти слова с самой настоящей детской обидой, которая редко проявлялась на людях, обычно альфа в одиночку переживал такие приступы гнева. — У тебя уже есть кто-то? Если да, то просвети меня, А-Чэн. Вань Инь впервые не знал куда смотреть, но его взгляд на стушевавшегося брата рядом говорил красноречивее всех сказанных в будущем слов. — Вэй Усянь моя пара. И никто не сможет отобрать его у меня! — крикнул альфа, удерживая перебинтованное тонкое запястье. Вэй Ин и сам не знал, как реагировать на такие признания. Еще совсем недавно, его брат поливал его отборной грязью, участвовал в его публичном унижении. И что теперь? Он хочет, чтобы его просто напросто убили собственные приемные родители или его отвергнутая пассия. Ну, уж нет, на такое он не подписывался. Извернувшись, он попытался высвободить свою руку, но его просто приняли к себе и впились поцелуем в губы. Вот такого он стерпеть точно не смог. Хватит с него таких издевательств. Пока альфа пытался проникнуть в его рот и в беспомощности кусал губы, заклинатель свободной рукой отвесил смачную оплеуху. — Пришел в себя? Так вот слушай меня. С меня хватит! Слышишь, хватит! Ты такой же как и «они». Я тебя не люблю, с этих пор я тебя ненавижу. Не смей ко мне подходить, говорить, прикасаться. Подумай над своим поведение, и может наша дружба еще может существовать. — крикнул заклинатель. — Что и следовала ожидать, я изначально говорила, что он приносит одни неприятности. — Третья госпожа не решилась смотреть на дальнейший диалог, просто удалась готовить предстоящий праздничный ужин и прием будущей «невестки». — Вань Инь, в свои покои, живо! — крикнул Фэнмянь на разбушевавшегося отпрыска. — Я не уйду. И Вэй Ина я тоже не оставлю. Он мой, как бы не пытался этого отрицать. С самого детства и до конца наших дней. — Не подчинение своему главе? Уходи пока можешь, пощадить тебя уже никто не сможет. — Господин, не наказывайте его. Он просто устал от путешествия и у него простая усталость Именно она вскружила ему голову. — вступился за Цзян Чэна заклинатель, и принялся выталкивать альфу из залы. Сделать это было сложно, но не зря же девиз ордена звучит «творить невозможное, вопреки всем ожиданиям». — Простите за это, я лично приму положенное наказание за своего молодого господина. — адепт склонился, ожидая ругани или хотя бы телесного наказания. — Мне всё известно по первому взгляду. Твоих альф ждет разочарование — тебе мы тоже нашли пару и сегодня будет заключена помолвка, после которой ты останешься тут. — Какая пара? Разве не рано решать такие вопросы. У меня даже еще не было… — на этих словах юноша покраснел. — Уже нет. Моя супруга займется подготовкой и тобой лично. Прости, мальчик мой. Но жизнь никогда не будет на нашей стороне. Просто плыть по течению не всегда правильно, но необходимо. — Цзян Фэнмянь подошел ближе с собеседнику. — Я не хочу. Нашему ордену действительно так необходимы эти бессмысленные союзы? Ведь если ты не любишь этого человека, откуда возьмется счастье? А если будут дети? Они должны будут страдать от нелюбви? — можно было расслабиться, большая рука подманила сына к себе, даря отеческую ласку ласковыми поглаживаниями. — Вэй Ин, мальчик мой, пойми, что у каждого есть своя судьба и долг перед орденом и своей семьей. Сейчас ты исполняешь долг передо мной и остальными. Со временем ты почувствуешь любовь к своему супругу или же между вами появится дружба. Если тебе будет плохо, всегда можно вернуться домой. — посмотреть в такие родные глаза и не увидеть в них не призрения ни злости, только улыбку и гордость — стоит многого. — Кто этот человек из ордена Цинхэ Не? — усталость от такого разговора пришла быстро, хотелось упасть и не вставать, желательно на одном теплом и прогретом ласковым солнцем мостике в окружении цветущий лотосов, лениво всматриваясь в различные формы белых облаков на лазурном небе. — Нынешний глава Не Минцзюэ. — если У Сянь стал проявлять хоть малый интерес к происходящему, было хорошим знаком, хоть каким-то знаком.

***

Подготовка к вечерней встрече шла полным ходом. После разговора с родителем Вэй Ин почувствовал неимоверную тоску и отправился в свое «тайное место», которое оказалось занято одним несносным альфой который что-то зло бурчал себе под нос периодически вскидывая или разводя руки. Заметили адепта не сразу, но уйти ему точно никто не позволил. — Останься. — Господин, простите, что побеспокоил. — несколько нервно протараторил омега, смотреть в родное лицо как прежде он не мог. Особенно на тонко сжатые губы, недавно целовавшие его. — Оставь это. Скажи, ты правда ненавидишь меня? — лицо Цзян Чэна перекосилось от боли. — Не знаю. — «Плевать, я так устал от всего. Хоть с одним из них надо все прояснить». — Тогда почему ты отказываешься от жизни здесь? От жизни со мной? — Может потому что ты мне брат и нас связывает именно это сторона жизни. Пойми, мы не можем быть большим. Особенно после той ситуации в Облачных Глубинах. — присев рядом на старой, всеми забытой пристани, они могли поговорить, не боясь быть услышанными. — Значит всего лишь «брат»? — хмыкнул в ответ альфа и резко навалился на своего брата. — Я не буду больше повторять, А-Чэн, не рушь остатки нашей дружбы. Не хочу терять тебя, ты и шицзе — всё что у меня осталось. — уперев руки в широкую грудь, омега ждал ответа.  — Тогда стань моим и всё встанет на свои места. — напор увеличился пока Вэй Ин не сдался. — А ты готов совладать со мной настоящим? — от такого даже у Цзян Чэна похолодело всё, что могло. Под ним лежал не милый и жизнерадостный омега, а самое похотливое нечто. Лицо исказил хищный оскал. Серые глаза пожирали. Руки казались далеко не слабыми, прямо сейчас проникая под чужую одежду, царапая короткими ноготками каждый рельеф, пока не спустились ниже. Уперев колено между чужих ног, У Сянь стал ожидать реакции, не переставая тереться и поглаживать чужое тело. Цзян Чэн напрягся, вздрогнул удивленно смотря то вниз, то в глаза одному невыносимому человеку. -Ты… — шипел А-Чэн. — У тебя давно не было времени уединиться, займись этим. — выскользнуть из-под напряженного тела не удалось даже после четвертой попытки, правая рука переместилась на талию, фиксируя. — Правильно говорят, ты настоящий идиот. Поцелуй получился жарким даже для Вэй Усяня, но кто сказал, что из роли, которую он играл, нужно было выходить. Воздуха не хватало и все-таки пришлось сделать передышку. — Это было скучно. Ты даже целовать не умеешь. — задевая гордость альфы, подметил лежащий под ним У Сянь. –Даже этот варвар целуется лучше. — Ах ты! — А-Чэн, А-Сянь, вот вы где. Пойдемте скорее, я не справлюсь одна. И опять вы деретесь. Не надоело вам? — положение спасла, вовремя примчавшаяся, Цзян Яньли