Ваше дело пахнет жареным

*Настоящее время* Мы сидели за круглым столом. Рядом со мной с одной стороны расположился Александр, с другой – Рейчел, которая оценивающе перекидывала взгляд то на меня, то на Алекса, напротив – Сэм. В какой-то миг не показалось, что Ник чувствует себя не в своей тарелке, потому что пытался найти поддержки в зрительном контакте с кем-то, но я с облегчением незаметно выдохнула, когда мужчина освоился и стал поддерживать общую беседу.   Не знаю, сколько мы так просидели за болтовней ни о чем, но это было бы слишком чудесно, если бы что-то в очередной раз ни пошло через одно место. Мне оставалось лишь молиться, что по моей вине не произойдет еще одной ужасной потери… *** Ничего, как и обычно, не предвещало беды за пустой болтовней за чашкой чая. Рейчел закашлялась, привлекая к себе внимание. Через минуту ситуация повторилась. - Все в порядке? – Я внимательно посмотрела на подругу, нахмурив брови. - Да-да, нормально. Наверное, просто чай горячий, – ответила она, набирая побольше воздуха и привлекая к себе напряженный взгляд мужчин. Но все оказалось не так просто, потому что Рейч начала задыхаться по непонятной никому причине. Она потеряла сознание и начала медленно сползать по стулу. Ник в мгновенье ока оказался рядом с ней, пока мы втроем попадали в скользкие объятия паники. Он начал проводил какие-то манипуляции, пытаясь привести ее в чувство. - Алекс, дай мой чемодан! – Ник, не отвлекаясь, требовал какие-то медикаменты. В тот момент я искренне радовалась, что он решил прийти проверить мое состояние не по расписанию. – Открывай дверь быстрее, – он подхватил блондинку на руки, – едем в клинику. Мы с Александром побежали вперед. Я открывала двери, пропуская вперед Ника с Рейчел на руках, а Алекс поспешил к машине, чтобы выгнать ее из гаража и не терять ни минуты. Сэм находился, видимо в шоке, отчего несуразно плелся позади. Доктор расположил Рейчел на заднем сидении автомобиля Александра и сам сел рядом, не переставая производить какие-то устрашающие со стороны действия, чтобы поддерживать ее жизнь, пока мы не доедем до больницы. Сэм решил ехать на своей машине, хотя я была готова уступить ему место в машине с Линд и мужчинами. Я сидела на переднем сиденье и в треморе кидала взгляд то на заднее сидение, то на Нильсена, который играл в шашечки на дороге, проезжал на красный и не видел ничего, кроме дороги. С каждой секундой напряжение становилось все ощутимее, но, к счастью, уже минут через 15 мы были в клинике. Прошла, наверное, вечность с того момента, как Ник положил Рейчел на каталку и, быстро набросив халат на плечи, скрылся за стеклянными дверями блока интенсивной терапии. Сэм ходил по коридору с отсутствующим видом туда-сюда. Я сидела на больничной лавочке, опустив локти на колени и крепко руками обхватив голову, в которой роились неясные мысли. Александр, плюхнувшийся рядом со мной, то и дело тяжело вздыхал и ерзал на низкой лавочке. - Что вообще могло случиться? – Я обратилась к нему, чтобы хоть как-то отвлечься. – Мы же все ели и пили одно и то же. Тем более у Рейчел не было никаких проблем со здоровьем, насколько я знаю. - Все это неспроста, – было все, что смог выдавить из себя Алекс перед тем, как снова погрузиться в молчаливые тяжелые размышления. Мы синхронно подскочили с лавочки, когда дверь из блока открылась, выпуская уставшую фигуру Ника. Он вышел и молчал. Молчал. И я не выдержала первая, практически набрасываясь на мужчину с вопросом. - Ну, что с ней? Она в порядке??? – Александр даже слегка придержал меня, чтобы я не напрыгнула на Ника, который подбирал слова, чтобы объяснить, в каком состоянии находилась Рейчел. - Сейчас она спит. Состояние стабилизировалось, мы наблюдаем, – он опять замолчал, а потом почему-то перевел напряженный взгляд именно на Александра. – Это отравление. Пока полный анализ не готов, но предполагаю, что это общеядовитое вещество в крайне маленькой дозировке. Все рассчитано так, чтобы жизнь находилась в неопасности… Александр нахмурился и опустил голову, а у меня буквально отвисла челюсть от таких сообщений – как, откуда, почему??? Я даже не могла сформулировать вопрос у себя в голове, на который хотела бы получить ответ. Все это произошло из-за моей глупой упертости. Теперь они ни перед чем не остановятся. У тебя осталась одна попытка. *** Ник так и не разрешил нам зайти в палату к Рейчел и через несколько часов бессмысленного ожидания вовсе выгнал из клиники. Когда мы вернулись в дом Александра, я сразу поспешила скрыться в своей комнате, даже не сказав мужчине ни слова. Я просто была не в состоянии сейчас с кем-то разговаривать, а хотела просто подумать. Впервые за долгое время я решила принять ванну. Не было ничего, что могло бы расслабить мой мозг, чтобы мысли наконец устаканились. Я с головой погрузилась под воду в надежде, что так все нужные хаотичные бредни улетучатся, но нет… Казалось, что становилось только хуже. Опять назревала куча нерешенных вопросов. Почему именно Рейчел, когда в доме была я? Как этот я оказался у нее в еде – кто его туда добавил. Я прокручивала события этого дня нескончаемое количество раз. Я, Александр, Сэм, Ник. Больше в доме не было никого. И я не могла даже допустить мысли о том, что в этом может быть замешан кто-то из моих друзей. "Нет! Полный бред!" – Я с шумом всплыла со дна ванной, набирая в легкие побольше воздуха. Я вышла из ванной и сразу увидела на кровати небольшую коробочку, которая бала завернута в упаковочную бумагу и перевязана белой лентой. Я взяла ее в руки и направилась к двери, чтобы узнать у Алекса, что это такое – кроме него, некому было подложить мне это. На ходу развязывая ленту, я подошла к соседней двери, которая была в комнату Нильсена, и постучала, не отрывая взгляда от коробочки. - Заходи, открыто, – локтем нажав на ручку двери и слегка подтолкнув ее плечом, я вошла внутрь. Александр лежал на кровати и читал какую-то книгу. Он поднял на меня вопросительный взгляд, желая узнать, с какими намерениями я пожаловала. Все еще не отрываясь от занимательного дела – я снимала уже второй слой упаковочной бумаги, что меня знатно удивило, – я двинулась в сторону кровати и присела на ее краешке, на некотором отдалении от мужчины, который снова опустил глаза в книгу, чуть приспустив на носу очки. - Что это такое, Алекс? Расскажи, иначе я умру от любопытства до того, как смогу распаковать все эти слои. - Откуда же я знаю, – он уставился на меня, слегка сведя брови к переносице. - В смысле? Это разве не ты положил мне эту коробочку? – Уровень удивления даже заставил меня отвлечься от вскрытия упаковки, чтобы проверить, не издевается ли надо мной Александр в очередной раз. Но он был до страха серьезен. - Дай-ка, – он отбросил книгу на противоположную сторону кровати и быстро придвинулся ко мне, выхватывая из рук непонятный артефакт. Он слишком быстро разорвал все оставшиеся бумажки, и теперь в его руках была простая черная коробка с крышкой из плотного картона. Алекс помедлил и поднял на меня ледяной взгляд. - Открывай, – я слегка кивнула ему, потому что ждать больше было нельзя. Мужчина аккуратными пальцами поднял крышку, протягивая руки в мою сторону, чтобы мы могли одновременно рассмотреть содержимое. Я сняла маленькую бархатную салфетку… Внутри лежала небольшая металлическая колбочка, и я протянула пальцы, чтобы взять и рассмотреть ее. - Стой, не трогай, – Алекс почти прикрикнул, отчего я отдернула руку. Он взял ту же салфетку и двумя пальцами извлек из коробочки пузырек, покрутив его, показывая мне. Это была желтая маленькая баночка, на которой красным лаком был нарисован черепок. - И что это? – швед в ответ пожал плечами. – Там еще бумажка, – я двумя пальцами достала из коробки листок. Листок, сложенный в четыре раза. "Снова", – по всему телу пробежал холодок, потому что автор послания был очевиден. Я дрожащими руками все же развернула его и вслух прочитала: "ЭТО БЫЛО ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. Я ЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО У ТЕБЯ ОДНА ПОПЫТКА!" Все было точно так же, как в прошлый раз – те же слова, те же наклеенные буквы. Только теперь это была угроза не мне, а моим друзьям. Причем угроза, уже приведенная в исполнение, потому что Рейчел лежала в клинике после отравления, судя по всему, чем-то из той самой желтой металлической колбочки. Александр быстро сложил все содержимое обратно, достал из тумбы небольшой целлофановый пакет и положил туда коробочку, затянув тугой узелок. Я находилась в состоянии натурального шока – второй раз за такой короткий промежуток времени. Мы знали, кто это; мы знали, чего он хочет; но мы не знали его реальных требования – ничего, кроме угроз от шайки Чарльза, не поступало. Я уже готова была отдать ему эти чертовы документы на наследство, лишь бы он оставил всех моих друзей в покое, но не знала, как провернуть это… *** Мы сидели на кухне, потому что Александр настоял, что нужно хоть что-то съесть. Я лениво возила вилкой по тарелке, а Нильсен, сидевший напротив меня, методично постукивал большим пальцем по краю чайной чашки, глубоко задумавшись. - Как они могли попасть в дом? – Я обратила на Алекса внимательный взгляд. – Тем более я точно помню, что когда я заходила в комнату, то этой коробки там не было. Александр задумался, кажется, еще глубже, и отвел взгляд в сторону. Я чувствовала, что у него есть какие-то соображения, но он не хочет ими делиться. Нильсен резко поднялся со стула и широкими шагами направился к стеклянной двери, ведущей на веранду, а я медленно посеменила за ним. Я и сама не понимала, то ли хотелось что-то от него услышать, то ли просто я не могла оставаться одна, потому что даже в доме Нильсена, который прежде был нашей крепостью, теперь было небезопасно. Швед остановился и скрестил руки на груди, направив отсутствующий взгляд куда-то в сад. Я не знала, стоило ли прерывать его размышления, но он и сам заговорил спустя какое-то время: - Все это неспроста, Агата, – он все еще не смотрел на меня. – Ты сама видишь, что происходит. Я не могу тебе обеспечить достойную безопасность. Да и бюро "Сэмми-детектив" не ведет продуктивной деятельности в расследовании, – я усмехнулась, потому что Алекс вернул давно забытые шуточки в адрес Макото. Александр опять замолчал. В тот момент я сделала довольно забавное умозаключение. За относительно недолгое время нашего близкого общения с ним я с удивительной точностью научилась определять тон повествования шведа – буквально знала, когда он хочет еще что-то добавить, но пока обдумывает; когда промолчит; как меняется его настроение. Так вот, в этот раз я чувствовала, что он собирается сказать еще пару слов, поэтому предпочла прикусить язык на время. - Я не могу быть уверен, что с тобой все будет в порядке, даже пока я постоянно рядом с тобой, Агата, – он резко развернулся на 180 градусов, сразу стало заметно, как он напряжен и как гуляют желваки, пока он подбирает слова. – Нужно уехать отсюда. Из Англии. Хотя бы на пару недель, пока мы не выйдем на след Чарльза и не найдем его слабые места. Я вообще не понимала, о чем он говорит. Что значит уехать – куда, как, зачем?! Я обессиленно плюхнулась в кресло, которое так удачно расположилось прямо позади меня на веранде. Алекс подошел ко мне, присел на корточки и, взяв в руки мои ладони, старательно заглянул в глаза. - Послушай… Сейчас это самый оптимальный вариант. Это даст нам фору – мы все, я, ты, наши друзья, будем там, где Чарльз не сможет нас достать. Поедем в Швецию на пару недель, а здесь работа все равно продолжится… Но нужно решить это как можно быстрее, чтобы не заиметь нежелательных попутчиков. Понятия не имею, о чем нужно было думать в тот момент, но мои мысли крутились вокруг того, как это мы полетим в Швецию, в качестве кого. Не имея слов, чтобы хоть как-то выразить свои чувства, я просто глубоко выдохнула и опустила голову, лбом прижавшись к теплым рукам Алекса, который все еще крепко сжимал мои ладошки, будто показывая, что я действительно могу ему доверять. *** Оказалось, что Александр был в тысячу раз хитрее и расчетливее, чем я себе представляла. Билеты до Стокгольма он взял еще днем, пока мы были в больнице и караулили состояние Рейчел. Вылет должен был состояться утром через полтора дня. Из хороших новостей было, по крайней мере, одно сообщение. Ник позвонил Нильсену и сообщил, что состояние Рейч стабилизировалось, и она пришла в себя. Не знаю, на что рассчитывал Алекс, прикупив еще два билета, как он выразился, на всякий случай, но я направлялась в клинику с твердым убеждением в том, что Рейчел и Сэм тоже должны на какое-то время покинуть Англию. Как ни странно, но лучшего выхода, чем Швеция, в тот момент было не найти – мне даже пришлось согласиться с Александром вслух. Тем более Рейчел давно собиралась навестить там каких-то родственников. Конечно, со стороны это все выглядит странно. Рейчел только пришла в себя, а мы заявляемся к ней и говорим о том, что через 1,5 дня нужно прыгнуть в самолет и улететь в чужую страну. Кстати, Ник на удивление оказался сговорчив, когда дело касалось Линд и вопроса ее транспортировки, и заверил нас, что еще сутки в клинике приведут ее в абсолютно нормальное состояние, в котором она вполне сможет перемещаться на воздушных судах. Я была искренне благодарна этому доктору и чувствовала перед ним какой-то внутренний должок. Разумеется, каждый раз я благодарила его, но все это досадными каплями в море того, как Ник возился сначала со мной, а теперь с Рейчел. Было даже неудобно вот так вот расстаться с ним на неоговоренный промежуток времени... *** Волшебство случается. Ответственно заявляю вам об этом, испытав его на собственной шкуре, потому что за 1,5 дня до вылета ни с кем из нас даже не произошло чего-то экстраординарного. Записок тоже больше не было. И вот мы сидели в аэропорту. Все мои вещи, что хоть как-то выжили после пожара или были недавно куплены, уместились в небольшой чемодан, который равномерным постукиванием колес сопровождал наше передвижением по залам аэропорта. Мы расположились перед выходами на посадку. Довольно ранний рейс для измотанной компании не располагал к разговорам, поэтому каждый сидел молча, опущенный в собственную воду. Рейчел мирно посапывала, положив голову на плечо Сэмми. Последствия отравления все же давали о себе знать, потому что усталость настигала Линд быстрее, чем прежде. Мы с Алексом сидели напротив парочки и периодически перекидывались неосмысленными взглядами. Мне очень хотелось положить голову ему на плечо и провалиться в сон аналогично моей подружке, но я сдерживалась, пытаясь занять голову размышлениями. Моя голова как будто представляла новомодный мессенджер, в котором постоянно всплывали раздражающие уведомления. У вас новый опрос: "1. Как вы будете вести себя на родине Александра? 2. Что Вы вообще знаете о Швеции? 3. Почему Алекс сам ничего не говорит по этому поводу?" К сожалению, мои чаты были не так хороши, поэтому и опросы там были без заранее приготовленных вариантов, которые могли бы существенно упростить мою жизнь. В тот момент я точно была уверена лишь в одном – посадка на борт открыта, значит, через несколько часов мы окажемся уже в другом измерении, которое станет нашим новым спасением.