Ответы Скуало Супербиа

Скуало Суперби – весьма интересное сочетание слов, означающих акулу и гордыню. Жаловаться на подобное не имеет какого-либо смысла, особенно когда собственное имя не заботило, в отличие от заслуг. Выходец из не самой влиятельной семьи, чьи способности и перспектива сулили великое будущее с самого начала. В рейтинге на пост босса Варии именно Скуало был на первом месте, и, не позволяя себе кому-либо уступать, мечник улучшал свои техники ведения боя на мечах. Сосредоточенный исключительно на подрагивающем лезвии меча и различных достоверных описаний из книг на счёт других техник, Суперби совершенно не замечал мельтешащих вокруг людей. Остановиться и обратить на себя внимание смог лишь Занзас, стоило только, словно акула кровь, учуять чужой гнев, заставляющий ноги слабнуть, а в коленях подрагивать. Мечник понимает одну простую истину – за этим человеком не угнаться, а значит, пойти за ним куда логичнее и проще, чем пытаться противостоять. Это впервые, когда он не был уверен в собственных силах, поглощённый впечатляющим чужим гневом. Суперби и сам не осознаёт, что испытывает щенячий восторг. Потеря правой кисти с годами кажется всё менее и менее значительным фактом, потому что владеет Скуало обеими руками на достаточном уровне, чтобы не испытывать дискомфорт. К тому же, протез не был низкого качества, выдерживая удары о стену и даже громя столешницы, когда приходилось что-то выбивать из собственных подчинённых, офицеров Варии или, того хуже, у босса. Терпения у мечника было не так много, так что срывался тот быстро, крича и выясняя на счёт отчётности чужой работы. В конце месяца вся Вария замирала, потому к недовольному мечнику без сделанного отчёта приближаться было стратегически опасно как для психики, так и для собственной жизнедеятельности. Скуало же, на которого и была взвалена миссия по проверке и обработке документов о выполнении заданий, на счёт расходов и доходов, о поставке в главный особняк Варии продуктов и хозтовара. Так что в такие моменты убивать хотелось больше обычного, но искать новых людей для пополнения штаба желания было куда меньше. Длинные волосы по итогу достигают поясницы, и всё время норовят лезть в лицо, раздражая. Казалось, в тумбочке у кровати средств для ухода за волосами куда больше, чем полироли и смазки для меча и протеза. Суперби не обращает на это особого внимания, а каждому, кто смеет заикнуться, готов проткнуть глотку, за одним единственным исключением – босса Варии. За всё время после клятвы длина так и не укорачивалась, а ни одна прядь так и не видела ножа, за исключением, когда чёлку подрезал один противник, практически перед тем, как Занзас освободился ото льда. Скуало взамен одарил неудачника, посмевшего окунуть серовато-белые нити в грязь, долгой и мучительной смертью. Никто не смеет влезать в его клятву, ставшую исходной точкой новой жизни, что отличается от предречённой ранее. – Врой! – с порога, заходя в кабинет Занзаса, кричит взбешённый Скуало после очередной проверки расходов Варии. Надо было предпринимать меры, но Занзас сейчас решил, что эффективнее будет кинуть в голову мечника стакан, моментально выливая на длинные волосы остаток виски. Суперби тянется здоровой рукой вытягивать осколки. – Ты что вообще вытворяешь?! – привычно возмущается, взмахнув финансовыми отчётами за последний месяц. Расходов становится больше, и, кажется, это волнует только, как бы нелепо не слышалось, императора мечей. Слишком много денег тратится на то, что не является основами для приличной жизни. И, чёрт подери, почему именно он должен заниматься этим? Скуало и сам не верит, что признаёт сейчас времена с Мамонном более лёгкими и беззаботными. – Заткнись, мусор, – с привычной ленцой и раздражением высказывается Занзас, сидя в кресле и при этом умудряясь смотреть сверху вниз. От него всё также чувствовались те самые сила и гнев, которые перестали со временем хаотично выплёскиваться наружу. До сих пор поджилки трясутся. Скуало и впрямь затихает на некоторое время, с восторгом принимая на себя чужие эмоции. Мечник подходит к столу, со стуком выкладывая туда злополучный документ. Босс даже не пытается заглянуть туда, лишь прикрывает глаза. – И что это? – короткий вопрос, моментально начинающий бесить. – Отчёт по расходам за последний месяц! – не выдерживая, кричит Скуало. Странная привычка, от которой с такими балбесами в роли подчинённых и босса не избавиться. Ощущение, что иначе они бы просто перестали перед своим носом замечать капитана Варии. – Вот сам и разберись, – отзывается, поднимая со стола, как на зло, приготовленный новый стакан. Суперби мрачно смотрит на стеклянную утварь, не особо желая второй встречи с ней за один раз пребывания в этом кабинете. Мечник ворчит и тихо возмущается, забирая с собой изрядно помятый лист. Ругаться хочется сильно, впрочем, этим он и занимается следующие полчаса, вновь рассматривая злополучную бумажонку. Слишком много запросов у всех появилось, а также частые частичные ремонты здания. Проблем меньше не становится, но Скуало даже ничего не имеет против такой жизни. Его клятва и его волосы, подумать только, являются синонимами. Он последует за Занзасом куда угодно, сделает всё, что бы тому в голову не взбрело, даже если собственный голос разума рационально будет кричать о невозможности той или иной миссии. Император мечей – тот, кто находится в вечной борьбе, и кто сказал, что она должна быть лёгкой?