Ответы Базиля

Сияние не слепило глаза. Мягкое, напоминающее о чëм-то родном, зеленоватым куполом оно окружало юношу с чëрными кудрями. Уныние сидело на ящике, облокотившись на коробку — коробок здесь было полно. Демон смотрел томно, ожидая действий охотника. Базиль застал Уныние уже в этой позе, в какой оно пребывало, кажется, уже очень долго. Оно не двигалось — знало, что на то, чтобы пробить щит, потребуется много энергии, а на убийство может уже не хватить. А ещë, кажется, узнало охотника сразу. — Мы ведь противоположности, потому близки. Ты не сделаешь этого, — почти безэмоционально протянул демон. — Ты не отречëшься от прошлого. Да, в прошлом этот юноша был дорог охотнику. Но сейчас он — не он, всë слишком сильно изменилось. — Уже отрëкся. И тебя не спасут людские оправдания! — Базиль постарался придать голосу больше уверенности. Люди потворствуют Унынию больше, чем кому-либо ещë из демонов. Это делает его защиту ещë сильнее. Но Базиль найдëт брешь. Да, они противоположны друг другу, и это поможет ему победить! — Решимости тебе не занимать. Признаюсь, драться с тобой я не хочу — всë равно мне скоро позволят переродиться. Для тебя это будет лëгкая победа, но это же и станет испытанием: пересечëшь ли черту? Пересечëт ли? Что бы это могло значить? Юноша, которого Базиль видит перед собой — Уныние. Демон. Демона нужно победить, даже если тело носителя, уже потерявшего разум, умрëт. И даже жалеть о прошлом будет абсолютно бессмысленно. Рука нащупывает в кармане баночку, голубая пилюля выкатывается на ладонь. Их лучше использовать реже, но сейчас... Сейчас пилюля поможет справиться и со щитом, и с противником за один удар, не оставив ни секунды на сомнения. Пересечëт ли он черту? Ограничители тела временно сняты, яркое голубое пламя охватило лезвие. — И в конце ты скажешь: «Пощади, Господь, душу этого мальчика!» — так? — Уныние встаëт с ящика и раскидывает руки. — Я жду. Долго ждать не придëтся. Рывок с лезвием наготове. Хруст. Зеленоватый шар лопается, осколки его светятся. Светится и кровь, запачкавшая некогда идеально белую рубашку демона. Чистый. Чистый, но по-прежнему опасный. Стоило ли убивать демона, в новом своëм воплощении никого своими руками не убившего? Жертвы сами погружали себя в Уныние. Жертвы сами накладывали на себя руки. Но нельзя их винить. Кто же ещë может быть виноват, как не демон? Но Базиль не был ни в чëм уверен. Однако... он абсолютно спокоен.