Ответы Базиля

Такие места следует обходить стороной, да? В полумраке тела движутся в непонятном даже им самим рисунке, лучи света разных цветов прорезают пространство. Всë это создаëт ощущение, что помещение это — какой-то иной мир. Мир безумия, мир потери контроля, мир животных в облике людей. — Пацан, ты что тут забыл? Здесь не место для детей! — крепкий высокий мужчина возник как будто из ниоткуда. — Я иду к отцу, Гурато-доно, — ложь, — несу товар, — ещë одна ложь, но здесь это может сработать как кодовое слово. — Так ты к Гурато? — кивок. — Ладно, но чтоб быстро! Да, это будет быстро. Базиль бегло осматривает помещение, не зацикливая внимание на громкой музыке, которая уже начинала действовать на нервы, и людях вокруг. Эти люди даже представить себе не могут, в какой они опасности! — Ты здесь впервые? Так юно выглядишь, — весело прощебетала подскочившая к юноше девушка и протянула ему что-то. — Возьми. Базиль даже не посмотрел на еë ладонь — и без того знал, что там наркотик. На такие вечеринки сложно попасть, но зато запрещëнные вещества получить легко. Повезло, что у побеждëнных шестëрок Чревоугодия были пропуска. — Я ищу своего отца, Гурато-доно. Помогите, пожалуйста. Девушка улыбнулась ещë шире и указала сначала на второй этаж, а затем — на лестницу. Второй этаж представлял собой импровизированный балкон: огромная дыра в полу была ограждена, зато через неë можно было оглядеть почти весь первый этаж, занятый гостями. Отличное место для хозяина на этом мероприятии. — Гурато-доно? Это от Gluttony, так? — произнëс Базиль вместо приветствия, только оказавшись наверху. Демон в облике тучного лысого мужчины в официальном костюме посмотрел на вошедшего с усмешкой. Подле него были лишь трое демонов-учеников — людей Чревоугодие сразу же поглощает. Потому этот демон и организовывает такие вечеринки: у демонов есть пропуска, а людям высылаются приглашения, и к концу мероприятия уже бесчувственные от количества употреблëнного приглашëнные поедаются. Приглашения получают люди, живущие одни, в основном безработные, пропажи которых никто не заметит. Ученики хорошо собирают информацию и за это получают долю. Сегодня их доля — разделить судьбу хозяина. — Не нравится вечеринка? А ведь немногие знают пароль, и зачем столько усердия, чтоб добыть эту информацию? — Сколько людей погибло на таких вечеринках? Почему они должны нравиться? Несколько секунд, и на лице Чревоугодия отразилось понимание. — Так это ты убил Гордыню, да? Победил этого вечного вояку, не дающему себе привыкнуть к телу, и думаешь, что справишься с моими ребятами? Ни слова больше. Чем раньше эти существа будут убиты, тем лучше. Базиль бросился к крайнему телохранителю. Демон, державший форму мускулистого мужчины с бритой головой, вовремя среагировал, заблокировав удар кулака предплечьями, и в это же время двое других кинулись к напавшему. — Только подальше от меня — испортите костюм! — в указании Чревоугодия была слышна насмешка. Уворот, и два кулака прошли мимо головы, но долю секунды спустя удар ногой достиг цели — первый демон попал в торс, откинув охотника в нужном направлении: подальше от хозяина. Удар дезориентировал на пару секунд, но Базиль быстро пришëл в себя и достал закреплëнное во внутренней части пиджака оружие. Выхватив его, юноша сделал выпад, оцарапав руки одного из демонов. Тот сразу же метнулся к другому телохранителю, концом цепи обвив предплечье. Цепь крупная. Если попадëт, это будет болезненно. Ещë один демон не успел присоединиться — ударом ноги охотник заставил его отшатнуться, а кинутое бумерангом оружие — сегодня ему явно везëт! — отрубило голову. Насколько мал был шанс? Если бы Базиль верил в помощь Бога, решил бы читать молитву сразу по завершении боя. Отвлëкшись на эту мысль, Базиль пропустил удар: цепь врезалась в плечо и, завернувшись, обвилась вокруг тела, лишив возможности использовать руки. Больно, чертовски больно! И обидно. Обидно... Да, обидно! Базиль почувствовал, как кровь закипает, и, когда телохранитель потянул цепь к себе, охотник побежал вперëд как можно быстрее. Почти неосознанно сделал подсечку, заставив демона упасть, и несколько раз с силой ударил по держащей цепь руке. Хватка ослабла, и охотник, спрятав оружие, поймал цепь и, пустив по ней транквилизирующее пламя из кольца, разорвал. В сторону он отбросил уже становящегося бесформенным, тающего демона. Уже пришедший в себя телохранитель с отвратительным хрустом поправил руку и замахнулся. Удар прошëл близко, и хотелось уже схватить эту руку, но... Мир неожиданно перевернулся: балки, стены, становящийся ближе пол — и, после сопровождавшегося тупой болью столкновения с последним, поплыл. Сразу после этого — пинок в живот. Больно, обидно. Попасться на приëме, аналог которого спас ему жизнь! Ещë один пинок. Убить одним ударом демон не хотел. Больно, обидно. Базиль, оперевшись на руку, попытался подняться. Новый удар обнулил эту попытку. Больно, обидно! Базиль свернулся, сложил руки, словно держась за место удара. Всë вокруг замедлилось. Усмешка противника, замах. Резкое движение, и лезвие вытащенного оружия, усиленного пламенем, отрубило часть ноги. Подавленный вскрик. Глухое падение огромной туши. Охотник вскочил и, игнорируя отзывающееся болью тело, упал на колени возле демона. Замах. Удар, проламывающий грудную клетку. Ещë удар. Жëлтая кровь брызнула на одежду. Ещë удар. Противнику следовало убить сразу, а не играть. Ещë удар. Ещë. — Э-эй, ты! Чревоугодие, держа пистолет наготове, с ужасом в голосе попыталось взывать к милосердию. Указывало вниз, на ничего не замечающих людей, кажется, пытаясь что-то предложить. «Ты сможешь стать частым гостем, VIP-гостем, пользоваться всеми благами этого места... Только... Эй, слушай, что тебе говорят!» — вскрикнул демон, нервно обхватив приклад обеими руками, когда охотник поднялся на ноги и, всë ещë держа оружие в руке, медленно двинулся к нему. Он не слушал ничего. Он не слышал ничего. И когда, метнувшись вперëд и выбив пистолет, начал кромсать тушу Чревоугодия, не слышал его криков. Демоны внизу тоже криков слышать не должны были — музыка внизу играла слишком громко. Придя в себя и оглядев бывший полем боя этаж, Базиль вздохнул и, решив, что на демонов внизу у него сил не хватит, снял испачканный пиджак. Держа его так, чтобы пятен не было видно, спустился вниз и, с дежурной улыбкой бросив демонам на входе: «Гурато-доно хотел сказать, что вы свободны», — вышел из здания, абсолютно спокойный. Kensuke Ushio