Ответы Базиля

— Эй, парень? Очнулся? — услышал Базиль приглушëнно. Кажущийся знакомым мужчина склонялся над ним, глядя обеспокоенно. Или он только кажется знакомым? Не понять. — Я в порядке, — вышло прохрипеть. На удивление, тело почти восстановилось — это Базиль чувствовал. Но образы перед глазами расплывались. Тут же вспомнилось уже не болящее, но всë ещë ничего не слышащее ухо. Да уж, совсем не везëт. — Ну хорошо. Тогда я пошëл. Видимо, этот человек подобрал его, спящего у дороги. — Постойте, пожалуйста! — Базиль приподнялся, но сразу рухнул головой на подушку. — Там дом горел... — Не видел ни дома, ни огня, — удивлëнно протянул спаситель и, бросив, что опаздывает на работу, ушëл. Нужно будет узнать у медработников, кто это, и поблагодарить. Юноша вновь погрузился в сон, подумав, что ему и вправду не везло, но зато, если память ему не изменяла, остался лишь один противник. Этот самый противник нашëлся по объявлению в интернете. Похоть — демон, меняющий внешность без смены сосуда и имеющий множество псевдонимов — предлагала большие деньги за встречу для съëмки видео либо проведения фотосессии. Как именно такое объявление оказалось в свободном доступе, Базиль и догадаться не мог. Заполнив и отправив анкету, он стал ждать ответ. Ответ пришëл два дня спустя. Адрес — совсем недалеко от дома — и расписание работы студии. «Спасибо, Lalu6-доно! Я буду завтра вечером♡», — Базиль добавил сердечко для верности образу — он должен играть милого мальчика, которому просто позарез нужны деньги — и скрепя сердце отправил. Страшно. Если он придëт последним, людей там почти не будет, однако страшно представить, что будет, если он совершит ошибку. Нужно хорошо продумать свои действия. Нельзя просто прийти с оружием и устроить драку. Да и просто от того факта, куда он идëт, что ему придëтся делать, прежде чем найдëтся возможность убить демона, мурашки шли по коже. Отвратительно. И страшно. Белая рубашка с закатанными до локтей рукавами, широкая синяя лента вместо галстука — это ещë ладно. Шорты с болтающимися выше колена укороченными подтяжками, чулки — неудобно и неловко. Базиль почти всегда носит закрытую одежду, а эта... Вновь взглянув на своë отражение, юноша вздохнул. Если он умрëт сегодня, его призрак будет походить на жертву педофила. Сомнительное везение — в семнадцать уметь выглядеть на тринадцать — а всë же везение в данном случае. Наконец Базиль закрепил чëлку невидимками. Снова бросив взгляд на отражения, решил поспешить, пока не стало сильнее желание взять сменную одежду. — Юки-кун, так? — Базиль кивнул на вопрос, встретивший его вместо приветствия. — Проходи, садись. Сейчас я закончу и принесу тебе какао. Я бы налил чего покрепче, да вот родителей твоих не будем пугать. Голос демона из отгороженной шторами студии звучал мелодично, бархатно, по-доброму. А вот другие звуки оттуда же... Господи, это же явно детские голоса! Вздохи и стоны заставляли кровь кипеть, хотелось ворваться в комнату и придушить этого... этого... оператора. Сейчас же придушить. Что тут делают дети?! Нет, что они делают, Базиль понимал, но как они здесь оказались? Сидеть тихо, сидеть смирно. Не высовываться. Сейчас он играет роль подростка в таком же положении. Сейчас он... нет, сейчас он ни в коем случае не откроет эти шторы и не превратит ролик с детской порнографией в снафф-видео. Но, Господи, как же хотелось остановить это! Глубокий вдох. Держи себя в руках, Базиль! Нет, Юки. Теперь ты Юки — подросток на домашнем обучении, желающий финансово помочь своим родителям после увольнения отца. Юноша закрыл ладонью ухо и стал считать про себя, складывая предыдущие два числа. Восемь, тринадцать, двадцать один, тридцать четыре... Двести тридцать три... Триста семьдесят семь?.. Штора отодвинулась, и в прихожую вышел высокий мужчина, которого можно было бы назвать тощим, однако на предплечьях — рукава были укорочены до середины плечей — хорошо прорисовывались мышцы.. Он похлопал Юки по плечу, заставив его убрать ладонь от головы и бросить счëт. Тот незаметно прокрутил кольцо на указательном пальце другой руки. — У тебя нет аллергии на лактозу? — спросил демон, открыв мини-бар. — Нет, Лалю́-доно. — Хороший мальчик, — устало ответил тот. Обернувшись и натянув усталую улыбку, "Лалю" протянул Юки кружку с какао. — Осторожно, горячее. — Спасибо. — Если что, там ничего не подмешано, — "Лалю" потëр переносицу. — Те, что постарше, подозревают меня в этом. Те, что помладше, просят подмешать. И, если захочешь, могу добавить, на первый раз без вычета из зарплаты, чтоб стало... легче. — Нет, спасибо. — Хороший мальчик. Какао выпито; "Лалю" проинформировал, что на этот раз будет лишь пробная фотосессия, уверил в том, что все фото и видео будут храниться лишь на флешке, пока не найдутся покупатели — и просто счастьем будет найти постоянного клиента, что будет заказывать материалы именно с ним, если он хорошо постарается — и в сеть точно не уйдут даже через клиентов: те платят хорошо, но боятся, что сведения о них, хранящиеся у фотографа, перейдут в руки полиции. Всë ведь продумано у этого... Память не подсказывала подходящего слова. Деревянный стул. Юки сидит полубоком, слегка разведя ноги, и прижимает к груди мягкую игрушку. Щëлкает фотоаппарат: щелчок, ещë, ещë один — с разных ракурсов. Мягкая игрушка отложена в сторону, Юки застыл, развязывая ленту. «Вот так, хороший мальчик», — щелчок, ещë щелчок. Юки сидит, вжимаясь в пол, согнув колени и упираясь руками между ними; рубашка расстëгнута. Ещë щелчок. Фотограф откладывает камеру, подходит и, подняв с пола ленту, бантом связывает ей запястья над головой Юки. «Вот так, Юки-кун. Да, вот такой взгляд. Хороший мальчик», — ещë несколько щелчков. Руки демона поправляют полы рубашки, стягивают чулок до середины голени. Мурашки идут по коже, вот-вот начнëт трясти. Глубокий вдох. Щелчок. Ещë два щелчка. — Лалю-доно... — Что такое, Юки-кун? Юноша незаметно поправляет кольцо на пальце. — Позвольте мне самому дальше... "Лалю" смотрит удивлëнно, но затем, вымученно улыбнувшись, кивает. Откладывает фотоаппарат и, удачно присев на корточки, развязывает бант. Юки в благодарность кладëт ладонь на шею "Лалю", невинно улыбаясь. Тот кажется удивлëнным, но явно не спешит останавливать мальчика. Страшно. Но нужно продолжать улыбаться. Другая ладонь медленно ложиться на шею сзади. "Лалю" что-то заподозрил. Юки улыбается.