Я все равно буду рядом

1

            18 апреля 2012       В мотеле на Пятнадцатой нехотя наступало утро. Преподаватель средней школы Майк Растен проснулся от стука в дверь. Стучали настойчиво. Кто явился в такую рань!? Вряд ли жена после его интрижки сама пришла просить прощения. Майк приподнялся на локти и вслушался — стучались не к нему, а в соседнюю дверь. Он досадливо бухнулся обратно в смятые простыни — этот неизвестный гость только что перебил ему сон!       Придется вставать. Раздосадованный, Майк потянулся на дешевой, видавшей некоторое дерьмо кровати и собрался пойти в душ умываться, как услышал пару слов с улицы и невольно прислушался.       — Энни, ты там? —  говорили тихо, и по голосу было не разобрать, мужчина это или женщина.       В соседнем номере кто-то завозился и встал. Несколько неверных шагов глухими толчками раздались по полу, затем дверь соседнего номера, протяжно скрипнув, открылась. Майк услышал заспанный голос соседки:       — Сэм? Какого черта? Что тебе надо в такую рань?       — Ужасно выглядишь, Энни, — ответил неопознанный гость. Майк подумал, что к той молоденькой, но потасканной проститутке, что регулярно приводила своих клиентов в номер 18, пришел мужчина, но этот явно не собирался покупать услуги.       — И тебе приятного утра, Сэм, — злобно прошипела соседка.       — Я зайду? — не отставал гость.       — Нет, Сэм. Не нужно. Я в прошлый раз тебе все сказала.       Проститутка говорила тоже негромко, но отрывисто и с гневной интонацией, явно не обрадованная приходу этого человека.       — Энни, я переживаю за тебя! — голос за дверью звучал обеспокоенно, но спокойно. — Позволь войти?         Майку стало совсем интересно, как будет развиваться эта ситуация. На фоне разлада в семье ему везде чудились театрально трогательные примирения. И сейчас он вообразил, что к наркоманистой проститутке пришел тот, кому она по каким-то неведомым причинам еще осталась дорога.       — Черт с тобой! — соседка сдалась. — Заходи. Ты ж все равно с живой не слезешь!       Дверь хлопнула, по полу раздались шаги.       — Я вижу, ты не одна… Энни. Ты все еще работаешь на него?! — голоса стали доноситься глуше, уже из-за стены.       — Нет, на другого теперь. Прекрати сейчас же, — Майк едва разобрал слова, сказанные на шипящих полутонах. — Сэм, ты знаешь, кем я работаю. Мне плевать, по какому ты поводу, не буди моего клиента, чтобы оставил чаевых.       Изменник-преподаватель остолбенел. Какой мужчина спокойно воспримет такое? Может, только если отец или брат. Майк уже успел нафантазировать, что к соседке-проститутке приехал супруг. Разве можно спокойно относиться к тому, что твоя жена спит с мужчинами за деньги? А если не он не знал, то теперь увидел спящего в номере клиента — и как можно такое стерпеть? Майк весь обратился в слух, чтобы узнать, что будет дальше, но продолжения не последовало.       — Я вижу, что я не вовремя, — шаги гостя были тихими и легкими, кошачьими, но Майк различил, что звук удалялся по направлению к двери. — Мне жаль, что ты не позволяешь себе помочь!       Последняя фраза прозвучала громче предыдущих, с какой-то досадой — гость не то рассердился, не то расстроился. Соседка в ответ разразилась гневной тирадой:       — Да как ты смеешь попрекать меня? Я тебе не дочь! Уходи и не возвращайся! Мне не нужна помощь, Сэм! — а следом послышалось сюсюканье, очевидно, с проснувшимся клиентом. — Спи, милый, тут попрошайки.       На этом разговор оборвался. Майк запоздало подумал посмотреть в окно, чтобы посмотреть, кто это был. Подбежал, распахнул засаленные занавески, но опоздал. За окном открывался вид на проспект, сонные дома на противоположной стороне, но ни припаркованных, ни отъезжающих машин на парковке мотеля не обнаружилось.

2

            23 апреля 2012       Сегодня у бизнесмена средней руки Эдди Смита, которого все называли Смитти, день начался очень плохо. Ну, как день — вечер. Работал он исключительно по ночам. Он сидел в своем «кабинете» — душной каморке, насквозь пропахшей сигаретным дымом, что располагалась в цокольном этаже ночного клуба. Держащие тлеющую сигарету пальцы мелко подрагивали — Смитти нервничал так, что по коже то и дело пробегали мурашки. И на это у него были веские причины, которые вот-вот собирались лично явиться к нему на порог.       Его непосредственный руководитель предупредил о грядущей неприятной встрече, сомнений, что она состоится почти не было. И вскоре страхи Смитти обрели живое воплощение — в каморку вошел учредитель бизнеса, Мартин Нери по кличке Синьор. Коренастый широкоплечий мужчина среднего роста. Следом в крошечное помещение втиснулся его громила-телохранитель, и вместе с Синьором они заняли почти все свободное пространство. Смитти стало трудно дышать, как будто пришедшие вдохнули разом весь воздух в кабинете.       Смитти впервые видел Синьора у себя на пороге, но боялся уже заочно. Ходили слухи, что визит этого человека не сулит ничего хорошего. Горе-бизнесмен буквально трясся от волнения, и множественные кольца, продетые в его левое ухо, тонким звоном оглашали тишину маленькой каморки.       — Мистер Нери? — проблеял Смитти и неуклюже поднялся со скрипучего крутящегося стула.       — Привет, Смитти, — ласковым баритоном произнес гость. Улыбка на лице с налетом итальянских кровей выглядела дружелюбной, но смотрел он очень недобро. — Ты знаешь, почему я здесь?       — Я знаю, мистер Нери, — спина у бизнесмена похолодела, он судорожно сглотнул. — Из-за недостачи. Я собирался…       — Когда ты собирался, Смитти?! — повысил голос Нери. — Я подождал день, второй, и вот решил проведать, может, ты заболел или умер не дай бог!       Тонкий намек на то, что случается с теми, кто опаздывает со сдачей выручки. Или, может, Синьер хотел сказать, что лишь мертвые могут задерживать платёж? Мысль додумать не удалось — дверь в «кабинет» снова отворилась, и вошел еще один громила Синьора, держа за плечо одну из работниц Смитти. Он уже знал, что босс пришел сделать ему выговор, но какой окажется «штраф» за просрочку, начал догадываться только сейчас. Пожалуй, самое страшное, что могло случиться — эту несчастную просто пристрелят у него на глазах, чтобы впредь был расторопнее.       Бряцанье колец сделалось громче, Смитти быстрым движением вытер пот со лба и с умоляющим взглядом выдал первое, что пришло на ум:       — Меня ограбили на прошлой неделе, мистер Нери, я просто не успел собрать нужную сумму.       — Ограбили, да? — улыбнулся итальянец. — Ты настолько плох, что позволяешь себя грабить?       Смитти съежился. Черт! Как лихо Синьор вывернул его слова! Кажется, теперь он еще сильнее упал в глазах босса, но отступать было уже некуда.       — Залетные… — промычал он. — Убили курьера, гады.       — Я мог бы пристрелить эту сучку у тебя на ковре и пригрозить, что следующим будешь ты, но, раз ты такой размазня, я, пожалуй, тоже начну тебя грабить, — с наигранной рассудительностью в ответ проговорил Синьор. — Ты просрочил платеж — я забираю одну из твоих шлюх. Какая понравится, — он обернулся и сально оглядел испуганную девушку. — Сегодня я заберу эту. Ей восемнадцать-то хоть есть, а, Смитти?       — Как там тебя, — нервно выкрикнул неудачливый предприниматель, — сколько тебе лет?       — Двадцать, сэр, — едва слышно пролепетала девушка.       — Стало быть, двадцать, — в задумчивости протянул Синьор, затем вскинул угрожающий взгляд на Смитти. — Она ничего. Бывай, Смитти. Не будешь платить, лишишься их всех.       На этом Синьор с подручными освободили «кабинет», и тесная комнатушка сделалась будто даже просторнее. Смитти взял себя в руки, выдохнул. Сегодня Синьор забрал одну из прибыльных девчонок, которая совсем недавно в бизнесе, и даже на героин еще не подсела, баловалась только стимуляторами. Жаль ее, хорошая была, честная. Что Синьор будет с ней делать, Смитти думать не хотел — на ум положительных перспектив не приходило. Но урок он усвоил. Если так дальше пойдет, он не сможет зарабатывать и точно лишится головы. И почему он раньше не подумал, что крысить выручку от босса может аукнуться чем-то подобным?

3

            23 апреля 2012       Стив Реджинс, начальник Управления по Борьбе с Наркотиками ФБР, пришел на работу раньше обычного. Плохая ночь — ему снова снились кошмары. Поднялся не с той ноги, и все утро пошло наперекосяк. Он надеялся, что на работе сможет развеяться и все наладится, но едва войдя в офис, увидел у своего кабинета Саманту Аркам, ту еще занозу в заднице. Ее звериное упорство, без сомнения, было огромным плюсом — она произвела немало арестов. Ее он обычно привлекал к самым серьезным расследованиям. Но это положительное качество, как часто бывает, имело свое негативное продолжение — упрямство Саманты толкало ее на превышение должностных полномочий и излишнюю въедливость, которая иногда политически оказывалась просто противопоказана. Стив наверняка знал, что столь ранний визит Саманты сулит ему только очередную головную боль.       Он нехотя направился к кабинету. Все же, у него не было оснований отказывать ей в аудиенции, которая, очевидно, очень важна, раз Саманта явилась в такую рань.       — Агент Аркам? Вы рано, — сдержанно выдавил Стив из себя, поравнявшись с гостьей.       — Сэр? Мне нужно с Вами поговорить, — она ответила не менее сдержанно, так что Реджинс даже напрягся. Такой тон у нее бывал, лишь когда речь шла о чем-то архиважном.       — Пройдем в мой кабинет, — сухо ответил он, открывая дверь, и Саманта последовала за ним.       Стив поставил кейс на стол, вытащил из него заботливо приготовленный супругой сэндвич и убрал его в небольшой холодильник под столом. Затем нарочито аккуратно извлек папку с делом, которое брал на дом посмотреть, и убрал в запирающийся ящик стола. И только после этого не торопясь сел за стол и сделал гостье знак присесть напротив. Агент Аркам наблюдала эти приготовления как на иголках, ее напряжение буквально ощущалось в воздухе.       — О чем ты хочешь поговорить, Саманта? — тоном раздраженной досады проговорил Стив. — Снова о русской мафии? Или о клане Сальмино? Что на этот раз?       — Сэр, я хочу взять отпуск за свой счет без конечной даты, — сдержанно отчеканила она и спокойнее добавила: — По семейным обстоятельствам.       — Вот как? — удивился шеф. — Могу я полюбопытствовать, что за обстоятельства такие?       — Нет, сэр. Это мое личное дело, — уже в своей обычной, дерзкой манере ответила девушка. — Так Вы дадите мне отпуск?       — Сдай значок и оружие, — фыркнул Стив от бессильного желания удовлетворить любопытство. — И можешь идти.       — Спасибо, сэр, — Саманта без слов выложила на его стол свой значок и табельный пистолет и не прощаясь покинула его кабинет.       Стив не мог ответить себе на вопрос, почему он вот так просто отпустил ее в отпуск. Не то, чтобы дел в Управлении не было — ее руки в любом случае бы не помешали, но на уровне чутья он понимал, что ей это действительно необходимо. Кроме того, при всей ее въедливости, упертости и дерзости, он уважал ее как сотрудника и понимал как человека. За все пять лет работы она в первый раз сама заикнулась об отпуске, до этого ее приходилось выгонять отдыхать чуть ли не пинками. А значит, на этот раз ей действительно нужен этот отпуск. Пойти навстречу будет правильно.

4

            01 мая 2012.       Время плавно ползло к утру. Кевин, один из приближенных Смитти, вернулся с «инкассацией» в логово своего нанимателя и передал выручку. С тех пор, как Синьор забрал одну из девочек, Смитти стал более осмотрительным, начал чаще собирать деньги с точек и положил небольшую сумму в сейф про запас. Сегодняшний навар обрадовал его. Сумма оказалась больше, чем обычно, и уж точно больше, чем он ожидал.       — Сегодня прямо шикарно, — деловито отметил он, обращаясь к Кевину. — И откуда такая удача?       Кевин не задумываясь ответил:       — Федералы прижали мексиканцев, наши ребята заняли их место. Флик нанял еще курьеров и толкачей, так что в районе выручка теперь будет больше.       Смитти с довольным видом смотрел на кучку плотно скрученных бочонков из долларовых купюр разного номинала.       — Какая приятная новость, — он расплылся в улыбке, затем бросил на Кевина недоверчивый взгляд и нахмурился: — Интересно, с чего бы федералам прижимать мексиканцев?       Кевин, в этот момент колдующий над замком старого дряхлого сейфа, оторвался от своего занятия и удивленно глянул на Смитти.       — Они допустили ошибку, — проговорил он, словно это само собой разумеющееся, хотя наверняка знал, что облава на банду мексиканских наркоторговцев не была простой случайностью. — Спалились они. Как иначе?       — Ну, и славно! — Смитти снова просветлел и, видимо, вспомнив об уведенной девушке, громко прицокнул языком. — Даже хорошо, что Синьор забрал ту, черт, забыл, как звали. Эта шалава приносила мне одни неприятности. Ее нет – и бизнес попер в гору!       Кевин снисходительно посмотрел на него.       — Смитти, ты действительно веришь в такую чепуху? Скажи еще, что обереги носишь и ловец снов над кроватью повесил!       «Предприниматель» недобро глянул на помощника:       — Поумничай мне еще, Кев! Отправляйся лучше, принеси что-нибудь поесть. Китайского.       Кевин скупо кивнул и покинул каморку Смитти. Носить еду — не та работа, которую поручают близким помощникам, но Кевин выполнял и такие поручения. Смитти никогда не отличался уважительным отношением к тем, кто на него работал. Мог поколотить девчонку, если та, по его мнению, плохо работает, или за любую мелочную жалобу от клиента, а распространителей товара запросто мог покалечить и даже убить. Он всегда говорил: «Да кто их, наркош, считает?» Кевин считал. За полтора года работы под прикрытием он прошел длинный путь от обычного костолома до, если не правой, то, определенно, левой руки Смитти, и фиксировал все его правонарушения.       Смитти не знал, что уже давно был под наблюдением ФБР, и не брали его только затем, чтобы, когда он выведет следствие на Синьора, упечь их обоих. Но последний, будучи серьезной криминальной фигурой, не пачкал руки и не оставлял стопроцентных улик. Поэтому Кевин продолжал исправно работать на Смитти.       Он вышел через задний ход и направился по мрачному проулку в сторону основной улицы. Кевину не нравилась эта работа, но он был профессионалом в своем деле, и делал все, чтобы оставаться на посту близкого помощника Смитти. Выйдя на более или менее освещенный проспект, он свернул в направлении китайской забегаловки. В этот поздний — или уже ранний — час он больше напоминал запоздалого прохожего, полностью погруженного в свои мысли, но оставался собранным, так что успел заметить женский силуэт, отлепившийся от стены на неосвещенном участке дома метрах в десяти впереди.       Эта девушка вышла на тротуар и пристроилась на шаг позади. Кевин сбавил шаг, но уже знал, кто пришел повидаться. От нахлынувшей досады к ладоням прилила кровь. Не оборачиваясь, он грубо произнес:       — Что ты здесь делаешь?       — Я потеряла кое-кого. И ты можешь знать, где искать, — сурово в тон ответила девушка, продолжая идти позади Кевина.       — Я назову только имя. Больше ничего, — процедил он сквозь зубы. — Но это бесполезно.       — Я сама решу, что полезно! — огрызнулась собеседница.       — Синьор. Полезно? — едко выпалил Кевин и даже полуобернулся в ее сторону, но быстро спохватился и снова сделал вид, что не замечает ее. — А теперь проваливай. Нас никто не должен заметить вместе!       Получив ответ, непрошеная гостья сразу отстала и, свернув с проспекта, растворилась во мраке очередного тонкого проулка, будто ее вовсе и не было. Кевин перевел дыхание. Кажется, пронесло. Не дай бог эта навязанная встреча сорвет его прикрытие! Столько работы коту под хвост, не говоря уже о его собственной безопасности! К этому времени он добрых полтора года не видел семью, не говорил с сыном… А эта… хороших слов он подобрать не мог — могла уничтожить все, что он сделал! Чтоб ее черт побрал!