Мой вид на море - твои глаза

Микки просыпается от ощущения ленивых поцелуев на шее. Улыбается, не открывая глаз, и протягивает руку вверх, вплетая пальцы в рыжие вихры. Йен прикусывает кожу над кадыком и языком проводит линию до подбородка. Приподнимается и нависает сверху, вынуждая встретиться взглядами, и только после этого целует. Микки открывает рот шире и свободной рукой тянет Йена на себя, заставляя распластаться сверху. Эта тяжесть когда-то давно давала ему долгожданное и временное ощущение безопасности, а сейчас он просто чувствует себя максимально комфортно, окружённый телом Йена, запахом Йена, любовью Йена. Йен перекатывает их, устраивая Микки сверху, и сейчас они соприкасаются полностью. Поцелуи этим утром не обжигают, не заставляют спешить. Они распаляют, согревают изнутри и обещают долгое наслаждение. Если бы Микки попросили выбрать, что нравится ему больше, он бы не смог. Но сегодня всё именно так, как нужно. Они целуются долго, то сплетаясь языками в очередной попытке стать ближе, то едва касаясь и дыша друг другу в рот, пока Йен с явной неохотой не разрывает поцелуй. Его губы чуть припухли и выглядят так маняще, что Микки не удерживается и тянется вперёд, языком обводя контур нижней. – Перевернись, – сдавленно выдыхает Йен и показывает жестами, как именно Микки должен лечь. Микки понимает сразу. У них никогда не хватало терпения на эту позу. Однажды они пробовали её иначе, но на боку оказалось неудобно, они снова чересчур увлеклись и про эксперимент удачно забыли. Видимо, пришло время для новой попытки. Микки слезает с Йена, разворачивается и укладывается заново, стараясь не заехать ему ногой в нос. Ладони Йена крепко обхватывают его за бёдра и подтягивают выше. У Микки неожиданно перехватывает дыхание, когда он представляет, как они выглядят со стороны в такой позе. Что-то внутри приятно волнуется, норовя выскочить наружу, и в какой-то момент заполняет его до краёв. Он уже давно не боится той нежности, которую разбудил в нём Йен, хотя она кажется удивительной до сих пор. Как и сам Йен, если честно. Руки Йена оглаживают его бёдра, то и дело переходя на ягодицы, он ощущает его дыхание на промежности, и сложно сосредоточиться на чём-то другом, когда предвкушение бежит по венам. Он не видит лица Йена, но зрелище перед его глазами определённо стоит внимания. Он смотрит на сильные бёдра, которые с этого ракурса выглядят непривычно уязвимыми, на острые тазовые косточки, на дорожку волос, убегающую к паху, и на член, заинтересованно тянущийся вверх. Он устраивается удобнее, упираясь в кровать коленями и локтями, и касается губами внутренней стороны бедра Йена. Скользит языком вниз и возвращается обратно, исследует паховые складки и гладко выбритый лобок. Йен нетерпеливо стонет, на что Микки усмехается про себя и проводит губами по всей длине его члена. Убирает одну руку с кровати, стараясь не потерять равновесие, и обхватывает ею член Йена, чтобы было удобнее. Высовывает язык, кружит вокруг головки, больше дыша на неё, чем облизывая. Он знает, как действуют подобные прикосновения на Йена, знает, каким острым может быть ожидание. Пальцы Йена крепче сжимаются на его бёдрах, а в следующий миг тепло его рта смыкается вокруг члена Микки. Он сразу берёт глубоко, и Микки прикусывает кожу на его животе, заглушая стон. Йену, очевидно, не слишком удобно двигать головой в таком положении, но он компенсирует это, сжимая щёки и надавливая языком. Дразнить становится гораздо сложнее, когда Йен так увлечённо отсасывает, постанывая с членом во рту. Йен не может не чувствовать его дрожь, и пусть Микки не видит его лица, он знает, что на нём есть самодовольное выражение. Микки принимает этот вызов. Он устраивает обе руки поверх ног Йена – так и держаться удобнее, и контролировать движения проще, – опускает голову ниже и очень медленно насаживается ртом на член Йена. Замирает в таком положении, расслабляя горло и дыша носом, а после так же медленно снимается с него. Повторяет несколько раз в таком же темпе, улыбаясь приглушённым недовольным звукам, вырывающимся из Йена. Тот выпускает его член изо рта, чтобы отдышаться, и именно этот момент выбирает Микки для того, чтобы ускориться. Йен издаёт что-то непереводимое на человеческий язык и пытается толкнуться, но в таком положении его тело полностью под контролем Микки. Это заводит ещё сильнее, и Микки двигается всё быстрее, берёт ещё глубже, и невнятные маты вперемешку со стонами звучат прекрасно. А когда Микки внезапно отстраняется и вновь задумчиво облизывает его лобок, игнорируя требующий внимания член, Йен выдаёт что-то особенно заковыристое. И вполне ожидаемо всерьёз берётся за член Микки. Кто кого первым сведёт с ума? В этой игре они оба всегда побеждают. Микки чувствует, как обволакивающий жар вокруг его члена поджигает нервные окончания, щекочущие импульсы зарождаются где-то в ногах и поднимаются выше. Пальцы Йена поглаживают между ягодиц, легко надавливая, но пока не делая попыток проникнуть внутрь. Микки снова берёт его член в руку, сжимая, вылизывает набухшие яйца и кожу вокруг них. Йен напрягается, не переставая активно отсасывать Микки, и проталкивает в него один палец. Микки возвращает всё внимание члену Йена и насаживается на него ртом снова и снова, не давая передышки. Их сбитое дыхание и нуждающиеся стоны сливаются, накаляя атмосферу вокруг, и взрыв вот-вот грянет. Йен не выдерживает первым. Он выпускает член Микки изо рта и протяжно стонет, когда кончает. Микки гладит пальцами его яйца, пока тот изливается ему на язык. Микки берёт всё, не упускает ни капли, хотя собственное возбуждение уже начинает причинять дискомфорт. Он снимается с его члена только тогда, когда по бёдрам Йена проходит судорога, намекающая, что ощущений вот-вот станет слишком много. Микки неловко сползает с него на заторможенных конечностях, а после снова разворачивается лицом к лицу и усаживается Йену на грудь, удерживая часть веса на прижатых к кровати коленях. Лицо у Йена абсолютно довольное и расслабленное, но взгляд заинтересованно загорается и поощряет. Микки берёт в руку свой член и с оттяжкой проводит по всей длине. Ему нужно совсем чуть-чуть. Он смотрит на покрасневшие щёки Йена, на внимательно наблюдающие за ним глаза и двигает ладонью всё быстрее. Йен облизывает губы, медленно, демонстративно, – и это толкает Микки за грань. Он видит, как сперма раскрашивает лицо Йена – подбородок, закрытые веки, брови. Йен размыкает губы, высовывая язык, ловит им сверхчувствительную сейчас головку, и, приподняв голову, обхватывает её губами, слегка посасывая и продлевая оргазм Микки. Микки буквально сваливается с него через мгновение, вялый и не способный ни о чём думать. Он здесь, но не совсем, кровать под ним словно плывёт, и рука сама ищет ладонь Йена, которая бы удержала его на месте и не дала исчезнуть в вихре слишком сильных эмоций. Йен переплетает их пальцы и прижимает большой палец к точке пульса на запястье. Микки так сильно любит его. И Йен любит его в ответ.