Glory in the water

Дорогие читатели, простите за небольшой спойлер далее, но я должен это сделать ради одного неискушенного слэшем человека. Дорогая Света, надеюсь ты прочтешь это раньше, чем главу. Хочу предупредить тебя, что в этой главе фанфик оправдает рэйтинг R. А так как он выше чем PG-13, то я узнаю, стоит ли мне дальше мучится и искать сопливую романтическую чухню для тебя или рэйтинг R тебе подходит. Надеюсь, ты заметишь эту надпись. Джонс, спасибо тебе за все. До сих пор не верю, что написал грамотно. Ты лучший редактор на Земле. Дин смог наконец-то разжечь огонь. Он собрал мох и траву, сперва убедившись, что они сухие, так как из мокрых нельзя разжечь костер. Дин убил кучу времени в пустую, колотя двумя камнями друг о друга, пока наконец-то появилась искра и не подожгла траву. Затем он чуть не спалил рыбину на своем импровизированном костре. Охотник смог решить и эту проблему, он положил большой камень в центр костра, таким образом, огонь разогревал рыбу, лежащую на камне. Не прожаривание конечно, но ему удалось тщательно приготовить ее. Проблема появилась, когда дело дошло до еды. У рыбы все еще были глаза. У нее все еще была голова и хвост. Рыба все еще выглядела как рыба, а Дин никогда не был любителем еды, которая пялится на него. Он любил говяжьи бургеры и стэйки, и любое другое мясо, которое с помощью обработки не напоминало животных. Дин никогда не любил охоту или рыбалку. Стрельба была другим, ведь ты можешь стрелять по мишеням или по жестянкам. Дин все еще помнил, как Бобби вывозил его и Сэма в детстве и учил, как попасть в оленя. Бобби рассказывал о том, насколько это мясо вкусное, насколько оно лучше, потому что они добыли его сами, а не купили это переработанное, переупакованое дерьмо, что продается в магазинах. Они потратили большую часть дня на охоту, пока они наконец-то не нашли оленя, Дин должен был застрелить его с одного выстрела. Это казалось легкой задачей. Дину всего лишь надо было нажать на спусковой крючок и у них была бы гора бургеров на ужин, но он оказался не готовым к этому. Его прицел сбился, пуля прошла мимо цели, и олень исчез в лесной чаще, где никто не мог его догнать. Бобби отвез их домой, купив по дороге немного переработанного хлама, так как дома в холодильнике было пустее пустого. Дин никогда не сомневался, если стрелял в кого-то, но в этот раз, смотря на оленя, все, о чем он мог думать, был Бэмби. Он не хотел быть охотником, который не дал маме Бэмби вернуться домой. Дин никогда не говорил Бобби или Сэму об этом. Он знал, что это была дурацкая причина для сомнений, он знал, что они стали бы стебаться над ним, зная правду. Потому что Дин никогда не думал о том, есть ли у вервульфа дети, перед тем как пустить пулю, но монстры были другим делом. Дин был счастлив и не имея представлений, откуда берется еда. Он хотел мясо уже порезанным, хорошо просоленным, поджаренным на огне и поставленным перед ним. Без вопросов о том, как оно было убито или какова была его жизнь, прежде чем она закончилась на тарелке Дина. Вряд ли рыба сейчас с помощью страшного колдунства окажется между двумя тостами. Дин ковырялся в ней, отделяя чешую от плоти, и клал ее в рот, пытаясь съесть как можно больше, прежде чем захочется сблевать. Рыба никогда не была в ТОПе любимых блюд Дина, но он пытался заставить себя прочувствовать вкус. Это все, что он мог сделать сейчас. Это определенно не было так, как если бы бургеры были творениями природы и они плавали вокруг стаями в ожидании того, кто сможет схватить их. Он накрыл остатки пищи травой и мхом. Дин не выбросил их. Охотник может проголодаться позже, а там осталось еще много рыбы. Дин знал, что ему придется приспособиться к готовке и поеданию рыбы, так что он сделал все что мог, чтобы не думать о рыбьих глазах или о том, что ее хвост все еще дергался, когда Кастиэль принес ее. Вместо этого Дин думал о возможности передать сообщение Сэму. Почему-то он сомневался, что Кастиэль захочет всплыть на поверхность и сказать Сэму, что с Дином все в порядке. Также он сомневался, что Сэм не выстрелит гарпуном в Кастиэля, прежде чем тот передаст сообщение. Если это случится, то у Дина не будет шансов на спасение. По крайней мере, пока Кас навещает его, у него есть еда, компания, и возможно шанс на то, что охотник сможет убедить щупалечного монстра, что Дин в роли его суженного – слишком идиотская идея. Не было на чем писать и из вещей у Дина не было ничего, что могло бы, так что послания в бутылках отпадали. У него были камни, но они бы утонули, как эм…камни, если бы Дин попробовал использовать их. Он думал закинуть в воду часы. Они были достаточно легкими, чтобы всплыть, но Сэм мог воспринять это как еще одно доказательство смерти брата. Его всплывшие часы были бы как те части тела, прибитые к берегу. Дин уже проверил свой мобильный. На удивление, он включился, стоило только просушить его, но антенна не показывала связь. Дин не очень то и надеялся на нее, не на той глубине, где он находился. Никаких сообщений и звонков. Его реальным планом было плыть, преградой была длина пути. Была лишь одна возможность, которую осознал Дин. Он должен был выиграть у Кастиэля, убедить его, что он и Дин неприемлемы как пара. Потому что Дин из мира людей, а Кастиэль пусть убирается ко всем хренам, откуда бы он ни взялся. Дин надеялся, что Кастиэль не попытается съесть его в ответ на выпад. Дин уже соорудил себе подобие оружия из острого камня, заточенного с одной стороны. Если кто-либо из щупалечных монстров приблизится к нему, Дин будет готов к бою. Дин лениво рассуждал о времени, проведенном в пещере. Один день? Два? Ищет ли его Сэм? Позвал ли он Бобби в помощь? Принял ли факт смерти Дина или же продолжает надеяться на благоприятный исход? Дин уверен, что не сдался бы, будь Сэм на его месте, но он внезапно понял, что надеется, что Сэм держится подальше от воды. Он не хочет, чтобы Сэма убили, особенно, когда Дин уверен, что сможет выйти победителем из этого раунда. Он не хотел, чтобы Сэма захавал кто-то из братьев или сестер Каса. Дин не хотел, что бы Сэм совершил что-то необдуманное в отместку за его предположительную смерть. Дин не хотел, чтобы Сэм рисковал так, как не стал бы при брате. Сэм настолько занял мысли Дина, что он не сразу заметил возвращение Кастиэля. Кас не пытался сделать свое присутствие незаметным, он просто высунул только голову над водой и серьезно смотрел на Дина, пока тот не вздрогнул от ощущения чужого присутствия. - Сколько ты там уже зависаешь, Кас? – злобно спросил Дин. – Тебе не говорили, что пялиться - не вежливо. Кастиэль покачал головой и подплыл чуть ближе, Дин вспомнил, что должен быть лапочкой при Кастиэле, если хочет выйти отсюда. Было трудно произвести хорошее впечатление на Каса сейчас, крича на него. Дин сделал глубокий вдох, заставил себя улыбаться через «не хочу» и пригладил траву рядом с собой. - Почему бы тебе не посидеть со мной? – спросил он. Кастиэль выглядел неуверенно, но все-таки вынырнул из воды и подплыл к Дину. Охотник не мог не заметить, что Кастиэль снова нервничал. Это выглядело так, будто он пытался спрятать свои тентакли, складывая их на одну сторону, которая была дальше от Дина. Но это был бой, в котором Кас точно проиграет, учитывая, что щупальца составляют половину его тела. - Эм…То что я сказал о твоих тентаклях, - начать было нелегко. – Я имею в виду…Они не такие жуткие, если привыкнуть к ним. Кастиэль заметно расслабился, его нервозность прекратилась, и Дин понял, что на него гораздо проще смотреть, если половина тела не шевелится все время. - Так что с ними? С твоими тентаклями. Ты потерял одно? Это очень больно? – Дин расспрашивал, цепляясь за тему разговора. Он не собирался упоминать их постоянно, но их было трудно игнорировать. Дин думал, не был ли он грубым. Нормально ли для щупалечных монстров обсуждать размер тентаклей? Советовались ли они друг с другом насчет ухода за ними или это было как разговаривать об уходе за лобковыми волосами? Кастиэль снова покраснел, посмотрел на щупальца и опять на Дина. - Да, это больно, - ответил он. – Было очень больно, когда его проткнули, но когда оно отпало, было не больно. Оно скоро отрастет. Я уже привык терять их. Мои братья бывают довольно грубыми. Было что-то неестественное в манере речи Каса. Как если бы он выучил иностранный язык только с помощью прослушивания. Будто он знает слова, но не уверен в том ли порядке их говорит и в правильном ли значении. - Твой английский довольно неплох, - сказал Дин. Было немного странно иногда, но Кастиэль старался. Они бы не пришли никуда, если бы у них был еще и языковой барьер. Кас улыбнулся Дину. - Спасибо. Я практиковался. Слушал, как говорят люди, но иногда их очень трудно расслышать. Дин улыбнулся в ответ. Теперь он мог представить, как Кастиэль лежит на мелководье и слушает разговоры людей, пробуя повторять слова. Он не был тем жадным до крови вечно голодным монстром, на которого охотился Дин. Его братья и сестры могли, и Дин уже недолюбливал их, основываясь на рассказе Каса, но сам Кастиэль был славным малым. После этого наступила неловкая тишина. Дин чувствовал, что Кас смотрит на него, мог чувствовать напряжение, но не знал что сказать. Он привык говорить прямо, но в этот раз Дин был оставлен на милость Кастиэля. Он знал, что еще слишком рано просить вернуть его к Сэму. Он только что начал налаживать контакт. Кастиэль должен верить ему, симпатизировать ему, несмотря на тот странный способ, которым он уже воспользовался. Дин посмотрел на Кастиэля с отчаянием, пытаясь придумать, что ему сказать. - Можно мне потрогать одно? – спросил Дин, даже не задумываясь. – Одно из твоих щупалец? Дин не знал, что подтолкнуло его к этому вопросу. Они просто находились перед ним, странные и необычные и это было все, о чем думал Дин. Кастиэль выглядел малость сконфуженным, но кивнул. - Да, ты можешь,- ответил он мягко, отклоняясь и выставляя свои тентакли вперед. Их было много. Семь или восемь длинных и куча маленьких. Дин протянул руку к одному из длинных, любопытство перебороло осторожность. Он думал, что оно должно быть склизким. Однако оно оказалось холодным и мокрым, не склизким и на удивление жестким. Дин взглянул на лицо Кастиэля. Глаза были закрыты, и он выглядел счастливым. Дин подумал, походило ли это на поглаживание по руке для него - приятно, успокаивающе, возможно даже расслабляющее для мышц, но не более. Когда Дин думал об этом, как о поглаживании по руке, было не так странно. Он продолжил и взял в руку маленькое щупальце. Оно отличалось от большого. Оно было мягким и полным, так что Дин не устоял и сжал его. Щупальце начало извиваться в его руке. Дин не чувствовал себя странно, как ожидал. Он сжал его еще раз, двигая рукой по всей длине, ощущая гладкую кожу на поверхности щупальца и странные маленькие присоски на нижней. Дин потерялся во времени, сжимая и поглаживая, пробегаясь пальцами по присоскам, чувствуя, как они напрягаются и пытаются присосаться к нему. Потребовалось какое-то время, что бы осознать, что дыхание Кастиэля стало сбивчивым. Дин снова взглянул на Кастиэля, тяжело сглатывая. Глаза Каса были закрыты, щеки покраснели, а рот был приоткрыт. Дин посмотрел на щупальце в своей руке, осознание свалилось на него, как ушат холодной воды. Однозначно, он дрочил щупалечному монстру.