Убей меня, если сможешь

                  

***

Billie Eilish — 6.18.18

      Когда последний экзамен был сдан, и, когда портал на землю для учеников закрылся до следующего учебного года, наступил самый важный и долгожданный день — день определения стороны, или, говоря на человеческом сленге, выпускной бал, представлявший из себя грандиозное событие в главном зале школы, в котором соберутся не только учителя и ученики, но и высшие ангелы — Серафимы.       Вики не доводилось встречать одного из них, но недавняя новость, вылетевшая из уст Ости, заставила непризнанную серьёзно задуматься. Или, сказать точнее, повергла в шок, который не проходил уже со вчерашнего дня. Может, именно поэтому девушка так и не вернулась в класс, чтобы получить наставления от Мисселины, может, поэтому не разговаривала с Лорой и более того, даже не собиралась идти на этот злосчастный бал. Бал, на котором непременно будет он. Ненавистный, пугающий, но почему-то такой манящий…       Даже без собраний всё было ясно: ученикам давно сказали, что два месяца местного времени они проведут на территории школы. Рожденные ангелы и демоны спокойно отправятся по домам, пока непризнанные будут находится под строгим контролем учителей все каникулы. Многие были расстроены: им, видимо, очень хотелось вечеринок, прогулок ночами, исследований территорий поднебесья, вылазок на Землю, что было строго запрещено, под правилом:

«Тишина каникул — пока, исключение!».

      Все это, наверное, было бы достаточно интересно, если бы Вики не была абсолютно подавленной. На данный момент, прижавшись к холодной стене крыльями, она сидела в своей комнате, безжизненно смотря в стену. Как и тогда, в психбольнице, забыв про реальность, полностью погрузившись в ужасные мысли.       Уокер устала. И правда изнемогла от вечной боли.       Было страшно.

Если сегодня так плохо, то какой ужас ожидает её завтра?

      Верить в безвозмездное счастье казалось уже невозможным. Вики начала думать, что любые положительные события в её жизни караются каким-то большим злом.

Если покопаться в прошлом, разве это не правда?

      Счастье от встречи с сестрой, равное её гибели и заточению Вики в психбольнице, искренняя любовь к Люциферу, обернувшаяся сделкой с Сатаной в целях встретиться с любимым вновь, и самое главное, полным равнодушием и ужасному отношению со стороны сына правителя Ада. А теперь? Чувственная дружба с Лорой, закончившаяся ножом в спине?

Это было невыносимо.

      Конечно, Уокер осознавала, что подруга не виновата в сложившейся ситуации: откуда ей знать про то, что её мать — Серафим. А эти слухи… Верить им так бессмысленно. Но, хоть девушка все понимала, обида не отпускала. Обида на Лору, на Люцифера, на Сатану, взявшего с нее сделку. Обида на собственное существование…       И почему демон, принесший ее в этот мир, до сих пор не выходил на связь? Что он хочет? А способности… Куда они исчезли? А родители? А сестра? А отношение Люцифера?       Сейчас все эти вопросы, соединившись в один большой клубок, переполнили голову, захватили весь разум, подчиняя волю Вики себе. В пустой комнате ее словно дергали за нитки, насильно вытаскивая из памяти негативные моменты.       Время для Уокер остановилось: она не ела и не спала. Как пришла, упала на пол и замерла, как тогда, среди голых бетонных стен, когда поняла, что ей не выбраться…       Лора почему-то не приходила в комнату. Может, ей было стыдно, а может она тоже держала обиду на подругу, о чем думать совершенно не хотелось…       Какое-то время назад в комнату раздавался стук. Вики поняла это только сейчас.       Она долго решалась перевести взгляд на дверь. Не то, что шевельнуться, опустить глаза было сложной задачей. Вики словно застыла за несколько часов неподвижного времяпровождения.

      Но незнакомый объект, торчавший из-под двери, в виде белого конверта, быстро привёл Уокер в чувство. Ухватившись за скользкую стену, дрожа на ногах и сжимая зубы от боли в затёкших ногах, она всё же добралась до него. Рухнув на колени, дрожащими руками взяла и неторопливо развернула. Внутри лежал листок из какой-то старой книги, пожелтевший, тонкий, слегка влажный. С одной стороны абсолютно чистый, когда с другой, весь исписанный, с подчеркнутыми в разбросанном тексте буквами. Такой ветхий, что казалось, вот-вот развалится прямо на глазах. Повертев его в руках, Вики обнаружила, что на пустой странице прямо посередине черными чернилами были написаны всего две строчки, от которых, кажется, кольнуло где-то в сердце:

«Мне бы очень хотелось поговорить с тобой, Вики. Твоя мама, Ребекка»

      Уокер ещё долго прокручивала у себя в голове прочитанное. Значит, это действительно правда?       Скорее всего, нет, на сто процентов, Вики хотелось узнать правду.       Немного пораскинув мозгами, девушке удалось понять, что те самые подчеркнутые буквы зашифровывают «Башню калейдоскопа», о которой она не раз слышала, но не имела интереса сходить.       Все эмоции превратились в пепел, оседая на белоснежных крыльях. Вики не чувствовала себя живой. Ощущала, как поперёк горла стоит ком слёз, но не могла это исправить.       Собравшись с мыслями и положив письмо в карман, Уокер всё же дëрнула ручку двери, шагая в неизвестность. Совсем не представляя, чем обернется ей эта встреча.

***

OST Любовь в печали — Here

      Она стояла у широкого окна, собранного из миллиона цветных осколков, и, когда Вики закрыла за собой дверь, даже не шелохнулась. Не вытянула руки, приглашая ее в объятия, не выкрикнула: «Доченька!», демонстрируя слезы радости.       Это была ее мама. Та, что бросила ее одну в заточении у тети, та, что назвала ее монстром после смерти Алиши. Она была человеком: вымотанным, отстраненным, но сейчас не выглядела настоящей. Слишком высокая, слишком гордая, со светлыми волосами до плеч и серо-голубыми глазами, заглядывавшими прямо в душу, в длинном белом платье, больше похожем на балахон.       Ребекка лишь слегка улыбнулась, выступая вперед.                    — Если ты здесь, значит, нашла мое послание и жаждешь объяснений.       Вики смогла лишь кивнуть, оставшись на месте.       — Думаю, мы бы не встретились, если бы в школе не пошли слухи.       — Ты не знала, что я здесь?       — Конечно знала, — она усмехнулась, блеснув глазами. — Я всё же Серафим, а не простая смертная.       — Как? Почему? — набравшись смелости, сказала Уокер, пройдя в середину башни. — Почему ты?.. — Девушка замялась, подбирая слова, — кто ты?       — Не пила зелье забвения? Дай угадаю, ты же даже не умерла?       Вики слегка пошатнулась, услышав слова Ребекки. Сердце словно упало в пятки, остановилось на несколько секунд и снова вернулось на место, забившись в невыносимом ритме, вызванном страхом.       — Ты думаешь, я не могу отличить сделку Сатаны от простого шрама? — Указав на руку, сказала она, смотря в напуганные глаза дочери. — А теперь слушай внимательно.       Ещё много лет назад я и Сатана совсем не ладили. Мы и не пересекались, пока не случилось кое-что ужасное…       Знаешь ли, Вики, в молодости я влюбилась в демона. Являясь рождённым ангелом, влюбиться подобным образом считалось грехом. Грехом, на который мы пошли с твоим покойным отцом ради тебя.       Когда прошли роды, я тщательно скрывала, что у меня есть ребенок. Сколько могла, берегла тебя, параллельно поднималась в карьере, надеясь на защиту благодаря отличной репутации.       Я готовилась. Разработала целый план на случай нашего разоблачения. И не прогадала…       В тот день, когда Сатана сжёг моего возлюбленного, — она подняла голову, сдерживая слёзы, — нас изгнали на Землю. Это было огромным ударом. У нас не было ничего: ни крыши, ни еды, даже крыльев с привычными способностями. Я была на самой вершине, меня любили, уважали, боялись, а там, на Земле, я стала ничтожеством. И мне повезло встретить твоего так называемого отца. Он вытащил меня со дна, и для этого пришлось хорошенько постараться, дабы убедить его в своей сильной любви. Так у нас родилась Алиша, я начала привыкать к обычной человеческой жизни, возможно, была даже счастлива, но никогда не забывала, как со мной поступили.       Но ты всё испортила. Сначала твои кошмары, терзающие твою душу, которая рвалась сюда, в это место. Ты была слишком сильна, и я больше не смогла скрывать этого от мужа. Пришлось упечь тебя к тетке. Я думала, что долгое пребывание на Земле убьёт все твои способности, но я ошиблась. Ты убила Алишу, и у меня не было выбора, кроме как упечь тебя в психушку.       Переварить всю информацию разом казалось невозможным, единственный вопрос вырывался среди потока нескончаемых мыслей:       — Но… Почему ты здесь?       — Когда Алиша умерла, он не выдержал. Потерять сразу двух дочерей было для него слишком сильным ударом. Он заболел и в скором времени скончался. Его душа наверняка слоняется в земном мире, хотя вполне возможно, что он переродился.       Мне незачем было оставаться, злость взяла верх. Я пошла на тот же шаг, что и ты — заключила сделку с Сатаной, отдав ему свою душу, чтобы вновь вернуться. Хоть меня и по-прежнему презирают, он смог вернуть мне мою силу, благодаря которой после смерти я появилась здесь.       Стоя на коленях перед Шепфой, умоляла простить меня за прошлое, терпела месяцы заточения, изо дня в день повторяя свое раскаяние, клялась быть верной и не допустить даже малейших ошибок. Если бы не сделка, моя душа была бы потеряна в том мире безвозвратно.       До сих пор жалею о том, что сделала много лет назад. Не стоило наживать врага в виде самого Правителя Ада…       — Но причём здесь Сатана?       — Как раз таки он — основная цель нашей встречи. Я не знаю, как он тебя нашел, знает ли он про твои способности. Много лет назад он лишил меня самого дорого — любви. Когда узнал, что подопечный съякшался с ангелом, не медля, сжег его в адском огне. Я грезила о мести, все эти годы хотела вернуться, чтобы он поплатился, но прогадала. Единственным способом вернуться стала прислужничество, и если кто-то узнает о сделке, я закончу хуже твоего отца.       — Неужели для тебя так важны твои статус и власть, что ты готова служить убийце? Для чего это всё?       — Столько лет прошло, Вики. Я устала быть жалкой букашкой в мире смертных. Власть — главный инструмент, и пока она есть хотя бы в маленьком количестве, ты сможешь держаться на плаву. И если бы ты понимала свою власть в этом мире, может, ты бы смогла понять и меня.       — Сомневаюсь, что когда-то смогу понять тебя. Твои поступки жалкие и лицемерные.       Ребекка громко рассмеялась. В ее глазах промелькнула боль, которая быстро сменилась надменностью.       — А ты сама? Пришла к Сатане из-за какого-то мальчишки. Самое сильное существо после Шепфы добровольно пришло в лапы монстру, как иронично. И если ты не знала, рожденные в этом мире имеют определённую способность: Люцифер силён благодаря отцу, великому демону, правителю Ада, но он всё же очень слаб по сравнению с тобой. Даже сам Сатана не может похвастаться силой, которой ты обладаешь.       На тебе не огромное проклятие, в тебе большой дар. Я не могла подумать, что на Земле тебе не будет места. Тебя преследовали кошмары. Всё потому, что ты была рождена здесь и здесь обрела покой. А что насчёт твоей силы… Это всё сделка с Сатаной…       Он знал, чья ты дочь, поэтому и нашёл тебя, привёл в этот мир, заключив сделку. Вот только она совсем не для таких, как ты, а для людей, потерявших последнюю надежду. Но ты не человек. Он знал это, но рискнул, нарушил правила, сделав с тобой контракт. Видимо, последствием этого стали твои способности…       Единственное, что я не знаю, Вики, это зачем ты нужна ему. Что он задумал, зачем отпустил тебя в школу? Связано ли это со мной?       Прости, что из-за меня ты попала в подобную ситуацию, что тебе пришлось столько лет провести в психбольнице, что ты не прижилась среди людей, потому что являешься нашей породой. Прости, что до сих пор приходится расплачиваться за грехи своих родителей. — Ребекка наконец закончила свою речь, смотря на Вики с огромным сожалением.       — И что теперь? — безжизненно спросила младшая Уокер.       — Бежать. Я могу вновь отправить тебя на Землю, к какой-нибудь семье, хотя глупо надеяться, что Сатана не знает о твоей способности, несущей смерть. Всё это не шутки, Вики. Если ты попадёшь в его руки, может развязаться война, без малейшего шанса на сопротивление…       — А разве ты не моя семья?       — Вики, понимаешь, я правая рука Шепфы, у меня нет возможности помочь тебе. Уже поползли слухи… Я не знаю, что в скором времени будет со мной. Надеялась, что достаточно глубоко тебя спрятала, но ошиблась… Скольких жертв мне стоило, чтобы вновь достичь высот после страшного позора.       Я понимаю, что Сатана неспроста пошёл на сделку со мной, он что-то задумал. Просто запомни, Вики, ты — ошибка. Ты позор, от которого тяжело отмыться. Поэтому я надеюсь, что ты больше не будешь лезть ко мне, пытаться что-то узнать и спросить. Я буду до последнего отрицать нашу связь, буду клясться, что убила тебя еще в детстве и не понимаю, как ты выжила. Ты опасна для них, поэтому держи свои способности при себе, а лучше убирайся отсюда.

«Я — позор для своей матери?», — подумала Вики, отступая назад.

      — Значит, ты не собираешься отвечать за свои ошибки… — Стоя у двери, прошептала девушка.              — Подумай над моим предложением. Ради меня, ради нашей семьи.       — У меня уже давно нет семьи, — прошептала девушка и, захлопнув дверь, двинулась по лестнице, направляясь в свою комнату…

***

Various Artists — Experience

      Шуршали платья. Скользили по медовому паркету огромного зала, оставляя лишь след от сожалений школьного времени.       Тиканье огромных часов было едва слышно, теряясь в шумевших силуэтах. Однако движение минутной стрелки громко намекало о том, что больше не нужно бежать на урок из последних сил, задыхаясь, в страхе оказаться ненужным.       О том, что ты уже не будешь иметь возможности поиздеваться над непризнанными. Не сжульничаешь на очередном задании, не забыв обвести вокруг пальца очередного ангелочка.       Все эмоции и чувства, испытанные в этом месте, вот-вот растворятся в воздухе, оставшись на стенах в виде многовековой пыли. Осядут в сердцах тонким слоем, заберутся в самые укромные уголки памяти, чтобы однажды, скинув оболочку времени, откликнуться секундным воспоминанием, на Земле имевшим синоним — дежавю…       Хрустальная люстра, собранная из богемского хрусталя, по середине зала, слегка подрагивала в безмолвном, свойственном только ей ожидании. Пока голоса не умолкали, а звон бокалов сливался в праздничной ноте, она затихла, распустив блестящие бусины. Раскрылась как цветок, отражаясь в паркете масляной полосой.       Пребывая в этом убранстве, Вики, как никто другой, знала, насколько тяжело снова остаться одной. Только обрести друзей, схватиться за их плечи, доверив всю себя. Принять любовь, поддержку и научиться отдавать им тоже в ответ. Открыть душу, обнажиться до костей, потому что по-другому не умеешь. Потому что всю свою жизнь, наполненную болью, ты мечтал встретить настоящего друга. Не того, что будет с тобой, когда ему удобно. Вики не хотелось приятелей. Ей хотелось настоящую подругу, как из книг. Ту самую, которой можно, но так страшно, открыть свою душу.       И ведь ей сумела стать Лора, которая вдруг пропала в самый нужный момент. Вики уже не обижалась на нее, лишь винила себя, что, возможно, своими поступками, испортила их отношения.       Лора так и не появилась. Вики надеялась увидеть хотя бы Энди, но, видимо, влюбленные решили не приходить на бал. Возможно даже, чтобы ее не видеть…       И зачем она пришла сюда? План примирения был провален, а вместо него только накатили дурные мысли.       Бессмысленные лица, быстрые движения чужих рук, слишком много пустых слов.       Если сказать честно, девушка устала. Она больше не могла бороться, разбираться, распутывать паутину из чувств и событий.       Белое платье в пол на тонких ниточках, врезавшихся в плечи, высокие каблуки, чем-то напоминавшие туфли Золушки из сказки, на которых девушка еле ходила — всё это было выбрано из гардероба Лоры. Полностью открытые руки с ужасными шрамами. Смелый вызов, слабый образ, подчёркивающий худобу каждой косточки ее тела.       После разговора с матерью Вики решилась послать все к гребаному Сатане. И слухи, и осуждения, и ужасное отношение в ее сторону. Своим открытым образом она словно кричала:

«Да, я чудовище, исхудавшее до костей в психбольнице, дочь бог знает кого, заблудшая душа, может, демон во плоти. Я сама не знаю кто я!»

      Теперь неважно было, кто шептался за ее спиной, кто в открытую разбрасывался колкостями.       Ярко-красные губы, волосы, словно уголь, насыщенные, как терпкое вино, глаза. Глаза, как голубые океаны, копна рыжих волос. Жесты рук, шорох платьев, речи с поздравлениями выпускников. Яркий свет от золотистых ламп, ангельская музыка, манившая на вальс. И все взгляды, осуждающие, заинтересованные, презрительные, высокомерные, восхищенные, внимательные…       Здесь, среди множества людей, Вики сходила с ума. Кружилась голова, звенело в ушах, ангелы и демоны мельтешили перед глазами в бешеном ритме. И она, как юла, вертелась в одном направлении. Была в плену этого водоворота, пока не была остановлена чьими-то нежными руками, похитившими ее за школу. В то место, где они часами болтали после тяжелых занятий.

***

Isak Danielson — Power

      Лора была восхитительна в голубом платье, усыпанном белыми блестками, напоминавшими облака. Волосы были убраны в низкий пучок, из которого выпадали красиво завитые пряди, а на пальце блестело кольцо с небольшим камешком, напоминавшим полную Луну.       — Прости… Прости, что не была с тобой. Мне, знаешь… Мне было очень страшно. Не знала, что сказать и как искупить свою вину.       Вики шагнула вперед, обхватывая ладони подруги, и прошептала:              — Тебе не нужно об этом беспокоиться.       Это мир теперь казался нереальным. Все переживания вмиг улетучились, подобно легкому эфирному веществу. Казалось, эта девушка, была теплым ветром, развеевшим все тучи над головой Уокер. Стоило ей прийти и на душе сразу появилось чувство лёгкости. Словно вот-вот можешь взлететь, но остаешься на земле, чтобы продолжить обнимать нежные цветы, которые, похоже, взрастила в ней подруга.       — Я люблю тебя, Лори. — Нежно переплетая их пальцы, сказала Вики. — Это ты прости меня. Не стоило при всех обвинять тебя в том, что тебя вообще не касалось… Я понимаю твою позицию, но тогда, столько всего навалилось, что я…       — Я знаю, Вики, я знаю.       Они прижались друг к другу. Крепко, как никогда раньше, словно это было их последнее объятие.       — Энди сделал мне предложение, — не выпуская из объятий подругу, сказала Лора, — и я согласилась. Знала бы ты, какая я счастливая!       Прижавшись щеками, обвив руками талии друг друга, девушки замерли. Сегодня был поистине особенный вечер. Такой же особенный, как и их дружба.       — Поздравляю тебя, — смахивая выступившие слёзы, прошептала Уокер, выпутываясь из объятий подруги. — Но Лори… Разве это законно в нашем… — девушка замерла, испугавшись последнего такого незнакомого для нее слова, —… мире? Вы же все еще не выбрали сторону…       — Я тоже долго думала об этом. Но теперь уверена, что мы все в будущем станем ангелами.       — Не уверена, что я…       — Малышка Вики, разве может быть по-другому? Посмотри на себя, — взяв девушку за запястье, Лора нежно провела пальцами по шрамам, — ты, как никто другой в обоих мирах этого гребаного света, — Уокер рассмеялась, не ожидая от подруги ругательств, — заслуживаешь самого лучшего. Столько всего пережить и не сломаться… Это дорогого стоит.              Они пересеклись взглядами. Слезы продолжали стекать по щекам, оставляя дорожки на тонком платье Вики. Они прижались лбами, как всегда любили делать.       — Что бы ни случилось, я всегда буду рядом. Я всегда на твоей стороне, — нежно улыбаясь, Лора отступила назад.       Из зала доносилась музыка, чем-то напоминавшая медляк. Приглушенная, но так хорошо вписывавшаяся в только что наступившую тишину.       — Можно пригласить вас на танец, — смахнув слезы, сквозь улыбку промолвила Вики, протягивая тонкую руку подруге.       — Спрашиваешь тоже.       И после радостного кивка, они закружились в вальсе, которому научились на одном из уроков.       Прохладный ветер сдувал все слезы. Танец захватил тела, а смех полностью заглушил и так еле слышимую музыку. Они забылись. Наступая друг другу на ноги, запинаясь на ровном месте, хохотали, но не останавливались. В этот момент казалось не было никого кроме них.       Вот только танец заканчивался…

Billie Eilish — NDA

      Вики вдруг согнулась от резкой боли в руке, падая коленями на мягкую траву.       Рухнув следом, Лора прижала девушку к себе, стараясь привести в чувство. Крепко обняла, пытаясь растормошить. Но перед глазами все плыло. В ушах звенело от сильной боли и совсем не было слышно громких испуганных рыданий подруги.       Первая капля упала на белоснежное платье Уокер. Капля цвета вина, которое хранили в погребе миллионы лет. Как те вина, что здесь почитали и возносили. Те вина, что Вики не успела попробовать…       Ей казалось, что сейчас она умрет. И осознание предстоящего вызывало огромный разброс эмоций. И если бы не Лора, что сидела рядом, пытаясь привести Уокер в чувство, то наверное, она давно бы потеряла сознание.       Но мысли собирались в кучу. В ушах уже не звенело и в глазах не было недавней пелены. Вики оживала. Теперь могла разглядеть, как голубое, как небо над их головами, платье Лоры было пропитано ее кровью. Какой подруга была бледной…       Уокер поняла, что происходит. За эти несколько минут момент успел стать настоящим кошмаром, через который ей уже, к огромному горю, доводилось проходить.       Вики поздно поняла, как объятья Лоры становятся слабее, как ее тело начинает терять опору.       Уокер слишком поздно поняла, что не может остановиться. Не может отступить, чувствуя, как по венам разливается тепло, переходя в бешеную энергию.       Вики слишком поздно поняла…       Эти объятья стали наркотической ловушкой. Зависимостью, так ярко напомнившей о себе спустя долгие годы.       Когда уже холодное тело Лоры беззвучно упало на траву, Вики отползла назад.       Больше не было шума, доносящегося из зала. Не было слез или сожалений. Осталась лишь зияющая дыра в груди, настолько огромная, с бьющимся в сумасшедшем ритме сердцем, полным энергии и тепла.       Сердцем, которое девушка уже ненавидела.       В момент, когда Лора издала последний вздох, Уокер потерялась. Исчезла для всех и себя, осознав, что только что произошло.       А в голове все крутились те самые строчки, преследовавшие ее в психбольнице.

«В тот день я убила ее. Мои объятья стали последними минутами ее жизни»

      После потери уже не страшно было остаться одной: с одиночеством Вики умела справляться отлично. Сколько бы боли не испытала, девушка, как истинный мазахист и личный убийца, выбирала своих жертв, приручая, а после уничтожая обоих.       Прижимая окровавленное тело Лоры к себе, Вики осознала, что больше никогда не увидит ее ослепляющей улыбки, не слышит звонкого смеха, не сотрет редких слез с её щек. Крепко сжимая холодную руку подруги, Вики пыталась найти тепло. До последнего умоляла небо воскресить ее.       — ЛОРИ!!! — Рваный крик сквозь пелену стекавших слез, не дававших уже что-либо видеть. — Я пропустила тебя сквозь свои шрамы, открыла свою душу, ища спасение. Я была так эгоистична… Прости…       Лоб ко лбу. Щека к щеке. Теплые губы на холодной коже.       — Вскрывая шрамы, тогда, в психбольнице, снова и снова, я надеялась, что не проснусь на следующий день. Я говорила тебе, что хотела избавиться от лекарства. Я лгала… Я просто сдалась ещё в первый день, но у меня духу не хватило. Я такая слабая, Лори… — На имени подруги голос девушки дрогнул и из истеричного вопля перешëл на теплые нотки.       Вики еще долго сидела на мягкой траве, обнимая бездыханную подругу. В последний раз прижималась к ее лбу своим и, закрыв глаза девушке кровавыми руками, едва удерживаясь на ногах, встала, убегая в противоположную сторону.       Ноги путались, слезы застилали глаза и Уокер упала, впиваясь ногтями в землю. Тот образ, что отразился в глазах Лоры перед самой смертью. Образ в виде самой Вики. Он до сих пор стоял перед глазами.       Посмотрев на свои руки, последний раз взглянув на тело подруги, девушка поняла, что она настоящее чудовище..

***

Я больше не могу так… Сорви с меня кожу, сожги моё тело, отними все мои силы, которые я получила ужасным путем. Знаешь, я чувствую, как во мне течет их кровь, чувствую их тепло и энергию в себе. Я так это ненавижу…

Пожалуйста, если ты вдруг увидишь меня, избавь нас обоих. Дай мне истечь кровью. Дай покинуть этот мир.

Я думала, что смогу жить дальше. Думала, что смогу испытать счастье и любовь. Но ошиблась.

Сколько можно разбиваться о скалы, ранясь об острые края. Кричать от боли, когда солёная морская вода затекает глубоко внутрь, разъедая душу.

Сколько можно надеяться, верить и мечтать, что то, что у тебя есть в настоящее время так и останется с тобой до конца.

Пожалуйста, когда увидишь меня впредь, убей меня. Убей меня, если сможешь…