Ego te expectabo

В горном ущелье северной Скандинавии, высоко в горах, в самом темном, скрытом ущелье находился грозный замок. Он походил на огромную тюрьму, где держали особо опасных преступников, но это была просто школа. Внешность была обманчива. Светлые красивые коридоры, и большие залы, по которым ходили толпы учеников в красных плащах. Это были в основном студенты мужского пола. Дурмстранг имел плохую славу, поэтому не каждая семья захочет отправить свою дочурку в такую школу. Несмотря ни на что, учителя и студенты здесь были хорошие. По длинному коридору, который был освещен десятками факелами быстрыми шагами шел высокий преподаватель, это можно было узнать по особому покрою мантии. Длинные русые волосы доставали до плеч и слегка завивались на концах, светлые, голубые глаза с доброй искоркой осматривались по сторонам, будто разыскивая кого-то. Из-за угла вынырнула группка третьекурсниц, при виде профессора, девушки захихикали, а девушка, идущая посередине покраснела. Поравнявшись с профессором, девушки остановились. - Здравствуйте профессор Люпин! - Мисс Юнссон, - Римус остановился напротив своей студентки, - Могу я узнать почему сегодня вас не было на уроке? – девушка пристыженно опустила голову и что-то промямлила в ответ, казалось, её скулы стали ярче. - Я жду ответа, не заставляйте меня ставить в пропуск «без уважительной причины», вы прекрасно знаете, как директор относится к такому. - Профессор пожалуйста! – воскликнула девушка, - Я не могу вам объяснить, это уважительная причина, но я не могу… Люпин приподнял брови, вряд-ли были уважительные причины пропуска занятий ТС и ЗОТС. В Дурмстранге это были самые главные предметы, они были обязательны для каждого ученика, пренебрежение учебой в институте жестоко каралось. Недолго подумав Римус выдал тихое «О» и кивнул, кажется, он совсем забыл, что Адела девушка. - Я понял вы можете идти. И в следующий раз вы можете просто передать записку. – слегка склонив голову в бок Рим удостоверился в достижении нужной реакции и продолжил свой путь. За его спиной раздалась волна возбужденного шепота студенток, на что он просто ухмыльнулся. Его жену раздражало, что он пользовался такой популярностью среди студенток. Пройдя ещё несколько коридоров Римус достал палочку из кармана и снял защиту с двери. Пройдя прямо по комнате, мужчина отворил дверь в свой личный кабинет. Небольшая комната с деревянной мебелью. Большой книжный шкаф, который уже пережил несколько поколений учителей от ЗОТС. Большой деревянный стол, где лежали множественные работы учеников. Кроме работ на столе стояло несколько фотографий в красивых резных рамках. На одной из этих фотографий было изображено трое молодых парней. Они сидели на кожаном диване, один из них- парень с длинными вьющимися волосами и выразительными синими глазами, он широко улыбался, нахально подмигивая. Его рука лежала на плече товарища, который выглядел жутко уставшим, под глазами, которые были скрыты за стеклами очков залегли тени, а измученная улыбка говорила сама за себя, лишь счастливый блеск в глазах заставлял задуматься. Рядом с последним сидел молодой Римус, он слегка склонил голову вбок и улыбался, смотря чуть выше камеры. Их фотографировала Мэри. Люпин-старший прекрасно помнил этот день – первое августа. День после рождения Гарри, роды Лили длились почти сутки, а малыш Гарри смог появится лишь ближе к полночи. Друзья пришли к Джеймсу, чтобы поддержать его. Римус помнил, как Джеймс слегка испуганный, что происходило не часто, держал на руках крошечный комочек. Его взгляд был обращен к лучшему другу. Лайлелл появился на свет пять месяцев назад, поэтому Лунатик уже неплохо обращался с младенцами. И лишь Сириус ждал появления наследника или наследницы. Следующая фотография была с ним, Мэри и только родившимся их общим сыном. Колдография вызвала усмешку. Лел был уже совсем взрослым, и считал, что знает всё лучше родителей. Последний снимок был тоже с присутствием Сириуса, он держал на руках ребенка. Своего. Измученная долгими и сложными родами, Марлин заявила, что «ненавидит это исчадье ада». Тогда Бродяга заявил ей, что, если ту что-то не устраивает она может убираться на все четыре стороны, а дочку он как-нибудь сам воспитает. Взаимоотношения в семье Блэков никогда не складывались, Сириус не любил Маккинон, а та в свою очередь мстила ему всеми силами. Адару никто не ожидал, но она принесла столько счастья и оживления в большую Мародерскую семью. Прикрыв глаза Рим вспоминал вечные шуточные споры Лили и Мэри о том, кем станет малышка, когда выйдет замуж, Люпин или Поттер. А Сириус кормив дочку из бутылочки молоком, нашептывал ей, что она ещё совсем маленькая, но в будущем будет сама решать. Сохатый и Лунатик часто удивлялись тому, на сколько умным младенцем была Адара. В три месяца она могла часами слушать счастливый шепот отца, а в год знала столько слов, что порой взрослые удивлялись. Откуда она всё это берет? * * * Весело хохоча по зеленой траве, бежала маленькая девочка, уже несколько минут подряд она убегала от своего отца. Меленькие ножки быстро перебирали землю под ногами, юбочка маленького платьица развевалась на ветру, а пухленькие ручки были выставлены вперед. Спустя несколько мгновений девочка слегка притормозила и решила проверить бежит ли за неё папа, как только она замешкалась то тут же была схвачена. Весёлый смех разлетелся по всей поляне. Подхватив дочку на руки Сириус закружил её в воздухе. - Попалась! – прорычал Бродяга, делая вид, будто сейчас съест малышку. - Папа, не надо. Невкусно! – весело хохотала Дара, её маленькая ручка стукнула отца по носу, что ещё больше раззадорило его. Он подкинул маленькую дочку снова подхватывая её на руки. Ещё немного поиграв, счастливый родитель со своим чадом, направились к покрывалу для пикника. На полосатом пледе сидели Джеймс и Римус, Поттер-старший устало облокотился спиной об ствол дерева, прикрыв глаза. Гарри, свернувшись в калачик и положив голову на колено отца, дремал. В отличии от Адары и Лайлелла он ещё не отучился спать днем, чем очень радовал своих родителей. Лайлелл сидел на коленях отца, и яростно вгрызался в яблоко. Твердый, сочный фрукт никак не хотел поддаваться маленьким зубкам ребенка. Улыбаясь Римус наблюдал за сыном, но заметив, что у ребенка скоро начнется истерика он достал палочку из стоящей недалеко корзинки, сделав несколько изящных движений запястьем, он почистил и разрезал яблоко на дольки. Весело замахав ладошками Лел схватил фрукт и принялся уплетать за обе пухленькие щечки. Поцеловав сына в лоб Люпин пересадил его на покрывало, и направился навстречу другу. Приоткрыв глаза Джеймс, проследил за друзьями. Он заметил, что Бродяга пустил Дару на землю и сказал ей идти к остальным. Он и Римус удалились в неизвестном направлении. Спустя несколько мгновений малышка Блэк подбежала к своему крестному, быстро запрыгнув ему на колени. - Папа пошел к Мэли, - прошептала девчушка Джеймсу на ухо. – Он казал принесет ням-ням. Джим фыркнул, загадочность его крестницы всех умиляла. Девочка жутко любила сладости, но Марлин как будто специально запрещала дочери есть вкусняшки. На самом деле Адаре действительно не стоит есть много сладкого, ей ещё не исполнилось года. Гарри, который всё это время спал, зашевелился. Он что-то промурлыкал себе под нос и не открывая глаз подполз к отцу. Забравшись рядом с Адарой, Гарри сонно поморщился от яркого солнца. Двое Мародеров вернулись на поляну спустя десять минут. В это время дети уже успели расшевелится и теперь Джеймсу не удавалось справится ними в одиночку. Сириус пригладил непослушные волосы дочери и сказал: - Нам надо идти домой, Лили с Мэри уже приготовили обед. – после своих слов Бродяга молча развернулся и пошел в сторону большого дома. Это был дом Люпинов. Римус прошил здесь все своё детство, дом был в прекрасном состоянии. Лайлелл-старший купил этот дом, когда его сын заразился ликантропией, чтобы быть подальше от людей. Всю свою жизнь он следил за порядком в этом доме, благодаря тому, что он занимал довольно высокую должность в министерстве его зарплаты хватало с лихвой, чтобы его семья ни в чем не нуждалась, а в доме проводился ремонт по мере старения. Отец Римуса сейчас жил в соседнем доме, который он отстроил себе после свадьбы Мэри и его сына, он часто приходил на обеды, а во внуке души не чаял. Мать Римуса, миссис Люпин умерла, когда ему было шестнадцать, она была маглой, поэтому сердечная недостаточность сделала своё дело. Мародеры усмехнулись, когда Римус попытавшись взять сына на руки получил о него по-детски серьезный взгляд. В свои полтора года младший Люпин, достиг возраста «я сам!», несмотря ни на что он всё время отказывался от помощи родителей. За то время, что они шли к дому, наконец-то угомонившаяся Адара уснула на руках Сириуса. Зайдя в дом Сириус, тяжело вздохнул. После рождения Дары, все дела легли не него. Несмотря на то, что он не работал, из-за накаленной обстановки в магической Великобритании. Марлин, наплевала на всё и сидела на шее мужа, даже такие вещи как уборка или готовка легли на плечи Блэка. Опершись о стену, Бродяга прикрыл глаза, стараясь создать иллюзию отдыха. Лили, которая подошла, чтобы встретить малышей. Улыбнувшись уголками губ, она мягко вынула Дару из отцовских рук и переложила в кроватку, которая стояла недалеко от входа гостиной. - Каким идиотом я был, Эванс. Надо было отбить тебя у Сохатого перед свадьбой. Эта фраза всегда была способом вывести Джеймса из равновесия, и заставить Лили покраснеть. От комплиментов Сириуса не откажется даже любящая своего мужа жена. - Смотри Блэк, наша Лили теперь не просто замужем, но ещё и с ребенком. – из гостиной вышла Мэри. - Мамочка! –воскликнул Дел разряжая напряжение между мужчинами. Выскользнула из рук отца, Лайлелл побежал к маме, на его правой ноге болтался наполовину расстёгнутый сандаль, об который он в итоге споткнулся и упал прямо в объятия матери. Взрослые весело рассмеялись. Спустя несколько минут все перебрались в столовую. Гарри и Лайлелл сидели на высоких деревянных стульчиках и активно кушали тыквенный суп. Уставшие Джеймс и Римус сидели на диване напротив, на улице было знойно, поэтому состояние было недалеко от выжатого лимона. Сириус стоял возле окна, его лицо с двух сторон заслоняли две шторки длинных волос. Смотря куда-то вдаль совершенно отсутствующем взглядом, он шумно вдохнул воздух через нос, потерев лицо руками, стараясь привести себя в чувство, Блэк развернулся и пройдя пару шагов плюхнулся на диван рядом с друзьями. Его глаза засветились счастливыми огоньками, когда она наблюдал за тем, как Мэри и Лили кормили мальчиков с ложки. Римус пихнул Сириуса в бок. - Эй, Бродяга! Хватит пялиться. – в комнате прокатилась волна смешков. - Иди к черту, Лунатик. – скулы Сириуса слегка порозовели, от удовольствия. Во входную дверь постучали. Вытащив палочки Римус и Сириус направились к двери, Джеймс встал на входе в столовую. Девушки испуганно встали со стульев встав перед своими детьми. - Кто там? – настороженно спросил Римус, вплотную прижавшись к двери и посмотрев в глазок. Через несколько минут он усмехнулся и задал вопрос. - Как Сириус хотел назвать сына? – при произношении вопроса на его лице образовалась злорадная улыбка. В непонимании, Бродяга пихнул друга в плечо и хотел было тоже посмотреть на незваного гостя, как раздался ответ: - Антарес, - холодный голос Марлин Маккиннон раздался за дверью. Замок щелкнул и дверь отворилась. Кинув на друга сочувствующий взгляд в последний раз, Римус ушел в гостиную. Дверь открылась и миссис Блэк, которая пыталась войти столкнулась лбом с собственным мужем. — Вот это встреча! Неужто, деньги в сейфе закончились? – сарказм так и сочился из всех щелей. - Послушай, Сириус. Мы взрослые люди. Я хочу увидеть дочь. Просто уйди с дороги. – был тот самый случай, когда лучше заткнуться, но Маккиннон всегда была не слишком хорошей женой, и снова ей не удалось узнать, что Блэк выходит из себя. - Во-первых не знаю как ты, но я себя взрослым назвать не могу. Во-вторых, дочь ты увидишь только в двух случаях: если она сама этого захочет, в чем я сильно сомневаюсь или через суд, где у тебя отберут все, что у тебя есть сейчас, и дочь тоже. Я очень сомневаюсь, в том, что девушке без работы, образования, дома и денег доверят чистокровного ребенка. У тебя всё? У меня да! Прощай! – по всему телу разлилось облегчение. Его даже не смутил тот факт, что у жены на глаза навернулись слезы. Триумф Сириуса прервал звук топота маленьких ножек. Сонное личико, обрамлённое растрепавшимся после сна прядками волос, выглянуло в проем двери. Подняв большие, соловьиные глазки вверх, малышка потянула пухленькие ручки вверх. - На луки, папа! – такой по-детски требовательный голос заставил Сириуса улыбнуться, и вся тяжесть на сердце тут же исчезла. Подняв дочку на руки, Блэк потерся об её нос своим и прошептал: - Хорошо спалось? – прижав маленькое тельце к себе он ещё шире улыбнулся. На вопрос Дара сонно кивнула. Увидев перед собой маму, она нахмурила бровки, будто пытаясь вспомнить кто это. Спустя несколько мгновений её синие глазки расширились, а ручки счастливо замахали в воздухе. - Мама! Мама! – она чуть-ли не спрыгнула с рук отца, Марлин подхватила её и прижала к груди. - Привет, малышка. Как у тебя дела? – Сириус был вынужден впустить жену в дом, он прошел в столовую, стараясь полностью отгородить свой слух и своё сознание от веселого лепета Адары. Каждая клеточка его тела кричала ему, что нужно забрать дочь, и выставить Марлин за дверь. Пока ребенок рад, но это разовая акция. Сириус знал, он точно знал. У Марлин редко случались приступы материнской заботы, и она уже на следующий забывала о дочери, а вот Дара о ней не забывала долго, следующие несколько дней Бродяга будет вынужден выслушивать многочисленные вопросы на подобии «А где мама?». Зайдя в столовую Сириус кинул хмурый взгляд назад, указывая всем присутствующим на незваного гостя. Когда Марлин зашла в гостиную, единственной кто показал хоть как-нибудь эмоции при её появлении была Мэри. Они с Марлин были слишком хорошими подругами. Но, к счастью, поговорка «С кем поведешься, того и наберёшься» в этом случае не работала. - Привет Лилс! – пожалуй, это был самый неловкий момент. Миссис Поттер проигнорировала приветствие, она молча продолжила кормить сына. Похоже Марлин это оскорбило. Она молча вышла из гостиной бросив фразу Сириусу, который было бросился за ней, чтобы забрать Адару. - Мы погуляем недалеко, потом сможешь забрать Дару. – «материнская работа». Сириус знал это разовая акция. * * * Римус проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Резко раскрыв глаза, он увидел перед собой Игоря Каркарова. Первое ощущение после тряски была острая боль в шее, похоже он уснул на рабочем месте. - Какого черта, Римус!? Я думал ты уже два часа как дома. - Ох. День выдался тяжелым, я случайно заснул. Всё нормально Игорь, я сейчас пойду. Собрав некоторые вещи в преподавательский портфель Римус попрощался с начальником и трансгрессировал домой. Там его ждала жена, которой он сможет рассказать свой сон.