Даже не пытайся узнать меня

***

Чтопроисходитчтопроисходитчтопроисходит На каждый шаг в голове Сандры бились только два этих слова, пока она шла в неизвестном даже для самой себя направлении, желая, по всей видимости, обойти огромный замок за пятнадцать минут до отбоя. «Какая разница, для меня правила не писаны, даже директор это официально подтвердил… Директор… Мне нужно к нему.» Сандра давно планировала заглянуть к директору, скажем так, на чашку чая, и сказать пару ласковых. Всё, что он говорил про Хенсли — заблокированное магическое ядро, ещё якобы не наработанные навыки колдовства, даже его «изучение перемещения во времени девушки» — казалось той несусветной чушью, которую Дамблдор сочинял на ходу. «Господи, гениальнейший волшебник не то что вернуть обратно, понять даже не может, какого хрена я сюда попала! Это как вообще?» Отвратительное подвешенное состояние. Именно в таком положении находилась Сандра. С одной стороны, она начала привыкать к тому, что её постоянно окружают странные вещи, странные люди, и в её жизни происходят странные события, но с другой стороны она не могла считать себя частью этого мира, будучи лишённой дара колдовать. Хенсли направилась к апартаментам директора, решив раз и навсегда разъяснить ситуацию. «Колдовать не могу, вернуться в свой мир не могу. Что я вообще могу?!» Резко остановившись, движимая непонятным ворохом мыслей, Сандра запустила руку в сумку, вынула книгу и аккуратно достала из неё фотографию. С неё смотрели две девушки: одна, видно что постарше, но огонёк в её глазах ничуть не слабее, чем у младшей, которая обнимает сестру за шею. Резко потяжелевшей рукой, которая, казалось, не хочет больше слушаться хозяйку, Хенсли не мигая провела по фотографии, всматриваясь в знакомое до боли улыбающееся лицо. Сандра закрыла глаза, тяжело выдохнула и, прижав изображение к груди, прислонилась к стене. Перед глазами всё поплыло. Девушке начало казаться, словно эта фотография сделана год или два назад, и как будто на ней вовсе не Сандра обнимает сестру, поздравляя ту с Днём рождения. Будто это было совсем-совсем давно. Вовсе не за неделю до перемещения. Тогда Хенсли даже не знала, что ей предстоит, и продолжала веселиться, пока её щелкал приглашённый фотограф. Вдруг девушка нахмурилась, и скорбное выражение лица сменилось на настороженное. Снова посмотрев на фото, Хенсли поднесла его ближе к глазам и, опустив руку, быстро пошла к тёмной дверце в конце коридора. Толкнув её, Сандра зашла в туалетную комнату и направилась к ближайшему зеркалу. Девушка подняла изображение на уровень глаз, приблизила лицо к зеркалу и снова посмотрела на фото. «Что за чертовщина?» Из зеркала будто смотрел другой человек, не тот, что на фотографии. Будто дальний родственник смотрит в зеркало и недоумённо переводит взгляд на фотографию, пытаясь различить во вроде бы знакомых чертах лица себя самого. И не может. Небрежно положив изображение на раковину, Сандра поднесла руки к лицу, ощупывая его и пару раз чуть не ткнув в глаз. Лицо девушки существенно вытянулось, щеки растворились, превратившись в острые скулы. Но если это можно было бы списать на то, что Хенсли практически ничего не ест в последние дни, то глаза… На фотографии радужки девушки тёплого зелёного оттенка, который Сандра про себя называла болотным, а сейчас они приобрели ровный матовый малахитовый цвет, холодно сверкающий при свете, как кусочек алмаза. Эти глаза пронизывали насквозь даже свою обладательницу из зеркала. Волосы, хоть и остались по прежнему вьющимися, будто посветлели на несколько тонов, ключицы сильно выступали, кожа побелела. Хенсли отшатнулась от зеркала. Почему-то эти изменения стали ей заметны только сейчас. Сандра, не обратив внимания на выскользнувшую из рук сумку, побежала к соседнему крану, над которым висело ещё одно зеркало, затем к следующему и к следующему. Все они показывали одно и то же: худенькую девочку с наполненными ужасом глазами и с копной коротких растрепавшихся от бега волос, не похожую на себя прежнюю. Подбежав к следующему трюмо, Хенсли, лишь посмотрев в него, замахнулась кулаком и ударила прямо по своему отражению. Треск стекла и горящая боль в кулаке слегка отрезвили её. Подойдя поближе к зеркалу, Сандра провела пальчиком по сетке мелких трещинок, пустым взглядом смотря на последствия своего гнева. «Вандализма только тут не хватало», — проворчал её внутренний голос, и Хенсли, засунув злополучное фото в карман и закинув на плечо сумку, вышла из комнаты. — Куда я шла? Черт. — вслух сказала девушка, встав столбом посреди коридора. — Может, в свою комнату? Сандра крутанулась на месте, чуть не упав от этого резкого действия. Понять в полумраке, кто это сказал, совсем не составило труда. — Не с тобой разговариваю. — холодно ответила Хенсли, вздернув подбородок, и, одарив вынужденного собеседника брезгливым взглядом лишь на долю секунды, отвернулась от него и пошла в противоположном направлении. — А с кем? Со стенами? — без труда догнал её слизеринец. — Они будут более приятными собеседниками чем ты, Блэк. — Сандра начинала идти всё быстрее и быстрее, надеясь избавиться от неприятного попутчика. — Подожди. Да стой ты! — Регулус схватил Хенсли за предплечье, но та дёрнула плечом, смахивая его руку. — Не трогай меня. — прошипела она, снова начав отдаляться от парня. — Я хотел… Извиниться, — это заставило Сандру резко остановиться и развернуться на сто восемьдесят градусов, скрестив руки на груди и прожигая злобным взглядом Блэка. — Оу, что у тебя с рукой? Хенсли посмотрела на руку, только сейчас заметив в кровь разбитые костяшки. — Избила одного придурка. Остался ещё один. — Я… Я не хотел, чтобы так получилось. Давай возобновим общение. — Ни капли не теряя своего аристократичного лица, дипломатично продекламировал Регулус без единой эмоции. — Ах, спасибо, что ты не хотел, чтобы меня избили в коридоре. Какое счастье. Послушай сюда, — сказала Хенсли, увидев, что Блэк собирается её перебить, — помнишь, ты говорил что-то про то, что не привык доверять людям, потому что они могут воткнуть нож в спину? Вот примерно это я отвечу тебе на твоё предложение, только слегка перефразирую, — Сандра приблизилась к нему ещё сильнее, — пошёл. Нахер.

***

В кабинете Дамблдора беспрестанно что-то щёлкало и скрежетало. Хенсли от скуки начала разглядывать всё, что там находилось. Не уходили от её цепкого взгляда и книги, пожелтевшие от времени и облупленные на корешках. Сандра подошла к полке, начав рассматривать одну из них, привлекшую её внимание: чёрную, будто обуглившуюся, с золотыми буквами. От этой книги буквально пахло древностью. Хенсли захотелось узнать тайны, сокрытые в ней, но в тот момент, когда Сандра подумывала вынуть книгу, её окатило холодным потом. «Попаданцы в волшебном мире и их предназначения», — прочитала Хенсли на корешке книги, которая без какой-либо на то причины с каждой секундой начинала казаться всё более и более жуткой. Слегка вытянув книгу подрагивающими руками, чтобы рассмотреть обложку, Сандра ужаснулась ещё сильнее: на книге в полный рост был изображён мужчина, глазницы которого были пусты, а из груди шёл луч света, направляемый магом, стоящим неподалёку. Лицо несчастного было искажено ужасом, таким натуральным, что Хенсли отшатнулась от полки с гулко стучащим сердцем. — Добрый вечер, мисс. — от неожиданности Сандра подпрыгнула, молниеносно оборачиваясь. В проходе стоял Дамблдор собственной персоной, улыбающийся как никогда загадочно, будто узнал все секреты девушки и готовился её чем-то ошарашивать. — Рад снова видеть вас. — Здравствуйте, — наигранно спокойно ответила девушка, — я тут к вам по одному вопросу… — Замечательно, тогда пройдёмте в кабинет. — Директор в непонятного цвета аляпистой мантии пошагал по лестнице, настолько резво, что Сандра еле успела спохватиться, чтобы пойти следом. Усадив гостью в кресло и расположившись напротив, он придвинул Хенсли материализовавшуюся из воздуха чашку с дымящейся жидкостью. — Я весь во внимании. — Скрестив пальцы и продолжая мягко улыбаться, сказал директор. Придвинув к себе тарелку с леденцами, он закинул одну в рот. — Ммм… «Сладкое Королевство» делает воистину замечательные сладости, — и, подмигнув, добавил, — но «Берти Боттс» брать не советую, там есть конфеты со вкусом ушной серы. Бр. — Кхм, профессор… У меня такой вопрос. Вы нашли причину моего перемещения? — подняв полные надежды глаза, спросила девушка. — Мы занимаемся изучением этого вопроса. — мелодично ответил Дамблдор эту будто заученную фразу, открывая четвёртый по счету леденец длинными старческими пальцами. — Но прошёл месяц… — в отчаянном возмущении сказала Сандра севшим голосом. — Да, да. Мы в процессе. Ещё что-то? — голубые глаза директора больше не сверкали любезностью. Наоборот, он будто был не слишком рад такое слышать. Оба замолчали, уставившись друг на друга. Вдруг в полной тишине раздался треск. — Какой твёрдый леденец, однако… — Профессор Дамблдор! — вскочила Сандра с кресла. — Вы издеваетесь? Я магл. МАГЛ! Мне неподвластна магия! Я не могу даже простого заклинания выдавить из этого куска дерева! — с этими словами Хенсли достала палочку, швырнув её директору под нос. Тот будто очень обрадовался то ли всплеску эмоций Сандры, то ли смене темы. — Ну как же, мисс Хенсли. — спокойным голосом на контрасте с её возмущением ответил директор. — Вспомните хотя бы вашу ссору с мистером Малфоем. — Сандра скривилась на эти слова. —  Нет, нет, не когда вы попали в больничное крыло, а другое. — Девушка, мерившая шагами кабинет, остановилась, озадаченно уставившись на директора. — Откуда вы… — О, милая моя, у стен есть уши. — подумав, он прибавил, лукаво улыбаясь: — И глаза. Сандра сжала губы, почувствовав себя не очень уютно от этих слов. — Ну так вот, — продолжал директор как ни в чём ни бывало, — вылетело окно, вы помните. А по причине? — Я не знаю… — Мисс Хенсли, это же настоящий всплеск магии! — пояснил Дамблдор будто неразумному ребёнку. — К тому же, учителя отмечают вашу замечательную прилежность при выполнении заданий. У вас есть все шансы, чтобы стать прекрасной колдуньей. — с этими словами директор протянул Сандре её же палочку. Та недоверчиво взяла её и убрала обратно в карман мантии. — Удачи, мисс. Хенсли усмехнулась. «У него такая фишка всем желать удачи при каких-то заведомо провальных авантюрах?» Развернувшись, девушка начала удаляться в сторону двери. — Профессор Дамблдор… — Спокойной ночи, мисс Хенсли. — настойчиво перебил директор. — И старайтесь меньше бегать по ночам с мистером Блэком. — Хорошо. — Сандра вылетела из кабинета, надеясь, что директор не заметил её пылающих щёк.

***

Следующее утро Хенсли началось достаточно странно. Она проснулась с ноющей болью в голове. Сандру периодически мучали мигрени, но эта боль не была похожа ни на какую, что не на шутку встревожило девушку. Приведя себя в порядок и впервые за всё прибывание в Хогвартсе надев юбку, Хенсли поспешила в Большой Зал, который как всегда был практически полностью заполнен к её приходу. Выбрав глазами местечко с краю стола, Сандра поспешила туда, но ей пришлось сменить курс: заметивший её Люпин приветственно махнул рукой на свободное рядом с ним место. Как назло это место находилось между Ремусом и Сириусом. Внутренне прокляв себя за решение спуститься позавтракать, Сандра приземлилась между парнями, поприветствовав каждого, в том числе и Поттера, сидящего напротив. — Какие планы на день, Сандра? — спросил Ремус, аккуратно накладывая себе яичницу. — В смысле? — Сегодня воскресенье, Хенсли. — насмешливо пояснил как всегда небрежно, но идеально одетый Блэк, за что был награждён раздраженным взглядом. Правда, лишь на долю секунды: Сандру смущало его настолько близкое присутствие. Их ноги соприкасались, хотя с другой стороны от Сириуса было расстояние, куда он мог отодвинуться, чтобы избежать телесного контакта. Но парень, разумеется, этим не воспользовался. — Да, мы можем пойти в «Три метлы», хочешь с нами? — Хенсли удивлённо посмотрела на Джеймса, на что тот спокойно пожал плечами. — Ты все воскресенья проводишь в замке, мы подумали, что тебе не помешает смена обстановки. — Хорошо, спасибо за предложение. — Улыбнулась Сандра Поттеру, на что тот подмигнул и продолжил завтракать. Сандра пробежалась глазами по столу. Как обычно, его заполоняли самые разнообразные явства, к которым Хенсли никогда не притрагивалась. Вместо этого она лишь взяла зелёное яблоко, что вызвало три удивлённых взгляда, обращённые к ней. — Почему ты так странно питаешься? — спросил Люпин, внимательно смотря на девушку. — Я… — неожиданно она почувствовала прикосновение к ноге, которое заставило её резко вспыхнуть и заёрзать на месте. — Да, почему? — нагло спросил Блэк, не убирая своей руки, продолжая балансировать между приставанием и случайным прикосновением. Прикосновение было лёгкое, но ощутимое. Сандра опустила свою руку под стол, чтобы убрать его руку, но в её ладони неожиданно оказался кусочек пергамента. Спустя мгновение прикосновение прервалось, и Сириус продолжил завтракать как ни в чём ни бывало. — Ммм, у вас непривычный рацион. — Хенсли сунула пергамент в карман, возвращаясь к яблоку. — И это является причиной, чтобы ничего не есть? Сандра готова была поклясться, что услышав такие допросы со стороны кого угодно кроме Люпина, девушка бы давно развернулась и ушла, но Ремус почему-то ни капли её не раздражал. Хенсли пожала плечами и ушла в себя, рассматривая сидящих в Зале людей. Поттер болтал с каким-то парнем, обсуждая квиддич, Ремус углубился в свою книгу, помешивая ложечкой чай. Сандра, сама того не заметив, привыкла к такой рутинной приятной жизни в волшебном мире. Большинство учеников выглядели умиротворёнными и счастливыми, а те, кто таковыми не были, просто умело прятались в толпе. От созерцания Зала Хенсли оторвал тычок под ребра, заставивший её моментально пискнуть. Блэк — виновник испуга девушки — прыснул, вместе с ним и Джеймс. Разозлённая Сандра ткнула Сириуса в ответ, на что он начал смеяться ещё сильнее. «Ну вот как на такого обижаться?!» — Мы в «Три метлы» собирались, кажется. — Ремус улыбался представившейся картине. — Да, да, пошли. Вылезая из-за стола, Хенсли попыталась ещё раз ткнуть Блэка, но тот, смеясь, ловко поймал её запястья, не дав совершить задуманное. Вчетвером подростки выкатились из Зала чуть ли не самыми последними из всех.

***

Сандра по непонятной для себя причине легко смогла влиться в компанию. И, видимо, сами Мародёры не знали этому причины, общаясь с ней так, будто общаются всю жизнь. Они шли, подкалывая друг друга, парни слушали истории девушки из России, искренне удивляясь устройству жизни там, Сандра, напротив, узнавала больше о магическом мире, школьных сплетнях и жизни волшебников. Но Хенсли каждый раз избегала личных тем, находясь начеку каждую секунду, боясь проговориться и очень надеясь, что Мародёры этого не замечают. А также не замечают, что с одним из них Сандра общалась не так, как с другими. С одной стороны хотелось отойти от него как можно дальше, с другой — хотелось как можно дольше смотреть в чёрные глаза, пронизывающие насквозь. Причём такое выражение мелькало в них, лишь когда он пересекался взглядом с Сандрой, в остальное же время они выглядели вполне обычно. Хенсли казалось, словно этот фирменный взгляд Блэк использует исключительно в особых целях, пытаясь настроить человека под свой лад, окутать чарами своего взгляда, подчинить себе. И Сандра, по всей видимости, сопротивлялась слишком долго в его понимании. Но девушке нравилась эта непонятная игра и ей хотелось узнать, чем она закончится, поэтому, сидя в пабе «Три метлы», она незаметно для всех мстила за смущение, в которое вогнал её Блэк в Большом Зале, периодически задевая его ногой и сохраняя контакт дольше обычного. Девушка смотрела слишком долго в глаза, будто призывая сыграть в игру «Кто раньше сломается». Хенсли хотелось обернуть действия Сириуса против него самого, влюбить его в себя раньше, чем это сделает он. И непонятно было, кто пока выигрывает. После паба, где подростки напились сливочного пива на неделю вперёд, они пошли в «Сладкое Королевство». Парни наперебой рассказывали Сандре о волшебной деревне, показывая самые злачные места, а та не переставала восхищаться, рассматривая всё вокруг. Набив полные сумки самых разных сладостей и безделушек из Зонко, Мародёры покинули деревню лишь под вечер. Им будто доставляло особенное удовольствие лицезреть удивление на лице девчонки, когда они рассказывали о самых обычных, на их взгляд, вещах. Попрощавшись у одной из лестниц, где пути подростков разделялись, Сандра направилась вовсе не в свою комнату. В её голове плотно засела идея провернуть одну очень сложную авантюру, поэтому девушка направилась к кабинету директора. Чем ближе она подходила, тем сильнее стучало её сердце, тем дольше она задерживала дыхание, чуть ли не переходя на цыпочки. Идея выкрасть книгу, которая могла бы пролить свет на её попаданчество, уже не казалась такой гениальной. Проговорив горгулье пароль, Хенсли прошмыгнула внутрь кабинета, поднявшись по лестнице. На её счастье тот был пуст. Девушка сжимала и разжимала кулаки, пытаясь успокоиться. Она прекрасно понимала, что Дамблдор знает её как облупленную и может понять все её намерения в ту же секунду, как она окажется в кабинете. Но это не останавливало упёртую девушку, решившую во что бы то ни стало во всем разобраться. Только Сандра успела подойти к искомой полке, как вдруг подпрыгнула как ужаленная, схватившись за сердце. — Добрый вечер, мисс Хенсли, хорошо, что вы заглянули, у меня есть одна новость. — директор в полном своём великолепии блестел озорными глазами, ни капли не смущённый испугом Сандры. Затем прошёл за свой письменный стол и сел, скрестив руки. Его взгляд резко потерял всё веселье, став настороженным и отчасти даже жалостливым. Подобное изменение напугало Сандру не на шутку. — Мы закончили изучение вашего перемещения. — Дамблдор достал из кармана тот самый сгоревший Маховик и протянул его Хенсли. — Боюсь, что вы в безвыходной ситуации. — внутри Сандры что-то ухнуло, из рук выпал Маховик, она уставилась на директора, будто он сказал какую-то несусветную чушь. — Своим перемещением вы порвали межпространственные нити, которые соединяли ваш мир с нашим. Это было единственное связующее звено, которое, в теории, могло бы помочь вам вернуться обратно. К сожалению, пути назад нет.

***

Сандра не помнила, как вышла из кабинета, не помнила, что сказала на прощание директору и как дошла туда, где сейчас находилась. Она не помнила абсолютно ничего, будто её мозг с фразой Дамблдора «пути назад нет» перестал выполнять свои функции. Внутри Хенсли что-то жгло, возможно потому, что она выкуривала невесть какую сигарету подряд. Сандра сидела на краю астрономической башни, свесив с неё ноги, и смотрела на небо, которое постепенно темнело, приобретая сначала оранжевые и розовые оттенки, а потом сгущаясь до тёмно-синего, почти чёрного цвета. Медленно начали зажигаться звезды, а Хенсли всё сидела, не обращая никакого внимания на понижающуюся температуру и усиливающийся ветер. Сандра не могла плакать. Просто не было на это никаких сил. Хенсли практически не шевелилась, как будто огромное необъятное небо загипнотизировало её. Попытка посчитать звезды тоже обернулась крахом — их было слишком много. Хоть Хенсли уже как месяц посещала уроки астрономии, у неё не получалось найти ни одного созвездия. Шли часы. Даже не шли, а бежали. Вскоре Хогвартс погрузился в сон, ученики улеглись в свои кровати, самые бодрые сидели у камина, греясь или болтая с друзьями. Кроме одного человека, который успел отморозить ноги и почти не мог вдохнуть без боли. Почему-то Сандра по-детски ждала кого-то, кто пришёл бы, согрел её и сказал бы успокаивающим голосом какую-нибудь тупую фразу, типа «все будет хорошо». Но никто так и не пришёл, будто давая девушке возможность самой сделать выбор: замёрзнуть насмерть, соскользнуть с крыши или идти и пытаться жить так, как советовал директор, скуривая свои лёгкие, пытаясь забыться и скрыться за сигаретой от проблем. Со вздохом — первым звуком, который она издала за последние четыре часа — Сандра поднялась на негнущихся ногах и покачнулась, схватившись за парапет. Конечности почти не слушались её, поэтому идти девушке приходилось очень медленно, держась за стены. Покинув астрономическую башню и с трудом преодолев ступени к ней, Хенсли очень медленно пошла по коридорам. Вдруг на очередном повороте она услышала шаги и тихий шёпот, будто шло несколько человек, но большинство очень тихо, а один — нарочито громко топая. Сандра замерла, вытянувшись по струнке и не отпуская стену. Наконец, звук шагов стал слышен очень близко и через пару секунд их обладатель вышел из-за поворота. — Так, — поднял он светящуюся палочку на уровень глаз, — после отбоя… Сандра? Господи, что с тобой? За Люпином раздался шорох, но, по всей видимости, никто не собирался раскрывать девушке свои секреты невидимого перемещения. Сандра вымученно улыбнулась и попыталась поставить ногу в более удобное положение, слегка скривившись от боли, что не ушло от внимания Люпина. — Со мной всё хорошо, вот иду… Ремус сделал шаг вперёд, не ожидавшая этого Сандра сделала шаг назад и вскрикнула от боли. Люпин подхватил её под локоть. — Ты бледная, как… — …моя сестрёнка с факультета склизких гадов. Что случилось? — Сириус буквально материализовался из воздуха. — Ауч! Поттер! — Блэк, ты чем думаешь вообще? — Ой, да брось, ничего страшного, если кто-то узнает нашу тайну. Ты ведь никому не скажешь, Хенсли? Она кивнула головой, все ещё удерживаемая Ремусом. — Что случилось? — Снова привлёк внимание девушки Люпин. — На тебе лица нет. — Ни-че-го. — По слогам произнесла она, все ещё ни на кого не смотря. — Мне надо идти. — Девушка попыталась сделать шаг, но снова схватилась за стену. — Сейчас, передохну немного, и сразу пойду. — Блять, Ремус. — Сириус ткнул в какой-то пергамент, привлекая внимание Мародёров. Они сгрудились кучкой вокруг парня с картой. Сандра заметила среди них ещё одного — низенького, с бледно-русыми волосами, в целом, ничем не примечательного. Очевидно, они все куда-то спешили. — Так, вы тогда идите, а я провожу Сандру. — Ты уверен? Мы можем с вами… — Если не хотите быть пойманными Филчем, лучше идите. У него обход через пятнадцать минут. — Отрезал Люпин. Посмотрев виноватым взглядом на Сандру, Сириус поднырнул под мантию, любезно поднятую Поттером и они втроём с этим непонятным парнем растворились в полумраке коридора. — Пойдём. — Ремус аккуратно потянул девушку за локоть. Открыв первую дверь на своём пути, он дал войти Сандре, затем вошёл сам, закрывая за собой дверь. Девушка села на парту, скрестив ноющие ноги и виновато смотря на парня. Люпин подошёл к ней и снова повторил свой вопрос, внимательно смотря на Хенсли. Та сжала губы, мысленно заставляя себя успокоиться, пыталась считать до десяти, но всё тщетно. Из её глаз полились слезы. Впервые за день. Увидев их, Ремус понимающе склонил голову и протянул руки, обнимая её. Сандра моментально уткнулась лицом в его плечо. Люпин поглаживал её по спине, даря замерзшей девушке своё тепло. Хенсли была ему благодарна, как никому другому на свете. Ремус давал ей возможность почувствовать себя живой, проявить эмоции, обычно запираемые ею глубоко внутри. Люпин что-то шептал ей, но это уже было не важно. Абсолютно не важно, когда ты утыкаешься в его огромный свитер, пахнущий чем-то родным, когда чувствуешь, что человек закрывает тебя от всего плохого, что произошло и ещё не раз произойдет, смыкая руки за её спиной. В этот момент Хенсли понимала — она сделает всё ради этого человека. Подростки стояли, обнявшись, достаточно долго. Сандра подняла голову. — И опять ты мне помогаешь, — шутливо укорила она его, — не надоело? — Нет. — Мягко, но уверенно ответил Люпин. — А почему… — Я не знаю. Казалось, они без слов поняли друг друга. — Что у тебя с ногой? — снова подал голос Люпин. — Я… Хм… Замерзла слегка. Ремус нахмурился. — Где? — Мммм… На астрономической башне. — Нехотя ответила Сандра. — Тебе надо к мадам Помфри. — Бескомпромиссно сказал Люпин. — О, нет, ни в коем случае! Ремус, пожалуйста, не надо. — Запаниковала Хенсли. Больничное крыло было последним местом, где Сандре хотелось бы оказаться. — О Мерлин, а что с тобой делать тогда? — Ремус скрестил руки на груди, напряжённо думая. — Так, можем попробовать наколдовать, но я не уверен… — Давай. Я тебе верю, Ремус. — Тот странно на неё посмотрел. Хоть в темноте было не очень видно, но Сандра была готова поклясться, что он смутился. — Так, кхм, готова? — Люпин присел на корточки. — Да. — нотка нервозности промелькнула в голосе девушки. Ремус что-то неразбочиво прошептал, и Сандра вздрогнула от странных ощущений. Тепло поползло по её ногам вверх, пока не достигло плеч. «Снова тепло…» Боль притупилась, Хенсли даже смогла немного пошевелить ногой. Затем перевела взгляд, полный щенячей благодарности на своего спасителя, смутив того ещё сильнее. — Спасибо… — Мерлин, за что ты благодаришь? Так сделал бы каждый. — Нет, не каждый, Ремус…