Охотник на монстров.

            - Знаешь, что я хочу, Фрэнки? – Джерард умолял себя заткнуться, но все же раскрыл рот, сжимаясь в клубочек от объятий, которые больше не наполнены такой любовью и тем более доверием. Фрэнк промычал, ожидая продолжения, - Вернуться в день, когда мы катались на велосипеде, все было так беззаботно и прекрасно, - Джерард сжал губы и глаза, моля о своей смерти, но Фрэнк этого не видел и не знал.       - Я тоже, - едва слышно шепнул Фрэнк, путаясь носом в грязных длинных волосах и тоже погружаясь воспоминания об их первом поцелуе.       Фрэнк правда хотел вернуть эту трепетность и невинность их отношений, но сможет ли он бороться дальше? А пойдет ли Джерард ему навстречу? Он посильнее вцепился в мальчика рукой, сдавливая его бок. Да, Джи навсегда останется для него тем мальчишкой, каким он запомнился при первой встречи. Его рука казалось такой огромной на щуплом теле, будто двумя ладонями он может охватить всю талию.       Тихий голос Джона, шум кипящего чайника, постукивание чайной ложки по тарелке. Джерард открыл глаза, не веря, что снова оказался в этом гаме едущего вперед по бескрайней дороге трейлера. Он немного поерзал на месте, вынимая из-под головы затекшую руку и устраиваясь поудобнее. Горячее ровное дыхание Фрэнка обдавало его затылок, а нога накрывала его тонкие икры. Ему нужно было поспать дольше после многих беспокойных ночей. Им двоим надо было.       Джи не хотел нарушать утреннее спокойствие, но спустя пять минут уже потихоньку поднялся, расправляя плечи и руки, потому что грохот посуды не дал уснуть заново. Он повернулся лицом к замолкшей застывшей группе, посматривавшей на сонного мальчика, заправляющего волосы за ухо.       - Доброе утро, ты вернулся, - открытый рот Джона сложился в улыбку, - Все хорошо?       - Да, теперь да, - Джерард улыбнулся, смущаясь своего резкого возвращения, - Доброе и… Спасибо, - он говорил спасибо за то, что его не выгнали. За то, что Джон помог Фрэнку, сразу позвонил из больницы. Много благодарности заслуживает Джон, много раз он помог и ещё поможет им.       Рэй наконец сдвинулся с места, подавая ему чашку с горячим горьким спасением нетрезвого ума. Напряженность спала, улыбка снова озарила смятые во сне лица.       - Фрэнки, просыпайся, - Джерард заботливо гладил его по спине и смахивал волосы с лица, - Давай-давай, - чуть настойчивее просил он, слыша только хныканье.       - Джи? – парень распахнул глаза, вспоминая события этой ночи, он сразу вскочил, хватаясь за лицо парня, будто он был миражом, который вот-вот исчезнет. Фрэнк скользил своими пальцами по небритым колючим щекам, разглядывая любимое лицо, которое наконец было перед ним, - Я не дам тебе уйти.       Аейро нежно и быстро поцеловал губы со вкусом утреннего кофе, прощая все обиды. Джерард погружался в шоколадные глаза с узкими от солнца зрачками, находя там себя. Да, теперь всё как прежде.

***

      Почему время пролетело быстрее их самолета? Пара дней, пара концертов, и они уже шагают по Миннесоте, передвигая затекшими в полете ногами. Бледное восходящее солнце ударило в не ведающие отдыха и сна глаза. Шесть тучных тел тащились от такси до небольшого домика с балконами, полными ярких цветов в деревянных горшочках, который сложно принять за отель. Просто белый ухоженный домишка (где наверняка живет милая французская семья) с маленькими окнами и соломенными шторами, крышей в стиле китайских построек, которая сильно выделялась на фоне остальных зданий.       Перед очаровательной гостиницей был небольшой садик, чем-то походящий на сад родителей Фрэнка: качели, лавочка с мангалом и маленьким столиком, куча растений от земляники до высоких вишневых деревьев, крошечный прудик с декоративным водопадом в виде извергающей воду лягушки, дорожка из разноцветных кирпичей. Всё это было окружено черным контрастным забором. Ребята зашли в это странное место, заглядывая на мансарду, но не решаясь войти.       Эта тихая умиротворенная гостиница оказалась тем, чего им не хватало после больших городов, шума и тысяч людей, отелей больших городов, подогнанных под какие-то идеалы и индивидуальность, но в итоге все они мозолили глаза своей однообразностью.       - Здравствуйте, дети мои, - их встретила милая старушка с добрым лицом и маленькими глазами, сощуренными от улыбки, её темные короткие кудрявые волосы придавали свежести бледной коже, - Проходите, три номера для вас уже готовы, вы наверняка устали в дороге, давайте я помогу с вещами.       Обезоруженные старческой приветливостью, которой они не встречали ни разу за этот месяц, вымотанные путники прошли дальше, выделяясь ярким пятном на фоне светлого-бело-молочного интерьера. На входе был бар со стойкой и тремя круглыми столиками. Молодой бармен помахал прибывшим, одновременно протирая стаканы, и налил холодное пиво двум старикам, смотрящим телевизор.       Налево были номера первого этажа, но группе достались соседние номера на втором этаже. Потолок был стеклянным и открывал бледно-голубое небо с перистыми облаками. Всё было уставлено цветами в горшках и коврами-акцентами интерьера. Белая лестница с обвитыми яркой тканью перилами привела их в двухместные комнаты. Старушка, преставившаяся как мисс Хадсон, пожелала хорошего отдыха, и понимающее оставила друзей наедине.       Джерард нетерпеливо распахнул дверь из светлого дерева, сквозняк же распахнул её целиком, так как все эти маленькие окна, заметные ещё снаружи, были открыты. Двуспальная кровать с бледно-розовым бельем и большими подушками, две тумбочки с лампочками, а напротив комод со старым телевизором и высокий шкаф.       Эта комната, пожалуй, была самой маленькой, где парням приходилось ночевать, но в то же время - самой приятной. Балкончик, откуда веяло цветочными ароматами и дверь в крошечную ванну с душевой кабиной. Чистые полотенца – они пахли порошком с морским бризом, пожалуй.       - Мне тут о-ч-е-е-е-н-ь нравится, - протянул Джерард, оглядывая лавандовые стены номера, - Так спокойно и красиво, - неугомонный мальчик кинулся на балкон, свешивая голову вниз.       - Чур я первый в душ, - пробурчал Фрэнк, не успевший оценить это место за счёт головной боли и желания поспать.       Время было только одиннадцать утра, в отеле команда провела свой первый час. Джерард стоял перед запотевшим зеркалом ванной, стараясь побриться без жертв. Вода в мраморной раковине круговоротом смывала пену вперемешку с пастой. Он чувствовал себя очень болезненно во всех понятиях, но игнорировал всё от голода до предобморочного состояния. Наконец он чистый, наконец он помылся не под шлангом на заправке!       Фрэнк не шевелился и храпел с тех пор, как вышел из душа, он уснул в одном полотенце, рухнув лицом вниз на середину кровати. Этот засранец любил так делать. Джерард тихо одевался, боясь что-то задеть или уронить, глядя на задницу, сливающуюся бледностью с полотенцем. Волосы парня беспорядочно распластались по подушкам, оставляя мокрые пятна.       Джерарду единственному не хотелось спать, а душ вовсе прогнал дрему, поэтому выбравшись из номера, где летали сновидения, он спустился вниз к бару, желая разузнать что-то про это место и прогуляться в одиночестве. Ему не хватало ничегонеделанья и музыки, спокойной музыки. Внизу никто будто не сдвинулся с места, стояла тишина, не считая какого-то садоводческого шоу, поставленного на фон.       - Доброе утро, что налить? - ещё раз улыбнулся парню бармен. Кудрявые короткие волосы (со спины его наверняка можно спутать с Рээм), бледная кожа, осыпанная веснушками и родинками, голубые глаза с редкими бледными ресницами и такими же бровями, и симпатичный пирсинг носа, выделяющийся черным кольцом.       - Доброе, светлое можно, - Джерард не знал, как начать диалог, тупо уставившись на бокал, - Замечательный сад, - он кашлянул, привлекая внимания парня, отошедшего к кассе.       - О, да, я сам сажал желтые и оранжевые лилии, но самое сложное – уход за виноградом, который на входе, - в саду он оплетал калитку, как бы отделяя этот волшебный мир от городской суеты и посторонних глаз, Джерард еще раз оглянулся, - Главное достояние семейного сада – клубника и черная смородина, но они уже отдали урожай вначале лета, остались только замороженные припасы на зиму, ну знаете, для всяких морсов… - бармен замолчал, осознавая, сколько наболтал.       - Хотелось бы попробовать, - Джи отпил глоток, разглядывая тату парня, - Пиво тоже ничего.       - Да, уже как два года сменили поставщика, - парень изучал нового посетителя в ответ, - Вы солист?       - Нет-нет, - Джерард помахал рукой, - Я просто… с гитаристом, солист был в красной куртке.       - Круто, что вы остановились у нас, - бармен, казалось, только потеплел от такого безмятежного знакомства, - Мы известны только в кругу стариков, проводящих здесь беззаботное лето, но мы с мамой гордимся этим местом.       - Я бы тоже не прочь проводить тут все лето, знаешь, - Джерард решил перейти на “ты“, - Наш менеджер в этот раз точно постарался, бронируя номера здесь. Нет ли тут поблизости хороших парикмахерских? А то в ритме этой жизни совсем не до этого.       - Да, буквально в двухстах метрах налево отсюда, попросите Ричарда, - парень подмигнул, опираясь на стойку, - Я Норман.       Так Джерард завязал первое знакомство с обитателем гостиницы, прояснив, что это семейный бизнес сумасшедших, но бережных и трудолюбивых садовников. Он двинулся влево по инструкции Нормана, наслаждаясь прохладным деньком и музыкой, которую не слушал уже недели две. Отель находился на узенькой, но довольно оживленной улочке, вымощенной кирпичом, где было много магазинов цветов, пекарней и книжных.       Когда Джерард с новой стрижкой уже вернулся в отель, Фрэнк сидел на балконе в полной тишине и курил. Там были удобные плетенные стульчики, на ручки которых можно было даже поставить чашку кофе с утра и бокал вина вечером. В общем, всё больше достоинств открывалось.       - Ты меня напугал, - Фрэнк резко обернулся, услышав хлопок двери. Он сидел в одном бежевом огромном халате, - Ты уже постричься успел, вау, - он оторвался от спинки, улыбаясь вошедшему.       - Надеюсь, тебе и так нравится, а ещё так прохладнее и удобнее, - Джерард сел рядом, пальцами поправляя прическу, - Я думал, ты до вечера проспишь. Будешь пить что-нибудь? У нас теперь бар.       - Надо проснуться и быть готовым к концерту, а время уже три часа, - Фрэнк больше не смотрел на улицу, разглядывая сидевшего рядом и рукой копошась в волосах цвета сажи, - Пить мне и нельзя, а ты что уже выпил? Забыл про что мы говорили?       - Я всего один стаканчик, сегодня больше не буду, - Джерард закрывал глаза и крутил шеей как котенок, которого чешут за ухом, - Ты испортил мне пробор.       - Я знаю, - Фрэнк усмехнулся, проводя пальцами от уха до затылка, - Ты такой красивый, - тише произнес он, запутав пальцы.       Джерард безмолвно улыбнулся, чуть краснея от внимательно смотрящих влюбленных глаз парня, которые он видел, даже не раскрывая своих. Наконец тот достал свою руку, а стрижка теперь выглядела небрежно, что только красило мальчика.       - Только давай ты снова начнешь нормально питаться, твоему подкошенному организму это нужно, - Фрэнк отвел взгляд, задумавшись над обедом, - Найдем какую-нибудь столовую, есть часа два. Температуры у тебя больше нет, лекарства помогли, - Фрэнк оказался хорошим наркологом, но переживал насчет психики Джи – вдруг он снова впадет в неконтролируемое состояние.       Парни нашли неплохое недорогое кафе поблизости, где Джерард рассказывал о замечательном бармене и смог съесть суп с каким-то рагу, запивая все это свежевыжатом соком. Фрэнк слушал нескончаемые речи - и замечал, что Джерард подозрительно начал говорить всё быстрее, иногда нести невнятный бред - кивая в ответ и все еще терзаясь мыслями про Берта, его передергивало от мысли, что он вспомнил его лицо слишком поздно, а о том, что он мог впутать в это Джерарда – не укладывалось в голове. Наркотики – не главное, а следствие его настоящего занятия.       - Купить тебе этот альбом? – Фрэнк расплатился в кафе и на улице заметил Джи, прилипшего к витрине книжного.       - А… Нет, просто смотрю, пойдем, - он опомнился, разворачиваясь в строну отеля и хватая надежную руку Фрэнка.       - Почему твои руки такие маленькие? – усмехнулся Аейро, поднимая замок из пальцев в воздух.       - Чтоб ты спросил, умник, - злым взглядом смирил его Джи, опуская руки ближе к своим бедрам.       Фрэнк незаметно скользил пальцами по его ногам, заставляя лицо мальчика превращаться в красный помидор. Спустя год отношений он удивлялся, как такой статный гитарист выбрал его и стерпел столько истерик, а из-за комплексов не верил в красоту своего тела, которой так удивлялся Фрэнк, отыскивая все новые поводы влюбиться в него и все новые оттенки глубоких глаз.       - Хочу, чтобы ты разрисовал мне футболку, юный художник, - Фрэнк смотрел прямо на дорогу, запоминая маршрут, - Я куплю краску, и ты сделаешь что-то на свой вкус.       - Оу, я еще не пробовал, но вроде это не сложно, - Джи сжал их ладони сильнее, стараясь поспеть короткими ногами за широкими шагами Фрэнка, то и дело поднимая голову, чтоб видеть его лицо.       Приготовления к концерту вошли в привычку и никакого волнения и суматохи уже не было, руки сами по себе надевали одежду и брали гитару в руки. Фрэнку тоже давно пора постричься, поэтому он пообещал сделать это завтра, чтобы их стрижки были одинаковые. Группа спустилась вниз все в тех же радужных рубашках и шортах по колено, чтобы не умереть прямо на сцене.       - Какие красавчики и красотки, - мисс Хадсон за одним из столиков играла в карты с двумя стариками, сидящими тут с самого утра. Она осмотрела сначала парней, а потом и Клер, - Удачи вам, дети, я смотрела ваши концерты. Такое я не слушаю, но все равно звучит современно, - заключила она, выкладывая три туза.       - Спасибо, мисс Хадсон, - Клер особенно сошлась с этой женщиной, - Потом мы Вам всё расскажем.       За кулисами Джерард принялся за очередной скетч гитариста, в этот раз изображая его в полный рост на целую страницу блокнота, в котором все было заполнено его лицами в разных выражениях. Фрэнк всегда восхищался виденью своего лица глазами художника, ставшего натурщиком.       Ночью группа решила поблагодарить хозяйку отеля за лучший прием в их карьере, заняв всё маленькое кафе. Женщина с упоением слушала их и даже подала собственную еду – невероятно вкусную пасту. На телевизоре теперь шел футбольный матч, приглушаемый их же смехом.       - Нет, эту песню я написал, когда мне было пятнадцать лет, скорее как стих, - Джон отпустил гитару, продемонстрировав их репертуар, - А предыдущую мы писали вместе с Фрэнком.       - Ага, я подсказал ему всего пару строчек, - скривил лицо Айеро, допивая последний глоток скотча. Джерард сидел на его коленях, держась за плечо одной рукой. Никого это не смущало, а мисс Хадсон даже умилялась.       - Мой муж, когда был жив, тоже писал песни под гитару, только спокойные и размеренные, - с гордостью проговорила женщина, но никто не знал, что сказать при упоминании смерти, - Налей еще молодым людям, Норман, - мисс Хадсон с материнской лаской погладила сына по спине. Бармен сидел со всеми, молча улыбаясь и кивая.       - Пойдем в номер, может? – чуть слышно шепнул Джи в покрасневшее ухо, скользнув пальцами по шее. Фрэнк все это время игнорировал возбуждение, хоть и чувствовал сплошной свинец, плавящийся в животе.       - Мы спать, пожалуй, - прервал беседу Фрэнк, аккуратно вставая со стула, дабы не демонстрировать всем свой стояк, хотя по его красному лицу и напряженности можно было понять, что парни идут не спать. Джерард наблюдал за смущенным Фрэнком, потому что это было редкостным исключением. Он натянул футболку вниз и опустил взгляд, подходя к самодовольному Джерарду, ликующе ухмыляющемуся.       - Вы только посмотрите, оробелый Фрэнки, - Джи снова приблизился к его уху, прочувствовав эту слабость, его руки скользнули на татуированную шею.       - Заткнись, а то я отымею тебя прямо на этой лестнице, - Фрэнк вышел из стеснительности, крепко хватая мальчика за талию, их бедра оказались прижатыми друг к другу.       Их лбы соприкоснулись, волосы перепутались от бродящих по телу рук, а прерывистое дыхание было слышно за километр. Джерард не отрывался, чуть касаясь губами уха и виска Фрэнка, который уже забрался горячими руками под футболку, открывающую четко видимый позвонки. Он провел пальцами вверх к лопаткам, заставляя мальчика прогнуться назад. Грудь поднималась и опускалась, легкие сжались, окончательно блокируя доступ к кислороду.       Два сплетённых тела в бешеном экстазе поднимались по скользкой лестнице, даже не смотря под ноги. Джерард шел спиной и вообще не контролировал себя, на этот раз отдавая власть сильному Фрэнку, несшему его вверх. Нога не попала на ступеньку, он сразу же вцепился свободной рукой в перила, а вторую даже не оторвал от крепких плеч. Фрэнк сразу почувствовал это, прижимая его к себе ещё сильнее.       Губы вырвались из плена сладкого поцелуя, но сразу же вернулись обратно. В тишине, прерываемой громкими выкриками Джона, было слышно сумасшедшее биенье сердец.Они продолжили ход, подлетая к нужной белой двери, ничуть не отличающейся от остальных. Фрэнк опрокинул беспомощное тело на стену рядом, осторожно придерживая его за голову, а то мало ли ударится.       Джерард тонкими пальцами скользнул в задний карман этого нахала, доставая звенящий ключ с голубым брелком. Выворачивая руку, он открыл замок, последовал характерный скрип. Но Фрэнк всё не отпускал его, ещё сильнее прижимая к холодной стенке – и жадно облизывая его шею шершавым языком - от которой на шортах останутся отпечатки штукатурки, не отстирывающейся с первого раза.       - Ф-ф-р-э-эн-к-и, - простонал Джи ему в ухо, скользя телом по стене и стараясь выбраться из смертельной хватки.       - Да, детка? – сдержанно и непринужденно отозвался Фрэнк, вставляя свою ногу между сведенных коленей мальчика. Он продолжал жестко хвататься то за его руки, то за кости таза, где и намека не было на пышные бедра, давно сошедшие с худого тела.       - Нам нужно… в… номер, - Джерард прерывался при каждом поцелуе, пытаясь оторвать парня от себя, - Блять, - за этим восклицанием пошел громкий стон, когда Фрэнк оставил крупный засос, а жесткая эрекция уперлась куда-то ему в живот.       - Потише, малыш, - Аейро одной рукой зажал открытый рот, из которого буквально текли слюни, и последний раз сильно впился в искусанную шею, надавливая своим коленом между ног. Пришло его время истерзать слабое безудержное тело.       Резко запрокинул тело на себя, так, что голова покаялась на плече, а тряпичные ноги волоклись по ковру к двери. Одной рукой Фрэнк распахнул дверь, затаскивая вздрагивающего от любого прикосновения Джерарда и снова прижимая его к единственной свободной стене комнаты. Он просто не мог нарадоваться своему доминирующему положению, потому что мог делать с обожаемым телом что угодно.       Измотанный поцелуями и проникшими в каждый уголок прикрытого одеждой тела руками, Джерард скользил вниз по стенке, ощущая только головокружение после алкоголя, руку в своих трусах и шепот Фрэнка, прерываемый хрипами. Он бесстыдно сунул свои пальцы в боксеры Фрэнка, соревнуясь с ним в качестве прикосновений. Того буквально пробила дрожь от нескольких первых медленно скользящих движений.       Джерард сел на колени, и взмахивая волосами, поднял голову с развязной улыбкой, расплывающейся по мокрым от слюней губам, между которых проглядывали острые зубы, блестящие в темноте. Почему-то они всегда выбирали кромешную тьму для страстных ласк. Он продолжал двигать рукой, второй спуская лишнюю ткань с Фрэнка, опирающегося рукой на комод, чтобы просто не свалиться.       Наконец губы Джерарда разомкнулись, он быстро прошелся по ним языком, чуть ерзая на полу. Не убирая руки, он прикоснулся ими к горячему твердому члену Фрэнка, с которого чуть не текла смазка. Он принялся медленно скользить своим ртом, заглатывая его почти целиком. Изо рта текла влага, каплями на пол, но он не обращал внимания, даже не открывая глаз и продолжая раскрывать рот все шире. Джерард искусно двигал языком, не оставляя без внимания ни миллиметр.       Стоны Фрэнка можно было принять за взвизги боли, но количество серотонина, кажется, превзошло привычное в тысячу раз. Из глаз полетели искры, поэтому он поспешил их закрыть, запрокинув голову назад. Рукой он впился в короткие волосы Джерарда, теперь их даже нельзя было намотать на пальцы, только осторожно покручивать. Интересно, он специально предусмотрел это сегодня с утра?       Джерард принялся наращивать темп, когда Фрэнк направлял его голову собственной ладонью, заставляя щеки разрываться. Теперь парень буквально вытрахал весь его рот, проникнув в каждый уголок глотки. Губы последний раз сомкнулись, сжимая головку со всей силы, он сощурил глаза, предчувствуя оргазм.       Струя вязкой белой горькой жидкости стрельнула ему в рот, от неожиданности Джерард чуть не поперхнулся, издавая странный звук, который не дошел до ушей озабоченного Фрэнка. С хлюпающим звуком парень оторвался, глотая слюни и воздух вперемешку со спермой. Кулаком он прошелся по своему рту, стыдливо отвариваясь.       - Детка, ты в порядке? – Фрэнк присел на колени и погладил парня по красным щекам, громко выдыхая. Только Айеро мог жестко трахнуть тебя, а потом вести себя как сущий ангел. Резкие хватания за волосы и лицо, обезумевшие движенья бедрами навстречу твоему распирающему рту, грязные слова, а потом теплое какао с пледом.       - Да, полностью, - Джерард развернулся к нему с застывшими слезами напряжения, следами ладоней на шее, вздернутыми волосами и красными губами.       - Я ненормальный, - заключил Фрэнк, хмурив брови от такого зрелища. Ему в голову не пришло, что такой жесткий секс может быть неприятным для хрупкого мальчика, особенно после последних событий, - Вставай скорей, - он поднял вымотанное тело не без усилий, нежно приглаживая прическу и целуя в лоб, - Прости меня.       - Я просто хотел сделать тебе приятно, - улыбка вернулась к Джерарду.       - О, ты прекрасно справился, - эйфория кружила Фрэнка и отражалась бликами в пьяных глазах, - Давай в душ, - он легонько стукнул Джи по плечу.       Утром Джерарда ждал теплый завтрак на столе, а проснулся он в пижаме и под одеялом - волосы были причесаны, а на тумбочке лежали таблетки со стаканом воды - чувствуя приятное покалывание на шее и коленях. Безусловно Фрэнк позаботился о нем, что не могло не радовать, но сейчас в номере его не было. Мальчик потянулся, приподнимаясь на локтях и улыбнулся удачи, сведшей его с этим ненормальным.       Почему-то, когда мисс Хадсон позвала их ещё раз навестить собственную скромную гостиницу, Джерард подумал, что он здесь точно не в последний раз.