Awe

      Засучив рукава и засунув испещренные магическими рунами руки в карманы своих широких брюк, Тэхён неспешно следует под палящим солнцем по следу из примятой травы, что бесхитростно выдает чужой неумелый побег. Маленькие перевертыши, очевидно совсем молодые, раз еще толком не умеют заметать за собой следы.       Тэхёну хоть и не составит труда обнаружить даже самое скрытное по своей натуре магическое существо, он все равно еле слышно фыркает, когда замечает небольшой пушок рыжей шерсти, зацепившийся за корявую ветвь.       Уже с пару недель на его территории завелся воришка, который зачастую стал опустошать кормовые запасы для домашнего скота и его личные припасы с деликатесами. Управляющий его поместьем беспрестанно охал, ворчал и разводил руками, жалуясь на чужие проказы.       Первым делом ему подумалось, что снова на его территорию из чащи леса выполз какой-нибудь черт, что вознамерился покуситься на хозяйское имение.       Пару лет назад он уже выкуривал из своего амбара парочку потерянных гримов, что таскали по ночам куриц. Напуганные псины принимали обличие своих жертв, но Тэхён далеко не дурак, чтобы купиться на этот жалкий фокус. Выяснилось, что за версту от его поместья была разрушена часовня, где и обитали эти потерянные демоны.       Недалече от поместья был сквер, где покоились его предки, так что неудивительно, что их притянуло к святой земле. Тэхён быстро восстановил нехитрым заклинанием часовню и угомонил беспокойных бесов.       Такая напасть на его веку повторялась из года в год с различной нечистью, только на этот раз действительно что-то новенькое, подумалось Тэхёну, когда он свернул по тропе к журчащему пруду и его брови взлетели вверх от удивления.       Два беснующихся щенка жадно чавкали чужой закуской, время от времени инстинктивно порыкивая друг на друга, потому что трапезничали в опасной друг от друга близости, радостно разделывая еще не окрепшими коренными клыками тушку вяленого мяса.       «Оборотни», — подумал Тэхён и стал удивленно наблюдать за чужим поведением, прислонившись к булыжнику с него ростом и скрестив на груди руки с ползающими на них чернильными рисунками.       За всю свою долгую жизнь, Тэхёну удавалось наблюдать за природой оборотней всего пару раз, когда его тогда еще живой отец помогал одному племени встать на ноги, после непрекращающихся нападений вендиго на людей, которые в ответ сожгли часть леса, в которой было обиталище и других магических существ.       Эта земля испокон веков принадлежала его роду, окруженная различной нечистью, с которой приходилось уживаться. Сам Тэхён себя не причислял к благородному сословию магического населения, продолжая держать дистанцию со своими родственниками, что уже проникли в каждую часть уклада жизни людей. Пока маги продолжают дурить людям голову своими фокусами, Тэхён продолжает держать привычный уклад жизни в самой чаще магического леса, куда люди боятся сунуть нос.       Его это устраивает.       Если за любым магическим существом Тэхён вдоволь успел полюбоваться в исследовательских целях, дабы держать в узде в случае необходимости, то оборотни всегда держались особняком от остальных. Держась всегда сплоченно, они редко когда впускали в свою стаю чужаков. Их не отловишь как любого другого пустоголового монстра. Оборотни были разумными.       Второй раз в жизни он стал свидетелем чужой охоты, когда взвинченный возвращался из путешествия в город. На носу было полнолуние и Тэхён не любил шататься вдали от своего имения по лесу ночью, под прицелом сотни недоброжелательных взглядов приструненных им самолично тварей.       Тогда-то он и увидел безупречную мощь во всей красе. Как взрослый оборотень в нескольких сотнях метров от него в прыжке расправился с двухсоткилограммовой тушей оленя, даже не обратив внимания на замершего в изумлении мага.       Теперь видя перед собой двух совсем юных особей, Тэхён восторженно улыбается, когда один из щенков совсем по-детски взвывает на своего сородича, когда рыжий щенок начинает грызть мясо в опасной близости к другому.       Четкое разделение добычи, пожалуй одно из первых правил, которое запомнил Тэхён, когда в юности увидел, как безжалостно стали драться два молодых парня, когда отец Тэхёна пригласил оборотней с ними отобедать. Столь близкое соседство как у людей во время трапезы у оборотней не приветствовалось.       С такими существами никогда не стоит терять бдительности, это правило он запомнил еще с малых лет. Поэтому он не обманывался, лишь слегка напрягшись, стоило ему почувствовать за спиной чужое присутствие.       Он был слишком близко, поэтому Тэхён воспользовался уловкой, сделав шаг назад от щенков, мирно продолжающих терзать кусок мяса.       Тэхён ухмыльнулся, почувствовав чужое недоумение и неспешно развернулся к существу лицом. В расстоянии меньше метра от него во всей красе предстал огромный черный волк. Его шкура лоснилась, блестя на ярком солнце. Холкой он был Тэхёну примерно по грудь, но глубокий взгляд темно-карих глаз излучал превосходство, от которого Тэхёну казалось, что это он смотрит на зверя снизу вверх, а не наоборот.       Поза хищника не представляла собой угрозы, поэтому Тэхён не спешил защищаться, он с интересом наблюдал за чужой застывшей изваянием фигурой. В такой непосредственной близости он видит оборотня в истинном обличии впервые, поэтому ему простительно некое любопытство. Когда стая обитала у его семьи в поместье, они не спешили облачаться в своих волков, продолжая томиться в человеческом обличии, пока не нашли новый дом. Поэтому сейчас Тэхён испытывает феерию чувств, смотря на настолько благородное существо воочию.       После долгого зрительного контакта, поняв, что Тэхён не представляет угрозы, волк встряхнул шерстью, громко фыркнув и притоптав передней лапой землю. Смекнув, что волк требует от него подать знак, кто он такой, Тэхён расцепил сцепленные замком на груди руки, вытянув их перед собой. Он внимательно наблюдал как зрачки оборотня мечутся по плавно передвигающимся рунам на руках мага. Каждое магическое существо видит что-то свое, что мимолетно дает объяснение тому, кто перед ними и какие у мага намерения.       Тэхён ни капли не скрывает свое любопытство и продолжает разглядывать чужую морду. Взметнув уши, волк снова установил зрительный контакт с магом и упал на землю.       Сильно удивившись, Тэхён сделал шаг назад, когда фигура на земле стала видоизменяться. Черная шерсть прямо на глазах стала сменяться белоснежной кожей. Торчком стоящие уши плавно исчезали в темной шевелюре волос, а удлинившийся хребет вместе с пушистым хвостом втягивался в плавную линию позвонков и очертившиеся округлые ягодицы.       Тэхён прочистил горло, изумленно наблюдая за голым парнем, вытянувшимся перед ним на земле в кошачьей позе. Его руки согнулись в локтях, и он неспешно поднял темную макушку вверх, обличив милое любопытное лицо.       До сих пор Тэхён считал, что самым удивительным перевоплощением, которое ему посчастливилось узреть, было перерождение феникса и как гидра заменяла одну утраченную голову двумя новыми. Но теперь он ощутимо изменил свое мировоззрение, смотря на настолько прекрасного парня, что парой минут ранее предстал перед ним, будучи опасным зверем.       Наткнувшись на чужой ожидающий взгляд, Тэхён схватил свою накидку и настороженно подошел ближе, накинув ее на чужие обнаженные плечи, стараясь блуждать взглядом по телу юноши как можно меньше.       Впервые в жизни Тэхён растерянно смотрел на выпрямившегося парня и не мог подобрать слов, приоткрывая засохшие губы и смыкая их в тонкую линию.       — Я знаю тебя, — бросил рассеянно поправляющий на себе накидку юноша.       Снова открыв рот, Тэхён так и не проронил ни звука.       — Твой отец приютил мою стаю десять лет назад.       Тэхён распахнул глаза, рыская по лицу юноши, пытаясь воскресить в памяти чужие черты, но тщетно.       — Я был еще совсем щенком, даже не пытайся меня вспомнить, — усмехнулся мальчишка, завидев задумчивость на чужом лице. — Мы сильно меняемся после первой самостоятельной охоты.       Память услужливо подкинула некоторые знания о природе оборотней, и маг радостно улыбнулся.       — Первая кровь, я прав?       Только вкусив впервые кровь самолично пойманной добычи, оборотень становится полноценным членом стаи. Охотником.       — Да, — с толикой грусти на лице выдохнул мальчишка.       Маг в замешательстве нахмурился, вглядываясь в лицо юноши. Оборотень должен гордиться своей первой добычей, это одно из самых значимых событий в их жизни. На смену этому вопросу в голове Тэхёна созрел другой не менее важный.       — Что вы здесь делаете?       Десять лет назад отец Тэхёна, потратив немало своей магической силы, смог очистить кусок территории в отдалении магического леса от нечисти, чтобы стая, что поступилась своей гордостью и обратилась за помощью к магу, жила в мире и спокойствии.       — За нами ведется охота, — мальчишка нахмурил брови. Несколько прядей волос упали ему на лицо, как только он опустил погрустневший взгляд в землю. Сердце Тэхёна забилось чаще в ожидании плохих новостей. Охота на оборотней никогда не начинается спроста. — Я убил человека.       Зажмурившись, Тэхён приложил руку к лицу и устало привалился спиной к булыжнику.       Он надеялся больше никогда с этим не столкнуться. ***       Корзинку с травами было бы нести гораздо легче, не примости там свою тушку маленький волчонок, что развалился на примятых цветках тысячелистника и зверобоя. Тэхён умильно улыбается, покачивая корзинку в воздухе, волоча ноги неспешно, потому что второй проказник снова вцепился уже окрепшими клыками в пятку его сапога и волочит лапы в такт мелкого шага мужчины. Щенок в корзинке звучно чихает и Тэхён морщит нос от непоседливо ворочающегося на подстилке из травы малыша. Ладно хоть не додумался съесть цветок. Один раз магу уже приходилось выхаживать отравленного щенка, потому что не досмотрел.       За поворотом уже расположились ворота в его поместье. Тэхён махнул свободной рукой, на которой тут же зашевелились руны и ворота медленно разъехались в стороны.       Каждый раз Тэхёну непривычно и дико в своем сугубо одиноком обиталище видеть, как в нем медленно расцветает жизнь.       Несколько месяцев назад его бы встретил только сутулый управляющий поместьем и сухо доложил, как обстоят дела. Он бы обязательно прошелся по амбарам, лично убедившись в порядке, и вывел на прогулку свою пару лошадей.       Сейчас же буквально каждый амбар и гостевой домик, что около десятка были хаотично разбросаны по территории имения, кипел жизнью. По пути в поместье с ним поздоровались уже с десяток человек. Тэхён ушел на рассвете, предпочитая собирать травы в могильной тишине, которой сопутствовали только хрипы уходящих прочь в свои обиталища ночных тварей. Но с первыми лучами солнца он заслышал знакомое тявканье и мягко закатил глаза.       С тех пор как Тэхён приютил на своей территории стаю оборотней, двое щенков беспрестанно следуют за ним хвостиком, сопровождая звуками возни, куда бы он ни отправился. Если первое время они относились к нему настороженно, то стоило ему достать из амбара кусок мяса, которым маленькие воришки любили полакомиться, то маг тут же прослыл у щенков любимчиком.       Застыв недалеко от входа в поместье, Тэхён приковал свой взгляд к чужой фигуре. Мальчишка, ради которого он поступился принципами и вел суд с людьми впервые за долгие годы. Когда оборотень впервые назвал ему свое имя, Тэхён сам не зная, зачем это делает, провел небольшой ритуал и на его руках появилась новая руна с полосой чужого имени. Чонгук.       Чонгук словно почувствовал чужое присутствие и отвлекся от развешивания свежевыстиранного белья. Руна на руке мага юлой вертелась на его левом запястье и ноги оборотня тянули его в сторону мужчины.       — Они снова тебе докучают? — сморщив нос, Чонгук пригладил ворот рубашки мага, под его внимательным взглядом.       — Возможно мне снова придется менять сапоги, — усмехнулся Тэхён, следя, как Чонгук аккуратно вынимает дремлющего щенка из корзинки.       — Прости. Мы столько хлопот тебе доставляем, — прижав обмякшее тело щенка к своей груди, Чонгук зарылся носом в его холку, глубоко вдыхая родной запах.       — Брось, — улыбнулся Тэхён. Его рука с беспокойно вертящейся на ней руной потянулась в сторону мальчишки, и маг позволил себе слабость, заправив выбившуюся темную прядь за покрасневшее ухо.       Магия Тэхёна раз за разом предательски тянулась к этому мальчишке. Из-за него он впутался в масштабный разлад между людьми и магическим советом.       Помня старые обиды, охотникам удалось выследить место, где было поселение стаи. Несколько оборотней были убиты, в том числе и вожак. Чонгук страшно горевал от потери отца, равно как и вся стая. Защищая своих сородичей, он вывел своего зверя из себя и убил человека. Его первая кровь, что навсегда изменила его суть.       Несколько лет стая скиталась по лесу в поисках нового обиталища, пока беспризорные братья Чонгука не навели на свой след самого могущественного обитателя леса.       Тэхён по сей день не жалеет, что впустил в свой дом десяток оборотней и выстоял их честь на магическом совете. Теперь никто не имеет права объявлять на них охоту, но Тэхён до сих пор не решается сообщить об этом Чонгуку. Ему становится не по себе от одной только мысли, что оказавшись вне опасности, Чонгук тут же исчезнет.       За эти несколько месяцев он привязался к мальчишке, к постоянной суете, что приволокли с собой оборотни, к маленьким беспокойным щенкам, что всюду следуют за ним волчком. Он теперь даже не может уснуть без чьих-нибудь подвываний под окном его покоев. В конце-концов, он привык к чужой заботе о нем.       Чонгук ненавязчиво присвоил себе все его хлопоты. Каждый день мальчишка постепенно перенимал все обязанности хозяина, аргументируя это тем, что хочет хоть как-то отблагодарить за помощь.       Теперь его рутина несколько облегчилась, потому что куча домашних дел свалилась с его плеч кубарем прямиком в умелые лапы оборотней. Чонгук, несмотря на свой юный возраст, умело руководил стаей. После смерти его отца ни один альфа не посмел взяться за роль вожака, поэтому Чонгук продолжал вести свой народ. Получалось у него неплохо, но иногда возникали казусы, из-за которых мальчишка приходил к магу с опущенной головой, а стоило ему ее поднять, Тэхён становился свидетелем самому умиляющему представлению. Чонгук умело им манипулировал, дуя губы. Тэхён уже давно не мальчик, поэтому и сам был удивлен, что такие фокусы на нем срабатывают.       Оборотни на его территории усиливали магическую ауру, и возня с мелкой нечистью, так и норовящей ему докучать, тоже незаметно исчезла из его списка дел.       Теперь он даже мог снова посещать небольшой горячий источник, что создал с помощью заклинания. Он находился в километре от его поместья, поэтому руна автоматически срабатывала, стоило ему оказаться в непосредственной близости.       Отодвинув ветви ивы, под которой расположилось крошечное озеро, Тэхён блаженно выдохнул, когда увидел, как озеро уже разогрелось. Махнув рукой, маг под светом активирующихся повсюду рун, от которых сиял мягкий свет, рассматривал округу, проверяя не завелся ли в его отсутствие здесь какой-нибудь черт.       Оставшись довольным, Тэхён скинул с себя мантию и брюки, оставаясь полностью обнаженным. Плавно окунаясь в горячую воду, он блаженно выдохнул, чувствуя, как разгоняется кровь, и руны на его груди тоже оживились, плавно покручиваясь на коже, покрытой испариной.       Прикрыв глаза, маг на мгновение расслабился, но чуткий слух снова уловил привычные звуки. Маленькие лапы перебирающие на своем пути все листья и коряги, сопровождающиеся тяжелым дыханием. Один из щенков с разбегу влетел в озеро. Брызги от его прыжка разлетелись в разные стороны, окропив лицо Тэхёна и напугав своего брата, который мгновенно отскочил от кромки озера.       Тэхён закатил глаза и мягко засмеялся, ловко поймав перебирающего лапами в воде щенка.       Рыжий щенок настороженно окунул морду в озеро и принялся из него пить. Тэхён вздохнул и устало откинулся на спину.       Неожиданно, Тэхён услышал нового посетителя и сотни раз пожалел, что так и не сделал в поместье руны, что не выпускали бы проказливых щенков за его пределы.       — А я думаю, куда их хвосты понесло на ночь глядя, — сонно прощебетал Чонгук, присаживаясь у края озера и мягко проводя ладонью по спине щенка, что улегся у края воды.       Чонгук был в одной длинной футболке и тапочках, сонный и взъерошенный. Благодаря мальчишке Тэхён много нового почерпнул о природе оборотней и знал, что Чонгук — омега. Он уже несколько раз становился свидетелем его девиантного поведения, в котором и проявлялась его природа. Чонгук достиг репродуктивного возраста и сейчас его организм готовился к течке. Последнюю неделю он много спит, много ест и практически не вылезает из постели. Тэхёну выпала честь за ним ухаживать, и он создавал различные рецепты для зелий, чтобы немного смягчить иногда набегающие боли омеги.       Вспомнив, что в воде Тэхён сидит совершенно обнаженный, он неудобно поерзал. Он уже привык иногда видеть на своей территории нагих людей, потому что оборотни не стесняются наготы, ведь перевоплощение дело для них обыденное. Лишь его престарелый управляющий через раз за сердце хватается, приговаривая, что хозяин сошел с ума. Но вот сам Тэхён не привык сверкать нагим перед своими соседями. Даже в баню он всегда ходил один, лишь иногда прихватывая с собой два неугомонных хвостика. Пару раз Чонгук настоял на том, чтобы сделать ему массаж, после небольших стычек с упырями в лесу, и очень долго изучал внимательным взглядом руны на его груди и руках, по-детски радуясь, когда руна с его именем перемещалась в то место, куда он прикоснется.       Засмотревшись на Чонгука, лицо которого немного припухло, Тэхён почувствовал, как щенок в его руках заворочался и поплыл к берегу. Выбравшись, он встряхнул шерсткой и упал под бок к своему брату. Чонгук тихо взвизгнул от брызг, попавших на его голые ноги.       — Когда они перекинутся в человеческое обличие?       — Они могут это сделать в любой момент. Но я не могу на них повлиять. Я не альфа. Они слушались только отца. После его смерти они еще не обращались, — ответ Чонгука сквозил печалью, и Тэхён утешающе сжал его руку.       Руна плавно обернулась вокруг запястья и Чонгук мягко поглаживал ее пальцем. Неожиданно омега стянул с себя футболку, с которой уже больше недели не расставался и смущенно улыбнулся Тэхёну, который тут же отвел взгляд от чужого обнаженного тела. Услышав, как Чонгук плавно погружается в воду рядом с ним, маг невольно придержал мальчишку за запястье, чтобы не поскользнулся об ил на дне озера.       Обернувшись в его сторону, Тэхён вскинул брови, молча спрашивая для чего он в воду полез, раз столько дней отказывался даже принять душ. Чонгук так же молча прильнул к телу мужчины, нежно потираясь о его ключицу засопевшим от удовольствия носом.       Тэхён получил уже достаточно знаний о природе оборотней, несколько месяцев изучая их привычки и манеры. Поэтому такое поведение Чонгука перед течкой немудрено, но то, что он стал предметом его желания, для него удивительно. В их стае с десяток молодых альф, которые неравнодушно смотрят ему в спину, но за защитой Чонгук всегда приходит только к нему. Тэхён соврет, если скажет, что у него от этого не ускоряется ритм сердцебиения.       Тэхён никогда не был склонен к любовным делам, игнорируя письма родственников, что приглашали его на смотрины. Теперь он с удивлением для себя подмечает свою слабость к одному конкретному мальчишке.       — Само-ним мне на днях кое-что сказала, — тихо и еле разборчиво шептал Чонгук в чужое плечо.       Само-ним была самой старшей и уважаемой омегой в их стае. Именно от нее Тэхён получил для своей рукописи по изучению оборотней очень много интересующей его информации. К ней прислушивался каждый член стаи, потому что возраст в их иерархии играл очень важную роль.       — И что же? — в тон мальчишке тихо прошептал маг, водя рукой по повлажневшим кудрям омеги.       — Что я должен подарить тебе наследника, — поглубже спрятав лицо в груди мужчины, выпалил Чонгук.       Тэхён немо приоткрыл рот. Пунцовые уши с головой выдавали смущенного омегу, чье пылающее лицо обжигало чужую грудь. Тэхён почувствовал, как его сердце снова стало биться как заведенное. Он прижал мальчишку ближе.       Услышь он такое парой месяцев ранее, то несомненно впал бы в ступор. Но спустя долгое время проникновенных изучений самой сути бытия оборотней, Тэхён понимает, какую честь ему оказывает Чонгук. У оборотней есть множество обычаев, среди которых есть и обряд ухаживания, и ровно месяц назад Тэхён, сам того не ведая, проявил свое расположение к Чонгуку, принеся ему в подарок свежую дичь. Таковы законы в стае: каждый добывает себе еду сам, для себя или своей семьи. Поэтому омега подарок расценил как ухаживание, готовность создать семью, после витая в облаках следующие несколько дней и демонстрируя алые щеки.       — Ты сам-то хочешь? — сглотнув, выдавил из себя маг.       Чонгук молча прижал руку к груди мужчины, где закрутилась руна с именем омеги в такт его сердцебиению. Дыхание их сбилось, губы столкнулись на влажном выдохе.

***

      Проводя нежно кончиками пальцев по обнаженному бедру, Тэхён с несвойственной ему нежностью гладил кожу омеги, сопровождая свои плавные поглаживания легкими касаниями губ к угловатым плечам. Чонгук в это полнолуние не перевоплощался и не отсвечивал своей лоснящейся угольной шубкой, радуя Тэхёна своим присутствием в его постели. С самого утра маг обнаружил рядом с собой не сопящего омегу, а кучу одеял, в которую Чонгук спрятался от всех, не высунув даже носа. Тэхён с умилением освобождал омегу из его кокона и компенсировал потерянное тепло поцелуями.       Два месяца назад Чонгук свою первую течку провел с Тэхёном, который впервые стал участником подобного. Он никогда не думал, что чужое девиантное поведение способно пробудить в нем самом животное начало. Его кровь была чиста до поры до времени, только прабабушка спуталась в свое время с вампиром, поэтому Тэхён был очень вынослив и немного кровожаден. Во время течки Тэхён сполна понял, какую роль во всем этом играют запахи. Он смог их почувствовать и понимал все сигналы тела омеги, удовлетворяя его потребности. Омега был с ног до плеч усыпан укусами, от которых его тело нестерпимо дрожало от удовольствия. Тэхён каждый из них следом осыпал поцелуями.       Он и не надеялся, что течка в первый же раз даст результат, учитывая, какая у них разная природа. Тэхён впервые кого-то полюбил и о плоде этой любви думал в последнюю очередь, даря омеге как можно больше нежности. Чонгук всегда крайне скромно принимал знаки внимания, будь то букет красивых редких цветов, нарядная одежда или магический предмет. Самым любимым его подарком для омеги остается сапфир, который он заколдовал, чтобы драгоценный камень всегда излучал мягкий свет. Чонгук очень долго и восторженно возился с камнем, положив его около постели и подолгу рассматривая перед сном.       Тэхён трепетно целовал руки омеги, с головой выдавая своей нежностью привязанность. Слова любви висели между ними в воздухе, но Чонгуку не нужно было говорить что-либо. Он оборотень, а физический контакт у волков говорит больше, нежели слова.       Тэхён научился общаться с ним без слов. Каждый взгляд, касание и поцелуй несет в себе особую интонацию.       Сейчас Тэхён касается его нежно, извиняясь за грубости несколько часов до этого. Когда Чонгук, разомлевший от наступившего периода гнездования, буквально сливается с постелью, Тэхён невольно борется с собой, чтобы не придушить омегу в приступе любви в своих объятиях.       Миновал крайне тяжелый день. Близнецы наконец-то совершили перевоплощение. Отправившись на прогулку после обеда, Тэхён привычно вел за собой щенков в безопасную часть леса, и очень сильно удивился, когда после недолгой дремы под деревом, подле него суетились не щенки, а темноволосый мальчишка, что любопытно смотрел на него большими и ясными глазами точь-в-точь как у старшего брата. Чонгук очень сильно расчувствовался, когда маг привел домой мальчишку, крепко обнимая и тихо шепча хвальбы, чтобы ребенок больше не уходил так надолго. Его брат беспокойно суетился вплоть до самого вечера, пока тоже не совершил оборот и засиял ярко-рыжей макушкой под пристальным взглядом сородичей.       Тэхён наконец-то смог переступить через себя и сознался в том, что скрывал несколько месяцев решение совета. Чонгук долго смотрел в глаза мужчине, слушая его исповедь, а после мягко сжимал в руках его волосы, пока тот переваривал свою откровенность, крепко прижав голову к чужой груди. Маг до дрожи боялся, что Чонгук предпочтет ему свободу.       — Ты моих братьев спас из плена собственного зверя. Если бы не ты, они могли бы быть заточены в себе годами. Как я могу уйти, если ты - все, чего я хочу? Я больше не смогу без тебя. Ты - моя семья.       Тэхён бесконечно долго сцеловывал признание с чужих губ. Такой насыщенный эмоциями и впечатлениями день только подогрел и без того держащегося на грани омегу, что уже несколько дней маялся от приближающейся течки.       Из окна лился мягкий лунный свет и Тэхён подоткнул одеяло поближе к млеющему в тепле мальчишке. Чонгук был слишком вымотан переживаниями и первыми порывами возбуждения. Рисуя на белоснежной коже замысловатые узоры, Тэхён оставляет следом легкие поцелуи, но прерывается, как только видит на чужой коже еле видимый закрученный узор. Проведя линию кончиками пальцев по плоскому животу омеги, маг ошеломленно выдыхает. Крохотная печать еще совсем плохо видна, но у него нет ни капли сомнений, что через несколько недель она образуется в плавно перетекающую в своей оси магическую руну.       На душе томно теплится радость, и Тэхён, не сдерживая очередной порыв, утыкается лбом в мягкий живот, проводя по нему носом. Маг трепетно наполняет чужое чрево своей силой, потому что знает, что скоро омеге она понадобится, ведь наследник определенно точно будет магом.