Соединены красной нитью

      Покончив с отступниками великих деревень, мы все переместились на поляну. Ветер тут гулял как хотел, колыша наши волосы и одежду. Казекаге положили на зеленого цвета траву, которая была достаточно высокой и потому теперь обволакивала его. Сакура сразу же склонилась над ним и стала обследовать тело с помощью медицинского ниндзюцу. Под её ладонями появилось светло-зеленое свечение.       — Сакура-чан? — в надежде проговорил Наруто. Но та в ответ отрицательно покачала головой, опустив ослабшие руки вдоль своего тела. Все присутствующие помрачнели, а я сжала кулаки и сделала шаг в сторону Казекаге.       — Я говорила уже вам, что помогу, даже если это будет выше моих сил, — аккуратно присела возле Гаары, на что Сакура подвинулась в сторону, освобождая мне место рядом.       — Что ты задумала, несносная девчонка? — воскликнула Чиё-сама.       — Возвращаю Казекаге к жизни, — достаю иголку из небольшой сумки коричневатого цвета, закрепленной у меня на талии, и протыкаю палец молодого парня. Слизываю появившуюся на кончике иглы свежую кровь. После чего раскрываю его бордовый плащ в районе сердца, прокусываю свой палец и наношу печать в виде кандзи со значением «жизнь» на бледную кожу, под которой находится сердце. Все внимательно смотрят за моими действиями. Я чувствую их взгляды и напряжение. Достаю из того же кармана более длинную иглу и резко протыкаю сердце Казекаге, раскрытую ладонь я опускаю прямо на иглу и из моей раны начинают капать капли алой крови, смешиваясь с кровью молодого Казекаге, свободной рукой я складываю ещё несколько печатей и по телу молодого человека расползаются кровавые печати.       — Прекрати! — кричит мне старейшина. — Эта техника запрещена, Касуми, вашим же кланом. Не смей её заканчивать! — но я не слушаю Чиё-саму и продолжаю складывать печать. Сакура встревоженно следит за моими действиями и, услышав слова старейшины хочет взять меня за руку, но я качаю головой, и она послушно отдергивает её, прижимая к себе.       — Что произойдет, когда она закончит технику, Чиё-сама? — Какаши встает с земли на ноги и, открыв шаринган, смотрит за действиями подопечной. Неджи тоже активирует свой бьякуган, внимательно рассматривая изменения в теле молодой куноичи и правителя Суны.       — Она умрет, — шепчет женщина. На их лицах собравшихся появляется выражение шока. Всё тело молодого Казекаге уже покрылось печатями, и вдруг они резко начинают собираться на запястье в левой руке в виде браслета. Я чувствую, что силы покидают меня, но напоследок успеваю вытащить иглу из бледного тела.

***

      Чиё-сама резко для своего возраста оказывается возле молодой куноичи и использует теперь уже свою запрещенную технику. Вокруг появляется много шиноби Песка. Казекаге резко вскакивает, на сколько позволяет ему его состояние, и оглядывается, Наруто сразу же бросается обнимать своего друга, которого не видел уже очень давно.       — Каждый пришел, чтобы спасти тебя, — улыбается ему джинчурики девятихвостого демона. — Но спасла тебя… — ему не дают договорить, какие-то две молодые куноичи, отпихивая его с криком: «Гаара-сама!».       — Что вы делаете, Чиё-сама? — Темари подходит к старухе. — Это что, Касуми? — девушка садится рядом на колени, с выражением ужаса на лице. — Она, она, — старшая сестра Казекаге не может закончить предложение и прикрывает рот ладошкой.       — Она мертва? — к сестре подходит Канкуро, после того как встретился с младшим братом, потрепав того по волосам. — Что случилось? Как это произошло? — он засовывает руки в карманы брюк и переводит взгляд на команду Какаши.       — Она спасла тебе жизнь, Гаара, — начал говорить Наруто. Гаара пытается сделать шаг, но покачивается, чуть не упав. Заметив это, ему тут же помогает голубоглазый парень, взяв того под руку. Он ведет друга к телу мертвой девушки. — Касуми использовала запрещенную технику своего клана и пожертвовала своей жизнью ради тебя, — глава деревни Скрытого Песка опускает взгляд и только сейчас замечает кровавого цвета печать в виде тонкого браслета на своём запястье.       — Зачем она это сделала? Она даже не знала меня, — тихо шепчет Гаара. — Госпожа Чиё, что вы делаете? — уже решительным голосом говорит Казекаге.       — Она сделала то, что хотела сделать я. Моей целью на этом задании было победить внука и вернуть тебя к жизни, парень. Касуми не должна была умереть сегодня, это должна быть я. Поэтому теперь возвращаю её к жизни я, — ладони старейшины продолжают светиться голубым светом, наполняя хрупкую, но такую смелую куноичи жизнью и отдавая взамен свою.       — Ты уверена в своем решение? — к старухе подходит такой же старик.       — Абсолютно! — тот кивает, пока все внимательно следят за происходящим. Свет, исходивший из ладоней старейшины, погас, и женщина обессилено падает на руки к Сакуре. Жизнь покинула эту женщину, но взамен наполнила жизненной энергией другую. Она умерла с улыбкой в глазах. Шиноби решают сразу же почтить память Чиё-самы, все молча склоняют головы, так они стоят несколько минут в полной тишине.       — Почему Касуми не приходит в себя? — Наруто первым подает голос и переводит взгляд на Сакуру.       — Во время боя она использовала клановую технику, чтобы сразу извлекать яд Сасори.       — Так же как она сделала с Канкуро? — спрашивает Какаши, засунув руки в карман брюк.       — Да. Скорее всего, это и её запрещенная техника сказываются на том, что она ещё не очнулась, но она жива, Наруто-кун, — никто не заметил, как Гаара облегчено выдохнул после этих слов.       — Похоже, парни Собаку-Но теперь должны своими жизнями Касуми, — слегка улыбнувшись, на сколько позволяла данная ситуация, произносит Темари, на что Канкуро закатывает глаза. Гаара же высвобождает свой песок и, положив на него тела Касуми и Чиё-самы, двинулся вперед, всё также придерживаемый Наруто.       — Ты права, Темари. Мы должны ей, — он ещё раз бросает взгляд на девушку с пшеничными волосами, потом на свое запястье, и уверенно идет вперед.       Несколько шиноби находятся в кабинете Казекаге-самы.       — Может быть вы останетесь здесь хоть ненадолго? — спросил Гаара сложа руки в замок перед собой.       — К сожалению мы не можем, нам нужно доложить обо всём Хокаге-саме, — шиноби Конохи были потрепаны сражениями, но они не могли и дальше тут оставаться. Их задание закончилось и теперь пришло время возвращаться в родную деревню.       — Что насчет Касуми? — спросила Темари, сложив руки в замок сзади себя. — Она так ещё и не очнулась.       — Касуми останется здесь под чутким надзором ваших врачей, в таком состоянии мы не можем её доставить в Коноху, слишком опасно, — проговорила Сакура.       — Но как только она придет в себя и будет прекрасно чувствовать, отправьте письмо Хокаге о том, что Касуми возвращается в Коноху, — проговорил Какаши.       Поздним вечером, тихо раскрыв седзи, в белое помещение проходит молодой человек, он останавливается рядом с кушеткой, на которой лежит куноичи. Рассматривает каждый миллиметр её лица, слышит её мирное дыхание. Она так и не приходит в себя. В его голове один вопрос крутится со времени его пробуждения: «Зачем?». Он протягивает к её руке свою ладонь. Неожиданно для него он замечает на её запястье точно такую же печать в видео тонкой нити темного цвета, как и у него. Он отдергивает руку и резко выходит из палаты. Бесшумные шаги покинули стены больницы так же быстро, как и появились в ней. Глубокий вдох и девушка открывает свои серые глаза, но в палате уже никого нет. Открой она глаза всего на пару минут пораньше, то заметила бы как молодой Казекаге без стеснения рассматривал свою спасительницу, возможно бы она услышала бы его бархатистый голос, который спросил бы зачем она это сделала. Зачем пожертвовала своей жизнью ради неизвестного для неё человека.       Она поворачивается в сторону круглого окна, за которым просматривается прекрасное звездное небо. Оказывается, в Суне так четко можно рассмотреть разные созвездия. Небо даже чище, чем в Конохе. Удивительно. Девушка закрывает глаза.       — Почему я жива? — шепчет она, не узнавая свой собственный немного охрипший голос. — Неужели я не смогла спасти Казекаге-саму? — По её щеке скатывается слеза. — Я же сделала всё правильно, так почему? — Она быстро смахивает её с щеки, отворачиваясь от окна, и проваливается в сон.       Настойчивые лучи солнечного света проскальзывают в открытое окно и мешают мне спать. Проснувшись окончательно, открываю глаза и осматриваюсь. В моей палате находится врач в фирменной одежде шиноби медиков Скрытого Песка.       — Вы уже очнулись? Это очень хорошо, — мужчина подходит ко мне. — Ваши показатели в норме, остатки яда мы нейтрализовали противоядием, которое нам оставила ваша сокомандница Сакура-сан, поэтому организм в полном порядке, — мужчина проверяет записи, которые держит в своих руках. — За вами скоро придет Темари-сан и проводит к Казекаге-саме, — он кивает скорее самому себе головой, внимательно изучив какие-то показатели, а после чуть отходит, всё также не отрывая свой взгляд от бумаг.       — Он жив? — мой голос чуть дрогнул. Мужчина наконец-то отрывается от документов и поднимает свой взгляд на меня.       — Кто? — не поняв моего вопроса, он хмурится и смотрит на меня.       — Казекаге-сама, — хрипло отвечаю я, боясь услышать ответ.       — А, да, — улыбается он. — Гаара-сама в полном порядке. Спасибо вам огромное за проделанную работу, — мужчина чуть кланяется мне и улыбается. Я хотела ещё кое-что спросить, но мужчина быстро попрощается со мной и ретируется из моей палаты. Тяжело выдохнув, я привстаю с кушетки и опусткаю ноги на холодный пол. После пустынной ночи пол ещё не успел нагреться, утро только наступило. Моя обувь стоит рядом с больничной койкой, далеко идти не придется. Обувшись, я прохожу к окну и вдыхаю свежий воздух. Оказывается, каждая Скрытая деревня по-особенному прекрасна. В Суне, тоже есть свой шарм, который не замечаешь сразу, как только оказываешься в этом месте. Кажется, что всё одинаковое и нет никакого разнообразия, но на самом деле в этом и есть изюминка этой деревни. После разнообразной Конохи, которая была очень пестрой, напоминая сборную солянку, в которой всё намешано, глазу было приятно смотреть на однообразную архитектуру зданий.       — Как ты себя чувствуешь, Касуми? — я вздрагиваю и выскальзываю из своих мыслей. Так погрузилась, что не заметила, как ко мне в палату вошли. Не спеша поворачиваюсь к гостю.       — Всё хорошо, Темари. Спасибо, что поинтересовалась, — легкая улыбка проскальзывает на моем лице. Девушка уверенными шагами преодолевает расстояние между нами и я резко оказываюсь притянута к теплому женскому телу.       — Касуми, спасибо тебе большое. Я даже не знаю, как тебя отблагодарить. Ты вытащила моего младшего брата с того света. И даже не пожалела своей собственной жизни, — я слышу всхлипы, но не могу увидеть лицо девушки, её голова покоится на мое плече. Аккуратно начинаю поглаживать по спине куноичи Песка, тем самым успокаивая. — Не знаю, что бы делала, потеряв их обоих, — куноичи всё также подрагивает всем телом, но уже, оторвавшись, легко держит меня за плечи и смотрит мягким взглядом на девушку, спасшую жизнь её братьям.       — Не думай о том, что не случилось, Темари, — мы обе выходим из палаты и отправляемся на выход из больницы. Нам было бы быстрее добраться по крышам зданий, но мое тело ещё не до конца вернулось в норму, пока лишний раз не стоит перетруждать свои организм.       Мы идем по деревне в направление к резиденции Казекаге.       — Темари, но что случилось после того, как воскрес Гаара-сама? Я не должна идти сейчас здесь с тобой, ведь мне известны последствия моей запрещенной техники, — девушка с четырьмя хвостиками смотрит на меня, а её взгляд заметно погрустнел.       — Чиё-сама, вернула тебя к жизни, — мои руки от услышанного сжимаются в кулаки. — Она сказала, что ты не должна умереть сейчас, Чиё-сама хотела самостоятельно вернуть Гаару к жизни, но ты её опередила. Она ушла в мир иной с улыбкой, — Темари, остановившись, приобнимет меня за плечи. Как знала, что не всё так идеально произошло. Я опускаю взгляд на своё запястье, на нем красуется печать.       — Темари, — девушка переводит свой взгляд на меня, — боюсь произошла большая ошибка.       — О чем ты? — одна бровь Темари удивленно приподнимается к верху. Но я решаю не продолжать мысль. Скоро мы окажемся у Казекаге и там уже раскрою, что же всё-таки произошло, ведь это касается теперь не только меня.