Соединены красной нитью

      Палящее солнце Суны перестало опалять мою нежную кожу, неподготовленную к такому резкому климату. Теперь багряные лучи заходящего светила невесомо окрашивали деревню в тёплые оттенки, согревая взгляд, пробегающий по улицам. Я прогуливалась до своего нового дома в сопровождении ученицы Гаары, которая кидала в меня весьма недружелюбные взгляды, начиная с моего внезапного появления в кабинете главы деревни.       — Хочешь что-то мне сказать? — я не обернулась в её сторону, но заметила как она дернулась, не ожидая услышать от меня хоть какую-то реплику, ведь шли мы весь путь в тишине, не мешая друг другу. Но напряженная атмосфера между нами повисла вокруг, давя своим весом.       — Что у вас с Гаарой-самой? — она остановилась посередине улице, сжимая кулачки. Некоторые прохожие стали обращать на нас своё ненужное внимание. Людям всегда интересно подглядывать за чужой жизнью.       — Идём, не стоит останавливаться и привлекать лишние взгляды, — девчушка встрепенулась, озаряясь по сторонам и поспешила догнать меня, понимая, что не стоит выставлять на публику наш разговор.       — Ты так и не ответила? — она поравнялась и теперь наши плечи были на одной линии.       — Я думаю взаимоотношения с Казекаге-самой — это только наше с ним дело. Ты так не думаешь? — я повернула голову в её сторону и немного приподняла свою правую бровь. Мацури насупилась, но кивнула, соглашаясь с моими словами.       — Но я вижу как он на тебя смотрит! — не унималась она. Я тяжело выдохнула. — Он ни на кого так не смотрел, — чуть тише добавила ученица Гаары, опустив глаза в землю, покрытую тёплым песком, нервно теребя свои, не обделённые солнечным светом, пальцы.       — Он тебе нравится, — она удивленно оборачивается на меня. На моем лице появилась тёплая улыбка. — Но та ли эта влюблённость о которой ты думаешь? Или это может быть просто восхищение сильным шиноби, возвышенного до образа идола? — девушка приоткрыла рот, хотела что-то сказать, возможно, опровергнуть мои размышления и отстоять свои чувства, но она прикрыла губы обратно в тонкую напряженную линию, и свела задумчиво свои тонкие брови. Я перевела свой взор к небу, что стремительно начинает менять свой вечерний окрас на ночной. «А то, что чувствую я к Гааре, является ли любовью?»       Напор горячей воды, обволакивал мое распаленное тело, которое уже успело согреться, находясь под этим домашним водопадом значительное время. Проведя ладонями по волосам, приглаживая их назад, я подставляю своё лицо под тёплые струи. Неужели наступило мирное время? Почему мы так долго шли к этому? Почему, чтобы жить спокойно, нужно пройти такой тернистый путь полный боли, страданий и разочарований? А как теперь жить, как расслабиться и не переживать по каждому поводу? Война закаляет, но также она ломает, каждого по-своему. Увидев смерть, много смертей, кто-то лишился своих близких прямо на своих глазах, кто-то в это время был на грани смерти, отдавая свою душу Шинигами, но бог посмеялся и в последний момент отцепил свои клешни от сердца и сказал: «Постарайся теперь выжить» и ты должен выжить, ведь вновь встречаться с этим божественным существом тебе не хочется, но и желание жить так просто не вернуть, когда из тебя высосали всю жизненную энергию. Приходится медленными шагами протаптывать себе обратный путь через темный туннель, чтобы у тебя вновь получилось улыбнуться искренне, а не натянутой тетивой. Но война, как ломает, так и скрепляет нас. В тот момент мы все вместе сказали нет войне и смогли справиться с агрессором всего мира. Вы становитесь одним целым, ведь иначе вам не победить общего врага. Вы действуете сообща, сражаетесь плечом к плечу, даже если раньше вы люто ненавидели, презирали друг друга. Так и стали великие страны одним целым, которое смогло преодолеть преграду вражды и объединится в это непростое время. Но стоило ли наше безмятежное будущее всех этих потерь? Поворачиваю голову в сторону, открывая глаза, тёплый свет лампочки светит в лицо, подсвечивая стекающие по щекам соленые слёзы, смешивающихся с горячими каплями воды.       В Суне мне предоставили собственную квартиру, она небольшая то, что нужно для одного человека. Это не общежитие в Конохе наполненное снующими туда-сюда ниндзями, вечно опаздывающие и спешащие куда-то. Это мой собственный уголок, принадлежащий только мне. Квартира находится на последнем этаже и занимает весь небольшой этаж. Благодаря навыкам шиноби у меня есть прекрасный выход на крышу через мой балкон, на котором я сейчас стою. Из этой точки открывается прекрасный вид на резиденцию Казекаге, прямо на окна кабинета главы деревни, в котором до сих пор горит свет, и это в два часа ночи то. Нисколько себя не жалеет. Гаара так старается ради своей деревни, что забывает про себя, изнуряет свой организм бесконечной работой. Прикрываю глаза и просто наслаждаюсь мгновением спокойствия, образовавшиеся этой ночью. Мне кажется именно сейчас я себя чувствую на своём месте, я там где должна быть. На душе умиротворённая гладь чувств и кристально чистые мысли в голове.       За спиной раздаётся шелестящий звук приземлившегося песка. Резко открываю глаза, попутно доставая из-за пазухи холодное окружение в виде куная, направляя его на вторгнувшегося чужака. Стоило только расслабиться, как опасность подкралась за спиной. Но подняв взгляд на вломившегося в мою новую обитель, я встретилась с песчаной стеной, что надежно защищала своего хозяина, постепенно оседая на пол и плавно собираясь в песчаную тыкву. Я устало опускаю руку с кунаем.       — Реакция у тебя на высшем уровне, Касуми, — раздаётся бархатный голос, после того, как все песчинки собрались в своём хранилище. — Чуть не лишила меня головы, — лукаво хмыкнул молодой человек.       — Не нужно было появляться неожиданно за моей спиной, — отворачиваюсь, обиженно, от него, опираясь на руки и опуская взгляд вниз. — Знаешь же, что шиноби машинально реагируют на опасность.       — Знаю, — он становится рядом со мной, кладя свою холодную ладонь, поверх моей, чуть сжимая её.       — Почему не отдыхаешь? Ты до сих пор не можешь спать спокойно? — всё также не поднимаю на него свой взгляд, гулящий по ночным улицам Суны.       — Нет, могу. Теперь я научился спать, как нормальный человек. Просто Луна сегодня красивая. — я удивленно поворачиваюсь к нему. У него прикрыты глаза, он просто наслаждается моментом. Я вытаскиваю свою ладонь из-под его и всем корпусом поворачиваюсь к нему. Внимательно вглядываясь в его профиль. — Ты так не думаешь? — он склоняет голову в мою сторону и открывает свои ясные лазурные глаза, подсвечиваемые лунным блеском.       — Такая красивая, что умереть можно, — я переплетаю наши пальцы и подхожу ещё ближе к нему, кладя голову на мужское плечо. Он улыбается, ощущаю дыхание возле своих волос, Казекаге нежно прикасается своими сухими губами к моей светловолосой макушке. Я прикрываю умиротворенно глаза. Мы вдвоём наслаждаемся этой ночью, которая стала для нас волшебной, благодаря красивой Луне.       — Тебе нужно идти отдыхать, Касуми. Сегодня был насыщенный для тебя день, — я кивнула и направилась в комнату.       — Ты останешься со мной сегодня? — я зажмурила глаза в ожидании ответа, задержавшись в проеме.       — Буду с тобой пока не заснёшь, — его шаги раздаются за моей спиной. Мы вместе направляемся в мою спальню. В комнате был приятный холодный ночной воздух, пришедший сквозняком с открытого балкона. Я легла на постель и укрылась, почти с головой, одеялом, которое ещё не успело согреться. Гаара сел на краешек кровати с моей стороны у моих ног. Руки его находятся на коленях, сложённые в замок, сам он опустил голову вниз.       — Полежи рядом со мной, — он повернулся в мою сторону и внимательно всматривался в мое лицо. — Пожалуйста, — прошептала я и прикрыла глаза не в силах выдержать его сосредоточенные лазуриты. Слышу пару секунд шелест движений. Матрас прогнулся под чужим весом. Открываю глаза и встречаюсь с его. Он лежит боком ко мне, поверх одеяла, подложив руку под голову. Моя рука тянется к его бледному лицу, нежно проводя по скуле, поглаживая большим пальцем. Я слежу за движением своей руки, несмотря на Гаару, смущаясь его взора. Он медленно двигается в мою сторону и оставляет на моем лбу лёгкий поцелуй. От этого нежного действия прикрываю глаза, наслаждаясь теперь тёплом его тела, которым он обнял меня, притянув к себе ближе.       — Засыпай, Касуми.