А ты разве сможешь?

      Я вновь взяла маленькое холодное лезвие и ввела его глубоко под кожу, рассекая все новые и новые участки своего тела. Слезы бежали из глаз, а кровь из левой руки. Она стекала аккуратными дорожками, пачкая кафель и пропитывая дорогую пижаму Victoria's Secret. Приятная эйфория накрывает. Все как всегда. Один, два, три... пятнадцать. Кажется, слишком много. "Остановись!" - шептал какой-то кусочек разума. "Еще разок, и остановишься." - отвечал другой. Делаю двадцатый надрез и нехотя выпускаю железку из пальцев, пытаясь оттолкнуть ее подальше от себя. "На четыре больше, чем мой личный рекорд..." - пронеслось в голове, а рука обессиленно потянулась к телефону.       Я почти не прибегаю к этой крайней мере. Это всего лишь второй раз. Один гудок и таймер вызова побежал. - Даш, мне плохо. - еле прошептала я в трубку. - Сейчас буду. - устало сказала она. - Ты опять резалась? - Да. - Блять. - на заднем фоне уже слышен ключ, поворачивающийся в замке. - Сколько? - Двадцать. - Потерпи, зайчик, я скоро. - Да куда ж я денусь. - попыталась отшутиться. Не получилось. - Я как-нибудь потом тебе объясню. - устало ответила подруга. Молчание.       Прошло 5 минут, вызов сброшен, а сопение в трубке сменилось звуком открывающейся двери. Хорошо, что живем совсем близко. Уже через несколько секунд она, с аптечкой в руках, рядом. - Привет. - прошептала я ей. - Привет, привет... - Даша села на колени, пытаясь оценить масштаб моего срыва. - Солнце, ну зачем ты так? - Ты все и так прекрасно знаешь. - Сейчас может быть больно, даже очень. Потерпи. - Угу.       Она вытерла кровь, чем-то полила на порезы. Было больно, но я лишь слегка поморщилась, не было сил даже вскрикнуть. Она приложила к порезам кусочек ваты и забинтовала руку, после чего сходила в комнату за чистой одеждой и помогла мне переодеться. - Ты как? - спросила меня Даша, когда мы шли в спальню. - Нормально. - отмахнулась я. Я уже и не помню, как ощущается это "нормально". - Я про физическое самочувствие. - устало выдохнула она. - А, почти не болит, на удивление. - Хорошо. Думаю, ты потеряла не критично много крови. Давай спать. Поговорим с утра.       Подруга расправила постель, помогла лечь и накрыла одеялом. "Как мама в детстве..." - пронеслось в моей голове. - "Нельзя плакать!" Даша расположилась рядом, мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я повернулась на бок. Спать абсолютно не хотелось, поэтому я вновь стала копаться в себе, анализируя все дерьмо, происходящее в моей жизни, с самого начала, в надежде найти хоть-какой-то выход (наивная).

***

14.03.2020

      Пары отменили и я, наконец, как следует выспалась. Разблокировав телефон, я пришла в восторг, увидев сообщение от любимого. «Доброе утро) У меня есть для тебя небольшой сюрприз. Я заеду за тобой в 19:30. Люблю.» Я быстро напечатала ответ.

«Доброе. Хорошо, я тоже тебя очень люблю❤️»

      Предвкушая сегодняшний вечер, я направилась на кухню, где мама уже готовила мой любимый завтрак. - О, ты проснулась? Привет, солнце. - Привет. - ответила я и крепко обняла родного человека.       Следующие несколько часов мы провели за разговорами ни о чем, после чего я стала собираться, ведь время уже подходило к 18:00.       Я надела достаточно короткое черное платье в стиле "baby doll" с нежными фатиновыми рукавами и тонкие капроновые колготки в тон. Светлые волосы уложила в небрежные локоны с убранными назад передними прядями, а макияж состоял из нюда с глиттером и стрелками.       Я уже заканчивала со сборами, когда мой телефон издал мелодию, оповещающую о входящем вызове. Я думала, что позвонил мой парень, но это оказалась его мама. - Добрый вечер, Ирина Сергеевна. - Олечка, Даня разбился на машине. - через плач произнесла она. - Господи... Он жив? - Нет. Он погиб на месте. - после этих слов убитая горем женщина закончила вызов, а я медленно сползла по стенке, прижимая телефон к груди.       Услышанные слова стояли комом в горле, мозг просто отказывался это принимать. - Нет, нет, - зашептала я, понемногу осознавая происходящее. - НЕТ... - шепот перерастал в крик, на который прибежала моя мама. - Солнышко, что случилось? - взволнованно спросила она. - Даня... разбился... на... машине. - глядя куда-то в пустоту, медленно и четко проговорила я, будто пробуя эти страшные слова на вкус. Не было даже слез, просто перед глазами крутились наши счастливые моменты вместе, словно я смотрела нарезку из видео.       Мы знали друг друга с 13 лет, встречаться начали в 15. Он - моя первая любовь, мой первый поцелуй, первый "мужчина". Все считали нас идеальной парой. Но больше нет никаких "МЫ", есть только "Я".       Следующие несколько дней вовсе не сохранились в моей памяти. Я даже не пошла на похороны. Сейчас очень виню себя за это, но я не выдержала бы. Только спустя неделю я нашла в себе силы, чтобы встретиться с его мамой. - Он хотел сделать тебе предложение тогда. Ехал, волновался. Какой-то бухой мудак врезался прямо в бочину, шансов совсем не было. Там... парень, который оказался рядом, отдал мне вот это. - Ирина Сергеевна протянула мне красную бархатную коробочку в виде сердечка, в которой находилось тоненькое кольцо из белого золота. - То самое кольцо, которое ты должна была получить. Еще он рассказывал мне, что последние слова Дани были: "Пусть моя девочка будет счастлива. Люблю ее."       Это было последнее мое взаимодействие со внешним миром. Потом я, казалось, сошла с ума. Не выходила на улицу и не контактировала ни с кем. Вообще. Я отказывалась даже от психологов, уверяя всех в том, что мне всего лишь нужно время. Существовали только я и мое горе. Целыми днями я лежала, персматривая наши совместные фото и видео, пыталась разобраться в себе. Ела крайне редко, удивительно, что не дошло до анорексии. Изредко посещала дистанционные пары и делала домашнее задание. Это был неплохой способ отвлечься, но скорее я делала это в память о Дане. Помню, как он поддерживал меня, но вместе с этим ужасно волновался. Когда мы увидели мою фамилию в числе первых, указанных в списке поступивших в МГИМО, он радовался, казалось, больше меня.       Я настолько погрузилась в себя, что упустила одну, очень важную деталь. Моя мама. С каждым днем она угасала, а я не замечала.

23.04.2020

      40 дней. 40 дней, как нет его. 40 дней с момента, когда я поняла, что больше никогда не почувствую его запах. Никогда не коснусь его губ своими. Он никогда больше не обнимет меня, так по-особенному, как мог только он. 40 дней... та дата, после которой принято "отпускать" человека, но у меня не получалось.       Когда я обдумывала все это, в дом зашла бригада "скорой". Новые люди в моей жизни заставили немного напрячь мозг и вернуться в реальность. - Что происходит? - спросила я, с ужасом глядя на то, как маму кладут на носилки. - У нее, вероятно, инфаркт. Эти слова были словно холодная вода, которой меня окатили. Только сейчас я поняла, что могу вот-вот лишиться еще одного из самых дорогих мне людей. - Я еду с вами.       Мучительные часы в больнице тянулись, казалось, целую вечность. Наконец, в дверях со страшной табличкой "Реанимация" появился врач. - Что с ней? - Мы сделали все, что могли, но не смогли ее спасти. Соболезную вашей утрате. - грустно произнес тот.       "Она просто не выдержала... не выдержала смотреть на то, как ее любимый, единственный ребенок сам себя убивает изнутри. А этот ребенок, эгоистичная псина, если быть точнее, настолько был занят своей хуйней, что не замечал ничего вокруг." - подумала я.       "Дальше - только выживание, но никак не жизнь."

***

      Из воспоминаний меня выдернул еле слышный всхлип сзади. Я повернулась к Даше лицом и увидела блеснувшие на ее глазах слезы. Я без лишних слов придвинулась к ней, заключая в объятия. - Все будет хорошо. - Я... я просто не могу тебя потерять. Я не прощу себе этого. - Солнце, я справлюсь, я обещаю. С твоей поддержкой - тем более. - я прижала подругу к себе поближе, слыша, как она постепенно успокаивается.

***

      Даша всегда была рядом. Мои родители воспринимали ее как вторую дочь, ее меня - аналогично. Когда я сообщила ей о переезде, она уговорила свою семью сделать тоже самое. Когда не стало Дани, она, наплевав на пандемию и карантин, ездила ко мне домой каждую неделю, несмотря на то, что я ее совсем не замечала. После смерти моей мамы она сама перевезла все мои вещи на другую квартиру, лишь бы я не волновалась лишний раз.       Она всегда была сильной, всегда на позитиве. Иногда мне казалось, что ее ничем не подкосить. Но однажды я услышала, как мой папа, который был вынужден остаться в родном городе, чтобы обеспечить нам с мамой хорошую жизнь, позвонил ей. Я слышала, как она сквозь слезы говорила, что готова отдать что угодно, лишь бы мне стало лучше. В тот день я впервые в жизни услышала как она плачет.       Я не подала виду, но именно этот случай послужил хорошим таким пинком под зад и заставил меня хоть немного очнуться, привести свою жизнь в относительный порядок.       Видели бы вы ее горящие глаза, как она обнимала меня и рыдала от счастья, когда я сама подошла и попросила ее записать меня к психологу.       Фактически, сейчас я жива только благодаря этому солнышку по имени Даша.

***

      Наконец, чувствуя тепло близкого человека, я провалилась в сон...