Шрамы остаются навсегда

- Гарри! – Гермиона и Рон бежали к Гарри, стоявшему посреди мощеной внутренней площади. Ветер разносил лоскуты уничтоженного тела Лорда. Гарри стоял, ничего не слыша, задрав голову вверх, пока чужие руки не обвили его и громкие голоса не наполнили уши звоном. - Гарри, ты сделал это! – кричал Рон. - Ты в порядке? Не ранен? – суетилась Гермиона. Площадь заполнялась шумом, на улицу выбегали люди. Рядом возникли Джинни, Невилл и Полумна, а потом все семейство Уизли, Хагрид, Кингсли, Макгонагалл, Флитвик, Стебль — Гарри не мог разобрать ни слова из того, что все разом кричали ему, не мог понять, чьи руки обнимают, тянут, толкают его; сотни людей теснились к нему, желая прикоснуться к Мальчику Который Выжил, благодаря которому все наконец кончилось… *** Все медленно стекались в Большой Зал. Тел там больше не было, их перенесли в другие залы, столы снова стояли на местах. Люди рассаживались на лавках, никому в голову не приходило делиться на факультеты. Садились вперемешку, как попало, за столами смешались преподаватели и ученики, призраки и родители учеников, все разговаривали, улыбались друг другу, но громких поздравлений и криков радости не звучало. - Пришло распоряжение из Министерства, - Кингсли рассказывал Гарри полученные новости. Они медленно шли между столов к возвышению в конце Зала. – Скоро здесь будет уполномоченный Аккер Брадшо и авроры. В Министерстве, судя по всему, решили не растягивать и провести некий суд прямо здесь. Боятся, что пойманные нами Пожиратели сбегут. Брадшо будет решать кто не виновен, а кто прямо отсюда отправится в Азкабан. Вряд ли проверять будут всех, но собрать велели. - Не пойму каким образом он будет решать кто виновен, - ответил Гарри нахмурившись. - Сомневаюсь, что будут просто беседовать. - Говорит знает способ, как наверняка проверить, но ничего конкретного. Через пару минут он должен быть здесь, вот и узнаем. Кингсли кивнул, оканчивая разговор и направился к столу, где сидели Макгонаглл, Тонкс и Люпин. *** Гарри, Рон и Гермиона сидели почти у края стола, сейчас никто не подходил к Мальчику Который Выжил с поздравлениями или чем-то еще. Гарри подробно рассказал друзьям все что случилось в Запретном лесу. Пересказав свой разговор с Дамблдором, он замолчал. Гарри до этого момента занимали мысли о победе, конце войны и дальнейших планах, он почему-то не задумывался как именно он выжил. В воздухе повис неозвученный вопрос. Рон и Гермиона нерешительно переглянулись. Они не спешили нарушать тишину, обдумывали как преподнести неожиданную правду. Закусив губу, Гермиона подняла взгляд: - Гарри, постарайся отнестись к тому, что я сейчас скажу, спокойно. И я сама знаю не много, думаю, не со мной тебе надо разговаривать об этом, хорошо? - Эээ… Ладно, хорошо, - кивнул Гарри. - Мы на самом деле не уверены на все сто процентов в этом, - прокомментировал Рон. - Да. Если это правда, то я не знаю как так получилось, что ты сам об этом не знал… - Не тяните, - перебил Гермиону Гарри. - Кажется Драко Малфой твой… соулмейт, - на грани слышимости сказала Грейнджер. - Вот… - И это он оживил тебя, - добавил Рон. - Мы не уверены как. А до этого оживил и Фреда. С ним кстати все хорошо, он ни на что не жалуется. А ты как? Гарри молчал, изумленно смотрел на друзей. Те смотрели на Гарри, ждали его реакции. Молчание все затягивалось. Гарри развернулся и встал из-за стола. - Гарри, - за ним вскочили Рон с Гермионой. Но Поттер никуда не пошел. Он мотал головой и искал взглядом по залу светлую макушку Малфоя. Пойманные Пожиратели Смерти сидели в ряд у одной из стен. Многие, можно сказать, сидели там добровольно, сдались сами и сейчас просто мирно ждали, что с ними будет дальше. Но были и те, кого в самом деле пришлось ловить. Корбан Яксли, Фенрир Сивый, Август Руквуд, Уолден Макнейр и еще несколько человек сидели отдельной группой от других Пожирателей, за ними следили члены Ордена. Драко и его родители сидели за соседним столом от троицы, буквально в десяти шагах. Они, прижавшись друг к другу, тихо говорили. Заметив их, Гарри сделал шаг навстречу, но тут же резко остановился. И что он будет делать? Что он скажет? С чего вообще начать? Тут боковая дверь, слева от преподавательских столов, громко открылась. В зал заходили один за другим маги в аврорских мантиях. Один из них вышел вперед и молча окинул зал взглядом. Другие равномерно расходились по Большому Залу, выстроились по периметру зала и в проходах меж столами. Оставшийся прошел к краю возвышения, встав посередине. Это был невысокий худощавый мужчина, с острыми чертами лица. Уверенно проведя рукой по гладкой прическе и отдернув полы старомодного шерстяного пально, он громко заговорил, скрестив руки за спиной. - Меня зовут Аккер Брадшо, я представитель Министерства Магии. Министерством было принято решение сегодня, прямо здесь, провести проверку каждого присутствующего на причастность к деятельности Пожирателей Смерти и пособничество Темному Лорду. Я лично буду принимать решение о дальнейшей судьбе каждого из тех, к кому имеются какие-нибудь вопросы от Министерства. Решение будет непредвзятое и основываться на неоспоримых фактах, предоставленных вами же. Профессор Снейп, - Брадшо указал рукой на боковую дверь, из которой только что вышел профессор, - по данным министерства имеет в своем распоряжении особое зелье его авторства. Эффект этого зелья схож с легилименцией. Выпивший его маг, впадает в безобидное для его здоровья бессознательное состояние, а мы сможем посмотреть интересующие нас воспоминания. Эти воспоминания будут витать в воздухе в виде изображения. Присутствующие в зале зашевелились и зашептались. - У кого-то возникнет вопрос почему мы проводим эту процедуру здесь, при всех, а не за закрытыми дверьми в приватной обстановке. Это сделано для того, чтобы исключить возможность подтасовки результатов проверки. Как видите, все прозрачно. Разумеется, решение будет приниматься не категорично, я учту все смягчающие обстоятельства. Никто не будет осужден за то, за что ему нести наказание не следует. Если у кого-то есть какие-нибудь вопросы, задавайте мне. - А может быть такое, что покажут всем какое-нибудь личное воспоминание? – выкрикнул кто-то. Брадшо пожал плечами: - Это не исключено, но это воспоминание точно будет связано с Пожирателями Смерти, ведь мы спрашиваем именно об этом. Такого рода информация важна для расследования, так что она будет показана, да. Еще что-нибудь. Все молчали. - Ну что ж, думаю не будем тянуть, начнем. *** Одного мага за другим вызывали для проверки. Они поднимались на возвышение в начале зала, делали глоток из кубка, который периодически наполнял Снейп, садились на большое деревянное кресло по центру и погружались в своеобразный транс. Через какое-то время, высоко над их головами появлялось что-то вроде движущегося облака, которое можно было сравнить с Омутом памяти, только большим и без чаши. В этом облаке формировались довольно четкие образы, которые двигались словно кино. Из ниоткуда звучали разговоры людей из этих воспоминаний, голоса были не громкими, но слышны были во всем зале. Часто, когда транслировались какие-то очень эмоциональные воспоминания, на лице сидящего отражались его переживания. Кто-то улыбался, кто-то испуганно вздрагивал, кто-то в муке сводил брови. Как долго будут транслироваться воспоминания зависело от количества «важной для следствия информации». Ни в чем не замешанные студенты не пребывали в трансе и нескольких минут. Пожиратели же сидели долго. Их истории были длинными и показывались с самого начала их темного пути. Люди, сидевшие в зале, заинтересованно следили за происходящим. Когда приходилось наблюдать за совершенными кем-то преступлениями, по залу разносились охи и шепот, иногда кто-то что-то выкрикивал. - Отец, как ты считаешь, что они решат на счет тебя? – не отводя глаз от очередной прокручиваемой истории жизни, шепотом спросил Драко. - Я не знаю, - ответил Люциус. - О чем именно ты думаешь? - Что уж вы двое в Азкабан не отправитесь. И мне этого хватит. Драко кивнул. Сложно было судить о положении Малфоя старшего в таких условиях. Все увидят, что его шантажировали и не редко пытали, поэтому он не мог ослушаться Лорда или сбежать. Но изначально, Люциус добровольно вступил в ряды Пожирателей, глупо веря, что цели Волен-де-Морта благородны. Для Люциуса, человека, каждые пять минут напоминавшего окружающим о чистоте своей крови, призрачная перспектива «мира для чистокровных» была заманчива. Позже, когда дело дошло до реальных действий, а не только философских разглагольствований, он понял, что лично для него все же цель не оправдывает средства. Но как расценит Брадшо, нынешнюю позицию Люциуса Малфоя? Многие в этом зале и глазом не моргнут отправься Малфой в Азкабан. От этого решения зависит судьба не только Люциуса, но и Нарциссы, его соулмейта. Ей придется очень тяжело в дали от мужа, их связь очень сильна, так что Нарцисса будет страдать вместе с супругом. Тут Драко резко задышал, его руки судорожно сжали запястье матери, он согнулся и чуть не свалился со скамьи. - Драко? Что такое? Что с тобой? – Нарцисса попыталась заглянуть в лицо сына, Люциус схватил сына за плечи, придерживая. Драко интенсивно дышал, быстро вдыхая и тут же выдыхая воздух из легких, не давая ему задерживаться. Голова кружилась, горло жгло, сердце билось о ребра с невероятной силой. Перед его глазами проносились видения. Большой Зал. - Я признаю Люциуса Малфоя виновным. Он будет приговорен к 10 годам заключения в тюрьме Азкабан, - двое авроров заковывают не сопротивляющегося Люциуса в наручники и толкая в спину выводят из Большого зала. Перед Драко Пророк от 13 июня 1998 года. «Люциус Малфой найден мертвым в своей камере». Малфой Мэнор. За окнами темно, сверкают молнии и гремит гром. Драко, только зайдя с улицы, снимает мантию, с которой капает вода. Он отдает ее домовому эльфу: - Где мама? - Она в своих покоях, господин. Уже очень давно оттуда не выходит. Драко поднимается по лестнице. Стучит в дверь материнской комнаты. - Мам, это я. Можно войти? Молчание. - Мама? Мам, я войду? Тишина. - Мам? – Драко дергает ручку, дверь заперта. Он достает палочку. – Алохомора. Дверь медленно открывается. На полу посреди комнаты лежит Нарцисса Малфой. Широкие рукава ее платья полностью пропитаны кровью, из глубоких продольных разрезов на запястьях уже не бьет кровь. Нарцисса не дышит, ее глаза открыты. Драко на коленях у ее тела. Трясущуюся руку опускает ей на грудь. Он кричит. Поднимает мать с холодного липкого пола и прижимает к себе. Драко рыдает, зовя мать, его лицо и руки перепачкано ее кровью. Он раскачивается, прижимая ее голову к своей груди. Шепчет, что все будет хорошо. Его голос утопает в раскате грома. - Драко, посмотри на меня, что происходит? – Нарцисса сидит на коленях перед сыном, удерживая его лицо в своих ладонях. - Мам… - по лицу Драко стекают неосознанные слезы. Дыхание Драко очень медленно, но успокаивается, он выпрямляется, проводя рукой по лицу. Его взгляд отрешен и направлен в никуда. Он дрожит всем телом, загнанно оглядывается вокруг. - Драко Малфой, - оглашает следующего Аккер Брадшо. К Малфоям подходит один из авроров, хватает Драко за локоть, вздергивая на ноги и медленно ведет в начало зала. Все провожают его взглядом, шепчутся. Всем интересно узнать, что произошло там на площади, когда он колдовал над мертвым Гарри Поттером. Ни у кого нет догадок, но сейчас они получат ответ. Драко смотрит в пол, идет медленно, но как получается уверенно. Кажется, что вся его воля уходит на то чтоб удержать себя на ногах. Подняв голову, он натыкается на глаза Поттера. Тот поднялся из-за стола, провожая Малфоя напряженным внимательным взглядом. Тут Драко ускоряет шаг, оказываясь рядом с Гарри, хватая его руки. Секунду он вглядывается в лицо Поттера, как будто ища что-то. - Только ты можешь… - Малфой не плачет, но голос его надрывается, он судорожно глотает воздух. – Помоги им пожалуйста. Помоги моим родителям. Не дай моему отцу отправиться в Азкабан. Он не протянет там и месяца, его убьют там. Пожалуйста… - Иди давай! - сопровождающий его аврор дергает Драко вперед. Но Малфой вцепился в руки Поттера еще крепче, не давая увести себя. Соломинка для утопающего. - Моя мама не переживет его смерти, покончит с собой через неделю! Пожалуйста, они тебя послушают. Ты тут главный! Я умоляю тебя! На коленях умоляю! Защити их! Пожалуйста, только ты можешь. Только ты… Гарри стоял не шелохнувшись, одеревенев, только глазами хлопал, слушая мольбы. Растерянно наблюдал как Драко втаскивают по ступеням, усаживают на стул и вливают содержимое кубка в рот. Драко перестал сопротивляться. Перестал еще до того, как его руки оплели прочные лианы тянущиеся от подлокотников кресла. Перестал еще до того, как в суматохе один из авроров ударил Драко в живот. Малфой тяжело дыша, обреченно, с мукой и мольбой в слезящихся глазах смотрел на Гарри. Во рту почувствовался легкий сладковатый привкус, голова закружилась, сознание заволокло туманом, картинка перед глазами размывалась. Сопротивление было бесполезно, сила, отключающая от реальности, неотвратима. Она рывком опрокинула разум Драко куда-то вниз. В черноту.