Шрамы остаются навсегда

Драко всхлипывал и брыкался в тисках все сильней. Стоны его смешивались с нарастающими раскатами грома, за окном сверкали молнии, капли дождя остервенело барабанили в уцелевшие окна, а в стенах замка бушевал ветер. - Какого черта? – Рон подскочил к спорящим друг с другом Орденовцам. - Мать твою, вы должны это остановить, Брадшо! – Сириус кричал и уже затеял бы драку, если бы не Люпин, крепко держащий того за локоть, - Чего вы добиваетесь? - Мне нужно больше! Я уверен мы увидим еще много виновных Пожирателей и замешанных в их делах преступников! Вы, Блэк, должны помнить сколько в Азкабане пустующих нынче камер. - Ну все, ты… - Сириус бросился к аврору, отталкивая Римуса, но тут необычно резкий порыв ветра ударил по стеклам зала. Полетели осколки, среди людей нарастала паника, становилось все темней, собравшиеся по зову тучи словно медленно заползали под крышу замка. Студенты жались друг к другу, пытаясь как-то закрыться от поднявшегося ветра, старшие обеспокоенно достали палочки. Глаза Гарри бегали между образами в облаке и самим Драко. Малфой резко замер чуть отвернувшись в сторону, глаза его были открыты, а зрачки метались по полу, лицо застыло в шокировано-прискорбном выражении. Это прежде незнакомое лицо заставило Гарри сделать шаг навстречу. - Я не думаю, что тебе стоит подходить к нему сейчас, - Гермиона дернула друга за рукав и тут же отпустила. Она беспокоилась, но в то же время чувствовала, что правильней будет не вмешиваться. Сам Гарри молчал и даже не отвел от Малфоя взгляд. - Снейп сказал, что Малфой сейчас не здесь. Он снова проживает те воспоминания, чувствует, что пережил когда-то. Он не контролирует себя, Гарри. Кто знает как он отреагирует, если ты сейчас побеспокоишь его. Они вместе смотрели на облако образов. Драко закрывает дверь. Пьет. Опускается в ванную. - Боже, - вероятно Гарри и Гермиона одновременно тянут руки друг к другу. Она сжимает его пальцы. Он хватается за ее ладонь. Он шепчет: «Ты понимаешь?» «Что?» - не поняла она. «Это все уже случилось» Последняя ниточка, на которой все держалось, лопнула. Гарри видел как силы Драко кончились. Внутренние силы, сдерживавшие его. Он поднял невидящие глаза, весь подался вперед. И закричал. Отчаянно, не оставляя внутри себя ничего, выворачивая душу наизнанку. Льет дождь, вечереет и уже смеркается. Заросли деревьев в окрестностях Мэнора насыщенно зеленые, от темных плотных листьев розовых кустов отскакивают холодные капли. Гром гремит низко и громко прям над головой. Мать смотрит на него украдкой из окна, чуть отогнув тяжелую гардину. Драко в саду один. Рубашка липнет к телу, а пальцы, сжимающие лопату, окоченели, но он продолжает копать. Его громкие вскрики рыданий тонут в раскатах грома. Тело бьет дрожь и от холода, и от изнеможения. На рубашке коричневые земляные разводы, зеленые от травы, алые от крови. Упав на колени, юноша аккуратно кладет в вырытую им могилку белый сверток. Он воет, укрывая мокрой землей своего ребенка. Трясущиеся руки бережно прихлопывают грунт. Драко притаскивает небольшой валун и взмахивает над ним палочкой, выводя буквы. Без цифр, без лишних фраз и без среднего имени. Мишель Малфой. Закончив, он обессиленно валится рядом с могилой. Он долго еще лежит там, свернувшись калачиком, вжавшись руками в вязкую свежевскопанную почву. Ветер не уносит его скорбь, дождь прибивает ее к земле. Крик отчаяния сметает все на своем пути, ударной волной отбрасывает назад всех, кто стоял рядом. Витражи разбиваются, с потолка сыпется пыль, пол под ногами дрожит, весь замок сотрясает этот взрыв. Завывание ветра стихает, тучи ушли, дождь унялся. Пылинки медленно летают в воздухе, особенно заметные в проблесках солнца. Оправившись от падения с помоста, Орденовцы, отряхиваясь, помогали подняться друг другу. Все они замирали, с печалью смотря в разросшееся облако воспоминаний Драко. - Ты снова разочаровал меня, мальчик, - Лорд говорил тихо, но от его голоса внутренности трепетали от страха. Но лицо Малфоя было необычно отстраненным. Юноша был измучен и истощен. Он ничего не ответил, только поднял на мужчину безразличный взгляд. Того подобный жест лишь сильней разозлил. – Ты мне больше не нужен. *** - Нет! Пусти меня! Пусти! – Драко отбивался от когтистых грубых рук, полз по скользким полам, но Сивый снова и снова притягивал мальчишку к себе. - Мне разрешили делать с тобой все что захочется, - мерзкое дыхание опалило белую щеку, по шее прошелся мокрый язык. Из груди Малфоя вырвался вскрик истерики. – Наш хозяин наигрался с тобой, теперь поиграю я. Они были одни, скольжение ладоней по полу гулко разносилось эхом по залу, напоминая зловещую музыку. Рубашка слезала с исхудавших плеч, брюки были разорваны звериными когтями. В стенах Мэнора снова раздался юношеский крик. *** Драко был брошенным растерзанным телом на ледяном полу. Никто не пришел забрать его оттуда, а сам он подняться был не в силах. Грудь болела от вздохов, распоротая кожа на бедрах ныла, голова тяготила монолитом. Боль ныла в его теле, нестерпимо. Она сводила с ума. Как же хотелось бежать от нее, она поглощала тело, изводила, издевалась, уволакивая разум в темноту. Уткнувшись лицом в пол, Драко просто надеялся испустить дух как можно скорее. Силой мысли он приказывал сердцу остановиться. И тогда ни с чем подобным ему не нужно будет иметь дел. Не придется ни о чем думать, ни о чем беспокоиться, ни о чем вспоминать. Все эти люди, которые над ним издевались. Люди, которые шептались и насмехались над ним. Люди, которые должны были ему помочь, но не смогли. Люди, с которыми он хотел быть, но не мог. Люди, которых он потерял. Люди, которых он ненавидел и люди, которых он любил. Они не будут существовать в его голове, если он сам прекратит существовать. Реальность - это то что мы осознаем. Он просто оставит их тут и уйдет. Что будет дальше уже не его забота и это его не коснется, ему не навредят снова и его не будут любить. - О, мистер Малфой! – в зал зашли. Стук туфель мерно приближался. Одежда шуршала над головой, мыс ботинка грубо прошелся по щеке, разворачивая лицо Драко к говорящему. – Однако жизнь все расставляет на свои места, не правда ли? – Аккер Брадшо открыто улыбался, бросая надменный взгляд вниз. Насвистывая веселую песенку, он нарочито пафосно развернулся и, жмурясь от наслаждения от увиденного, неторопясь ушел. *** - Эй! – Сириус поднял палочку, направляя ее на Брадшо, ошалело оглядывавшегося по сторонам в поисках путей отхода. - Что ты там говорил про «жизнь расставляет», а? Брадшо, только успевший выхватить свою палочку, отлетает в сторону от попавшего в грудь заклинания. - Я слышал в Азкабане много пустующих камер нынче, - одобрительно качая головой, обратился Люпин к дезориентированному мужчине. - Рад что вы приложите руку к решению проблемы. Подоспевшие авроры, растерявшиеся по началу, заковали своего начальника в магические путы и повели к дверям, куда не так давно уводили пожирателей. Гарри оглянулся в зал, ища Фенрира Сивого среди схваченных Пожирателей. Тот сидел, ухмыляясь, наблюдал за происходящим. Встретившись с Поттером взглядом, оборотень демонстративно медленно облизнул губы и заулыбался. В груди Гарри всклокотала ярость, прежде никогда не испытываемая. Поттер готов был убить оборотня, разорвать голыми руками. - Гарри! – окрикнул Люпин, в голосе его было тревога. Римус с Сириусом и Снейпом стояли рядом с Драко. Лишь мысль, что Малфой нуждается сейчас в нем, заставили Гарри забыть о сию минутной расправе над Пожирателем. - Что с ним? - Гарри взбежал на помост. - Как долго это еще продлится? - Осталось немного, - Снейп водил палочкой у лица Драко. Тот выглядел бледнее прежнего, тяжело, но быстро дышал, от падения его удерживали лишь путы. - Мы сможем забрать его через пару минут. Драко стоит перед большим зеркалом. Глаза его красные, на бледном лице алые пятна от плача, щеки мокрые от слез. Он скидывает с себя длинную рубашку и остается нагим. Руки блуждают по телу. Повсюду шрамы и синяки. Шрамы через весь торс от Сектумсемпры. Шрамы на запястьях. Шрам поперек внизу живота. Шрамы на бедрах от когтей. Какие-то шрамы он получил от врагов, какие-то от любимого человека, какие-то нанес сам. Но все они одно. Они часть него. Они останутся навсегда. Что бы с ним не случилось после, как бы он не поступил, что бы с ним не сделали. Они останутся, не заживут и не пропадут. Они будут с ним всю оставшуюся жизнь. Они будут когда он умрет. Шрамы есть. И с ними ничего не поделать. Драко резко панически вдыхает, но его не хватает на что-то большее. Путы уходят, бросая его тело. Гарри тут же оказывается перед ним, отталкивая остальных. Поттера одолевает дикое чувство, близкое к инстинктам, рвение защитить и уберечь. Посторонние мысли замыливаются, уходят. Поттер подхватывает Драко на руки, взглядом давая понять окружающим его, что не позволит кому-то коснуться Малфоя. Уж точно не сейчас. - Я держу тебя, держу, - шепчет одними губами Гарри в светлые волосы. Бледная тонкая рука ложится ему на шею.