Неправильно

«Наверное это было больно. Наверное тебе всегда было некомфортно. Наверное я рушил тебе психику каждым своим словом. Сдирал слоями твою душу, рвал сердце на куски. Наверное из-за меня у тебя выцвели веснушки. Возможно я являлся причиной всех твоих проблем и бед. Ты наверное не раз хотел меня скинуть с астрономической башни, не раз хотел кинуть в озеро утопать. А я продолжал вести себя как бесчувственная кукла, вновь и вновь ударяющая ножом. Но я любил тебя всегда и постоянно. Каждой клеточкой мозга, вместо души которая у меня сгнила. Я люблю тебя настолько глубоко и сильно, что делал такие же раны на своих запястьях, пытаясь высечь твое лицо. Мне никогда не хватало твоих касаний, таких обжигающих и ласковых, несмотря на то что я постоянно убираю твои руки. Я всегда хотел быть намного ближе к тебе, но отталкивал каждый раз, когда боялся. Ты лучшее что у меня когда-либо было и будет, я не перестал посвящать тебе стихи. Ты их никогда не прочтешь, я их спрятал в глубину, но знай, их больше тысячи. Все такие нежные, но пустые одновременно из-за меня. И перо мое помнит столько боли и любви, которые я хотел тебе вслух произнести, но меня вновь сожмет страх, не позволит признаться. Каждый твой вздох мой самый любимый, каждая ресница упавшая с твоего глаза дороже золота. Каждое сладкое как мед, слово, сказанное мне, является смыслом моей жизни, и я люблю тебя. Записей ты наверняка этих, не увидишь никогда, но я хотел бы сказать, все это, заглядывая в твои такие чистые, и голубые глаза. Я люблю тебя.» — Привет, — Рон вышел из темного коридора, и молча подошёл, садясь на каменный подоконник. — Доброго вечера, Рональд. — Драко наблюдал за его неловкими попытками устроиться удобнее, поджав под себя ноги. — Как прошел твой день? — было видно что внутри его что-то закипает, и разливается по крови словно адреналин, быстро и яростно. — Нормально. — пожал Драко плечами, вглядываясь в просторы озера за окном. Звёзды ярко мерцали над ним. Внутри было и тепло и до дрожи холодно от страха. Взгляд Рона буквально порождал внутри Драко что-то инородное, кричащее, чувствующее скорый конец. — Чем занимался? — голос Рона дрогнул, но он лишь медленно сголтнул, продолжая выводить узоры на окне. Драко встрепетнулся. — Учился, - язык сам продолжал с упорством язвить, уходя в разрез с тем, что он думал на самом деле. - записывал, ел, катался на метле, — иронично приводил он примеры. Внутри все продолжало гудеть. — продолжать? Лицо Рона было безмятежно и тотально безучастно как облака за окном, но глаза его выдавали. В них горел яркий огонь. Согревающий, но, скорее всего, самый стремительно пожирающий, в жизни Драко. — На чьей метле? — проигнорировав последнее высказывание, спросил Рон. — В каком это смысле? — недопонимание повисло в воздухе, съедаемое тихим гневом. Лицо Рона было искажено в злой гримасе. — В таком, что ты оказывается переписываешься с кем-то у меня за спиной. — он хотел было вновь отвернутся к окну, но он был настолько зол, что продолжал: — Поэмы пишешь, строчка за строчкой в любви признаешься! — закричал Рон вскакивая с подоконника. Кулаки его сжались до белых костяшек пальцев, лицо покраснело. Драко ошеломлённый, сидел и смотрел на его метания. Внутри что-то с треском обрывалось с каждым ударом быстро забившегося сердца. — Не неси чуши. — Драко отмахнулся, понима,я что умирает внутри. Откуда Рон узнал? И почему все понял не так… — Ну же, давай, расскажи мне всей этой своей приятной лжи. Посмотри мне в лицо, скажи что все это неправда. Что ты не просто меня использовал все это время. Что не издевался над о мной, не насмехался над всем тем что я делал чтобы выдавить из тебя хоть эмоцию. Что у тебя нет никого другого. Соври мне! — Драко видел как руки Рона дрожали. Как предательские слезы навернулись на его глаза. И боялся. Боялся. Не мог признаться. Лёгкие сжались. Сердце прекратило биться. Но боль, блеском отдавшаяся в голубых глазах напротив, решила все за него. — Так и думал. — он развернулся и ушел. Шаг за шагом, каждый удар обуви о каменный пол эхом отдавался в голове Драко. Кончено. Все закончилось просто. Одной тайной, словно ключ открывающий тысячи замков — секретов. Все выплыло. Испарилось. На глаза хотели выступить слезы, но их не осталось. Боль тихо замерла ожидая чего-то. Конец… Сердце остановилось. Кровь свернулась. Лезвие на конце палочки прошлось по венам под нежной кожей. Смысла ведь не осталось…