- Consolation des arts.

Чимину было пятнадцать лет тогда, когда его жизнь кардинально изменилась. Подросток никогда бы не подумал, что безобидный поход в ночной клуб сломает его жизнь окончательно. Невыносимо громкая музыка, ослепительно яркие светодиоды, крепкий дорогой алкоголь — неотъемлемая составляющая всех приличных ночных клубов. А в тот, который пошел наш главный герой был именно таким. Нетрезвый Чимин просто расслаблялся и пускался во все тяжкие. На танцполе парень танцевал как будто в последний раз. Разгоряченное тело буквально пылало от жара толпы, конечности были лёгкими, в глазах всё плыло, а голова не соображала. Благодаря семейным отношениям Чимин решил абстрагироваться от жизни и забить на всё происходящее у него дома посредством вылазок на такие вот «прекрасные ночные рандеву». Ничего не предвещало беды, но судьба сказала подростку глубоко и надолго пройти на хуй за такой выпендрёж. В прямом смысле этого слова…  — Хэй, детка, не хочешь развлечься с нами? — сказал чей-то грубый голос, сжимая сильными руками нетрезвое тело в самом центре танцпола.  — Что? О чём вы? — начал было вырываться Чимин, но его грубо прервали, заткнув рот и потащив сопротивляющегося парня в сторону туалета.  — Угомонись, иначе получишь. Ого, Джеки, посмотри! Какой красавчик! — сказал неизветсный мужчина втолкнув лёгкое тело подростка в пустое помещение и закрыв дверь на щеколду, — Нам крупно повезло. Ах, посмотри какое тело! Ну просто сказка. Я бы и сам не прочь его трахнуть, — усмехнулся он и начал подходить к трясущемуся мальчику.  — Нет, Билли, ты же знаешь, нам его заказали. Мы не должны портить товар. А так, да, ты прав. Пацан то ещё загляденье, — облизался некий «Джеки».  — Но, если мы сделаем всё аккуратно, никто и не заметит, — улыбнулся Билл и прижал Чимина к стене.  — Блять, ты просто невыносимый. Сука, ладно. Давай, но осторожно, я тоже хочу присунуть в такое тело, — стал подходить ближе Джек.  — Не-ет. НЕ НАДО, НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ, — крикнул Пак и слезы покатились по его пухлым щекам.  — Молчи, шлюха. Ты теперь шлюха, ты знал? Ахах, такое невинное личико, даже жаль портить его, — грубо сказал Билл. Чимин сопротивлялся как мог: кричал, вырывался, звал на помощь, но его никто не спас, никто даже не попытался и не услышал его истошные крики, из-за, чёрт бы её побрал, громкой музыки.  — Ну что, малыш? Готов к проникновению? — нарочито медленно сказал Билл и мерзко рассмеялся. Его член втиснулся в тугое сжатое колечко мышц Чимина, вызывая громкие жалкие крики и бесконечно сильную боль во всём теле. В тот момент подросток понял, что сломался. Сломался окончательно и бесповоротно. После того, как его изнасиловали эти два человека, один из них сказал, что он теперь будет работать шлюхой для одного очень богатого клиента. Чимин пытался, правда пытался выбраться из этого ада, но смысл его жизни просто пропал. Навсегда. …  — Эй, шлюха, не отключайся, мы ещё не наигрались тобой, — грубо выкрикнул какой-то мужчина. И это были последние слова, которые парень услышал перед провалом в темноту.  — Блять, он опять вырубился. Субин, ну и что нам делать? — спросил этот же мужчина и вышел из тела Чимина.  — Ничего. Может нам стоит его отпустить? Он работает у нас уже два года. Игрушка сломалась. Пора найти новую, — спокойно сказал голубоволосый.  — Да, ты прав. Отпускай его, он нам уже не нужен, — сказал мужчина и ушел из комнаты со своими дружками.  — Эх, Ангелочек. Очень жаль, что ты сломался. Так ахуенно было тебя трахать, а от клиентов отпора не было. Мда…действительно жаль, — взял лёгкое тело и понеся его в другую комнату, сказал Субин. …  — Что…где я? — проснулся Чимин и начал оглядываться по сторонам.  — Ты свободен, — сказал голубоволосый.  — Что…что? Но…как? Я…же… — мямлил парнишка, до конца не осознавая всей ситуации.  — Послушай, Чимин, ты свободен. Знаешь, я так заебался представляться твоим другом и говорить твоим ебанутым родителям, что с тобой всё хорошо и ты действительно уехал учиться за границу? А чего мне стоило подкупить директора твоей школы? Ты знаешь, сколько нахуй денег я на тебя потратил? Но да, соглашусь, ты принёс мне больше, чем я потратил на тебя, да и клиентам ты надоел. Так что…ты можешь идти домой. Ты свободен, Пак Чимин, — проговорил Субин и вышел из комнаты. … После этих невыносимо тяжких мучений Чимин разорвал все связи, сменил множество школ и танцевальных студий. Только в танце парень чувствовал себя свободным от оков прошлого, чувствовал себя живым. Он забывал свою прежнюю жизнь и «проживал» новую в поставленной хореографии. Музыка являлась свежим глотком воздуха, а танец олицетворял лучи солнца, и эти два аспекта были, есть и будут необходимыми для выживания, так и для Чимина. Великая сила находится в искусстве, вечная и всепоглощающая. Именно в нём мы находим бесконечное утешение… …  — … — Хосок ничего не смог ответить, послушав рассказ розоволосого, от которого остался неприятный осадок на сердце и душе. «Так вот, что произошло. И Юнги об этом не знает? Что ж, так будет гораздо легче отвоевать Чимина, хотя… он столько пережил, чёрт, может не стоит…да о чём это я? У меня же план, блять, да какой план? Он такой беззащитный сейчас… Айщ, ладно, подумаю об этом позже», — пронеслось в голове у Хосока.  — Хосок?.. — напомнил о своём присутствии Чимин, всё ещё мелко подрагивая.  — А? Да, прости. Просто…у меня нет слов, чтобы выразить свои чувства, — пролепетал Чон и мягко обнял розоволосого, — Всё будет хорошо, Чимин-и, я не дам ему обидеть тебя. Никому не дам, — прошептал в самое ухо Паку, поглаживая того по спине.  — Спасибо тебе… — сильнее прижимаясь, ответил Чимин.  — Пойдём умоемся, а то уже вроде как пара началась, — заботливо сказал красноволосый.  — Да…да, идём, — слабо улыбнулся розоволосый и подал руку своему другу. … Парни извинились за столь долгое отсутствие и прошли на свои места, в то время как на них зло и с недоверием смотрел блондин. «Почему они так долго? Боже, Чимин весь бледный и глаза красные…что случилось?» — взволнованно подумал Юнги. Всю пару Мин слышал позади себя тихое перешёптывание и такой же тихий смех. Мало того, что он безумно волновался, так ещё и ревность пришла «как нельзя кстати». По окончанию пары Чимин и Хосок вместе вышли из аудитории, не переставая о чём-то дискутировать, не обращая абсолютно никакого внимания на застывшего блондина. «Какого хуя?» — звучало набатом в голове у парня.  — Хэй, Чимин? — почти прокричал Юнги через всё помещение, но так и не был услышан.  — Он меня избегает? — спросил Мин сам у себя уже в пустой аудитории. …  — Тебя вроде Юнги-щи звал, — между прочим оповестил Хосок, кладя руку на плечо друга.  — Да, я слышал, — отстранённо проговорил Чимин, тяжело выдыхая.  — Ам, а…почему ты не ответил ему? — с интересом спросил красноволосый сильнее сжимая плечо Пака, останавливая его.  — Мне кажется, я…я поторопился, — с дрожью в голосе ответил розоволосый, поднимая голову и смотря на Чона.  — Что? О чём ты? — тихо сказал Хосок, не разрывая зрительного контакта.  — Я…я много думал над этим, просто…это всё произошло так быстро и…в общем, мне кажется, что я не люблю Юнги, — промямлил Чимин и с большим отчаянием посмотрел на парня.