Камень Жизни

      Чёрные растрёпанные волосы рассыпались по подушке, зелёные глаза потемнели и увлажнились от наслаждения. Облизав кончиком языка покрасневшие губы, молодой мужчина выгнулся, бесстыдно выставив своё тело. Протянув руку, он коснулся лица любовника, мягко проведя по коже к волосам, зарываясь в них тонкими пальцами. Его загорелые руки нежно скользнули по прекрасному телу возлюбленного от шеи по груди и животу, к паху. Переведя ладонь на бедро мужчины, он отвёл его ногу, пристраиваясь и готовясь в полной мере ощутить весь жар и трепет соблазнительного тела…              Распахнув глаза, Сигард пару мгновений пялился в темноту, сковывающую палатку. Чертыхнувшись, сел, откидывая одеяло.       Немыслимо!       Шаю никогда не был таким с ним. Его взгляд в моменты близости прожигал ненавистью, каждый раз он кусал губы до крови, сдерживая болезненные стоны.       Всё ещё под действием сна Сигард вспомнил то желание в глазах волшебника, которого никогда не видел.       Растрепав волосы пятернёй, встал и направился к выходу. Сон словно рукой сняло.       В лагере давно все спали, лишь у костров сидели часовые, либо прогуливались, осматривая окрестности.       Два дня у отряда из ста человек заняло, чтобы добраться до Мизарота, где ожидали появления повозки с камнем. Встретившись с командиром разведчиков Сингом, Сигард ждал ещё сутки, когда повозка в сопровождении земных драконов появилась.       Мощные ящеры сторожили повозку с солдатами, направляясь в аббатство Тарогон. Они же заменяли тягловых лошадей. Два огромных ящера без крыльев, но плюющиеся жидким огнём, представляли собой весомую охрану. Но не для Сигарда.       Бой был коротким, за несколько часов удалось повергнуть превосходящего численностью врага и завладеть камнем. Драконов мужчина буквально уничтожил в пепел, лишая Соломона части могущества. Пусть теперь любуется костями и квадратными черепами своих зверушек на пепелище.       После бойни Сигард позволил своим людям отдохнуть. Теперь спешить незачем.       Но почему-то смутное беспокойство не отступало.       Решив, что просто не выспался, Сигард отправился в свою палатку. Проспав около восьми часов, был разбужен странным сном.       Оглядев ближайшие палатки и костёр, у которого никто не находился. Мужчина прошёл к бревну около него и сел, снова взлохматив волосы.       Глядя в огонь, коснулся рукой золотого обруча на собственной шее, где теперь было три камня из пяти. Закрепив на обруче камень, Сигард увеличил его в размере и продел через голову, чтобы уже в обычном размере оно повисло на шее. Теперь обруч можно было снять, только убив его. А тут ещё постараться нужно.       Что ж, зато оставалось добыть ещё два камня.       Вот только в книгах, в которых имелся хоть какой-то намёк на камни, император прочитал чертовщину.       С четвёртым камнем проблем не возникало. Пока. Дождавшись нужного лунного цикла и парада звёзд, он сможет точно определить, где он спрятан. Из тех же книг узнал, что этот камень определённо находится в очень жарком месте. Возможно, потому он и Огненный, необходимые действия просто укажут конкретное место. Огненный камень, самый простой и заменяемый элемент. Так говорили книги. Сигард полагал, что да, можно обойтись без некоторых камней, но всё же рисковать не собирался. А так как надвигалась зима, Сигард не стал отправлять своих людей на поиски по всем возможным вулканам и пустыням. Можно было немного подождать.       Насчёт камня Жизни книги молчали, либо выдавали такой бред, что мужчина не мог в него верить. Самая длинная строка о нём гласила: Камень Жизни — это сила волшебника, окроплённая кровью его сердца.       Остальное являлось лишь упоминанием о том, что камень Жизни один из главных. То есть отсутствие одного из камней, к примеру камня Слёз, не помешает высвободить могущество всех камней. Но вот без таких камней, как Тёмные Воды, Ночной камень и камень Жизни, ничего вообще не получится. Эти три не заменялись силой волшебника, пытающегося подчинить большее могущество, как камни Слёз и Огненный.       — Не спится, император? — из-за палатки появился Крамус после обхода.       — Тихо? — спросил Сигард, не ответив на вопрос.       Мужчина кивнул и, сев напротив, принялся наполнять кружку чаем из котелка, стоящего у самого огня, чтобы не остывал. Протянув её императору, внимательно осмотрел его лицо.       — Всё в порядке?       Сигард лишь принял кружку и взглянул на него.       — Мне казалось, ты будешь более довольным. Нам удалось захватить третий камень.       — И осталось ещё два, — кивнул Сигард.       Крамус взял полено и, вытащив свой кинжал, принялся стругать.       — Найдём. Вот вернёмся, дождёмся нужного времени и найдём.       — Шёл бы ты спать, — скривился Сигард. Он всё ещё находился под впечатлением ото сна и это видение не радовало его. Наоборот. Ведь подобного никогда не случалось в жизни.       — Ну и пойду, только сменщик придёт. И пойду, — мужчина продолжал строгать щепки, летящие в огонь. У него определённо было хорошее настроение. Впрочем, к чему ему волноваться. Они добыли ещё один камень, приблизившись к конечной цели. И совсем скоро он снова увидит изумрудные глаза Дебби.       — Крамус, — позвал Сигард, отпивая чай и глядя на языки пламени.       — М?       — Есть ли среди твоих людей мужчины… — Сигард замялся, не зная какие подобрать слова, — которые любят тоже мужчин?       Крамус вскинул голову, прервав своё занятие, и уставился на императора. Конечно же он не ожидал подобного вопроса. Это и застигло его врасплох. Однако, стоило только вспомнить о волшебнике в замке, как тут же отвёл взгляд. Чему он удивлялся?       Тем не менее, почему-то каждый раз он забывал, с кем спал друг детства.       — Наверное, есть, — пожал он плечами. — Не интересовался. Узнать?       — Да, — коротко отозвался Сигард. Этот разговор ему так же не доставлял удовольствия. Да и признаваться в своём бессилии в постели с мужчиной было унизительно.       — Завтра займусь, — кивнул Крамус и кинул полено в костёр, всадив кинжал обратно в ножны, поднялся. Заменил его Лиран. — Там в лесу волки ходят, скалятся. Будь на чеку, — предупредил он солдата, прежде чем ушёл в свою палатку. До рассвета оставалось часа три, хоть немного, но поспит.       Лиран, приняв пост, обошёл доверенный периметр и вернулся к костру.       Сигард всё это время пялился в огонь, думая о сне, когда по телу прошлась тёплая волна. Кружка из его рук выпала, глаза в удивлении распахнулись шире.       Вскочив, император с сомнением поднял руку к обручу на шее и сжал его.       — Буди всех, — приказал он ледяным тоном Лирану. Тот удивлённо переспросил:       — Сейчас?       — Живо! — гаркнул Сигард, рванув к своей палатке и заорав на ходу. — Всем построиться. Сейчас же!       Крамус только было упал в объятия сна, как пришлось вставать от ора Сигарда.       Половина солдат повыскакивали из палаток с мечами наперевес, ища сонными взглядами врага.       Сигард уже стоял у костра и натягивал своё боевое облачение. То есть вешал все кинжалы и меч на пояс, плащ кучей лежал у его ног.       — Что случилось? — подскочил к нему Крамус.       Сигард схватил его за ворот куртки и притянул к себе, гаркнув в лицо:       — Выступаем!       — Сейчас? Ночь же, — опешил Крамус, на ощупь убирая меч в ножны.       — Я сказал, выступаем! — снова заорал он и уже тише сообщил командиру: — С Шаю что-то не так. Нужно вернуться в замок, как можно скорее.       — Думаешь, кто-то напал на замок? — у Крамуса едва глаз не задёргался от испуга.       — Я бы посмотрел на того идиота, что напал бы на те сотни тысяч солдат, что охраняют его, — рявкнул Сигард, принимая вожжи своего коня.       Они мчали лошадей так быстро, что к концу первого дня пути те едва стояли на ногах. Сигарда едва удалось убедить дать им отдых. Ночью они всё равно не могли передвигаться. На что император заверил, что выпустит световые огни для освещения. Переубедить удалось, когда на его глазах издохли три лошади.       Пошёл снег, снижая видимость. И мужчина всё же согласился остановиться. Быстро поев, ушёл в свою палатку, поспать. Но мысли в голове не давали покоя до самого утра.       Только стало светать, как он тут же поднял людей в путь.       Снег продолжал валить, начал подниматься ветер. К концу второго дня они едва проделали чуть больше половины пути.       Сигард нетерпеливо сновал по лагерю, скрипя зубами от бессилия и злости.       Он не понимал, как Шаю избавился от кольца. Более того вспомнил, что снять мог лишь он. В другом случае волшебнику необходимо было снять голову.       От этой мысли он встал как вкопанный, следовавший за ним Крамус врезался в его спину от неожиданности.       — Что-то не так? — спросил он.       Беспокойство императора передалось и ему. Он так же хотел скорее вернуться в замок, проверить всё ли в порядке с Дебби. Если на замок действительно напали, её легко могли убить. Да хотя бы ради чёртовых изумрудов. От одной только мысли об этом мужчину бросало в дрожь.       Видя побледневшее лицо Сигарда, Крамус схватил его за ворот и встряхнул:       — Что не так? — заорал он в лицо мужчины, которого впервые видел бледным за все сорок лет знакомства.       — Кольцо можно снять, только убив его, — бескровными губами прошептал император, глядя в одну точку.       Крамус так же побледнел.       Мужчина довольно долго был рядом и часто видел его отношения с волшебником. Первое время не понимал его и испытывал отвращение, позже смирился. Он ведь не с ним спал, и ладно.       Но сейчас, видя, как тот едва держится на ногах от беспокойства, не мог не признать всю серьёзность его чувств.       — Уверен? — с нажимом спросил Крамус.       Солдаты вокруг них замерли, они не слышали разговор, но поведения было достаточно, чтобы испытать страх.       — Точно нет другого способа?       Сигард тряхнул головой и, отцепив руки командира, шагнул к своей лошади.       — Сколько мы на привале?       — Около трёх часов, повелитель, — быстро отозвался Лиран.       — По коням. Я освещу дорогу, — приказал Сигард, намереваясь двигаться до тех пор, пока не достигнет замка и лично не узнает в чём дело.       Поднявшаяся метель следующим утром снизила их передвижение настолько, что лошади меньше уставали. Пронизывающий ветер дул в спину, что хоть немного помогало.       К концу дня они достигли замка.       Солдаты были удивлены скорым появлением императора и его личной охраны. Но быстро взяли себя в руки. Как только Сигард появился в главном зале, многие поспешно скрылись. Но не все.       Одного Сигард схватил на бегу и, встряхнув, рявкнул:       — Отрапортовать!       От страха молодой человек побледнел, едва не теряя сознание. Что-то заблеял, но настолько невразумительно, что Сигард отпустил его и он упал на пол.       Обведя налитыми кровью глазами зал, рявкнул:       — Кто-то может объяснить, что происходит?       — Повелитель, — раздался голос Морганы наверху лестницы.       Яростный взгляд тут же взметнулся на неё.       — Говори, — прорычал он.       Моргана медленно начала спускаться. В её руках Сигард заметил закрытое красное кольцо с янтарём. В голове взметнулись плохие мысли, одна ужаснее другой.       — Пока вы отсутствовали, повелитель, — тем временем говорила женщина. — Произошло два убийства. Оглядев трупы, я пришла к выводу, что их убил оборотень, которого «воспитывал» командир Мирос.       Она почти спустилась, в нетерпении Сигард рванул к ней и отнял кольцо.       — И пропал волшебник, — спокойным тоном закончила она.       — Пропал? — прищурившись, посмотрел он на неё.       — Исчез, если угодно, — кивнула со спокойным лицом Моргана.       — С чего ты решила, что он исчез? Может его убили?       — Возможно, — не стала спорить женщина, видя, как от её слов руки мужчины побелели, сжав сильнее кольцо. — Не сразу нашли пропажу. Волшебник часто не покидал своей комнаты. Однажды утром, проходя мимо его спальни, я заметила приоткрытую дверь. И просто закрыла её, полагая, что он сам не сделал этого по нелепой случайности. Но вечером он так же не появился. И утром. Войдя в его комнату, я обнаружила на постели кольцо.       — И всё?       — И всё.       Хрустнув шеей, разминая её, мужчина отдал приказ таким тоном, что у всех присутствующих мурашки пошли по коже:       — Обыскать замок. Разослать патрули. Найти любые доказательства убийства волшебника или же его похищения.       — А если он сам сбежал? — спросил Крамус, давая своим людям сигналы к исполнению приказа.       Сигард лишь окинул его ледяным взглядом и поднялся наверх. Следом за ним шла Моргана тихой поступью. В комнате Шаю мужчина внимательно осмотрелся, понимая, что она права и следов борьбы нет.       Похищение было разумным объяснением. Сам волшебник не мог снять кольцо. Возможно, на это хватило бы сил у его учителя. Мог ли Рональд вернуться в замок?       Зачем-то заглянув под кровать, Сигард почти сразу выпрямился и замер. Снова заглянув под неё, пошарил рукой и вытащил окровавленную простынь.       — Ты воспользовалась силой на третий день после моего отъезда. Для чего? — спросил он женщину.       — Чтобы вылечить волшебника, — солгала Моргана.       — Перед отправлением я заходил к нему, его ожоги не кровоточили. Так чья это кровь? — Сигард швырнул простынь к ногам любовницы.       Моргана лишь пожала плечами.       — Больше я не видела его.       Император приблизился к ней вплотную и внимательно изучил лицо.       — Если ты хоть что-то скрываешь от меня, — прорычал он угрожающе.       — Какой мне смысл, повелитель?! — улыбнулась Моргана. — Шаю был моим соперником, не забывай.       — Именно, и только у тебя достаточно сил, чтобы попытаться снять ошейник.       — А труп куда прятать? — изумилась Моргана настолько сильно, что Сигард понял — она не лжёт.       Если бы она убила Шаю, используя даже простой нож и потом каким-то чудом спрятала его тело, только с помощью магии она смогла бы скрыть следы. Но тогда это ощутил бы Сигард. Ведь не отмывала же кровь собственными руками. Рабы или солдаты могли заметить.       К вечеру поиски не принесли плодов. Сигард сидел за столом в библиотеке, сжимая руками раскалывающуюся от боли голову. Столько мыслей было в ней, мешающих сосредоточиться.       Крамус сидел напротив него, без интереса наблюдая, как рабыня выставляет блюда перед ними.       Окинув её взглядом, Сигард неожиданно спросил:       — Где касаарэ-арду? Накрывать стол было приказано ей.       Рабыня, обычная женщина, поклонилась и, пряча глаза, ответила:       — Девушка пропала около недели назад, повелитель.       — Что? — воскликнул Крамус и его словно сдуло со стула. Вылетев из библиотеки, он бросился в свою комнату.       Сигард проводил его раздражённым взглядом. Но не из-за его поведения, а из-за сложившейся ситуации. Если исчезла ещё и предсказательница, дело определенно не чисто. Без посторонней помощи явно не обошлось.       Ворвавшись в комнату, Крамус заметался по ней, перевернув стол, метнулся к шкафу. Разбросав одежду по полу, ошалелым взглядом осмотрел спальню. На постели ровной стопкой лежали вещи, которые он отдал Дебби.       На них листок бумаги.       Схватив его, Крамус принялся читать. Смысл не сразу дошёл до него:              

Командиру Крамусу.       Прошу простить мне столь дерзкий поступок. Но я не могла поступить иначе. Знаю, ты сейчас очень зол на меня. Но прошу, пойми. Я видела своё будущее в этом замке.       А ты ведь хочешь, чтобы наш ребёнок жил?!       Не ищи нас. Ведь если найдёшь, приведёшь смерть.       Верь мне, командир Крамус. Мы ещё встретимся.              С нежностью, твоя Дриабберидэ.

             Сжав бумагу, Крамус метнулся к камину и кинул лист в огонь, что тут же занялся им.       Если написанное правда, а Дебби никогда ему не лгала, то опасно показывать записку кому-либо ещё.       ***       Затянувшаяся метель утихла только спустя неделю, тогда же начали прибывать командиры войск. Их размещали в замке, предоставляя комнаты на первом и третьем этажах.       Сигард и Крамус с каждым днём становились лишь злее.       Найти каких-либо следов волшебника или касаарэ-арду не удалось. Снег скрыл следы, если они вовсе имелись. Разгневанный император разослал в разные стороны конных солдат парами, но те уже вернулись из ближайших сёл. Следов просто не было.       То ли беглецы ушли другими путями, то ли действительно просто исчезли.       Крамус молчал о записке Дебби, но тем не менее злился, что не получал подтверждения, что с ней всё в порядке. Впрочем, чего он ожидал? Что касаарэ-арду станет разгуливать с кольцом на шее по окрестностям, выдавая себя и подвергая опасности. В любом населённом пункте её могли схватить имперские солдаты и убить ради камней. Нищие так же представляли опасность. Пусть камни из касаарэ-арду и сложно продать, так как после извлечения они сильно отличались от изумрудов, продать их всё же можно было. И получить приличную сумму.       День начался солнечно. Снег отражал свет так ярко, что в библиотеке стало светло, будто крыши она не имела.       Император сидел за столом и завтракал, вяло глядя в свою тарелку. Аппетита не было. В последние дни его охватило отчаяние. Только со слов Морганы он знал, что Шаю вообще жив. Усилилось чувство вины за нанесённые ожоги. Он уже почти был готов просить прощения у волшебника за свои поступки, если бы он появился перед ним сейчас.       — Император, — позвал Крамус, войдя в библиотеку.       Здесь находились лишь мужчина и его любовница. Моргана вновь сидела у окна и читала очередную книгу. Прочитанные стопкой лежали у кресла.       — Что? — сухо спросил Сигард, оттолкнув тарелку и схватив кубок. Только вино помогало спать по ночам.       Не наступи сейчас зима, он свои чувства выплёскивал бы в сражениях.       Крамус приблизился к нему и, склонившись, прошептал на ухо:       — Ты просил найти солдат, что любят мужчин.       Сигард кивнул, припоминая, что говорил о чём-то подобном.       — Нашёл двоих среди моих подчинённых. Когда желаешь с ними переговорить?       — А сейчас они где?       — В своей комнате, — заверил командир. — У них выходной.       — Проводи, — Сигард поднялся и поспешил к двери. Необходимо было чем-то заняться перед тем, как состоится военный совет. Да и отвлечься хотелось.       Крамус проводил мужчину в спальное крыло, среди множества дверей открыл самую последнюю.       Двое солдат поклонились императору. Один из мужчин был старше второго. Сигард бы сказал, что второй вовсе был юнцом.       — Оставь нас, — приказал он Крамусу и тот покинул комнату.       — Император? — вопросительно подал голос мужчина постарше. — Чем служить вам?       Этот мужчина боялся, что господин пожелает присоединиться к ним в постели. Ведь слухи о его отношениях с волшебником он знал. Как же не хотелось отдавать своего любимого, даже императору.       — Сделайте вид, будто меня здесь нет, — Сигард обвёл комнату взглядом и указал на постель. — Сблизьтесь.       — Сейчас? — солдат постарше вскинул голову от удивления. Его любовник, краснея всё гуще и гуще, дрожал рядом.       — Да, — отрезал Сигард, пройдя к стулу, передвинул его к стене от камина и сел. — Я просто посмотрю…       Сигард был потрясён увиденным. Любовник солдата с жаром отвечал на его ласки, стонал в голос и извивался от каждого проникновения. Ему определённо нравилась близость с мужчиной.       Чтобы понять, в чём состояла проблема между императором и волшебником, он выслушал их, запоминая советы обоих. Оказалось, что молодой человек очень любил, когда его ласкали впереди, так же ему приносило удовольствие касание к ушам.       Нет, Сигард знал, что собственно многие женщины реагировали на ласки ушей и шеи весьма охотно. Многим это нравилось. Но чтоб другой мужчина поступал так же?       После встречи с любовниками, император отчётливо осознал, что каждая близость для Шаю была мучением только из-за его неопытности в этом деле. Ждать же, чтобы менял и учил его сам волшебник было глупо. Во-первых, откуда бы он узнал, если на момент их связи являлся вовсе невинным юнцом? Во-вторых, Сигард не стал бы его слушать, стыдясь своего незнания.       До совета оставалось ещё около часа. Сигард задумчиво сидел за столом в библиотеке и пялился на ужин. В комнате были лишь он и Моргана. Крамус куда-то умчался, что-то проверять. Занятый своими думами, император не слушал его. Больше всего он хотел бы сейчас схватить Шаю, запереть в комнате и проверить наставления солдат-любовников.       — Вам стоит немного расслабиться и отвлечься, — послышался голос Морганы. Женщина уже стояла рядом с ним, накрыв рукой его кулак.       — Моргана, — проговорил Сигард, выпрямившись на стуле. За прошедшую неделю он позабыл о ней, как о любовнице. — Соскучилась?       — А если и так, повелитель?! — улыбнулась она, подхватив подол длинного облегающего платья, оседлала его бёдра. Обняв руками его плечи, прижалась грудями к его груди. Подув на губы мужчины, стрельнула глазами. — Позвольте скрасить ваше одиночество.       Сигард обнял её, крепче прижав к себе. Огонь страсти вспыхнул в нём. Женское тело Сигард боготворил за его изящество, красоту и мягкость.       Подхватив Моргану, Сигард вскочил и уложил её спиной на стол. Блюда с мясом и прочей едой посыпались на пол.       — Я действительно надолго оставил тебя одну, — шепнул Сигард, прежде чем впился в мягкие губы волшебницы властным поцелуем…       Крамус громко постучал в двери библиотеки, желая узнать, закончил ли император свои игры с волшебницей.       К его удивлению, Моргана почти тут же открыла дверь и вышла. Сигард знал, что с минуты на минуту состоится совет с командирами и генералами армий. Потому выпроводил любовницу, наказав не появляться перед ним. Он сам придёт к ней, когда закончит. Совет мог затянуться на пару дней, и времени на женщину у него не будет.       Моргана послушно согласилась с ним и отправилась к себе.       Крамус заглянул в комнату и вопросительно уставился на императора. Тот сидел за столом, распределяя стопки бумаг таким образом, чтобы мог в любой момент ткнуть любому командующему сомнительными донесениями.       — Начинаем? — спросил всё же Крамус.       — Да, — отозвался Сигард, его лицо ничем не выдавало ранние утехи. Будто он с волшебницей просто разговаривали.       Пока в библиотеку стекались генералы, Моргана поднялась в свою комнату и, войдя, остановилась у окна. Выглянув наружу, внимательно осмотрела окрестности. Снега выпало много, сугробы почти сравняли равнину с сопками. Солдатские постройки пестрели огоньками, костры не в силах были осветить всё вокруг, неровно мерцая по всему периметру замка.       Взглянув на небо, волшебница улыбнулась полной луне и ярким звёздам. Так как в её комнате пылал лишь камин, ничто не мешало ей любоваться красотой ночного неба.       День наступил. Время пришло.       Женщина накрыла рукой свой живот через корсет и снова улыбнулась.       Больше не имело смысла терпеть вспыльчивый характер императора. Она достигла своей цели.       Из тёмного угла комнаты послышалось мычание и Моргана отвернулась от окна. Отняв руку от живота, стрельнула недовольным взглядом.       — Я же просила не шуметь, — пройдя к углу, женщина предупреждающе подняла руку. — Сколько же с тобой мороки.       В темноте на стуле сидела молодая девушка по имени Элли. Волшебница достаточно высокого уровня. И лишь поэтому она была в комнате имперской любовницы. Светлые волосы магички разметались по плечам, нескладное и некрасивое тело сковывали верёвки, пропитанные силой Морганы и не позволяющие Элли воспользоваться своей.       Три дня женщина держала эту волшебницу, добровольно перешедшую на сторону императора, и медленно, слой за слоем, подправляла её ауру, подтягивая к нужному уровню.       Всё было готово и более оставаться в этом проклятом месте для Морганы не имело смысла.       — Время пришло, — проговорила она, наклонившись к волшебнице и обхватив ладонями её голову. Девушка дёрнулась, но почти тут же успокоилась, под действием чар женщины. Ввиду возраста у волшебницы изначально не имелось достаточного опыта и сил противостоять ей. Хотя глупость порой это заменяла, всё же сбежать от Морганы Элли было не по силам.       — Начнём, дорогуша, — улыбнулась женщина и прислонилась своим лбом ко лбу девушки.       Сосредоточившись, Моргана едва заметно шевелила губами, беззвучно произнося древнейшие слова. Ошейник на её шее засветился красноватым светом, постепенно увеличиваясь. Элли, под действием чар колдуньи, подняла руки и коснулась Рубинового кольца на её шее, поднимая, через голову женщины, через свою, вешая на собственную шею.       Спустя мгновение Моргана, довольно улыбаясь, выпрямилась. Элли пришла в себя и задёргалась, но всё равно ничего не могла поделать. Даже сказать была не в состоянии из-за кляпа.       Моргана отошла от неё к камину, отдёрнула со стены гобелен, за которым скрывался рисунок из множества непонятных волшебнице знаков.       Моргана шепнула слово и рисунок слабо загорелся, откидывая зеркальное отражение на пол, под ноги колдуньи.       Моргана встала в центр и сунула руку под корсет, беря между грудями маленький чёрный мешочек. Достав его, повернулась лицом к волшебнице и проговорила, высыпая на раскрытую ладонь мелкие, почти крохотные, черепа вымерших волшебных существ:       — Передай Сигарду, чтобы не искал меня. Скоро он поймёт почему, но всё же предупреди. Будет не удобно, если он не исполнит пророчество, потому что полезет в моё логово, — Моргана щёлкнула пальцами свободной руки, во второй продолжая держать черепа. — Так же пусть не разыскивает волшебника Шайонелью, иначе потеряет последний камень навсегда. Пусть займётся четвертым. Время почти пришло.       Моргана окинула взглядом девушку, которая скорее всего умрёт, сразу же, как только Сигард выслушает её. На большее магички просто не хватит из-за изменений в ауре. Впрочем, именно эта волшебница ничего не стоила, потому волноваться о ней не имело смысла.       — Когда наступит необходимый момент, Сигард получит доступ к пятому камню. Но если поспешит, всё закончится весьма неудачно. Для него, — прозвучало последнее слово. Моргана бросила черепа под ноги на зеркальный рисунок. Мгновенно вспыхнуло синее пламя, сжигая колдунью, но не оставляя после себя даже пепла.