Камень Жизни

      Ночь окутала небольшой городок, отстраивающийся после войны достаточно быстро. В двери нового двухэтажного домика, каких на улочке построили много, постучали. Дверь практически сразу распахнулась, горла гостя коснулось остриё меча.       — Зачем ты здесь? — раздался требовательный голос высокого мужчины, из-за темноты лица его рассмотреть не представлялось возможным. Но он знал, кто перед ним.       — Мне нужно срочно увидеться с Дриабберидэ, — быстро заговорил Заггирионир, переступив с ноги на ногу и кинув встревоженный взгляд назад.       Крамус опустил меч, продолжая пристально смотреть на него. Старика он сразу узнал и удивился тому, насколько нормальным звучал его голос. В тот раз на площади он голосил пискляво, устало и с надеждой, что кто-то услышит его.       — Зачем? — потребовал ответа Крамус, слыша, что девушка уже спускается по лестнице. Только в силу своей воинской жизни он уловил её легкие шаги. От старых привычек не просто избавиться.       — Времени мало, позови её, — взволновано воскликнул Заггирионир, снова нервно оглянувшись назад. — Он уже близко.       — Кто он?       — Чего ты хочешь? — послышался голос касаарэ-арду за спиной Крамуса.       Кутаясь в шаль, она настороженно смотрела на безумного старика. Света луны оказалось недостаточно, чтобы рассмотреть его лицо, лишь встрёпанные волосы и силуэт тонкого тела.       Скользнув мимо мужчины, старик ворвался в прихожую и почти подбежал к девушке. Схватив за руку, сунул что-то в ладонь.       — Смотри на него и ты узнаешь раньше остальных, что произойдёт, — зашептал Заггирионир, чувствуя на спине пристальный взгляд Крамуса. Пока только его.       Дебби подняла руку и попыталась разглядеть данный им предмет, но в темноте удалось только понять, что это кукла, тряпичная.       — Чья это вещь? — спросила она, видя золотистые ниточки, скользнувшие по кукле, создающие узор ближайшего будущего.       — Его, — кивнул Заггирионир и, развернувшись, выскочил на крыльцо. Замерев на миг, окинул взглядом луну и спустился по ступеням.       — Что это? — глядя ему в след, спросил Крамус.       — Кукла, — шёпотом отозвалась Дебби. — Из рубашки волшебника Шаю.       — Что? — опешил тот и обернулся на миг к возлюбленной.       — Она показывает его будущее, — кивнула касаарэ-арду. — Но только скорое, не далёкое.       — Жаль нет вещи Сигарда, — громко согласился Заггирионир, остановившись в трёх шагах от дома и в тишине ночи его было хорошо слышно. — Тогда мы смогли бы предотвратить гибель.       — Чью? — потребовал ответа Крамус, тут же обернувшись к старику, потому видел, как перед ним появилась из ниоткуда мужская фигура. Ещё секунда, вспышка яркого света и на улочке никого не осталось.       Спустившись по ступеням крыльца, Крамус с мечом наперевес обошёл ближайший периметр, но так никого не нашёл, только кошку, грызущую мышь возле одного дома.       Вернувшись в дом, запер дверь и подошёл к Дебби, что уже села в кресло у камина и всё ещё смотрела на куклу.       — Всё в порядке? — спросил он.       — Да, — кивнула девушка, поглаживая большим пальцем куклу на своих ладонях. — Больше мы его не увидим, Заггирионира. И теперь, видя куколку, я не уверена, был ли он сумасшедшим.       — Что ты видишь? — напрягся Крамус, плохое предчувствие нахлынуло со всей силы. За проведённое с девушкой время, он уже сталкивался с некоторыми её способностями. Бывало, что она предсказывала, когда Крамус уронит что-то и легко подхватывала падающий предмет, а совсем недавно увидела землетрясение в горах и предупредила группу переселенцев, таким образом удалось избежать гибели людей.       — То, что уже никогда не исполнится, — печально отозвалась Дебби. — Всё должно было быть по-другому.       — Как это?       — Сигарду и Шаю предназначено Судьбой любить друг друга. Но один волшебник всё испортил, вмешавшись и изменив их первую встречу, соответственно и последующие тоже.       ***       Раннее утро выдалось серым не только из-за сумерек, но и от туч, заволокших небо, поднялся ветер, сырой от росы.       Отряд императора поднимался с переменой последнего дозорного, и принимался готовить завтрак, поить лошадей. Когда Сигард вышел из палатки, множество воинов уже успели умыться и обеспечить лошадей водой. При появлении мужчины солдаты дружно кивнули ему и принялись дальше выполнять свои задачи. Сам он остановился у костра и, приняв от Цицу кружку с чаем, внимательно вглядывался в ворота, где до сих пор летали его и Шаю светляки. Марьён сидел у костра и поджаривал ломти чёрствого хлеба.       — Отправляемся в твою страну? — спросил волшебник, кинув на мужчину взгляд. Теперь ему стало легче смотреть на Сигарда, уже не так сильно раздражал. То ли это последствия перерождения, в некотором смысле, то ли из-за того, что спас его, выполнив приказ Шаю. Разбираться в этом не хотелось, потому пустил всё на самотёк. К тому же они поблагодарили друг друга за спасение.       — В столицу, — коротко отозвался Сигард. Отдав кружку Цицу, шагнул к воротам, в темноте которых светились глаза стража. Солдат тут же вскочил и поспешил за ним.       — Повелитель, — позвал Цицу, не зная с чего начать разговор. Накануне не появилось возможности поговорить.       — М?       — Рапорт, — кратко сказал воин.       — Говори, — кивнул Сигард, уверенно приближаясь к воротам. Страж внимательно наблюдал за ними, но ничего не делал, видимо выжидая.       — Вечером, после вашего ухода, на нас напали, — заговорил Цицу, поведя плечами от скользнувшего под рубашку ветра. — Погиб один солдат, Рами.       — Закончу с воротами, воскрешу, — кивнул Сигард, закатывая рукава своей рубашки. Достав из-за пояса сзади книгу, пролистал, ища заклинание, которое поможет ему закрыть ворота обратно.       Цицу на его ответ кивнул, но продолжил:       — Странное случилось.       — Что именно?       — Кобыла волшебника... кхм. Понимаете, мы сражались и убили каждый по нападавшему, но их было больше. Так вот, остальных убила кобыла.       Сигард остановился и внимательно посмотрел на Цицу, его подозрения подтверждались.       — Конкретнее.       — Не знаю, как объяснить, я такого в жизни не видел, — поёжился Цицу. — Она им головы откусывала, словно так и надо. А после кровь их пила. А ещё вся красной стала, ненадолго, но все заметили.       — Никому об этом не говорить, — твёрдо кивнул Сигард и возобновил поход к воротам. Цицу кивнул и проводил императора в молчании.       Остановившись перед створками, Сигард окинул беглым взглядом глыбы льда и дал Цицу книгу, приказав держать открытой перед ним. Разведя руки в стороны, он сначала проговорил слова, которые помогли закрыть ворота, оставив за собой яркие глаза стража. Гул при этом действии стоял такой, что уши закладывало. Следующим шагом мужчина собирался вновь покрыть стену льдом, таким, который и спустя много лет не растает. О нём заклинание нашлось в одной из книг, хранящихся в палатке ещё со времён войны в Дароземье. Руки пришлось сложить в немыслимом и весьма неудобном положении, после он начал читать слова заклинания, сил на которое раньше у него не хватало.       Ветер от его речитатива словно взбесился и заплясал вокруг него и Цицу, растрёпывая волосы и одежду, стремясь перелистнуть страницы книги. Тогда солдат обхватил книгу двумя руками, широкими ладонями зажав листы. В какой-то момент ветер всё же стих, будто смирившись. А опавший несколько дней назад лёд покрылся белой корочкой, скользнув от него к стене, обволакивая её от низа до верху, закрывая и укрепляясь, становясь синим фоном.       Дочитав заклинание, мужчина выпрямился и вытянул затёкшие руки вдоль тела, ощущая себя ничуть не уставшим от проделанной работы, хотя ещё неделю назад обязательно вспотел бы точно.       Забрав у Цицу книгу, вместе с ним вернулся на стоянку. Шаю уже сидел у костра, грея руки о чашку с чаем. На любовника он не смотрел, зачарованно уставившись в костёр. Подойдя к нему, Сигард накрыл его плечо рукой, сжав:       — Как ты себя чувствуешь?       Шаю вздрогнул и покраснел, но ответил:       — Всё в порядке. Продолжить путь смогу.       Кивнув, Сигард отошёл, чтобы оживить погибшего солдата.       — Я иду с вами, — проговорил Марьён, подойдя к сокурснику и протянув ему плошку с завтраком. Тот в ответ только плечами пожал, приняв посуду. — Возражений нет?       Шаю перевел на него взгляд и снова пожал плечами, сам он мыслями уже был в книгах, которые удалось найти в развалинах дома. Хотелось их прочесть и научиться, по возможности, чему-то новому. Конечно, ещё предстояло и собственный дар познать до конца, но с этим у него проблем уже практически не возникало, легко воспроизводил заклинания, стоило лишь прочесть и понять структуру.       Марьён, так и не добившись ответа, снова ушёл, решив оставить парня в покое. Подобное его состояние ему доводилось видеть прежде, так всегда происходило, стоило ему чем-то заинтересоваться. В чём причина спрашивать было бесполезно, он просто не услышит вопроса.       Сигард к тому времени уже всё подготовил для воскрешения солдата и Марьён с интересом наблюдал, как из крови лошади и земли с водой восстанавливалось раздувшееся тело воина, вскоре тот и вовсе, глубоко вдохнув, сел, ошалело гладя перед собой. Цицу и Выгур тут же обступили мужчину, поспешив успокоить.       — Меня так же воскрешал? — спросил Марьён у Сигарда, когда тот поравнялся с ним.       — Почти, — кивнул мужчина в ответ и прошёл мимо. Остановившись рядом со своим конём, погладил его по гриве, пропуская её через пальцы. Сил у него теперь было намного больше, чем когда-либо вообще, поэтому сложив руки в привычном жесте, он представил нить, связывающую его и Крамуса. Таких нитей в его сознании имелось большое количество, но он никогда не путался, всегда находил необходимую. Подсвечивая сиреневым, нить скользила через межпространственную материю, стремясь соединить его и командира. В какой-то момент нить наткнулась на невидимый барьер, тот, что мешал Сигарду каждый раз связываться с Крамусом после установления Шаю границы. Он привычно хотел разорвать поиск, когда невидимый барьер всё же прогнулся и впустил в себя нить, которая мгновенно устремилась вперёд, немного труднее, но всё же. Пару мгновений и в голове послышался голос Крамуса:       — Сигард!       — Рад слышать тебя, — улыбнулся император. — Раньше не мог связаться, граница не пропускала.       — А теперь пропускает? — удивился Крамус, так как знал, что граница никого не выпускает и не впускает, в том числе магию.       — Да, — кивнул Сигард. — Я добыл заменяющий Шаю камень, и теперь способен на большее.       — Рад за тебя, — искренне улыбнулся капитан, поспешив выйти из дома, чтобы не разбудить ни Дебби, ни сына. — Особенно радует, что теперь твой любовник избежит смерти. Надеюсь, ты стал к нему относиться по другому?       — Не будем об этом, — твёрдо попросил Сигард. Он и раньше не желал обсуждать свои отношения с Шаю, сейчас тем более. Пусть сначала было стыдно признаться в желании к мужчине, позже — в своих поступках, теперь же сил признать правоту слов Шаю казалось и вовсе выше его сил. — Как в Дароземье дела?       — В общем-то всё в порядке, отстраиваются, торгуют уже вовсю. Но есть и кое-какие странности.       — А именно?       — Ночью к нам пришёл старик касаарэ-арду. Ты его не помнишь скорее всего, так как он попал в Дар-Дергер и прославился сумасшедшим, — потирая переносицу двумя пальцами, проговорил Крамус, подперев спиной стену, недавно выкрашенную в голубой цвет.       — Припоминаю, — кивнул Сигард. Такое действительно имело место быть, он тогда не стал разговаривать со стариком, да и искал только Дебби, но внешне она выглядела как и все другие касаарэ-арду, яркая и хрупкая. Потому отдал приказ привозить каждую, кого найдут. Вот и приводили, благо нашли мало кого. Старик же ушёл самостоятельно после заключения договора с Шаю.       — Чего он хотел? Безумие привело?       — Не думаю, — качнул головой Крамус. Остатки ночи он только и делал, что обдумывал сложившуюся ситуацию. О том, что Заггирионир исчез посреди улицы, Дебби он не стал говорить, чтобы не беспокоить. Сначала собирался разобраться, грозит ли другим касаарэ-арду угроза. Или же это был единичный случай. — Его голос звучал вполне трезво и разумно. Он отдал Дебби куклу. Она подтвердила, что та сплетена из рубашки твоего любовника.       — Шаю, — нахмурился Сигард.       — Да, — кивнул Крамус. — Я так понял, что на самом деле Заггирионир не был сумасшедшим, а лишь видел намного больше, чем все остальные. Дебби сказала, что когда-то он являлся их старостой, — не уверенный, что подобрал верное слово, Крамус покрутил перед собой ладонью, будто Сигард мог это увидеть и оценить его сомнения. — С ума же сошёл после встречи с Дарогом Великим.       — Последний Верховный волшебник, — прищурился император.       — Именно. Не могу сказать, что будет дальше, но странность в не в том, что он явился среди ночи и отдал Дебби куклу, больше меня тревожит его исчезновение у меня на глазах.       — Подробнее.       — Не знаю, — пожал Крамус плечами. — Просто вспышка света, силуэт перед стариком, а после исчезли и он, и тот, кто за ним пришёл.       — Вот как, — сильнее нахмурился Сигард. Его так же, как и капитана, встревожило произошедшее. Другу он желал счастья, потому гибель, в том числе и возможную, для его касаарэ-арду, хотелось бы предупредить и предотвратить.       — Да, — снова кивнул Крамус. — А вообще именно из-за него мы пытались связаться с тобой. Мы с Дебби внимательно выслушали его «бред» и пришли к выводу, что вы с волшебником в опасности.       — Какой?       — Точно не скажу. Заггирионир лишь повторял, что твоего любовника похитят и принесут в жертву, а ты сойдёшь с ума. Знаю, Дебби предсказывала нечто похожее, но в этот раз звучало так, словно всё должно произойти в ближайшее время, — под конец мужчина развёл руки в стороны, как бы подводя черту.       — Мы только вернулись с земель Тёмных, там кое-что произошло, но плачевных последствий избежать удалось, — задумчиво рассказал Сигард. — Придётся Шаю запереть во дворце под стражей.       — Думаешь, тогда никто до него не доберётся? — с сомнением уточнил капитан. Он знал, что императора охраняют хорошо, умелые и сильные солдаты. Но те могли расслабиться, видя, что повелитель сам способен о себе позаботиться, даже больше, чем они все. Станут ли оберегать волшебника достаточно внимательно? Ведь магов в Галштее почти нет, значит солдаты могут подумать, что Шаю сам справится. Вот только драться мальчишка не умел.       — Прикажи обучить его рукопашному бою, — предложил Крамус. — И мечам.       — Зачем? — растерялся Сигард, ушедший в свои мысли.       — Пригодится, — пожал он плечами. — Лишним точно не будет.       — Ясно. Спасибо, друг! Надеюсь ещё свидимся, — согласился император.       — И я, — улыбнулся командир. — Удачи!       — И вам удачи!       Разорвав связь с Крамусом, Сигард ещё несколько минут стоял у бока коня и смотрел перед собой, размышляя, что может сделать, тем более на расстоянии. Как вариант, предупредить Первого советника Верховного. Пусть сам разбирается с возможной проблемой. Вот только ту ещё предстояло подтвердить. Можно было понаблюдать за касаарэ-арду, которая жила в Галштее, лучше вовсе выделить охрану. Ещё можно разослать шпионов в разные стороны, чтобы послушали внимательно.       — Цицу, — рявкнул Сигард, от чего мужчина, стоящий в трёх шагах от него, вздрогнул. Не то чтобы он подслушивал, профессия обязывала, но в данный конкретный момент хотел позвать повелителя на завтрак.       — Ваше преосвященство, — кивнул Цицу.       Сигард, заметив его, тоже вздрогнул, но быстро взял себя в руки и приказал:       — Троих отправь к генералу Марко. Приказ: охранять касаарэ-арду, которая живёт у него. С остальными возвращаемся в столицу.       — В столицу? — удивился Цицу, так как император крайне редко её посещал.       — Именно.       ***       Тёмная комната пропахла сыростью, тусклый свет крохотного светляка едва освещал всё пространство. Он сидел на шатком стуле и смотрел перед собой, сложив руки на коленях. Взлохмаченные волосы торчали во все стороны, в глазах застыло безразличие. Он знал, что сегодня его последний день. Все касаарэ-арду знают день своей смерти.       Дверь скрипнула, впуская в комнату высокого мужчину с белыми прямыми волосами. Захлопнув её, гость прислонился к ней спиной, сложив руки на груди.       — Расскажи всё, что знаешь, — проговорил он, рассматривая старика.       Тот не боялся ничего и он понимал почему. И хотел просто поговорить с ним, так как не имел возможности заглянуть в мысли, хотя легко читал практически всех. Что это могло значить, не представлял. Снова Дарог постарался или это заложено во всех касаарэ-арду. Позже проверит, конечно.       — Что именно вас интересует? — уточнил старик, говоря ровным и осознанным голосом. Сумасшедшим его только считали, но таковым он не являлся.       — Предсказание о Шайонелью и Сигарде.       — Я уже сказал всё, что знал, всем. Но меня никто не слушает, с чего мне повторять это снова?       — Потому что рассказывал ты не тем, кто действительно услышит тебя.       — А вам есть, значит, дело до моего бреда?       — Это не бред, раз касается этих двоих.       Криво усмехнувшись, Заггирионир подковырнул ногтем другой и вздохнул. Что он терял.       — Я по делу прибыл несколько лет назад в школу магов. Там встретил Дарога. Он показался мне вполне адекватным и умным. Если бы я тогда знал, что он собирался сделать. Но каким-то образом он закрылся от меня, не знаю, что это за заклинание. Наверняка откопал в древних фолиантах. Пробыл в школе я несколько недель, улаживал кое-что и вдруг столкнулся на лестнице с парнишкой, лет шестнадцати. Глянул на него, узор складываться по обычаю стал... Я тогда внимания особо не обратился на него. Ну есть потенциал в магии, мало ли таких кругом. Поколение такое. И даже уже прошёл мимо, когда осознал, что сила его иная, ведь его рисунок складывался из золотых линий, а не как у всех, жёлтых. Разницу сразу и не заметишь. Тогда к нему подошёл Дарог и я потерял возможность внимательнее его изучить, пришлось следить, рядом крутиться. И в итоге я понял, что он будущий Истинный Верховный правитель Дароземья. А о таких давно не слыхивали. А тут собственной персоной. Я обрадовался, думал, наконец появился тот, кто поможет всем нам. Я ведь и войну предсказывал, только прислушиваться ко мне волшебники не торопились. Тот же Дарог слышал, но не слушал. А время шло. Я видел, что уготовано мальчишке встретиться с императором Сигардом и полюбить его, взаимно. Видел, что их правление приведёт к рассвету, счастью и благосостоянию всех кругом. Видел...       Старик замолчал, вспоминая те минуты, когда радовался, что их ждёт светлое будущее, где не будет войн и голода, болезней и нищеты, преступлений, в конце концов. Он буквально пару дней летал, настолько вдохновился увиденным. Которое рухнуло слишком неожиданно.       — Я видел, что мальчишку должны были найти сразу после смерти Дарога, тот уже болел неизлечимо. Ждал этого дня, оставалось совсем немного. Вот только когда я в следующий раз прибыл в школу, всё уже изменилось.       — Что произошло?       — Не знаю, — пожал тонкими плечами Заггирионир. — Я встретился с мальчишкой, он казался прежним, вот только я ничего больше не видел. Вообще. Чуть позже появились какие-то рисунки, совсем скорого будущего: вот он пойдёт за водой и ногу подвернёт, или, спускаясь по лестнице, успеет подхватить девушку, предотвратив падение. Это я и раньше видел, ещё в первый раз. Но такие мелочи нас не особо волнуют, мы их с рождения стараемся игнорировать. А тут дальше и не видно ничего, — Заггирионир повернул вверх ладони лежащих на коленях рук. — И снова словно из ниоткуда перед ним появился Дарог, я видел его и его глаза, холодные и жестокие. Бросился на него, — усмехнувшись горько, мужчина слова сцепил руки в замок. — Он меня вышвырнул и приказал не впускать больше. А я пытался достучаться до людей, кричал им, что Дарог испортил всё, ведёт нас в пучины тьмы. Но меня никто не слушал.       — Если ты видишь немногое о Шайонелью, то с чего решил, что его похитят и принесут в жертву?       — Запомнил ещё с первого раза, — пожал плечами старик, голова которого резко повисла на груди, руки снова раскрылись ладонями вверх.       Нахмурившись, мужчина подошёл к нему и потряс за плечо, когда тот не отреагировал, поднял голову и увидел остекленевшие глаза, изумруды в уголках которых потемнели.       Отпустив старика, он покинул комнату, стремительно пройдя по винтовым лестницам, через большой светлый коридор, поднялся на третий этаж в самую далёкую и большую комнату, вечно погружённую в полумрак. Распахнув двери, ворвался внутрь.       — Старик умер, — рыкнул он. — Но рассказал достаточно.       — Нам-то это поможет? — спросила Моргана, стоя у воды и глядя на изображение отряда императора, который двигался в сторону столицы.       — Готовь всё необходимое, вызовем Дарога и поговорим.       — Раньше ты уверял, что времени нет, — обернулась к нему колдунья, окинув насмешливым взглядом.       — Моргана! — прищурился он. — Знаешь ведь, что всё, что смог, сделал.       — Да, — кивнула она. — Разболтав некоторые факты, о которых ни Шаю, ни Сигарду знать не положено.       — Готовь ингредиенты, — с нажимом проговорил мужчина, опалив женщину яростным взглядом. — Помнится, и ты не упустила случай сказать волшебнику лишнего.       — Почти всё есть, — с улыбкой кивнула она, принимая обвинение. — Кроме камня Жизни.       — Что? — опешил мужчина, растеряв всю спесь.       — Нефрит нужен, — рассмеялась Моргана. Настроение у неё было хорошим лишь потому, что дочка росла здоровой и крепкой, смышлёной, а ещё Шаю стал проявлять ответные чувства к Сигарду. Это очень обнадёживало и хотелось верить в лучшее.       — Принесу, — с облегчением кивнул собеседник и исчез, оставив колдунью одну готовить необходимое для вызова духа мертвеца.