Фальшивка

Он порхает, словно бабочка с яркими пёстрыми крылышками, подпитываемая неосязаемой волной удовольствия. Тёплые чувства переполняют сердце, что готово взорваться от столь сильного давления эмоций и разлететься по миру горящими искорками. Картинки перестают быть серыми, напитанными воспоминаниями, теперь они окрашиваются в насыщенные краски, превращая «то» в иллюзию. «То», что мучило его ежедневно кошмарами, «то», что выстраивало в его голове комплексы и предрассудки, «то», что заполняло его душу. А ведь всё становится проще, если полюбить. Если полюбить Мин Юнги. Его Юнги. — Тэхён! — кричит Пак, как только открывает дверь квартиры. Блондин мигом снимает с себя верхнюю одежду и бежит к другу, запрыгивая на него с крепкими объятиями. Всхлип. — Чимин~и, почему ты плачешь? — обеспокоенно глядит на друга, гладя рукой по спине. — Он... Он... Я... Я признался ему. — снова всхлип. — Что? — Я признался Юнги в чувствах и... Это взаимно! Это взаимно, Тэ! — Это же хорошо. Почему тогда плачешь? — недоуменно смотрит на блондина. — Потому что я счастлив. Впервые за столько лет я счастлив. — улыбается и проглатывает слёзы. — Правда? Тогда я тоже счастлив! — И ты не будешь кричать? Разве... — Чимин~и, это твоя жизнь, так? — кивок. — Я не вправе запрещать тебе любить и строить свою жизнь. Если ты счастлив, то и я тоже. — длинная пауза, сопровождающаяся тишиной. — Знаешь, я же верю, что он изменится. Я горжусь тобой, ведь ты дал ему шанс. Я так не могу. Просто попробуй сделать его лучше. — Спасибо. — За что? — За всё Чимин засыпает сладким снов, нежась в красивых иллюзиях и растворяясь в тягучей нуге спокойствия, переплетённого с нотками романтики. Эта любовь делает его слабее, делает беспомощным перед миром, но Пак доверяет Мину. Поэтому он выворачивает душу рёбрами вверх, вырывает горячее любящее сердце и отдаёт в руки Юнги. Он готов отдать всего себя, лишь бы чувствовать себя слабым и нужным чуть дольше. Чимин никогда не был счастлив, никогда не был любим, поэтому он хватается за спасительную бледную ладонь, с выпирающими венками и косточками, что вытягивает его. Но куда? ^.^ Снежинки кружатся в энергичном танце, ослеплённые жаркой страстью, растворяясь в серебристых потоках воздуха или путаясь в волосах. Они изящно осыпаются на ресницы Пака, отчего шоколадные глаза начинают трепетать. Под ногами приятно похрустывает снег, отпечатываясь на белоснежном асфальте следами обуви. Чимин выглядит как ангел, закутанный в плед из пушистых узорчатых снежинок, что озаряет этот мир тёплым, нежным светом. (https://pin.it/7dCgEnl) Мягкие пухлые губы выпускают молочный пар, уносящийся в даль, после исчезая где-то за горизонтом. Вдалеке видны очертания университета, над которым парят серые облака, спускающие белёсые хлопья на землю, даруя им жизнь. Высокие бетонные стены могущественно глядят на студентов, встречая Пака и Тэ не распахнутыми дверями, а Мином Юнги с друзьями. Тёмное пятнышко со сверкающей фарфоровой кожей очень сильно выделяется на фоне чистой белизны. (https://pin.it/3L1ducE) Его мягкая, на ощупь, улыбка проникает в самую душу, выцарапывая её на рёбрах. — Привет. — опустив взгляд на свои ботинки, тихо произносит Пак. — Привет. — поднимает лицо блондина за подбородок, уделяя внимание его глазами, щекам и... губам. Он мягко, немного лениво, касается горячих губ, утягивая юношу в ласковый поцелуй. Юнги медленно проводит языком по ровным зубам, после сплетая мокрые языки в едином танце. Они отстраняются, разрывая тонкую ниточку слюны, что тянулась от губ друг друга. Они заходят внутрь, обещая встретиться на обеде, когда каждый направляется в свой кабинет. Мужчина средних лет что-то объясняет, старательно спрашивая учеников, но Чимин не слышит. Он думает о Юнги, закусив нижнюю и вспоминая сладость тонких, будто струны, губ. Губ, что так сильно манят, что способны возбудить одной капелькой крови, выступившей из раны, которую Мин так сексуально слизывает, проводя языком. Чимин думает о руках, испещренных витиеватыми венами, что синими змеями ползут под кожей. Прекрасен. Чимину кажется, что он бы смог выкарабкаться на луну и крикнуть во весь голос так, чтобы связки трещали и разрывались о том, что красивее Юнги в вечности галактик нет никого. Он готов любить его до последнего вздоха. Готов его вечность любить. Мин просидел в его голове все пары до обеда. Оккупировал всё пространство и разложил свои многочисленные вещи по полочкам. Видимо теперь он здесь постоянный жилец. Снова запах еды дурманит, отчего друзья чуть ли не бегут в столовую, занимая уже излюбленное место. Они с удовольствием уплетают свои порции, то и дело обсуждая лекции, погоду и дорамы. Они смеются чуть ли не на всю столовую, стараясь не подавиться или не выплюнуть еду на стол. — Чего смеётесь? — бросая рюкзак на стол, спрашивает Мин. — Да так. — недоверчиво косится на брюнета и старается не смотреть на Тэхёна, иначе заразится новой порцией смеха. — Расскажите, нам тоже интересно. — радостно улыбается Хосок. — Ну ок. — сдерживает ржач Тэ. — Как называют человека, который продал свою печень? — пауза. — Обеспеченный. — друзья начинают наполнять громким смехом все помещение, в то время как старшие обеспокоенно глядят на них. — Что? — спрашивает Пак, вытирая выступившие слёзы. — Ничего, просто у моего парня проблемы с юмором. — Ну спасибо. — пихает Юнги локтем под рёбра и надувает губы. — Эй, не трогай мою еду! — Я есть хочу. — чмокает блондина в щечку. — Ну Чимин~и, покорми своего хёна. — делает щенячий взгляд. — Ладно. — закатывает глаза. Он аккуратно подносит еду к старшему и кладёт ему в рот. Сам Пак уже наелся, поэтому с разливающейся нежностью в груди смотрел на своего парня, продолжая кормить. Хоби, что сидел рядом, как-то странно посматривал на них. В его мрачных глазах, увеянных чернотой, горел азартный огонёк. Чимин напрягается и начинает нервничать, но чувствует как к нему на колено ложится рука, что ползёт вверх, останавливаясь на середине бедра. Она спокойно лежала на упругой ляшке, идеально гармонируя, словно бог создавал Пака специально для Юнги. Его руки с длинными узловатыми пальцами так привычно, и так правильно смотрелись. Юноша краснеет, но вкладывает свою ладонь в ладонь возлюбленного, переплетая пальцы. И это расслабляет. Укутывает в вихрь любви и мягкости, унося в прострацию. Хочется, чтобы так было всегда. Последние пары Чимин пролетал в облаках, что манили своей пушистостью и воздушностью. Затерялся в счастливых закоулках своей короткой жизни, не желая выбираться из них. Любовь водоворотом затянула его на дно, без шансов на спасение. Но они ему не нужны. Пак уверен, что пока ему хорошо, то выбираться незачем. Как же он ошибается. Теперь он уже не стоит на распутье, теперь он движется по гладкой розовой дороге, направляясь прямо в тёмный лес. Он его не увидит. Не издалека, не вблизи. Только в середине, охваченной ядовитыми кустарниками и шипастыми ветвями. Он забудется и сгниёт, оставив после себя лишь плодородную почву, что позже зарастёт сорняками. Пак снова на улице. Ветер бьёт в лицо, обжигая щеки холодными щупальцами. Ураган из молочных снежинок крутится рядом с блондином и заигрывает с его бархатистыми волосами. Он делает несколько медленных шагов и прижимается губами к чужим, потрескавшимся и искусанным, но уже ставшими родными. Разгорячённые языки сплетаются в нежном танце, немного щекотя друг друга. Юнги кусает пухлую губу и оттягивает, проводя по ней языком и отстраняясь. Чимин поднимает потяжелевшие, облепленные белесыми хлопьями, глаза, что искрятся неизмеримым счастьем. В тёмных зрачках можно прочитать все его чувства, сравнимые с вечностью вселенной. Завораживает. Юнги берет возлюбленного за руку, сцепляя пальцы. — Пойдём, я провожу тебя. — Ты ждал меня? — Нет. С чего ты взял? — Ты замёрз. — Пф, подумаешь. — бурчит брюнет, пока Чимин засовывает их руки к себе в карман. — Эй, голубки. Я вам не мешаю? — размахивает руками Тэ, недовольно смотря на них. — Мешаешь. — бросает Мин, оставляя на губах блондина быстрый поцелуй, а Чимин смеётся, делая шаги в сторону дома. Чимин бы всё отдал, чтобы держаться за руки всегда, наслаждаясь теплом брюнета. Он бы всё отдал, чтобы касаться этих губ снова и снова, впитывая, будто губка, всю их сладость. Эти минуты были на вес золота, поэтому Пак выжигал их в своей памяти. Мин Юнги такой красивый и нереальный. Он вообще существует или Чимин тронулся умом? Он проводит подушечками пальцев по скулам, очерчивая их и обжигая своими касаниями. Чимин тянется к губам, оставляя на них своё горячее дыхание, а потом прижимается к ним. Робкий, нежный, невинный поцелуй, что заставляет сердца обоих парней замереть. Их будто подкинуло в космос, где поцелуи — воздух. И они стараются поглотить как можно больше кислорода, теснее прижимаясь друг к другу. — Пока. — шепчет блондин. — Пока. — шепот в ответ. Чимин заходит домой с расцветающей душой и счастливой улыбкой. Ярко-оранжевые искорки осыпаются на пол, давая начало цветам. Тэхён тоже улыбается, ведь он впервые увидел его настолько радостным. Может это Мин Юнги не такая уж и сволочь? — Вы прекрасно смотритесь вместе. Вы милая пара. — Спасибо. — краснеет.

^.^

Клуб. 18.46 По помещению разносился стойкий запах перегара и дешёвых сигарет, подпитываемый потными пьяными телами, что рассыпались в ритме зажигательной музыки и лучах дискошара. Полуголые барышни занимали свои места, развязно танцуя и соблазняя мужчин. Атмосфера гулянки и похоти отдавалась неприятным жаром. Юнги сидел на потрепанном диване, меж губ была зажата тонкая сигарета, а в руках покоился стакан с виски. — Где Намджун? — бросая сигарету в пепельницу, спрашивает Мин. — Он не придёт. Не нравится ему затея с Чимином, поэтому он отказался в этом участвовать. — пожимает плечами Чонгук, допивая очередной бокал со спиртным. — Пф, столько веселья пропускает. — врывается в разговор Хоуп, параллельно ставя на стол новую порцию выпивки. — Ну что, как у тебя с ним? Вижу всё идёт очень хорошо. — Ну раз видишь, то зачем спрашиваешь? — Может хочу узнать подробности? — Тебе повезло, подробностей нет. Ты сам сегодня всё видел. — И это всё? — А чего ты хотел? — Ладно. Ты же помнишь о плане? — с прищуром глядит на друга. — Не успел ещё влюбиться? — Помню. Не успел. Всего лишь переспать хочу, какие чувства? — опрокидывает в себя новую дозу виски, что обжигая горло, растекается по телу. — Оу, да у тебя недотрах, малыш. — саркастично произносит Хоуп. — Да пошёл ты! — огрызается Мин. — Он симпатичненький так-то. — улыбается Гук, а брюнет лишь кивает. — Мальчики, — тянет молодая девушка в откровенной одежде, что почти не скрывала её пышные формы, — не хотите расслабиться? — кладёт руки Гуку на плечи, начиная массировать. — О да, моя зайка. Пойдём. — обвивает руку вокруг талии девушки и уходит, попрощавшись с друзьями. — Снова он нас бросил. — ворчит Гук. — Похуй. Наоборот хорошо, что свалил. — Ты как обычно в своём репертуаре. — глоток. — Кстати, Тэхён-то похорошел с нашего последнего нормального разговора... — О нет, я знаю о чем ты думаешь... Не смей! Понял меня? — угрожающе смотрит Мин, сверкая зрачками. — Но... — Нет. — Почему? — Потому что он ещё от прошлого раза не оправился, а тут снова ты... — Да похуй. — бросает Чон, снова опрокидывая в свой желудок алкоголь.

^.^

Тёплое дневное солнце, что пробивается лучами в окно выходного дня... Что может быть хуже? Пак жмурит глазки и носик, становясь похожим на котёнка, и отворачивается, но падает с кровати, наполняя тишину глухим стуком. Он встаёт, потирая ушибленные места и плетётся в ванную. — Что это был за звук? — выбегает перепуганный Тэхён. — Это я упал. — вздыхает Чимин. — Больно? — Не особо. — Что на завтрак? — садится за стол и любопытными глазами таращится на блондина. — Сейчас что-нибудь сотворю. Чимин готовит простенький завтрак, так как на большее время тратить не хочет. Ничего выдающегося, просто яичница с беконом. Покушав, друзья разбредаются по комнатам. — Я в магазин. — кричит с порога Тэ. — Хорошо. — кричит в ответ Пак, после слыша хлопок двери. Решив скоротать время за просмотром дорамы, Чимин открывает на ноутбуке нужный сайт, с головой погружаясь в сюжет. Он посмотрел уже 6 серий, а Тэхён всё ещё не вернулся. Он уже собрался звонить другу, крича в трубку о том, что так долго ходить по супермаркетам нельзя, как в дверь начинают звонить. Он подбегает к двери, уже подготовив двадцати четырёх часовую лекцию, и открывает дверь. — Тэхён я тебя сей... Оу, привет. — замялся Пак, удивленно смотря на Юнги, закутавшегося в шарф крупной вязки и сморщившего красный носик. Он выглядел так мягко. — Привет. — шагает в квартиру и снимает верхнюю, облепленную снегом, одежду. — Даже не поцелуешь меня? — Может и поцелую... — хитро улыбается, на что брюнет лишь закатывает глаза. Чимин притягивает Юнги за ворот водолазки и затягивает в трепетный поцелуй. (https://pin.it/1ivKn04) Он объединяет их языки, что ласкают друг друга, щекотно проводя по нёбу. Маленькие кулачки сжимаются на чёрной ткани, притягивая ближе. Руки Мина находят своё место на тонкой талии, сжимая её и выдавливая из пухлых губ стон, который брюнет проглатывает. Поцелуй плавно переходит в мокрый, напористый, немного грубый. Чимин сминает губы Юнги, вкладывая в свои действия всю любовь. Мин последний раз приходится горячим языком по нижней губе Пака, после отстраняясь. — Собирайся. — шепчет он, чуть сильнее сдавливая талию младшего. — Что? Ах... Куда? — Узнаешь. — Ну скажииии, ну хёёён... — Нет, это сюрприз. — Сюрприз? Обожаю сюрпризы. — радостно смотрит на брюнета, а в его глазах зажигаются звёзды, расцветает космос. Юнги впервые видит кого-то настолько счастливым. — Давай быстрее только. Чимин проводит кончиками пальцев по скулам старшего и нехотя отстраняется, уходя в свою комнату. Он раскрывает шкаф, выбирая одежду и засматриваясь на голубую водолазку, которую так давно хотел одеть. (https://pin.it/27hkj7P) Бросив нужные вещи на кровать, он раздевается. Щелчок. Дверь открывается и в комнату заходит Мин, что довольно смотрит на полуголого младшего, открыто любуясь телом. Юнги соврёт, если скажет, что не хочет его, что не хочет потрогать его тело, что не хочет вдалбливаться в него быстро и грубо, покрывая персиковые ключицы яркими засосами. Соврёт, если скажет, что не хочет ощутить его упругую задницу на своём члене, что не хочет оставлять на его сочных ляжках и боках синяки от пальцев. Чимин прекрасен. Блондин краснеет, начиная поспешно натягивать кремовые брюки, а Юнги подходит, заключая узкую талию в кольцо, широкой грудью прижимаясь к его голой, шелковой спине. Брюнет начинает медленно покрывать поцелуями бабочками плечо Пака, оставляя на нем красные засосы, что позже расцветут бордовыми пятнами. Чимину жарко. Ему жутко приятно, он готов растечься лужицей, будто пятнадцатилетняя девчонка, но... Но Мин должен прекратить. — Ю... Юнги, п-прекрати. — выдавливает он. — Почему? — шепчет брюнет, не прерывая своих действий. — П-потому что... Мгх... Я... Я н-не хочу с-сейчас. — Хорошо. Ты такой красивый. — юноша снова смущается, отворачивая лицо, на котором красовался румянец. Быстро надевая оставшиеся вещи, он бросает взгляд на своего парня, что тихо наблюдал на за ним. Они выходят из квартиры, закрывая её на ключ и начиная спускаться. Они переплетают пальцы, двигаясь так, пока не доходят до машины. Юнги за рулём — слишком сексуально. У Чимина текут слюни от того, насколько этот парень горячий. Он облизывает губы, жадно смотря на брюнета. Удержаться трудно, почти невозможно, поэтому Пак накрывает тонкие губы своими, дерзко сминая их. Он отстраняется, сверкнув шоколадными глазами и приковывая внимание к домам. Они движутся в неизвестном одному Паку направлении. За окном мелькают белые снежные хлопья, что играют с потоками ветра, заснеженные деревья размахивают голыми ветвями, сбрасывая молочный груз. Луна блестит и переливается в небесах, освещая дороги. Юнги останавливается на пустынном холме, на котором искрится снег, перекатываясь серебристыми огоньками. Чимин выбегает из машины, в лицо ударяет ледяной ветер, но он бежит к ограде, замирая, когда видит ночной Сеул. Сеул, что горит, мерцает точками разных цветов. Это волшебно. Он поворачивается к Мину с глазами, источающими вселенское счастье. Он подбегает к нему, опрокидывая на снег. — Я люблю тебя, Юнги~я. — шепчет он и нежно целует. Настолько нежно, что брюнет растворяется в ощущениях. Чимин закутался в «эту» любовь.