Яду мне, яду!

Гарри Поттер шел по Лютному переулку, наглухо застегнув плотную черную мантию, натянув капюшон и прикрыв лицо непроглядной черной дымкой. А все потому, что не пристало главе Аврората Магической Британии шастать по сомнительным переулкам в нерабочее время. Да и в рабочее, если честно, все-таки не рядовой служащий. Но что делать, если некоторой литературой проще было разжиться именно у местных торговцев? И не потому, что она была запрещенной, просто достать ее порой было невероятно сложно, и лишь некоторые умельцы готовы были взяться за заказ. За определенную сумму. Или за услугу, но на такие сделки Гарри всегда отвечал отказом. Пределы его возможностей… Ну, почти не существуют, если честно. Герой Второй Магической Войны, глава Аврората, да и членство в Визенгамоте сразу за два рода — это вам не еж зевнул. Все об этом знали, и услугу могли потребовать любую, а Гарри Поттер не нарушает правила! Если это не выгодно ему лично, конечно. Почти добравшись до нужного места, мужчина услышал крик, а следом стон боли. Чертыхнувшись и проклиная так и не изжитое за все непростые годы гриффиндорство требовало посмотреть, что там происходит, и, если нужно, оказать помощь. Гарри осторожно заглянул в переулок, из которого доносились звуки сражения. Пять человек, типичные бродяги Лютного, пытались окружить фигуру в сером плаще сотрудника Отдела Тайн. Гарри взял палочку на изготовку, собираясь при случае присоединиться, но через пару секунд все было кончено. Поттер выдохнул и уже было продолжил свой путь, но Невыразимец повернулся к Гарри лицом. Из-под капюшона смотрели большие голубые глаза. Или вернее будет сказать серые? Светлые, льдистые, обрамленные ворохом пушистых светлых ресниц. Их обладатель с насмешкой смотрел на аврора. — Гарри Джеймс Поттер, — с легким любопытством произнес молодой человек. — Глава Аврората среди ночи крадется по трущобам. — Скорпиус Гиперион Малфой, — усмехнулся Гарри. — Я и не знал, что семь вечера стали серединой ночи. — Но маска-то зачем? — Чтобы местная шушера не успела разбежаться раньше, чем я получу желаемое, — Поттер поморщился. Сегодня он заказ не получит. Наверняка весь Лютный уже привели в идеальный порядок за пару минут их разговора. — Но вы ведь им платите? — Береженого магия бережет. — Ладно, — Скорпиус радостно хлопнул в ладони. — Раз уж я нарушил ваши планы, вы просто обязаны угостить меня ужином. — Наглости не меньше, чем у отца, — ухмыльнулся Гарри. — Зато очарования больше, — мило улыбнулся Малфой. — Надеюсь, ты ничего не имеешь против магловской итальянской кухни? — уточнил Поттер, беря юношу под локоток. — Ничего, что мы не при параде? — только спросил парень. — Идем, — вместо ответа сказал аврор и аппарировал вместе с невыразимцем. Они оказались где-то на улицах магловского Лондона, не в центре, но и не в трущобах. Сокрпиус огляделся, с любопытством разглядывая ярко освещенные столичные улочки. — Я нашел это место случайно, — начал рассказывать Гарри, подводя своего случайного спутника к массивной двери с резным узором. — Я еще был простым аврором, мы преследовали сумасшедшего французского мага, неизвестно как оказавшегося в самом сердце Англии. Заметил вывеску. Поймал преступника. Затем вернулся и отпраздновал победу сытным ужином. — Странный выбор, — с интересом сощурился Скорпиус. — Вам по статусу, да и по финансам, положено питаться в ресторанах высшего класса. Почему этот простой семейный ресторанчик, если вы вполне можете позволить себе большее? — Наверное, такой информации нет в учебниках по истории, — Гарри хмыкнул. — Но до семнадцати лет я жил в доме у маглов, моих родственников. Вроде как, кровная защита моей матери, могла защитить меня только там… Не думаю, что это реальная причина, но в хитросплетениях Дамблдора ваш отдел разбирается до сих пор. Мое дело — верить Директору или нет. — А вы верите? — живо спросил Малфой. Поттер не ответил, просто пожав плечами. — Так вот, пока мне не пришло письмо о зачислении в Хогвартс, я существовал на правах… Ну, скажем, домового эльфа. Прибирался, стирал, мыл посуду, ухаживал за садом, ночевал в чулане под лестницей. — Что? — воскликнул Скорпиус, привлекая к себе внимание остальных посетителей. — Так вот, очень долго моей мечтой было прийти в кафе и заказать все, что мне захочется. Не брать то, что останется после кузена или будет выдано вместо сдачи… Сначала я все время был в Хогвартсе, потом скитался по стране в поиске крестражей, затем мы всем миром восстанавливали Магическую Британию. Я ведь именно поэтому вытащил из Азкабана твоих отца и деда: Малфои всегда были талантливыми политиками и довольно неплохо разбирались в финансовых делах. Без них мы, скорее всего, барахтались бы гораздо дольше. Потом была академия авроров. И уже лет этак в двадцать, гоняя по стране преступников, я понял, что наконец-то могу жить. — А до этого? — прошептал Скорпиус, кусая светлые губы. — До этого… Я ходил, ел, пил, работал и посещал мероприятия, но душой… Я был в том самом чулане. Иногда мне кажется, что я все еще там. Какое-то время они сидели молча. Гарри, кажется, погрузился в воспоминания о прошлом, а Скорпиусу нужно было как-то переварить услышанное. Отец отзывался о Поттере не слишком лестно, но мама и бабушка сразу останавливали его и напоминали, кому они обязаны своими жизнью и свободой. Скорпиус был знаком с младшими Поттерами. Они были разными, даже учились на разных факультетах, но держались всегда дружно, общались друг с другом и были самой настоящей семьей. Во многом благодаря им в Хогвартсе впервые за долгие годы прекратилась вражда между факультетами. Маленький Скорпиус читал про их родителей в учебнике, и несмотря на ворчание отца, рисовал в голове образ великого героя Гарри Поттера. Но вот этот мужчина сидит сейчас перед ним. Уставший, несчастный, подаривший волшебникам Британии годы спокойствия, но так и не вышедший из каморки, в которой он до сих пор был совсем один… Скорпиусу хотелось плакать. А еще обнять этого удивительного человека. Но вот Поттер дернулся, отмахиваясь от грустных мыслей, выпрямился и цепким взглядом зеленых глаз уставился на Скорпиуса. — Значит, Отдел Тайн, — улыбнулся он. — Всегда было интересно, чем они там занимаются. Может, приоткроешь завесу? — А что мне за это будет? — кокетливо промурлыкал Скорпиус, но тут же замер в ужасе от собственного поведения. Что за фокусы и выверты сознания? К счастью, Гарри только рассмеялся, не приняв заигрывания всерьез. — Я знаю, что вы ведете какие-то научные исследования и отслеживаете наиболее перспективных волшебников. Благодаря Невыразимцам в живых остались многие дорогие мне люди. Изобретатель-экспериментатор Фред Уизли, унаследовавшая редкий дар метаморфа Нимфадора Тонкс и знаменитый зельевар Северус Снейп, конечно. — Не знал, что Северус вам дорог, — рассмеялся Малфой. — В прессе о вас до сих пор говорят как о злейших врагах. Да и сам он не прочь пройтись по вам острым словцом. — О, не сомневаюсь, — с какой-то поразительной смесью брезгливости и нежности сказал Гарри. — Мы в компании друзей тоже вспоминаем о нем только плохое. Хорошо, что я узнал о его «воскрешении» вовремя. Чуть не назвал сына в его честь. Было бы неловко. — Сына? Ээээ… Простите, но… — Альбус Северус, — ответил аврор, смущенно ероша волосы. — О боже, хахаха, ой не… Ахахаха! Я должен, нет, я обязан рассказать, что Альбус Альтаир… Хахахаха… — Не надо, — как-то жалобно вздохнул Поттер. — Узнают Малфои и Северус — узнает весь мир. И тогда смеяться надо мной будут не только члены семьи, но и вся планета как минимум. — Это верно, — Скорпиус задумался. — Ладно, так и быть. Придержу эту информацию на случай, если придется вас шантажировать. — Малфой, — восхитился Гарри. — И горжусь этим!

***

Вечер вышел странным. Это по меньшей мере. Идти по Лютному, встретить Малфоя, привести его в магловский ресторан и провести чудесный вечер за ненавязчивым разговором о прошлом и настоящем. Самое безумное, что Малфой почти все время отмалчивался, задавал вопросы или реагировал на разные неоднозначные реплики. Говорил Поттер. Не тот негласный лидер Света, толкающий речи на приемах, улыбающийся в камеру с семьей, ведущий страну к прогрессу и блюдущий закон. Настоящий Гарри. Мрачный, холодный, неплохо разбирающийся в темной магии (иначе как с ней бороться), одинокий лорд с нарисованным прошлым, серым настоящим и пустым будущим. — Кричер, — позвал мужчина, заходя в ставший родным и привычным дом на Гримо. — Хозяин нагулялся и пришел мучить старого бедного Кричера? — проскрипел домовик. — Да-да, — усмехнулся Гарри. — Как обычно отдели гречу от пшена, намели кофе на семь недель, посади двенадцать розовых кустов и познай самое себя. Но сначала скажи мне, кто дома. — Никого, — Кричер поклонился и исчез. — Никого… — повторил мужчина с легкой грустью. Ну, ничего удивительного. Луна в школе, Альбус с приятелями путешествует по магическим местам Франции, а Джеймс еще не вернулся из последней поездки в Россию, где он лично отбирал полудрагоценные камни для своих поделок. Старший сын еще в школе увлекся артефакторикой и сейчас с удовольствием развивал свое дело. Средний еще не определился, но кажется ему ближе всего была светская жизнь и дела рода. Но он был талантливым мастером трансфигурации, так что волноваться за его благополучие не приходилось. Луна неожиданно была отличным боевиком и колдомедиком-интуитом (или как это правильно называется, Гарри так и не смог запомнить, хотя всегда внимательно слушал восторженные рассказы окрыленной успехами дочери) и все еще металась между этими специальностями. Впрочем, ее отец не сомневался, что дочь хватанет оба направления и успешно со всем справится. Еще на Гримо время от времени обретался Тедди, которому Гарри заменял одновременно отца и брата. Ну и, конечно, Джинни, с которой они давно были в разводе, но оставались хорошими друзьями. Собственно, большинство магов даже не знали об этом факте их биографии, ведь на все вечера и приемы они неизменно приходили вместе и не собирались этого менять, пока в жизни одного из них не появится Тот Самый Человек, как называл это смеющийся мелкий Люпин. После войны они оба были разрушены до основания, измотаны и несчастны. Держаться вместе было стратегией выживания. Скоропалительная свадьба тогда защитила Героя от орды поклонниц, мечтавших занять место миссис Поттер, а Джинни позволила перебраться в городской дом и присоединиться к квиддичной команде. С Джин было спокойно, приятно, весело. Она подарила Гарри трех чудесных детей, которых они старались растить в любви. Но огня между ними не случилось. И девушка, со свойственной ей смелостью, предложила развод. Поттер только вздохнул с облегчением. Теперь он был свободен как ветер и одинок как скалистый утес в центре ледяного моря. Но это было неплохо. Вполне неплохо, если не думать слишком много.