Ставка? Любовь!

С того самого дня прошло ещё три. Занятия пришлось временно отложить по причине твоих ран. Конечно, смертельными или опасными они не были, но Осаму настоял на более длительном восстановлении. Все эти дни в убежище стояла странная обстановка. С одной стороны все было как обычно, вы все дружно жили, каждый занимался своим делом, а с другой, иногда бездельничали. Всё это время, как и подметил Куникида, Осаму не покидал убежище. Он с утра до вечера находился в этих стенах, чаще всего близь к тебе. Он рассказывал забавные истории из жизни, издевался над остальными и пару раз помогал тебе по хозяйству. Например, вчера, вы вместе мыли с ним полы. Да, это, конечно, было весело, каток и все дела, но вот грязи вы развели ещё больше. В моменты безделий, вы лёжа на диванах, беседовали на тему нового мира. Каким вы видите его строй и как бы поступали, будь его лидерами. Однако, сильнее всего, тебя удивила фраза Дазая: «Если я буду лидером… Хм… — задумчиво пробормотал, прикрывая глаза, а после, игриво улыбнувшись, смотрит на тебя. — Пожалуй, я просто буду исполнять твои желания.» Тогда ты просто посмеялась с этих слов, назвав мужчину шутником, но где-то внутри ощутила невероятный прилив тепла, который укутал душу, запаковав ее словно самое дорогое, что есть в этом мире. Сердце забилось чуть быстрее, а жар прилил к щекам. В голове крутились странные мысли, которые так и не покинули тебя, хотя и успокоили свой напор. Сегодня же день начался забавно, учитывая, что ты упала с кровати. Приведя себя в относительный порядок, ты прошла осмотр у Акико и отправилась готовить завтрак. Удачно сварив рис, ты заправила его особым набором специй, чтобы хотя бы как-то разнообразить питание и вкус. Все дружно позавтракали, и тебя, когда неожиданно Дазай предложил прогуляться неподалеку, ведь вы уже столько времени провели в четырех стенах, привлекли к работе. Как оказалось ВДА помогает мирным убежищам существовать. По мере возможности доставляют продукты и другую материальную помощь. Как ты выслушала, система была простая. Несколько человек сортирует вещи, после чего Кенджи, Атсуши и кто-то ещё помогают с перевозкой. Осуществляется всё грузовиком, который был спасён ещё только в начале всех проблем. Конечно, сейчас уже были значительные проблемы с его заправкой, но пока это возможно нужно было выполнить всё как можно лучше. Именно поэтому, схватив тебя за руку ответственный в этот раз за сортировку вещей Доппо, заставил ему помогать. За тобой к работе присоединился Дазай, а заметив интересный кипишь к вам пришел Рампо. В итоге сейчас вы сидели в общей комнате, на полу которой стояли большие картонные коробки. Когда вы только входили Осаму сразу прыгнул на диван, приглашая тебя сесть рядом, но твою фигуру опередили и Эдогава занял место рядом с ним. На это действие бывший мафиози нахмурился и немного недовольным взглядом посмотрел на Рампо. Ты же спокойно села рядом с Доппо, что повлияло на Осаму весьма странно. Он сразу начал ёрничать и откровенно издеваться над Куникидой, призывая блондина к взрыву его нервной системы. С трудом успокоив перепалку, вы принялись за работу. Осматривая список продуктов, ты должна была перечитать и сверить, чтобы во всё коробки все попало поровну. Разные каши, консервы, макаронные изделия были в весьма больших количествах, что было, в общем-то, понятно. Прочитав написанное, ты глубоко вздохнула, поднимаясь с места. — Куникида-сан, а где всё это взять? — спокойно спрашиваешь, посмотрев на него. — В кладовой. — односкладно отвечает он, кивнув тебе. — Ага… Стойте, а разве в кладовой осталась гречка? — вспоминая запасы, которые ты видела на своих полках и то, что должно лежать в кладовке. — Зачем эта гречка? Вот зефир или вафли были бы кстати. — откинувшись на спинку стула, Рампо открыл свои зелёные глаза, поправляя очки, кидая на тебя взгляд. — Не думаю, что это удовлетворит все потребности. — неловко отвечаешь, заправив прядь за ухо. — Меня бы удовлетворило. — пожимает плечами лучший детектив. — Она должна была быть, по крайней мере на две третьих списка. — утверждает Куникида, полностью игнорируя ваше общение. — Нет, ну, меня тоже бы удовлетворило… — закусив губу, поднимаешь взгляд в потолок. — Но не представляю, как можно питаться одним сладким. — печальный вздох срывается с уст. — Если я так сделаю, я буду как бочка. — твои руки ложатся на талию, проводя по ней. — (т.и)-тян, не стоит так говорить, я уверен в любом виде ты будешь выглядеть сногсшибательно. — слышится комментарий со стороны Осаму, на что ты не можешь не улыбнуться, слегка покрывшись румянцем. — Спасибо… — неловко отводишь взгляд, чтобы не столкнуться с глубокими карими глазами, которые мягко, но в то же время пристально наблюдают за тобой. — Если бы переживал за талию, я бы не наслаждался жизнью. — печально вздыхает Рампо, растянувшись на половину дивана. На слова Эдогавы реагируешь смешком, прикрыв рот ладошкой. — (т.ф), а ну иди сюда. — раздается голос Куникиды, а ты пожав плечами садишься на место. — Вот посмотри. — Доппо показывает тебе список из своих рук, от чего ты склоняешься ближе к нему, совсем не замечая темного взгляда, который сосредоточился на вас. В глаза бросается список одежды, и ты поднимаешь взгляд на Доппо, с немым вопросом. — Ну, я не понимаю во всех этих названиях, а список составляла Наоми. — поправив очки, добавляет он. — Ты же девушка должна понять все эти названия. — Что за стереотип… — чуть недовольно бормочешь. — Что вам непонятно? — Джемпер… И… В общем почти все, кроме штаны и водолазка. — серьезный серый взгляд с такой фразой заставляет выпасть из реальности и впасть в дикий смех. — Давайте я разберусь с одеждой, а вы с продовольствием? — с улыбкой спрашиваешь, склонив голову в бок и прикрыв глаза. — Да, пожалуй, спасибо. — кивает тебе Доппо, и ты видишь благодарную улыбку в ответ. Он протягивает тебе список, и ты принимаешь его, слегка касаясь руки блондина. — Куникида-сан, у вас руки словно лёд! — забираешь лист ближе к себе, громко восклицая, что привлекает всеобщее внимание. — У людей с холодными руками большое сердце! — открывая пачку с леденцами, Рампо по-лисьи улыбается. — У меня тоже руки холодные, вот попробуй, (т.и). — сразу после этого Эдогава протягивает тебе руку, и ты с лёгким смешком пробуешь ее. — Ничего себе… Вы точно люди? — перебегая взглядом между мужчинами, ты слегка посмеиваешься. — Говорят холодные руки из-за плохого кровообращения, вдруг вы вампиры. — щуришься, обмениваясь взглядами с Рампо. — Если это так я бы не ел конфеты. А значит, чисто из нормального соображения, вампиром я быть не смогу. — разворачивая очередную конфету, быстро ее съедает, а после кидает на всех взгляд. — (т.и), будешь? — Эдогава протягивает тебе леденец в зелёной обёртке, на что ты с благодарностью берешь, открывая сладость, которая оказалась виноградной. — Вампиры — это несуразная вещь. — вдруг говорит Куникида. — А значит то, что на улице вы вполне предполагали? — спрашиваешь с лёгким сарказмом. — Сейчас другая тема. — недовольно восклицает Доппо, пока ты, смеясь, переводишь взгляд на соседний диван. Твои глаза останавливаются на помрачневшей фигуре Дазая. Он положил свои руки локтями на кофейный столик, возместив на сцепленные пальцы голову. Глаза были наполовину прикрыты и холодным взором, таким темным, что сама тьма могла позавидовать, смотрели на Куникиду. Ты безмолвно смотрела на такого мрачного Дазая, пока в голове искала причины странного поведения. Лёгкий холодок пробежал по спине, от того сколько угрозы исходило от него. Кроме того мысль о том, что мужчине возможно плохо также вертелась в голове. — Вот, возьми, это план мало ли, что упущено. — давая тебе несколько сцепленных листов, Доппо так и не поднял взгляда. Ты же просто приняла их, возвращая взволнованный взор на Осаму. Ты уже было хотела начать говорить, чтобы приободрить парня, как он подал голос. Он был настолько необычным, казалось, что перед тобой мертвец: — Если прострелить человеку сердце он умирает…? — тихо прошептал Дазай. — А, ты о чем, Осаму? — непонимающе похлопала глазами ты, заставляя Куникиду уставиться на Осаму. — Чтобы избавиться от боли нужно перевязать рану… Но, что делать, если я не вижу ее? — в том же тоне продолжает мужчина, словно не слышал. — Ты в порядке? — протянув руку, ты мягко коснулась его ладони, заставляя Осаму поднять на себя мутный и темный взгляд подобно кофейной гуще. — А? (Т.и)… — его голос сразу стал мягче, словно случилось что-то хорошее. — Да, я… Нормально. — чуть измученная улыбка легла на его уста, но ты сразу поняла, что она натянута. — Точно? — строго спрашиваешь, убирая свою руку. Всего на мгновение, но тебе показалось, что Дазай захотел схватить твою ладонь, но так и не сделал этого. — Да. Я пока пойду. — отмахнувшись мужчина покинул комнату так быстро, что ты не успела ничего сказать. Почему-то такое поведение вызвало в твоей груди болезненное покалывание, которое давлением отдалось в затылке и на глазах, словно ты сейчас заплачешь. Губы слегка приоткрылись, но ты продолжала молчать, ощущая странное чувство, словно что-то внутри треснуло. — Я же говорил, что у него последнее время проблемы с головой. Будь осторожна. — поправив очки, Куникида серьезно посмотрел на тебя, своими словами привлекая внимание Рампо. — Но… Его слова… Может ему плохо? Я волнуюсь… — честно говоришь, ощущая лёгкую тревогу где-то в районе груди. — Не волнуйся за этого дурака, уж с ним точно все будет в порядке. — отмахивается Доппо, кинув на тебя строгий взгляд. — Давай продолжим. — Ладно… — чуть печально добавляешь, пока ноги были готовы сорваться с места в любой момент. — Что у вас происходит? — задумчиво спрашивает Эдогава, приоткрывая глаза. — Не важно. Сейчас нам нужно закончить наше дело. Вот и все. — отмахивается Куникида, и ты недовольно соглашаешься с лёгкой печалью. Состояние Дазая сильно тебя беспокоило.

***

Работала ты ещё около полутора часа не покладая рук. Все, что от тебя требовали, ты сделала и сразу покинула место работы. Ноги сами несли тебя по коридору к комнате Осаму. За все время беспокойство так и не прошло, а странная давка в груди только усилилась. Сама не зная почему, ты ощутила себя виноватой, и от этого в горле стоял ком. Это были не слезы и даже не страх, это было дикое волнение за одного единственного человека. Такое ты чувствовала впервые. Сильное давление внутри тебя, словно разрывало изнутри, но в то же время прессовало тебя. Мысли мешались и путались в дикий алкогольный напиток, когда к ним добавляли чувства, что просто сносило голову. Единственное, что ты знала, так это то, что волнуешься так впервые в жизни. Даже собственные проблемы не вызывали такого переживания, как Дазай. Остановившись напротив двери в его комнату, ты тихо постучала, но ответа не последовало. Это навело на дурные мысли, но ты точно знала, что он не ушёл, иначе бы проходил в общей комнате. — Осаму, это я… (Т.и). Я могу войти? — робко спрашиваешь, опять постучав по двери, наклонившись ближе, чтобы прислушаться. Тихие шаги раздались по ту сторону, вскоре дверь щелкнула, и перед тобой показался хозяин комнаты. Осаму выглядел весьма помято и растрёпано. Его рубашка была расстёгнута на верхние пуговицы, в то время как привычной верхней одежды не наблюдалось. Волосы были полностью спутаны, и на мгновение ты подумала, что он, возможно, дёргал себя за них, только вопрос надобности отверг эту теорию. Увидев тебя, мужчина улыбнулся, эта улыбка была такой усталой и измученной, но до боли в груди искренней. Его карие глаза потеплели, когда он отошёл в сторону, пропуская тебя к себе. Чуть робко, но ты вошла в комнату, пока Осаму прикрыл за тобой дверь. Глубоко вздохнув, разворачиваешься на пятках лицом к Дазаю. — Что случилось, Осаму? Ты в порядке? — твой голос мягкий и взволнованный. Это вызывает на лице мужчины всего секундное удивление, когда он подходит к своей кровати, садясь на нее, похлопав рядом с собой. Решаешь прислушаться к нему, и присаживается рядом, пока свеча, стоявшая на тумбе возле кровати, играет пламенем, искажая ваши тени. В комнате стоит тишина, и чтобы подтолкнуть мужчину к разговору ты кладешь свою руку на его и улыбаешься, когда встречаешь его удивленный взгляд. — Ты волнуешься за меня? — с лёгким печальным смехом спросил Дазай. — Я уже отвечала на этот вопрос. — спокойно говоришь ты, склоняя голову в бок. — Но если нужно я скажу ещё раз. Я волнуюсь за тебя. — А что если я скажу, что решил самоубиться? — этот вопрос прозвучал так странно, наполовину счастливо наполовину грустно, что ты, слушая этот голос, невольно сжала простыню руками. — И про самоубийство ты мне упоминал… Но, знаешь, я не позволю тебе это сделать… — выдыхаешь, чуть приподнимая уголки губ, повернув голову в сторону Осаму. — Я раньше часто это делал… Настолько часто, что когда я говорил другим, что на грани смерти, они поздравляли меня этим… — то ли провоцируя, то ли просто высказываясь, он поступил также, обернувшись к тебе лицом, с печальной улыбкой. — И сейчас, я немного не понимаю, чего хочу… — В любом случае я не позволю тебе умереть. — строго говоришь, подняв голову вверх. — И почему же? — это был настолько пропитанный сарказмом вопрос, что твое сердце невольно сжалось. — Ты мне нужен. — такой простой ответ, но кажется он перевернул что-то вверх дном в твоём собеседнике да и в тебе самой. Сердце забилось быстрее, а руки слегка затряслись, пока щеки яро наливались краской. — Нужен… — тихо шепчет Осаму, но ты все равно слышишь и киваешь в подтверждение. — Конечно! Я уверена, все в этом месте дорожат тобой, и я в том числе! Просто они боятся сказать это честно. — с радостной улыбкой уверяешь ты, схватив его ладони и поднимая их, словно показывая, что не оставишь. — Мне и тебя достаточно. — неожиданно добавляет Осаму, потянув тебя на себя, тем самым заставляя перебраться на его колени. — Осаму…? — неловко шепчешь его имя, ощущая, как чужие руки смыкаются на твоей талии. Мужчина утыкается носом тебе в затылок, опаляя его своим дыханием, заставляя тебя яро покраснеть и ощутить в груди приятный жар. Он был достаточно сильным, чтобы сжечь тебя, но в то же время таким мягким, что хотелось полностью окунуться в него с головой. По телу прошла приятная дрожь, заставляя сердце биться чаще, а мысли сбиться в спутанный клубок. Его руки сжали тебя ещё крепче, вжимая в чужое тело, которое словно горело огнем, согревая тебя. Такой тепловой удар и снаружи и внутри, заставил голову приятно закружиться. Тишина, стоявшая в комнате, совсем не нагнетала, это было своеобразное поле понимания и уединения. Вслед за бурными эмоциями пришло блаженное спокойствие, протекая по твоим венам в лёгком темпе, давая ощутить щекотку в груди. Часы, стоявшие на столе, тихо тикали, достигая вас своей простой песней, которая сейчас слушалась лучше любых слов. Она словно говорила, что вы отдаете друг другу время. То самое ценное, что у вас есть в это жизни, включая ее саму. Вы дарите именно часть жизни то, что никогда не сможете вернуть, занять или взять у кого-либо. Это было слегка пьяняще, странно хорошо и просто обыденно. Такое странно ощущение тепла и дома в чужих руках просто сошлось в тебе, и ты не могла это отрицать. Ты воспринимаешь его больше чем друга… Но не можешь признаться себе в этом. За такое короткое время он стал кем-то особенным, вровень с близкими и родными. Он стал своим. Тишина продолжала окутывать вас в свою пелену тепла и цоканья. Ты и сама не заметила, как прижалась к чужому телу в поиске тепла. Дазай всегда был теплый, неважно, когда он касался тебя, Осаму всегда ощущался тебе невероятно горячим. Лёгкий стук, заставил тебя распахнуть глаза и прийти в сознание, сразу краснея. — Дазай-сан! Это Атсуши, мы собираемся ехать отдавать помощь, Куникида-сан будет вести машину, поэтому я подумал, может, вы тоже захотите поехать?! — голос Накаджимы такой бодрый, что отгоняет от тебя лёгкую дремоту, которая упала на тело, вместе с теплом. — Ты хочешь поехать? — мягко спрашивает Осаму, а ты призадумались, киваешь. — Атсуши-кун, я еду, но не только я, (т.и)-тян тоже с нами! — повышает голос он, недовольно отпуская тебя, ты же наоборот стараешься быстрее сбежать, чтобы не смущать себя ещё больше. — Хорошо, тогда приходите в общую комнату, а я пока (т.и)-сан позову! — добавляет Накаджима. — Я сам это сделаю! — весело кричит Дазай, подмигивая тебе. — Хорошо! — это последнее, что ты слышишь, и юноша удаляется.

***

После этого вы покинули убежище и сели в грузовик, который был припаркован в подземной парковке. Компания собралась весьма большая, и как сказал Кенджи, такой толпы ещё не было. Добраться до другого бункера без привлечения внимания не удалось, но благо, что лишние помехи были убраны. Но у тебя встал весьма весомый вопрос. Почему так мало чудищ? Ответ нашелся быстро, когда Атсуши вспомнил про более сильных монстров, которых Дазай окрестил как демонов, ведь они могли командовать другими. Эта мысль нагнала тебя на дурные мысли, что что-то намечается, но ты поспешила их отогнать, списывая все на свои предрассудки. Добравшись до чужого убежища, нужно было работать оперативно и тихо, чтобы на всякий случай не привлечь внимание. В первых двух вас встретили и помогли доставить привезенное, а люди, отвечавшие за эти места, были очень дружелюбными и благодарными за помощь. Как оказалось вам нужно посетить десять мест, поэтому ты готовилась к новым знакомым и приключениям. И вот когда вы прибыли в очередное пятое убежище, ты со всеми пошла к главе этого места. Спустившись в подвал, вы двинулись по явно уже знакомому для других маршруту. Вскоре вы вышли к большой бункерной двери. «Словно в банк пришла» — мелькает в твоей голове, когда вы входите, после того как вам открывают. Множество людей, хотя все же если учитывать, сколько жителей раньше было в Йокогаме, то это совсем мало, смотрели на вас. Куникида строго шел вперёд, но после резко остановился, кинув на вас взгляд. — Местный лидер очень щепетилен, лучше подождите меня здесь. Кенджи, начинай разгрузку. — кивает блондин и быстро уходит. — Понял! — радостно улыбается Миядзава и, прихватив с собой Атсуши, уходит. — Да, и любит этот человек только Куникиду. — разводит руками Дазай. — Ну, он хорош в решении деловых вопросов. — слегка смеёшься, отступая в сторону, чтобы не мешать Кенджи заносить продовольствие. Эта фраза заставляет Осаму на мгновение потемнеть, что убегает от твоего взгляда. — Тебе нравится серьезность Куникиды? — как-то странно спрашивает он, пробежав взглядом по окружению. — Ну, я бы не сказала, что сильно, но это хорошая черта в определенный момент. — киваешь сама себе, легко улыбнувшись. — Возм… — начинает Дазай, но его останавливает голос. — Никогда не думала, что увижу тебя вновь! Мы так давно не виделись, Дазай! — к вам идет весьма симпатичная женщина, лет двадцати пяти. Высокий рост, модельная фигура и аккуратное личико, глядя на нее даже не скажешь, что всё находится в упадке и на улице разруха. У нее выразительные голубые глаза и длинны прямые темные волосы, достигающие талии. Приталенная рубашка смотрится на ней очень изящно и сексуально, подчёркивая пышную грудь. Леггинсы облегают округлые бедра, позволяя наслаждаться видом. «Какая красавица! В аниме я ее не помню, правда…» — мелькает в голове, когда ты ощутила странное болезненное чувство в груди, когда ты подумала, что она, возможно, была девушкой Дазая. — Я бы предпочел не видеть тебя ещё столько же, но в сотой степени. — разворачиваясь на пятках, Осаму приторно улыбается словно пытаясь передать настолько ему не хочется говорить с женщиной. — Ой, не говори так, я прекрасно знаю, что я тебе нравлюсь. — самодовольно усмехается она, откинув волосы назад. — Я тебе говорил, перестань говорить со стенами, они врут тебе. — Приторно сладким голосом Дазай насмехается над женщиной, которой явно не понравился комментарии. — Только ты у нас можешь заниматься подобным. — хмыкает она и переводит взгляд на тебя, что холодок бежит по коже. — А это что за замухрышка? Не помню я ее с вами… — Что…? — такой комментарий ты точно не ожидала услышать. Да она была красивой, но у каждого есть своя красота. Ты никогда не принимала оскорбление внешности, потому что это было не по тебе. В первую очередь ты искала в человеке такое, что заставит тебя с ним общаться. — Держи язык за зубами, Акане. — вмиг изменившись в лице, Осаму перешел с недовольства на угрозу, всем видом передавая, что женщина перешла черту. — Ой, ты помнишь мое имя? Как приятно. — словно проигнорировав угрозу, она улыбается, подходя ближе к тебе. — Ну, так как тебя зовут, дурнушка? — брюнетка улыбается, словно не говорит ничего такого. — Боюсь недостаток твоего интеллекта не позволит тебе запомнить мое имя. — с улыбкой отвечаешь ты, прикрывая свои глаза. — А ты та ещё сучка. — женщина нарочно довольно улыбается, отходя от тебя на шаг назад, пока ты держишь резко взбесившегося Дазая за рукав. — Прости, я предпочту не говорить с тобой и не опускаться до твоего уровня, тебе стоит пообщаться с зомби наверху, думаю у вас примерно одни и те же увлечения. Кусать других за зад, когда своего нет. — твой тон не меняется, а Акане кривится. — Да, ты полностью права, (т.и)-тян! — с улыбкой восклицает Осаму. — Думаю, она просто потеряла свои моральные ценности ещё давно с режиссером, который сразу отказал ей в съёмках. — Да что ты обо мне знаешь! — кричит брюнетка, злоба так и сочится в ее взгляде, пока на вас все смотрят. — Да чего тебе беспокоиться, я думаю здесь все уже знают, что ты девушка низких моральных норм. — кивает Дазай, на что Акане пыхтит, покрываясь краской. — Да вы… Да ты! — пытается сформулировать она, но злоба явно замедлила мыслительный процесс. — Я рад, что ты пытаешься думать, но пока у тебя это плохо получается. — сделав вид доктора-знатока, кивает Осаму. — Пускай продолжает, может, удастся сказать что-то умное. — с улыбкой поворачиваешься к мужчине, на что он серьезно смотрит на тебя. — Да, ты права, даже такие как она должны хотя бы как-то развиваться. — всей своей харизмой Осаму сейчас походил на Доппо. — Да идите вы знаете куда! А ты, Дазай, запомни, что тебе ничего не светит, чертов придурок! — гордо развернувшись Акане уходит. — Давай пять. — выдвигая тебе ладонь, улыбается Дазай, на что ты отвечаешь, ударяя по его руке, производя громкий хлопок. — Это было здорово! — слышится голос позади и когда ты оборачиваешься то видишь парня лет девятнадцати, он тепло одет, что явно говорит о том, что пришел он с улицы. — Я первый раз вижу, чтобы ее так на место ставили. — юноша подходит к вам, сверкая карими глазами, которые ты находишь не такими красивыми как у Дазая. — Спасибо, конечно… — неловко улыбаешься, ведь за этим концертом кто-то наблюдал. — А кто это вообще был? — переводишь взор на Осаму, замечая искажения на его лице. — Да так… Я бы сказал плохое настроение и бутылка коньяка. — Осаму тупит взгляд, будто ему стыдно перед тобой, а ты, ощутив лёгкий укол в сердце, улыбаешься, толкнув его локтем в бок. — Чего скис? Ошибка есть ошибка, чтобы научиться не повторять ее, верно? — твой голос звучит звонко, пока ты ещё более широко улыбаешься, замечая, что взгляд Осаму потеплел. — Да ты права… — мягко выдыхает, закинув руки за голову. — Простите, а вы кто такие? — неловко спрашивает юноша с ярко алыми волосами, перебегая взглядом. — Я просто недавно сюда попал и… Ну, как-то не особо понимаю, что происходит. — он неловко чешет щёку. — Я кстати Канато Асура, приятно познакомиться. — молодой человек кивает, а тебя словно током пробивает, ты уже слышала это имя, но где? Пролистывая память, ты пытаешься вспомнить его, пока не находишь одно совсем тусклое воспоминание. — (с.т.и — с.т.и), смотри какой хорошенький! — восклицает Кэйко, смотря в свой телефон, призывая и тебя сделать то же самое тыча пальцем. — Где? Что? — прожевывая шоколадку, спрашиваешь ты. — Вот! ~ Он такой классный. И голос у него очень приятный. — восхищённо восклицает подруга указывая на парня с крашенными в красный волосы и карими глазами. — Это Канато Асура, он начинающий певец. Но он такой клёвый, а его песня «Останься со мной не ненадолго» просто шедевр! — с писком Кэйко, делает песню громче и начинает пританцовывать… — Да быть того не может… — бормочешь ты, но проверить не решаешься, неловко смеёшься, почесывая затылок и протягивая парню руку для пожатия, на что он радостно ее принимает. «Если Кэйко узнает, что я его встретила, она меня убьет, а Каору убьет меня за ВДА, что-то я боюсь возвращаться. Но раз он здесь, то он тоже игрок, у которого может быть часть карты…» — разрываете рукопожатие, пока ты вспоминаешь, что нужно было представиться в ответ. — Я (т.и и ф.), а это Осаму Дазай. Нам тоже приятно. — киваешь ты, натягивая улыбку, хотя звучишь растеряно и это не укрывается от двух пар глаз. — Ах да… (Т.и)-сан, не воспринимайте слова Йори-сан всерьёз, вы очень даже симпатичная. — юноша улыбается, а ты слегка краснеешь услышав неожиданный комплимент, пока в голове мелькают картинки собственной смерти от руки подруги. — Спасибо… — отводишь взгляд в сторону, робко улыбнувшись, когда вдруг ощущаешь на талии чужие руки. — Осаму…? — тихо шепчешь, в непонимании. — Я устал ждать… — строя из себя мученика, мужчина кладет свой подбородок тебе на голову, прикрывая глаза. — Куникида хочет нас убить. — печально бормочет он, крепче тебя сжимая, от чего ты мнешься ещё больше. — Успокойся ты, он скоро придёт… — неловко смеёшься, ведь тебе до жути стыдно так привлекать внимание. — Дазай-сан, (т.и)-сан, поможете нам разложить? — слышится крик Атсуши и ты вздыхаешь, ведь вокруг начала собираться явно негативная обстановка. Далее вы просто помогли с разгрузкой и поехали дальше. Интересного больше ничего не было, простая доставка. Закончив с развозом продовольствия, приехали вы поздно вечером и все сразу поспешили разбежаться спать по комнатам, что ты также сделала. Впадая в раздумья о сегодняшнем дне…

***

Куникида спокойно заполнял свой блокнот, когда в дверь его комнаты постучали. С недовольным вздохом мужчина встал и открыл дверь пришедшему. На пороге стоял Дазай, который склонил голову вниз. — Чего ты хотел? — строго спрашивает Доппо. — Ты оттягиваешь мое расписание. — Оно подождёт… — мрачно шепчет Осаму, заходя в комнату, заставляя Доппо нахмуриться. — Что с тобой? — переведя взгляд на шатена, спрашивает Куникида. — Что со мной? Это что с тобой, Куникида! Какого черта ты говорил с (т.и)! — неожиданный крик наполнил комнату, когда Дазай быстро закрыл дверь, перекрывая Доппо пути отступления своими руками, одна из которых держала пистолет. — Что с тобой мать твою происходит?! Совсем из ума выжил? — кричит в ответ Куникида, напрягаясь, темное выражение лица Дазая явно не говорило о чем-то хорошем. Достаточным уже было то, что он держал оружие. — Ха? О чем вы тогда говорили? Зачем ты потащил ее к себе?! Отвечай! Что ты ей сказал? Почему все время обращаешься к ней?! — этот крик был похож на сумасшествие, та самая запретная грань, которая сверкала в темных карих глаза, что даже мрак комнаты не мог полностью ее скрыть. — Не знаю, что происходит, но это сугубо мое дело, что, кому и когда говорить. — возмущённо отвечает Куникида, стараясь оставаться сдержанным. Аура, окутавшая комнату, словно кричала о жажде убийства стоявшего перед ним человека. Заметив ещё более темный, практически безжизненный взгляд, Доппо понял, что совершил ошибку, ему лучше что-то придумать, ведь дуло пистолета уже было у виска. Бесспорно, он знал, как быстро перекинуть Дазая в драке, он мало кому уступает, но не стоит забывать, что и Осаму имеет во всём ещё больший опыт, а учитывая, что он обычно выходит сухим из воды, рисковать было опасно. Рациональный подход, который он использовал, обычно работал как нужно, поэтому сомнений почти не было. — Знаешь, я так сильно хочу убить тебя, Доппо. — резко сменив обращение, Дазай понизил голос. — И только остатки моего разума, говорят мне не делать этого. Черт… Ха-ха… Ха-ха-ха! Я бы всадил в тебя сотню пуль ещё сегодня днём, если бы вовремя не остановился! — слегка безумный смех прорывается наружу, когда Осаму говорит. Дазай ощущал себя странно с тех самых пор, как ты появилась здесь. Он помнит, как услышал возмущенный женский голос, который так сильно привлек его, что он просто не смог пройти мимо. Уже когда ты попала в его руки первый раз, он понял, что это твое место. Ещё тогда он испытал странное чувство, которое в нем не вызывала ни одна женщина. Ощущение чего-то своего, родного и такого близкого сердцу. Ему понравилось абсолютно все: внешность, тембр голоса, искры в глазах, чистые эмоции, лёгкий румянец, стойкий характер и твоя мягкость. Вся ты, казалось, была соткана из чего-то такого, что привлекало его внимание. Он сразу понял, что хочет защитить тебя, чего бы ему это не стоило. Он хотел, чтобы девушка, у которой он только узнал имя, была самой счастливой, и в то же время он понял, что не готов делиться. Эти чувства наполнялись с каждым проведенным рядом с тобой днём и за короткий срок достигли пика. Только здравый смысл и рациональный разум, которым он и славился, помогли сдержать приступы гнева и ревности, направленные на твоих обидчиков и его конкурентов на твое сердце. И то один раз он не сдержался… Только самому дьяволу известно какие пытки он хотел провести с телом того маньяка, который напал на тебя. Или же, как его рука медленно тянулась к пистолету, когда этот неизвестный парень заговорил с тобой. Он был готов пристрелить Акане на месте, и только твой голос привел его в чувство. Но дальше все будет ещё хуже, он понимал это. Ты нужна ему рядом, с ним, близко, но в то же время он не может тебя заставить. Единственный способ убрать тех кто, может забрать тебя. Все просто и понятно, ему бывшему исполнителю Портовой мафии это по силам. Рваный вздох сорвался с уст, когда мысли спутались и, выходя жутким гневом на Куникиду, Осаму уставился на него мертвым ночным взглядом. — Не подходи к ней… Не говори с ней без дела… Не забирай ее… Иначе… В следующий раз, я не гарантирую, что ты останешься жив… Я просто очень сильно люблю ее… — шепот такой жестокий и опасный, он просто говорил о темный чувствах его обладателя. Два противоположных взгляда встретились и всё, что видел Дазай это кивок. — Запомни мои слова, Куникида… Один неправильный шаг и ты сам не поймешь, как умрёшь… Но если все будет хорошо, никто не пострадает. — ухмылка коснулась тонких мужских губ, давая выйти только лёгкому смешку…