Ставка? Любовь!

С того дня прошла неделя. Ты достаточно восстановилась и уже как четыре дня продолжала свои тренировки. Все было вполне нормально, разве что отношения Дазая и Куникиды слегка напрягали. Мужчины долго не находились в одной комнате, предпочитали молчать иногда перекидываясь взглядами, а Доппо так и вообще стал отчасти тебя игнорировать. Отвечал строго по делу и достаточно грубо. Только один раз тебе удалось засечь извинение в его серых глазах, пока ты искала причину. Ситуация снаружи также оставалась весьма странной, уже как три дня подряд количество зомби увеличивалось в масштабных прогрессах. Создавалось ощущение, словно они пришли устроить великий шабаш, предварительно сговорившись. Даже свободные зоны, которые вы держали под контролем, постепенно начали заполняться ходячими мертвецами. Встал серьезный вопрос «Что с этим делать?» и решить его нужно было в срочном порядке. Все же такое дело не требует отлагательств. В итоге господин Фукудзава собрал всех в общей комнате, открывая собрание. Единственные отсутствующие были Кёка и Атсуши, которые ещё утром ушли на осмотр, прихватив с собой немыслимые запасы оружия. — Нам срочно нужно решить этот вопрос. — спокойно, но стойко говорит Юкичи, окидывая всех взглядом, и ты понимаешь почему он лидер, такая сила была в его харизме, что ты просто ощутила себя маленьким котёнком. — По вчерашней разведке мы поняли, что их увеличение идет прямо пропорционально с севера, из-за чего на окраинах их очень много. — Может, просто пойдем и побьём их! — весёлый голос Кенджи не соответствовал ситуации, но заставил немного успокоиться. — Страшнo?... — горячий шепот обдает ухо, и ты переводишь взгляд на Осаму, который с лёгкой улыбкой склонился к тебе. — Есть немного… — честно говоришь, сразу после этого ощущая, как твои волосы растрепала чужая ладонь. — Не волнуйся, я смогу тебя защитить. — ободрительно улыбается Дазай, а ты застываешь, смотря в такие мягкие сейчас карие глаза. Слова других проходят мимо ушей, когда ты невольно сосредотачиваешься на одном человеке, ощущая в груди цветок под названием тепло. Ты просто не можешь не верить ему, ведь он, кажется, захватил в тебя плен чувств. — Да я не о себе волнуюсь… — тихо шепчешь в ответ, отводя взгляд от смущения, ведь слова были чистой правдой. — О? А за кого? — любопытство так и раздирает Дазая, что он просто игнорируя всех, задаёт вопрос очень громко, прерывая обсуждение плана. — Ты о чем, Дазай? — сразу спрашивает Юкичи, когда смех Йосано разносится по всех комнате. — Мне кажется, эти двое были не с нами! — Акико улыбается лукаво, кидая на смущенную тебя взгляды. — У них там свой романтический уголок. — Ч-Что? Н-нет! — восклицаешь ты, махая руками в воздухе, словно в защите, пока ощущаешь жгучий жар на лице от стыда. «Хотя хотелось бы… Так, (т.и), ты не о том думаешь!» — краснея от собственных мыслей, ты опустила голову вниз. — Правда? — женщина приподняла брови, после успокоилась и печально выдала.- Жаль… А я уже надеялась, что у нас наконец-то какие-то изменения. Эх… Столько лет все тут работаем вместе, а ни одной парочки нет. Только семейство Танидзаки играет в свои брачные игры. — Йосано-сан! Мы ничего такого не делаем! — возмущается Джуничиро. — Да ладно тебе, братик, давай оправдаем ее слова. — сладко поет Наоми, обнимая брата за руку. — А как же Кёка и Атсуши? — склоняешь голову ты, призывая всех обратить внимание. — Что?! — совместный вопрос заставил испытать тебя укол совести, похоже, тебе доверили секрет. — Все ничего… Абсолютно. Ха-ха… — нервно смеёшься ты, отводя взгляд. — Значит, они нам ничего не сказали, а сами… — начинает Наоми, но её перебивает Доппо. — Стоп! Нам нужно обсудить, что делать с зомби. — строго говорит Куникида. — А что решать, зачистить их нужно. — спокойно добавляет Осаму. — Это все не так просто… — заявляет Фукудзава, но договорить ему не дают, ведь стук во входную дверь раздается в нужном темпе. — Впустите их. Стоило Джуничиро открыть дверь, как в нее влетела скрытая от всех парочка. Их лица были ужасно взволнованы и перепуганы, словно то, что они видели до этого, было пустяком, а ведь повидали они многое. — Что случилось, Атсуши-кун? — более серьезно спрашивает Осаму, чуть прищурившись. — В районе пятого убежища толпа зомби и не только обычных, там ещё и разумные. Нам с трудом удалось уйти незамеченными. Если все продолжится, то живущие там могут серьезно пострадать. — взгляд Накаджимы был настолько суровый, что по спине пробежался холодок. — Но там же такой бункер и… — начинаешь ты, задумавшись. — Там только на вид дверь крепкая. На самом деле, если, как и сказал Атсуши, там есть разумные, они смогут ее сломать. Разумные на самом деле очень сильные, они командуют зомби и… В принципе это они могли их всех привести. — вставляет Акико. — Похоже, у нас нет выбора… — вздох со стороны лидера ВДА, привлекает внимание. — Всем в срочном порядке собраться, и подготовиться к штурму. Йосано, я уверен, когда мы явимся туда, там будут раненые, поэтому попрошу тебя заняться ими, (т.ф), едешь тоже, поможешь Йосано. — раздает команды Фукудзава. — Куникида, в грузовике осталось топливо? — Да. Но только на поездку в одну сторону. — серьезно возвещает Доппо. — Хорошо, в немедленном порядке загрузите его оружием, которое у нас есть, а также медикаментами. Мы поклялись, защищать жителей десяти убежищ, и мы не можем нарушить свое обещание. Все будьте бдительны и аккуратны. Работаем как можно оперативнее. Рампо, у тебя есть час, карта и Атсуши, мне нужен максимально эффективный план и да ты останешься здесь. Все остальные готовьтесь. — команды четкие и простые, сразу были приняты в исполнение. Признаться честно, ты немного нервничала, затишье закончилось, и буря наступала, что значительно давило на сознание. Вам нужно будет сражаться с целой толпой. Да, вы привозили оружие во все убежища, и там есть люди готовые вам помочь, но все же. Даже не видя картины, ты представляла масштабы трагедии. По телу прошла дрожь. Ты не участвуешь в битве, но даже так, сердце взволнованно билось, когда ты думала о том, что кого-то из вас ранят или убьют… Такие мысли нагнетали, но ты не могла от них избавиться. Они словно липкая слизь пытались окутать тебя, чтобы испугать ещё больше, лишить воздуха, а после и жизни. Помогая загружать грузовик, ты перекидывала взгляд по всем новым хорошим знакомым, и тихо молилась о их благополучие. Хотелось, чтобы все были невредимыми, но будет ли это весьма спорный вопрос. Всю дорогу до убежища, вы мчались по побитым дорогам, словно на гонке, а когда перед вами показалась толпа, крик Куникиды приготовиться, был таким громким, что закладывало уши. В следующий момент, ты ощутила, как крепкие руки обхватили тебя, когда грузовик врезался в толпу зомби, проезжаясь по их телам. Темная кровь забрызгала лобовое стекло, и шум холостых колес наполнил машину. Переваливаясь по сторонам, вы продолжили путь, выжимая весь оставшийся бензин, продвигаясь вперёд. Грузовик то и дело врезался в зомби снующих туда-сюда, пока не ощутил толчок сверху. Метал крыши кузова, в котором вы находились, прогнулся, когда по нему что-то ударило, и ты услышала тихий шепот Дазая: «Началось…». Заставив тебя держаться за него, он одной рукой держался за поручень, а второй достал пистолет, направляя его на вмятину. Ещё удар и крыша просто разваливается, пропуская тонкую когтистую руку внутрь. Дазай выжидает, когда рука исчезает и вместо нее в дыру кто-то мрачно смотрит. Выстрел, и чужое тело просто по инерции уноситься назад. Слабые звуки битвы доходят до вас, давая понять, что сражение за выживание уже началось. Внезапно машина начинает раскачиваться, словно ее толкают из стороны в сторону. — Чертовы ублюдки! — кричит Танидзаки, схватив автомат. — Стой, ещё не время! — сразу парирует Фукудзава. — Куникида, что с топливом?! — Последний рывок! — мигом отвечает Доппо. — Джуничиро, обеспечь для Йосано и (т.и) безопасный вход с помощью способности. Всем остальным немедленно схватить оружие! — сразу командует Фукудзава. В итоге ваш грузовик врезается в стену, и вы вынужденно покидаете его. Адреналин играет в теле, пробегая по венам. Акико хватает тебя за руку и ведёт за собой, пока с помощью способности Танидзаки вы скрываетесь, хотя страх и бежит по телу каждый раз, когда очередное тело предстает перед глазами. Остальные остались там, и шум от выстрелов сразу привлек внимание. Когда вы достаточно отбежали, что взору предстали жители-защитники пятого убежища, позади раздались взрывы, словно использовали гранаты. Откуда была взрывчатка, догадываться было не нужно. После того как тебя и Йосано забрали так званые солдаты, Джуничиро остался снаружи, помогая им. Вы же метнулись вниз по лестнице. Кровь ярко красовалась на стенах, а остатки гнилых тел, пропитанные трупным запахом, вызывали в тебе отвращение и отторжение. Голова слегка закружилась, но ты взяла себя в руки, продолжая ход. Внизу вас встретили пару ребят, которые переносили раненых, что ещё могли выжить. Вас как врачей отвели в бункер, где ты уже была. Неприятные воспоминания пришли в голову, но ты спешно откинула их, принимаясь за работу, когда в случае чего Акико давала тебе указания. Страх, волнение, беспокойство, жалость, смешались в тебе в весьма горючий коктейль, обдавая лёгкие болью, словно соль посыпали на рану. Озноб прошибал тебя каждый раз, когда сверху доносились взрывы, а очередные люди попадали в бункер жестоко раненные. Может, это и было мерзко, но ты ощущала себя спокойнее, когда видела, что это не кто-то из ВДА. Да, это было неправильно, да, очень отвратительно, но ты не могла с собой ничего поделать и только лелеяла надежду на то, что они живы. Спустя три часа стрельба начала утихать, а раненные просто закончились. Разве что Йосано, сейчас осматривала очень сильно пострадавших, которым ты не могла помочь. Прислонившись к стене, ты с досадой обняла свои плечи окровавленными руками. На сохранность одежды сейчас было всё равно. Весь этот страх и ужас отражался в тебе, когда ты в голове молилась за других. Ты, которая до этого скептически относилась ко всему магическому, хотя и мечтала о подобном, после своего путешествия уже не могла не верить в существование неких других непостижимых тобою сил. Собственные пальцы болезненно сжимали плечи, а дыхание было рваным. Столько раненых лежали на полу, кто-то без сознания, а кто-то что-то шептал, хотя ты и сама совсем беззвучно шевелила губами, произнося простую молитву, которую слышала раз в жизни, но запомнила. Медленно скатившись по стене, ты оперлась на нее и подтянула колени ближе к телу. Странный холод пробирался к самым костям, словно обжигая тебя. Ужас и отчаяние смешались, медленно покидая тело, оставляя гнетущее чувство пустоты.  — И, распростершись на полу, Чтоб ужас превозмочь, Молились богу в первый раз Безбожники всю ночь. * — знакомые строки стиха, что ты учила просто для себя, раздались сверху над тобой, призывая поднять голову. Уже знакомый тебе парень стоял рядом. Канато к удивлению также был на передовой, но полчаса назад его привели сюда, парню сломали правую руку и он не мог больше стрелять, а так же была повреждена нога, благо все было не смертельно. Его лицо и голос были полны печали, пока надежда тухла в карих глазах. — Молились богу в первый раз Проклятые уста, Могильным саваном в окне Шуршала темнота, И обжигала, как вино, Раскаянья тщета.* — невольно продолжила ты, но стоило это сказать, как в голову взбрела мысль о том, что может это и правда плата людей за их грехи. За то, что они так просто влезли в природу, начиная ее изменять. Возможно, подобное когда-то случится и с твоим миром, чего жутко не хотелось. — (т.и)-сан, … Ответьте мне на вопрос… Вы знаете меня? — внезапно спросил Асура. — Просто со дня нашей встречи меня не покидает это чувство… — А, что если да? — с пустотой в голосе спрашиваешь, ощущая, как дыра внутри застыла. — Расскажите обо мне немного… Понимаете… Я совсем ничего не помню, всё, что я знаю это то, что я очнулся неподалеку отсюда в старом здании с бассейном. После чего нашел записку в кармане брюк. Я не понял, что это было за послание, и что за игра с картой. Единственное, что я помнил это свое имя, но даже так… Когда я увидел вас, мне показалось. Что вы можете меня знать и это оставило в моем сознании надежду… — неловко говорит он, присаживаясь рядом с тобой. — Знаешь, если бы со мной было то же самое, я бы предпочла не вспоминать. — честно отвечаешь, ведь последнее время разрываешься в чувствах, ведь ты хотела собрать карту и вернуться к родным, но в тоже время не хотела покидать всех из агентства, ведь они уже стали для тебя близкими. Да, не помни ты ничего, просто бы осталась с ними. — А почему? — юноша явно многого не знал или не понимал, потому что смотрел он на тебя с удивлением. — Потому что… Нынешняя реальность намного хуже той, которую я помню. — вздыхаешь ты. — Какие люди! — приторно восхищённый голос раздается в стороне, и ты кривишься, вспоминая кто это. — Акане… — шепчешь, повернувшись лицом к женщине: «И чего она хочет?». — Я не разрешала тебе звать меня по имени, соплячка. — гордо говорит, а ты вздыхаешь, сейчас не было сил и энергии на споры. — Да мне все равно, знаешь, я очень устала и если ты хочешь покричать то пойди в другое место, тут раненные. — спокойно добавляешь, осмотрев местность. — Героиню-мученицу из себя строить вздумала?! — недовольно кричит женщина, взмахивая рукой. — Нет, я просто констатирую факт. — отрицательно машешь головой, настроение было хуже некуда, а эта девушка просто давила на тебя ещё больше. — Прекрати кричать на (т.и)-сан! — возмущается Канато, вызывая в Акане негодование. — Замолчи, малыш, тебя никто не трогал, так что сиди молча. — сразу отмахивается от парня она. — Сказала та, кто даже раненным помочь не может, когда он только что был там наверху. Неужели боишься, руки запачкать?! — возмущённо восклицаешь, поднимая голову к женщине, одаряя ее ледяным взглядом. — Думаешь, зубки поскалила и я тебя испугаюсь? Таких как ты я не боюсь, к тому же такой работой не занимаюсь, не для того я так тщательно слежу за собой, а там считай как хочешь. — Акане откидывает волосы назад, окинув тебя оценивающим взглядом. — И что он в тебе только мог найти, что так заступился. Ни кожи, ни рожи, ни фигуры. — Слушай, я не знаю, чего ты ко мне привязалась, но если ты ревнуешь меня к Осаму, то знай, между нами нет ничего такого. — со вздохом оповещает ты, ощущая в глубине души боль. — Только не говори, что не хочешь? — самодовольно усмехается женщина. — Даже если и так, это не твое дело, что я хочу, а что нет. — отводишь взгляд, наблюдая как Акико, разговаривает с каким-то стариком. — Он не для такой девчонки как ты. Его сможет удержать только настоящая женщина. — она говорит это довольно, пробегая руками по своему телу. — А что значит эта твоя настоящая женщина? — усмехаешься ты, опустошение постепенно переходило в гнев. — Наличие женского пола или же каких-то критериев внешности? Ты не находишь глупым удерживать человека? Это то же самое, что заставлять его любить. От таких отношений не будет счастья… — эти слова звучат печально, но то же время как светло, как истина. — Ха? Ты всего лишь маленькая дурочка, которая верит в сказки. — она склоняется к тебе, сверкая улыбкой. — В нашем мире нет любви! Очнись, дура! Наша любовь это просто страсть! — ее слова эхом отражаются от стен, привлекая внимание всех неспящих. — Понимаешь? А уж ее во мне достаточно, хотя думаю, он тоже не откажется переспать со мной. — после этих слов Акане похотливо улыбнулась. — Как мерзко… И глупо. Чувства есть и их нельзя отрицать, иначе, зачем мы тогда живём? — вопрос вырвался сам, вместе с возмущением, заставляя тебя хмуро смотреть на женщину. — Ведь если отрицать чувства, то отрицай все, тогда даже от твоего хваленого секса удовольствия ты не получишь. Неужели он тебе только для этого? — последний вопрос звучит так недовольно, словно ты его выплюнула. — А для чего ещё? Ты это лицо видела? А тело? Черт, да он создан для этого! И самое главное, что за это время, пока мы не виделись, он стал ещё симпатичнее. — эти слова звучали приторно сладко, похотливо, пока дама накручивала волосы на палец. — Тут отрицать нечего, Осаму очень красивый, но ведь его внутренний мир намного богаче и интереснее. — утверждаешь спокойно, все больше убеждаясь в мерзости рядом стоящей женщины. — Да кому он нужен?! У него не интересы, а винтики, которые крутятся не в ту сторону. Я поэтому с ним и рассталась. Его сложно вытерпеть. — она произносит это быстро, дальше нарочно повышая тон. — Он — грязный, деспотичный, властный, упрямый, жестокий, ненормальный садист, а его суицидальные наклонности просто ужасны. Он ни о ком не думает и готов умереть в любой момент, я вообще в шоке, что он до сих пор жив. — она слегка посмеиваешься, сложив руки на груди. — Но видимо бог разделяет мою мысль о том, что такую мордашку нельзя изгонять из этого света. — Это просто ты не достаточно зрячая, чтобы рассмотреть его мягкие стороны. — на этих словах твой голос становится теплее, и ты улыбаешься. — Он помнит все, если ты ему что-то рассказывал, а ещё часто придумывает забавные и неординарные вещи. Может и не покажется, но он достаточно хозяйственный и всегда готов помочь. Осаму заботливый и милый. И знаешь, мне кажется, что когда он влюбится по-настоящему и поймет, что его любят в ответ, тогда он забудет про суицид и будет посвящать себя этому человеку. — твой взгляд теплеет, и улыбка просто цветет, на что женщина хмурится и кривится. — Это просто ты маленькая девочка явно ни разу не бывала в отношениях, раз веришь в такое. Повторюсь. Любви нет! — Акане кричит, злоба так и сочится в ее голосе. — Но тогда, что чувствую я по отношению к нему? — произносишь спокойно и уверенно, сжимая водолазку в районе сердца, ощущая, как быстро оно колоться, пока щеки розовеют. — А-а? Так и знала, что ты по нему сохнешь. — самодовольно вещает брюнетка. — Засыхаешь у нас ты, а я просто влюбилась и просто люблю. В этом нет ничего сверхъестественного или глупого. Это нормально. — вспоминая все свои ощущения рядом с Осаму, ты просто выносишь вердикт, когда тепло растворяется в теле и все уже не кажется таким ужасным, осталось только дождаться его прихода и все будет хорошо. — Люди глупы, но разве это плохо? — произнося эти слова, ты улыбаешься, так как бы улыбнулся Дазай, ведь это его слова. — Это… Я поняла, черт, да ты такая же ненормальная как он! Ха-ха… — Акане нервно смеётся, насмешливо глядя на тебя. — Понятно теперь. Но запомни меня, девочка, что сможешь сделать ты со своим телом и целюлитной задницей, и я которая до сих пор не потеряла своих форм. — эти слова так и сочатся ядом, а ты вздыхаешь. — Если человек любит он не посмотрит на другого. И да мы с ним не состоим в отношениях, мы просто друзья, успокойся… Я тебе уже это говорила. — твои слова такие спокойные, что выводят Акане из себя ещё больше, она словно пыхтит. — Ну, вот и посмотрим, кого он выберет. Жалкую замухрышку или прекрасную леди! — гордо отвернувшись, она уходит, а ты извиняющимся взглядом смотришь на Канато, который просто качает головой. Видимо ты заставила парня о чем-то задуматься.

***

Через полчаса от инцидента вернулись и все остальные. Твое настроение сразу поднялось, когда знакомые голоса и лица были замечены. И у вас без ран не обошлось, больше всего досталось Кёке и девушка была без сознания, Йосано сразу принялась за ее лечение. Остальные же хотя и были потрепаны, но могли идти сами. Меньше всех пострадали Кенджи и господин Фукудзава. Они отделались царапинами и раздёртой кожей. Остальные же получили вывихи, трески костей и глубокие раны. Пока Йосано пыхтела над Изуми ты помогала остальным залечивать их раны, хотя Атсуши не стал принимать первую помощь, и находился рядом с Акико и Кёкой. Ты следовала правилу важности, первым делом помогая тем, кому помощь требовалась больше. Поэтому начала ты с Джуничиро, а сейчас заканчивала Дазаем. Мужчина спокойно сидел и улыбался, словно не у него пострадала голова. Если бы он мог, наверное, наблюдал бы за твоими действиями, но так как ты перевязывала голову, хотя травма на лбу была небольшой, это было невозможно. Пробегая пальцами по каштановым волосам, ты вздохнула, завязав бинты. Вернувшись в положение напротив мужчины, ты посмотрела на него, на что он только ещё шире улыбнулся. — У меня только один вопрос, почему голова пострадала только у тебя? — «Что там вообще за ад был?!» — Ну… Я просто экспериментировал. — пожимает плечами Осаму, заставляя тебя нахмуриться. — Голова это не шутка. А если бы что-нибудь серьёзное? — твой голос недовольный и строгий от чего Дазай тупит взгляд. — Ну, я же аккуратно, ничего плохого не произошло. — его рука поднимается вверх, но ты ее перехватываешь. — Не трогай голову, собьешь бинты. — чеканишь как настоящий врач. — Ну, прости меня, мамочка. — игривым голосом произносит, подмигивая тебе, Осаму усмехается. — Не-а. — отрицательно машешь головой в стороны. — А? Но почему?! — щенячий взгляд, которым тебя одарили, был настолько милым, что просто не соответствовал обстановке. — Потому что это безрассудно! Я конечно знаю, что ты иногда чудишь, но не рискуй так сильно. — сразу восклицаешь, повышая тон, а после твой голос понижается, становясь грустным и опечаленным, что сразу заставляет Дазая стать серьезным. — Извини меня, пожалуйста. — серьезно говорит, отводя взгляд в сторону, на что ты вздыхаешь. — Руку давай, перебинтую. — протягиваешь свою руку и получаешь чужую, крепко затягивая эластичным бинтом кисть, которая пострадала. — (т.и)-сан, вы уже закончили? — стоило тебе закрепить бинт, как звонкий голос прошёлся эхом, и ты заметила бегущего к тебе Канато. — Да, что-то случилось, Канато? — парень остановился прямо перед тобой, хотя до этого бежал. — На самом деле я просто беспокоился. Просто ваша ссора с Йори-сан была такой… А вы потом так помрачнели, что совсем-совсем не реагировали. — парень отводит взгляд, почесывая пальцем щеку, когда Дазай внимательно за всем наблюдает. — Я так выглядела… Прости. Не хотела пугать. — киваешь юноше, ощущая совсем лёгкий укол вины. — Она лезла к тебе снова? — недовольно спрашивает Осаму, нахмурившись, а ты вспоминаешь разговор, такое он точно знать не должен. — Ничего такого, просто небольшой спор. — выставив руки в примирительном жесте, ты слегка помахиваешь ими. — Что-то ещё, Канато? — оборачиваешься к парню, пока он неловко бегает взглядом. — Я хотел поговорить с вами лично. — сделав упор на последнем слове, Асура посмотрел на Дазая. — Да, хорошо, нет проблем. — поднявшись на ноги, отвечаешь, чуть потянувшись, ты уже понимаешь, что он всё-таки хочет. — Спасибо. — лёгкий кивок и ослепительная улыбка, которая вскружила голову твоей подруге, расцветают на его лице и ты следуешь за парнем, на последок сказав: — Отдохни как следует, Осаму! Когда вы скрылись с Канато наедине, твой взгляд стал серьезным и слегка мутным, ты не особо хотела говорить на эту тему. — Так… Расскажите мне, пожалуйста. — просит Асура, склонившись в поклоне, на что ты вздыхаешь. Сейчас ты можешь его обмануть и избавиться от конкурента, а можешь помочь, и если повезёт приобрести союзника. «Если мы будем работать вместе, то нам потребуется две карты, а я даже понятия не имею, сколько их осталось. Вдруг ещё кого-то убили, а этот Баку просто молчит? Да, он никому не рассказал, что один из игроков погиб, но… разве он не должен извещать об уничтожение карт? Вдруг если мы объединим силы, и сможем собрать карту, но другие погибли. Поделить мы её не сможем, а карта всего одна, тогда это будет сражение за нее. Конечно, ещё не совсем решила, хочу ли остаться здесь, но лучше иметь выбор. Может это будет мерзко, но… Прости меня Канато… Если письмо было примерно одним, тогда…» — рассуждения привели тебя к не самым радужным мыслям, ты все же решилась. — Ты был певцом. А эта игра… Проще говоря, она была до апокалипсиса. Десять игроков пригласили на передачу по выживанию. Нужно было собрать карту и выбраться из местности, в которую нас запихнули. Было сложно, но весело. Ну, а потом начался кошмар. Прости, я не знаю, что с тобой случилось после передачи, так как все разъехались. Судя по твоим словам, ты этого не помнишь. — твоя ложь звучит достаточно убедительно, хотя ты понимаешь насколько это опасно. — Да… Честно говоря, я помню только свой дебютный концерт… — он неловко чешет голову, а ты пытаешься вспомнить, сколько лет назад этот парень дебютировал. «Если я правильно помню, когда Кэйко показала мне его, мы только поступили на первый курс. А значит прошло уже более двух лет…» — раскладывая все по полочкам, ты улыбаешься, ведь так обмануть его легче. — Ну, мы встречались с тобой после этого только на той передаче, поладили неплохо, но я не думала, что увижу тебя снова, при таких то условиях. — ты натягиваешь улыбку, сверкая зубами. — Я не знаю, почему ты сохранил эти записки, хотя я тоже на память забирала. Может ты был в каком-то другом убежище и хранил их на память, но что-то случилось?! — делаешь предположение, поддерживая тон голоса. — Возможно… Простите, что загрузил вас. — парень кланяется и лезет в задний карман, вынимая оттуда, к твоему великому удивлению клочок карты. — Это я нашел вместе с письмом, там говорилось, что это какое-то извинение за ошибку… Вы ничего такого не помните? А то письмо я найти не могу, оставил его когда прочитал, а когда пришел не нашёл… — склонив голову в бок, Канато протянул тебе клочок карты, неловко смотря в пол. Твои руки задрожали, когда нужный предмет попал в них. Что тебе делать? Поговорить с ним дальше, придумать какую-то ложь, почему он должен отдать это тебе или же применить силу? Не один из вариантов тебе не нравится, особенно последний, ведь перед глазами сразу показался труп маньяка, и ты помотала головой в стороны. Ложь была самым простым вариантом, но что сказать ты и понятия не имела. Для него эта карта возможность вспомнить прошлое, если он верит твоим словам, просто так клочок тебе не отдадут. — Ну, это когда мы в игре были, организатор ошибся и дал тебе преимущество. — делая вид, что рассматриваешь кусочек ты прижимаешь его к себе. — Такие сладкие воспоминания! — Ясно… Ну, пока я ничего не помню… — Асура неловко посмеивается. — Но может эта вещь поможет. (Т.и)-сан, извините, что многое прошу, но не могли бы вы рассказать о том как мы участвовали в игре. Не сейчас, у вас слишком много работы, но как насчёт завтра? Если будет тихо, конечно же… — ему явно неудобно тебя об этом просить, поэтому он и не заставляет говорить сейчас, что тебе весьма на руку. — Да. Буду рада поговорить с тобой. — протягивая парню кусок карты, ты улыбаешься, обещая себе разработать план, который поможет раздобыть кусок карты без кровопролития. — Вот и отлично. Спасибо вам большое! Я так рад. Просто раньше меня никто не мог узнать, я так беспокоился… — облегчение слышится в его голосе, когда вы постепенно отходите от старого разговора, возвращаясь в толпу. Асура прощается с тобой и уходит, когда ты идёшь к членам агентства, которые столпились вокруг Кёки. Акико постаралась и девушка уже была здорова, все же способность Йосано была очень полезной, но опасной. В итоге было принято решение всем оставить Изуми в покое. Конечно Атсуши разрешили остаться, не забыв об этом пошутить, за что ты получила чуть возмущенный, но больше смущённый взгляда Накаджимы. Скинув на тебя работу, по уходу за Кёкой и перевязку Атсуши, на которую он, наконец, согласился, Акико отправилась отдыхать, а вслед за ней разбежались и остальные. Ты осталась только с двумя больными, занимаясь перевязкой и помощью. Время на часах уже было больше девяти, а значит, на улице стояла ночь, и твое уставшее тело требовало сна, но ты уверенно принялась за работу. — (т.и)-сан, зачем вы рассказали…? — неловко спрашивает Атсуши. — Это случайно получилось, честно. — с виной произносишь, заметив ледяной взгляд Изуми. — Простите, я правда не хотела, там просто ситуация такая была и я проболталась… — отводишь взгляд в сторону вспоминая казус, пока в груди чуть теплеет. — А почему вы никому не рассказали? — Потому что по они бы подняли шум. — спокойно возвещает Кёка, а белый демон позади нее кивает. — Вы ведь по этой же причине не афишируете ваши отношения с Дазай-саном. — Ч…Что?! — густо покраснев, восклицаешь ты, случайно дернувшись, когда по телу пробежали мурашки. — Ай! (Т. и)-сан, больно! — восклицает Атсуши, ведь ты перетягиваешь бинты на его ноге. — Ой, прости… — мнешься, опустив голову и взгляд вниз, чтобы скрыть румянец. — Но мы с Осаму не встречаемся! — краска ещё больше заливает лицо, когда сердце умиляет ритм. — А я думал… Простите… — Накаджима тоже краснеет, опуская голову, привлекая внимание Кёки и ревностный взгляд. — Да ничего… — отмахиваешься нервно смеясь.

***

Неподалеку от входа в убежище, в одной из комнат, стояло двое, весьма статный высокий мужчина и очень красивая и сексуальная женщина. Красотка прислонилась к стене, накручивая на палец пряди темных волос, в то время как мужчина стоял напротив неподалеку от нее. В темноте был свет только от ночного светила, который с трудом доходил в углы подвала, и рассмотреть что-то не представлялось возможным. Их привыкшие к темноте глаза видели друг друга достаточно чётко, чтобы понимать, кто и где находится. — Ну, так что, Дазай, зачем ты позвал меня сюда одну в кромешную тьму, неужто соскучился? — игривый и лукавый женский голос наполнил помещение, и даже несмотря на то, что говорила она достаточно тихо, лёгкое эхо все же отразилось от стен. — Признаться если бы это был не ты, я бы никогда не рискнула отойти так далеко от убежища, чтобы потеряться в лабиринтах этих полуразрушенных комнат. — Правда? Неужели я тебе так сильно нравлюсь? — лёгкими незатейливыми шагами Осаму приблизился к женщине, что их расстояние сократилось до жалких сантиметров. — Я думала, ты это знаешь… — томно шепчет Йори, схватив мужчину за ворот, приближаясь к нему, но была остановлена рукой. — Разве не ты меня бросила? — лёгкий смешок сорвался с его уст. — Я осознала свою ошибку… И готова все исправить. — схватив ладонь, которая останавливала ее губы, Акане переложила ее на свою грудь, хотя Дазай сразу убрал свою руку. — Ха-а… Не дразни меня. — возмущается она. — Давай уже поцелуемся… — она стремительно приближается, пока не ощущает, как вторая рука хватает ее за волосы, с болью оттягивая назад. — Ай! Осаму! Больно же… — зашипела Йори, поднимая тон. — Терпи. — лёгкий смешок слышится в темноте и женщина вздыхает. — Никогда не думала, что ты окажешься любителем БДСМ. — она отпускает игривый смешок, не замечая изменения в светлых глазах, которые стали настолько темными, что увидь она это, погибла бы со страху. Рука потянула ее волосы вниз, заставляя откинуть голову назад, тем самым открывая шею, когда по ней пробежалась чужие пальцы. — Ну~ хватит… Сделай еще что-нибудь~. — сексуально тянет она, когда чужая рука смыкается на шее, крепко сжимая. — Кх… — воздух тут же покинул ее лёгкие, заставляя закашляться. Женские пальчики вцепились в чужую руку, в попытке убрать ее от горла. — О… Саму… — хрипя, она произносит имя душителя, словно в надежде, что он ее отпустит и правда хват становится чуть слабее, но ещё ощутимо давит на горло. — Ну как приятно?... — лукавый голос раздается возле ее уха. — Не особо… — бормочет из последних сил, пытаясь усмирить пыл мужчины. — А как думаешь, мне приятно, когда ты доставляешь неприятности моей женщине? — шепот Осаму становится до ужаса холодным, что девушка начинает дрожать. — Что… Но… — эти слова последние, что ей удается сказать перед тем, как ее горло снова сжимают с неведомой силой. Ее тело барахтается, пока в свете луны всё, что удается рассмотреть это сияние лезвия. Глаза Акане распахиваются, передавая весь ужас, когда она слышит, что Дазай шепчет ей совсем не своим голосом, полным злобы и ненависти: — Когда я был в Портовой мафии, мои пытки были самыми ужасными. Как думаешь, сколько ты протянешь? Я уничтожу все, чем ты гордишься… — самодовольно говорит, передавая последние слова безразличным, грубым и бесстрастным голосом, когда его пальцы снова слегка размыкаются. Йори втягивает воздух, и хмуро смотря на очертание мужчины, с лукавым смехом выдыхая: — Что же бедняжка такого сделала, что ты её полюбил? — Знаешь… Несмотря на все, что я говорил, мне и правда нравятся все девушки, каждая по-своему красива и у нее есть свой шарм. Но как сложно признаться, что я так долго ошибался… — видимо это слова каким-то образом задели чувства Осаму, что он сразу ответил на них, проезжая холодной сталью по руке женщины. — Что ты имеешь в виду? Ты пересмотрел себя как личность? Не ожидала… — выдыхает она, стараясь не показывать свой страх. Когда боль пронзает руку, но крепкая мужская ладонь мешает вскрикнуть. — Не сказал бы… Просто все это время, я думал, что хочу одного, а то же время как хотел другого. Я не хотел умирать или совершить двойной суицид, я хотел того кто меня поймет. Знаешь, иногда я думал, что девушка, которая будет со мной, скорее всего гений или учёная способная всегда заинтриговать меня или же обхитрить. Но… Мне просто нужен кто-то, кому нужен я. — эти слова вопреки ситуации были такими тёплыми, что Акане бы растрогалась, если бы не режущее ее плоть лезвие. Слезы текли с ее глаз, когда она погружалась в пучину отчаяния. Со злости она прикусила его руку, из-за чего Дазай рефлекторно убрал ее. — Кто-то? Совсем чокнулся, да?! — она кричит, позволяя всхлипами спокойно пробираться наружу, надежда ее не угасла в глазах Йори. Она молиться о том, что её услышат и помогут. — Она сказала, что я ей нужен. Она сказала, что волнуется обо мне. — прокрутив меж пальцем холодное оружие, Дазай легко всадил его в ее плечо, позволяя протяжному крику пронестись по помещению. — Кричи, не кричи, тебя никто не услышит. — Она не знает, какой ты ублюдок в действительности! — сплевывает женщина шипя. Надежда тухла в глазах Акане, как тает снег на пальцах. Разочарование прокралось душу, истерика накрыла с головой. Остатки рассудка уступали безумству. Она не хочет умирать. — Она видела, как я убивал не только зомби… Она понимает меня. Она сказала, что не позволит мне погибнуть! — словно перенимая настроение пленницы, Осаму кричал в ответ, когда Йори слышала смех в его голосе. Понятие кончины влетело в ее голову стремительной стрелой. Нет уж, напоследок она выскажет ему все. — Ты просто ребенок, которому нужна мамочка… Тц… Лицемер! Жалкий психопат, да эта девка никогда тебя по-настоящему не полюбит! Когда она узнает, кто ты она сбежит от тебя! Понял?! Ха-ха-ха-ха! Ты навсегда останешься один! — Акане кричала в попытке передать все. Ее темные мысли, когда она только поняла, кем был Осаму, и все же тогда она не ошиблась, сбежав от него и сейчас вопреки всему, что делала раньше, женщина ощутила жалость в твою сторону, хотя ты никогда об этом не узнаешь. — Ты даже не представляешь, как трудно осознать, что все это время ты просто хотел, чтобы кто-то любил тебя, и ты был кому-то нужен, нужен как человек, а не машина для использования и убийства. Неужели я все время до этого просто привлекал внимание… Хах… Иронично получается. — словно не слушая женщину Дазай шептал о чем-то своем, когда Йори просто повисла на его руках, сопротивляться смысла не было. Она просто загнанный в угол зверь, что всегда пытался перехитрить охотника. Прекрасные синие глаза пронзила боль, когда тонкое лезвие скальпеля пронзило глазное яблоко, но Акане не могла ничего сделать, а только дёргаться, в надежде обрести свободу. Ее визги не могли покинуть уста, ведь рука крепко сжала горло, практически полностью перекрывая подачу кислорода. Она задыхалась, цепляясь руками за все, где могла найти опору, когда ее подняли выше, заставив повиснуть на чужой руке, ведь ноги не могли коснуться пола. Без труда вынимая потекшее глазное яблоко, мужчина усмехнулся, сбросив его на пол, и провел холодной сталью по чужой ланите. В этот момент всего на секунду она смогла увидеть безжизненные глаза, словно перед ней тот самый зомби, только более опасный. Настолько, что одного взгляда хватит, чтобы заставить всех желать смерти, ведь жизнь станет просто невыносимой. Мысленно она молила об этом, вымаливая прощение за все свои грехи, пока боль расходилась по щеке. Это было ещё больнее, ведь ее рот открылся в хрипящем крике, и женщина сама разрывала задетую щеку. Всё, что она видела одним глазом, был не человек, а самое настоящее чудовище, которое только притворялись им. «Демон…» — промелькнуло в голове Акане, когда она ощутила, как теряет сознание от боли, но так и не смогла ничего сказать, перед глазами размывались картинка некогда прекрасного лица, которое было искаженно ненавистью и жаждой мести в ее сторону — «Беги от него, (т.и), не допускай моей ошибки, не влюбляйся…»

***

Утро следующего дня было достаточно суетливым. Все приходили в себя после битвы, хотя благодаря способности Йосано, многих удалось спасти считай с того света. Вчера ты уснула как убитая, просто повалилась на матрас рядом с Акико и заснула мертвым сном, хотя все же сумела расспросить остальных о том, почему они задержались. Изначально ты хотела поговорить с Осаму, но его ты нигде не нашла, поэтому выловила Куникиду, который общался с Канато. Через странное поведение и беспокойство, Доппо тебе поведал только то, что они хотели подальше отогнать монстров, чтобы они так просто не нашли убежище. А потом начал говорить странные вещи, которые ты просто не смогла связать и благополучно забыла. По решению Фукудзавы вы останетесь здесь ещё сегодня, чтобы убедиться в том, что больше таких массовых нападений не будет. Рано утром же тебя ждала привычная работа, которую ты выполняла на кухне с ещё десятью женщинами. Ты вызвалась помочь только потому, что работа отвлекла тебя от дурных мыслей насчёт всего твоего положения. К тому же ты могла подумать о том, как заполучить второй кусок карты. Помешивая половником похлёбку, ты невидящим взором уткнулась в чуть мутную гладь будущего супа. Мысли совсем не шли и печальный вздох сорвался с уст, когда ты, наконец, лучше услышала окружающий мир. — … Да это странно… — чуть пораженный голос одной из женщин заставил обратить внимание. — Что странно? — невольно задаешь вопрос, отчасти сама не понимая, что хочешь знать. — Ох… Просто нигде не видно Йори-сан, вот мы и беспокоимся. — отмахивается другая женщина, а ты хмуришься при имени такой раздражительной женщины. — А что беспокоиться, спит поди. — кинув на трёх женщин собравших «собрание» спокойно отвечаешь, попробовав на вкус суп. — Неплохо… — Ну, просто она обычно помогает на кухне. — вторит третья и ты округляешь глаза. — Она то?! — чуть повышенный тон появляется сам, и ты слегка отводишь взгляд, стыдясь своего восклицания. — Да, может, на первый взгляд и не скажешь, но Йори-сан была очень искусна в этом деле. — кивает одна из них. «А я думала она только свою фигуру хвалить и умеет…» — хмуришься ты. — Неожиданно для меня… — вернувшись к кастрюле, откидываешь волосы назад, закусив губу от лёгкой досады, когда в голову пришла поговорка: «Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок». — Я слышала у вас с ней конфликт, (т.ф)-сан… Позволите узнать причину? — любопытствует первая, а ты просто не понимаешь их одержимость Акане. — Это не имеет значения… — лёгкое раздражение подбирается к телу, когда ты вспоминаешь образ самодовольной брюнетки. «Чтобы она скисла…» — мелькает в голове, когда за «кухней» раздается шум, и люди начинают поднимать гул. В это же время к вам входит не кто иной, как улыбчивый Асура. — Всем доброе утро! — Канато машет здоровой рукой, слегка зевая и заметив тебя приближается. — (т.и)-сан, как вам спалось? — уже подле тебя звучит бодрый вопрос, а ты киваешь. — Сойдёт. А что там за шум? — кинув взгляд в примерную сторону, ты смотришь на Асуру. — Без понятия. Утренняя разведка пришла наверное. — парень пожимает плечами. — Я услышал, что вы здесь, и направился к вам. Хотелось бы ещё вас послушать. — он неловко чешет затылок и слегка краснеет, на что ты поднимаешь брови вверх. — Хех, ну спасибо, хотя бы кто-то меня по утрам вспоминает. — слова выходят сами собой, когда ты убираешь кастрюлю с огня. — Суп готов! — твой крик разносится по посещению, и ты понимаешь, что около половины женщин пропало с кухни и видимо убежали слушать, что скажут разведчики, среди них были и три бездельницы. — (т.и)-тян, ты где?! — громкий крик заглушил все голоса и ты сразу его узнала. — Я готовлю, Осаму! — кричишь в ответ, чем привлекаешь внимание нужного человека, который с радостной улыбкой чуть вприпрыжку направляется к тебе. — Добро-доброе утро! — оказавшись в нескольких метрах, мужчина расставляет руки в стороны, якобы приглашая тебя в объятия, на что ты усмехаешься, но все же легко обнимаешь его, когда он оказывается достаточно близко. — Доброе. — спокойно говоришь, но не можешь отстраниться ведь тебя просто зажали, словно в стальных тисках, правда без боли. — Мне ещё нужно закончить готовку, поэтому отпусти меня, пожалуйста. — добавляешь, и Дазай со вздохом выполняет твою просьбу, пока ты отходишь на пару шагов назад, замечая, что у некоторых сбежавших леди суп выкипал. Из-за этого ты пропускаешь, мимолётный темный взгляд, направленный в сторону Канато, когда Осаму, наконец, увидел его. — Осаму, а о чем там болтают? — спрашиваешь, закусив губу, когда видишь, что толпа стала больше. — Не имею представления, я встал десять минут назад. Привел себя в порядок и пошел тебя искать. — бодро говорит Дазай, пока ты заканчиваешь за всех. — Видите, (т.и)-сан, не только я думаю о вас по утрам. — Асура слегка смеётся, и проводит рукой по волосам, заслужив мрачный взгляд от Осаму. «Звучит слишком смущающе!» — кричишь в голове, стоя к представителям мужского пола спиной, чтобы не выдать смущения. То, что Осаму искал тебя сразу после пробуждения, было слишком приятно и мило. — Кстати, Осаму, а где ты был вчера вечером, я тебя не нашла?... — успокоим свои нервы, ты поворачиваешься лицом к мужчине заглядывая в веселые карие глаза. — Я был здесь на кухне, после битвы так хотелось поесть, что я не удержался. — мужчина улыбается, а ты припоминаешь, что как раз таки кухню, как и уборную не проверяла. — Ясно… — вздох срывается уст, а ты слышишь, что в толпе поднялся ярый шум, кто-то кричит. — Да, что там такое? Сразу после твоих слов, девушка, которая до этого интересовалась Акане выбежала из толпы и нервно прибежала к вам, схватив со стола стакан с водой, начиная жадно его пить. Ты видела, как ее слегка трясло, и расходившаяся толпа была в напряжении. Среди всех выделился господин Фукудзава, который заметив вас, шествовал спокойно и стойко. — Что случилось? — аккуратно спрашиваешь, когда девушка ставит стакан, с водой прикладывая руки ко рту, махая головой в стороны. Она усаживается на стул и закрыв руками уши смотрит в пол запуганным взглядом, повторяя что-то наподобие: «Все умрут». — Как хорошо, что я заметил вас. — Юкичи подходит ближе, и ты напрягаешься, в то время как Дазай кажется спокойным и расслабленным. — Похоже, зомби не отошли достаточно далеко или мы их пропустили. Разведка нашла чей-то труп, в дальних комнатах за убежищем. Установить, кто это возможным пока не представилось, так как голова просто отсутствовала. Тело было разодрано явно чем-то острым, вероятно когти зомби… — Фукудзава вздыхает, а ты хмуришься. — Неужели кто-то вышел ночью один? — со стороны Дазая слышится вполне резонный вопрос, кто мог додуматься до такого ночью. — Без понятия, труп я не видел, но говорят, что он вполне свежий. — господин Юкичи проходит к столу, усаживаясь на стул. — Нужно определить кто это… — Пересчет. Ну, я думаю, что местные уже знают друг друга полностью, и определить, кого не хватает, будет возможно… — предлагаешь ты, подняв взгляд к потолку, хотя ясно ощущаешь лёгкое чувство омерзения. — Это то да, но после вчерашнего мы не можем точно сказать, кто пропал… — голос Канато поник, а ты перевела на юношу взгляд, отчасти он был прав. — Вот с этим можно посомневаться. По словам докладчиков это женщина, а вчера на передовой их было не много. — Женщина?! — удивлённое восклицание Дазая заставило дёрнуться и глубже задуматься над словами лидера ВДА. — А мог ли зомби притащить ее? — интересуется Асура, пока ты сжимаешь руки в кулаки, происходит какая-то неведомая хрень. — Звучит ужасно глупо. — сразу комментирует Осаму и ты ощущаешь мягкое прикосновение к своему плечу. Дазай тепло улыбается, в попытке поддержать тебя и тебе и правда становится чуточку легче. — В любом случае предложение (т.ф) было дельным, так мы сможем узнать и почивших вчера. — Поднимаясь с места Фукудзава, смотрит на девушку, которая постепенно отошла от страха. — Могу я попросить вас об одолжении собрать всех, мисс? — беловолосый мужчина смотрит на нее, заслужив нервный взгляд в ответ и робкий кивок. — Благодарю. — он кивает ей и уходит со словами. — Пойду, поговорю с остальными. Тишина стоит на кухне, когда и девушка убегает выполнять поручение. Со вздохом ты садишься на стул, положив одну руку на стол, оперевшись локтем, и положив на ладонь голову. Канато стоит возле умывальника, кусая губы, а вот Осаму сверкает серьёзностью. После этого проходит пару часов как все люди собрались. Записав списки и сверив их, пошел опрос, кто есть, а кого нет. Как же ты удивилась, когда поняла, что в толпе нехватки столь надоедливой занозы в виде Акане. Даже она не стала бы игнорировать сбор по такому делу и может хотя бы с недовольством и пришла. Как бы то ни было, но женщина пропала, хотя ты точно помнила ее вчерашнее присутствие. «Неужели это она вышла ночью?» — мысль сверкнула так ярко, что тело пробил озноб. Такой глупости от нее ты уж точно не ожидала. — «Но могло ли быть что-то ещё?» — второй вопрос имеющий смысл заполонил голову, но поиск ответа был весьма тернист. — «Она говорила, что не хочет подвергаться опасности, но в тоже время… Могла ли она пойти не одна? Но тогда где второй труп? Где-то дальше или же наоборот? Как все запутано…» — дурные мысли заполонили голову, когда взгляд бегал по всем жителям. Может Акане и значительно бесила тебя, но ты не хотела, чтобы она умирала… Не так мерзко или плохо… Не так болезненно… Мрак нагрянул в душу, заставляя рвано дышать, пока теплая ладонь ободряюще схватила тебя за руку, и ты уже было обрадовалась, но к удивлению и полной растерянности обнаружила вместо такого желаемого Осаму Канато. Юноша улыбнулся тебе приободряющее, хотя ты видела в его глазах припрятанный ужас и страх, понимая, что раз он ничего не помнит, то ему может, и правда не стоит вспоминать. Может это несправедливо, но так, по крайней мере, он не разочаруется в жизни ещё больше. Где-то там внутри ты понимала, что на самом деле накручиваешь себя, просто выискивая причины, чтобы не дать ему знать правду об игре и забрать клочок карты. Улыбка, которую ты выдавила в ответ, была ужасно натянутой, но сейчас это не могло иметь значение, поэтому ты не волновалась. «Какая же я корыстная…» — с досадой размышляешь, вздохнув, когда твою руку внезапно вырывают из чужого хвата, позволяя лёгкой прохладе коснуться кожи. На тот момент ты просто перестала соображать, наблюдая, как Осаму вырвал тебя из чужих рук, сверкая темным взглядом, словно кофейные зерна. Они были слегка мутные, подобно мертвецу, леденящие душу, такие пустые и в то же время безжалостные. Подобным взглядом он обладал, работая в мафии, только сейчас он стал глубже, темнее, совсем не имея просветов. Глупый вопрос «Почему?» забрел в голову и не дал ответа, пока ты бегала взглядом между Осаму и Канато. Звуки вокруг приглушились, становясь неразборчивыми, а у тебя почему-то закружилась голова. Замечая твое странное и явно плохое состояние, Дазай сразу изменился потому с беспокойством, тревогой и нежностью схватил тебя, тем самым удержав от падения, ведь ноги стали подобными вате. Опираясь на мужчину, ты глубоко вздохнула, положив руки ему на грудь и поднимая взгляд. Его глаза стали более светлыми, словно и не было того страшного взора, который ты уловила минуту назад. Каштановые глаза пробежались по территории, и без спроса подхватив тебя под колени и спину, сильные руки подняли твое тело над землёй. Ты ощущала себя странно, слегка заторможено принимала вещи, ведь когда ты собралась сопротивляться, то уже сидела на диване. В голове промелькнули слова Куникиды о том, что Осаму изменился с появлением монстров, а после и с тобой. Сейчас почему-то это все не казалось глупостью или слишком мелкой деталью. Тот взгляд просто не мог быть серостью, уж слишком сильно он сиял злобой и жаждой убийства. — … (Т.и)… — мягкий звонкий голос произнес твоё имя, заставляя выйти из глубины сознания и мысли. Глаза поднялись, чтобы увидеть зовущего тебя человека. Осаму выглядел таким обеспокоенным, что эмоции в его глазах читались, словно одно слово печатными буквами на бумаге. Такие ярко выраженные и направленные в твою сторону. Это, несомненно, льстило, и в то же время ты жадно хотела большего. — (т.и)… — он снова зовет тебя, и ты киваешь, якобы подтверждая, что ты здесь с ним. Это вызывает на обеспокоенном лице улыбку, и чужая теплая ладонь ложится на твою щеку. От прикосновения идут волны тепла и жара, что пускает по телу мурашек. А ты смотришь в его карие омуты и не можешь понять. Разве мог этот теплый чайный взгляд, схожий с медом или карамелью, настолько сладкий и приятный быть таким темным…? Разве могли эти глаза желать чьей-то смерти без причины? Вопросы спутались, а противоречивые чувства не дали ответа. Ты и сама не заметила, как прижалась щекой к чужой ладони, слегка потираясь об нее словно была котёнком. Темные чувства отступили, а в душе наступило спокойствие. Дазай улыбнулся, сверкая легкими лучиками счастья, что словно проникли под твою кожу заставляя ощущать себя счастливой рядом с ним. И когда ты успела так сильно влюбиться в него? Когда ты перешла грань восприятия его как практически невозможного друга и перевела на возможного возлюбленного? Ответа не было, потому что ты даже вчера осознавала свои чувства, хотя и не выражала их конкретно. — Ты как себя чувствуешь, (т.и)? — твое имя без приставки звучало так волшебно мягко и нежно, что тебе показалось, что бархат лепестков роз не был таким приятным. — Да, спасибо, мне уже лучше… — приподнимаешь уголки губ, положив свою руку на чужую ладонь, заставляя Осаму округлить глаза, а после ещё ярче улыбнуться. — Рад слышать. Тебе принести попить? — он клонит голову в бок, что делает его невероятно милым, и ты откидываешь мысли о его жестокости и том взгляде в мусорку, ведь это не могло быть правдой, верно? Ведь он такой сладкий с тобой рядом, что может быть плохого? — Да, спасибо. — легко киваешь и мужчина улыбается, ненадолго покидая твое поле зрения, пока ты пытаешься успокоить сердце, которое резко ускорилось, окрашивая щеки в алый.

***

Дальше все проходило весьма шумно и быстро. Было решено проверить все окрестности и разогнать зомби. На это Фукудзава сразу сформировал отряд, в то время как тебя и Дазая попросили сформировать путь отхода, ведь завтра рано утром вы покинете это место. В итоге и порешали. Вы с Дазаем около трёх часов смотрели на карту, выискивая самые тихие возможности добраться до вашего логова. В итоге получился весьма внушительный крюк, и чтобы добраться до нужной точки вам приходилось многое обходить, чтобы даже если вы и привлекли внимание, не нагружать бедой других. Полный сбор у вас был весьма поздно, где вы поделились своим путем отхода и, решив все вопросы, отправились спать. Поговорив с Осаму ещё немного, ты радостная собиралась заснуть крепким сном, но тебе не позволили. Канато пришел к тебе весьма неожиданно, он был весьма смущен и, оглядываясь по сторонам, пригласил поговорить подальше от других хихикающих женщин. Вздохнув, ты вышла с юношей, приходя на кухню. — Ты что-то хотел, Канато? — присаживаясь на стул, ты легко улыбаешься. — Да… Завтра вы уходите и я хотел напоследок поговорить с вами, неизвестно встретимся ли мы дальше, а вы мой единственный ключ к прошлому. — он слегка помялся переступая с ноги на ногу и вскоре сел на стул. — Я не знаю, что тебе рассказать… Если честно… — ты вздыхаешь, когда юноша снова достает клочок карты. — Ну, хотя бы, почему мне тогда сделали поблажку…? — он отводит взгляд, на что ты улыбаешься, придумывая легенду. — Так получилось, что тебя поставили в более сложные условия выживания вот и все. В знак извинения ведущий вручил тебе первый шаг к победе так сказать. — поднимаешь плечами, делая вид, что вспоминаешь. — А кто победил? — Асура хлопает глазами, а ты задыхаешься, сейчас ещё и участников придумывай. — Нас тогда было десять и все люди из разных веток. Я вот участвовала как студентка столичного университета. Ты как идол. Был ещё спортсмен, офисный работник, модель, актер, фотограф, дизайнер, балерина и школьная учительница. Как думаешь кто из всех был самым подходящим для победы. — усмехаешься ты. — Конечно спортсмен, его звали Иватаки Кено. — вспоминая, как слышала это имя по телевизору, киваешь. — Ого, сам Иватаки-сан! — восклицает Канато, а ты хлопаешь глазами. — Помнишь его? — неловко спрашиваешь. — Да! Конечно же. Даже в моей памяти он сильнейший боксёр! — Асура настолько восхищён и рад, что ты и сама улыбаешься. — Вот может ты вспомнишь как мы все знакомились. — закидываешь ногу на ногу, стараясь не делать лишних движений, чтобы не видать нервозность. — А как далеко я зашёл? — карие глаза Асуры просто горели пламенем, которое в свете свечи было ещё более ярким. — Ты собрал три куска, если мне память не изменяет. — приложив указательный палец к губе, ты смотришь вверх. — Хе-хе… Понятно даже до финала не дошел… — он неловко смеется, почесывая затылок. — А вы? — Я ещё раньше выбыла… — отмахиваешься, отводя взгляд в сторону. — Об этом волноваться не стоит, уж тем более сейчас. Кстати, вам уже лучше, вы были такой бледной тогда? — Канато опускает взгляд, а ты понимаешь про что он. — Да, я в полном порядке. — киваешь, наглядно ярко улыбаясь. — Это хорошо, вам идёт улыбка. — парень прикрывает глаза, вызывая у тебя удивление его мягким словам, а после и смущение. — С-спасибо… — неловко говоришь, отводя взгляд. В то же время Канато резко встаёт с места, хлопая рукой по столу. — И-извините… Я наверно пойду… — его лицо очень красное, словно он упал в краску, голос робкий и смущенный, от чего он быстро скрывается из твоего поля зрения, пропадая в темноте. Хлопаешь глазами, вздыхая, и уже сама собираешься спать, как в глаза бросается кусок карты. Шок накрывает с головой, и ты просто поверить не можешь в такой джекпот. Ты протягиваешь руку к клочку бумаги, осторожно поднимая его. Осматриваешь клаптик, убеждаясь, что он отличается от твоего и в глаза бросаются слова, которые видны благодаря пламени свечи. Переворачиваешь лист, смотря на небольшое послание, написанное на листе размашистым почерком. «(Т.и)-сан, спасибо вам за помощь, это очень важно для меня, ведь я совсем понятия не имел кем был. Может это звучит странно, но… Вы очень мне понравились, я понимаю, что вы скоро уйдете со своими товарищами и тем странным мужчиной… Я не претендую на какие-то чувства, ведь я прекрасно слышал, что вам нравится этот человек, а я не хочу вам досаждать. Но все же я хотел, чтобы вы знали, что я считаю вас очень хорошим человеком, я всегда буду рад помочь вам или просто увидеться с вами. Я понимаю, что знаю вас недолго, но ведь в прошлом мы общались… Ваши слова и аура пропитанная уверенностью даже сейчас заставляет меня по-другому взглянуть на мир. Спасибо вам за это! Все же я немного надеюсь на… (Здесь все почеркано)… Прошу прощения, что на таком листе, но разве это не кажется символичным? С тёплыми чувствами к вам, Канато.» Поражённым взглядом ты осматривала написанное. Это так сильно отразилось в голове, что ты ощутила себя самой подлой женщиной в мире. Ты соврала этому парню, лишила его возможности выбраться, а он испытывает к тебе симпатию. Понимать это было ужасно больно и отвратительно, что ты хотела ударить себя сама, да рука не поднялась. Он сам того не подозревая отдал тебе ещё один шаг к дому, как ты и хотела, но отчего же так больно. От сильного чувства морали в твоей жизни? Или от воспитания в приличной семье? Собственные ли это чувства или же выработанные обществом привычки, которые заставляют тебя противиться инстинкту выживания? Закусив губу, ты глубоко вдохнула, с печальным и сильным выдохом усевшись на стул. Ладонью, пройдясь по своему лицу, ты не знала, как справиться со странным ощущением. Не напиши он эту записку, тебе было бы проще просто забрать карту? Ответа не было, ведь ты уже не можешь забыть прочитанное. Тишина накрыла комнату, пока пламя свечи играло, словно кто-то задувал его с разных сторон. Тени мелькали вслед за светом, а само свечение становилось все темнее, пока свеча медленно таяла. Внезапно свет в твоих руках заставил зажмуриться. В руках был знакомый лист бумаги, что ты нетерпеливо развернула. «Приветствую вас, миледи! Это было красиво! Я восхищен до глубины души тем, как вы провели этого бедного парня за нос без малейшего колебания и сожаления. Думаю, ты добилась того, чего хотела, верно? Поздравляю тебя со второй частью карты! Ты стремительно приближаешься к дому, хотя спешу предупредить, мой новый фаворит, есть люди, у которых побольше частей, чем у тебя. Но отчаиваться ты не будешь, ведь все идёт слишком сладко, я бы даже сказал великолепно, думаю, жизнь явно благоволит тебе. Что ж стремись вперёд и ввысь! Я в тебя верю. Желаю тебе, как и всегда сладких кошмаров, Афродита. Твой Баку.» Взгляд упёрся в записку, когда ты вздохнула. Ощущение разбитости ещё сильнее стало давить на плечи, когда ты легла руками на стол. Смотря в одну точку, ты прокручивал в голове строки из письма Баку. Ты не знала, сколько времени просидела в полной прострации, наблюдая, как кто-то вошёл в кухню выпить воды, где-то стукали двери, а в итоге ты так и уснула за столом, потерявшись в собственных мыслях.

***

Канато мирно сидел на диване в темноте. Если бы в комнате был свет, все бы увидели, насколько красным был юноша, который раз за разом вспоминал написанные на листе бумаги слова. «Она мне ответит?» — рассуждал он, когда ощутил, что кто-то сел рядом с ним. Карий взгляд нашел очертания высокого мужчины, которого он уже достаточно хорошо запомнил, чтобы знать его как конкурента. Осаму откинул голову на спинку дивана, и смотрел в темноту. — Почему сидишь один? — тихий голос Дазая был не особо весел, но и не враждебен, в то же время Канато помнил взгляд, который увидел сегодня, из-за чего предпочел бы не пересекаться с этим человеком, уж больно страшным он был. «И как (т.и)-сан не замечает этой опасности?» — покосив взгляд на фигуру, думает он, все же решившись ответить. — Не ваше дело… — немного грубо и недовольно, что вызывает на лице Осаму кривую усмешку с лёгким хмыком. — Не стыдно подбивать клинья к чужой девушке? — лукавый голос словно ворковал, когда Осаму проговорил о тебе. — Она не ваша девушка. — серьезно ответил Канато, поднимаясь с дивана. — Вы ужасны для такой девушки как она. — Смелое заявление если учесть, как ты меня боишься. — голос полный холода и жестокости был тихим, что скрывало почти в его изначальную враждебность. — Я вас не боюсь. — твердо заявляет Асура, намереваясь уходить. — Правда? — игра так и сквозит в словах Осаму, когда он хватает парня за руку, одним резким движением заставляя его пошатнуться и почти бесшумно упасть. — Что ты…?! — все, что он успевает сказать, пока не ощущает меж своих губ что-то холодное и твердое. Щелчок, означавший снятие пистолета с предохранителя спокойно прозвучал, когда шатенистый мужчина с пустым карим взглядом толкнул вещь чуть сильнее, заставляя дуло достать до горла жертвы. Несмотря на дикий страх, вмиг пронзивший тело, Канато не дрогнул, а только нахмурился. Он понимал, что хват Дазая слишком сильный, чтобы выбраться. Один звук и мужчина применит пистолет, хотя в то же время это станет для него конечной станцией, все сбегутся и это вряд ли все закончится для него хорошо. Знай Асура, что он все уже давно продумал, наверное, не был бы столь самоуверенным в том, что выживет после нападения сумасшедшего. Лёгкое движение пистолета и какой-то порошок коснулся горла. Приступ кашля пришел сразу, из-за прикосновения чужеродного предмета к горлу, а вместе с ним и рвотные позывы с излишней выработкой слюны. — Давай поговорим? — спокойно, даже как-то счастливо спрашивает Дазай. — Ох прости, ты же не можешь ответить, ну ничего, ты главное слушай. — его шепот был настолько ужасным, что холодный пот вмиг покрыл тело Асуры, давая понять, что все не закончится простым запугиванием. В надежде на последний шанс, Канато попытался подать голос мычанием, чтобы привлечь внимание, но только один звук стал громче положенного, как в ему грудь пришлось чужим локтем. Боль накрыла юношеское тело, когда ребро ощутимо треснуло, отдавая хрустом в ушах. — Я же просил тихо… — такая спокойная речь совсем не соответствовала обстановке. В то время как Канато проклинал себя за то, что из-за нервов, так и не пошел спать. Слезы мимо воли собрались в его глазах, когда он ощутил давление колена на его желудок. Дазай явно издевался над ним. — Только что вместе с пистолетом ты выпил яд… Ничего серьезного, просто мышьяк… — после этих слов глаза Канато широко распахнулись, хотя темнота скрыла весь страх. — Для смерти хватает всего 0.2 грамма, но я насыпал больше. Сейчас никто не сможет понять, от чего ты умер, поэтому и подозрений не будет. К тому же я уже подготовил сцену. — предотвращая новый вопль, хотя и сдерживаемый пистолетом, Осаму снова легко нажал на желудок, заставив парня выпустить воздух. — У тебя максимум полчаса. Я не знаю, откуда именно начнет яд, но предполагаю, что с желудка. Тебя ждут незабываемые ощущения. — сразу его голос звучал задумчиво, а последнее предложение бывший мафиози словно пропел. В то же время Канато ощутил, как его тело отдается слабости, когда в горле возникает жажда. — Уже запах пошел, похоже, я переборщил и ты умрёшь пораньше… — то ли печально, то ли радостно проговорил Осаму. — В любом случае ты мне не нужен. Я хочу защитить (т.и) и помочь ей. Такие как ты совсем не вписываются в мои планы. Ах, да… Может тебе будет интересно, но это я убил Акане… — Асура ощутил головокружение и тошноту, когда спокойные и совсем беззлобные слова дошли до него. Канато уже не мог ясно мыслить или противиться чужому напору. Его тело просто медленно растворялось в боли и усталости. Глаза хотели закрываться, и только сила воли удерживала его в сознании. — Я перенесу тебя в склад, к полке с ядами. Там есть отрава для крыс, чтобы они не ели продовольствие, а в карман куртки вложу лист из твоего блокнота. — эти слова были последними, на которые пострадавший отреагировал. Он ощутил ужас, ведь этот человек, казалось, знал все, даже его секреты, которые он забыл. Они виделись пару раз, а он узнал всю его жизнь просто из того, что прочёл блокнот, который он вел с тех пор как очнулся, чтобы не забыть ничего нового. — Я уже научился имитировать твой почерк, он не особо сложный, мог бы и постараться. Хах. — этот смех Канато слышал как будто перед ним сам Дьявол, насмехающийся над его беспомощностью. Руки в последней попытке сжались в кулаки, но дикий жар разъедающий тело, вместе со жгучей болью в горле просто сводил с ума. Он уже не мог ничего сделать, и ощущал себя таким бессильным и брошенным, только одна мысль давала надежду, которую разбили следующие слова. — Мы уходим рано утром, поэтому (т.и) даже не узнает о твоей смерти, пока остальные просто узнают о мальчике, который самоубился из-за отказа в чувствах. Раньше это было весьма часто. Думаю, никто ничего не заподозрит. Сейчас у людей другие проблемы. Как выжить самому? Да, их интересует только это. Меня же интересует жизнь (т.и) и ее счастье, но… Ты не вписываешься в эту идеальную картину. Поэтому прощай и вечного тебе сна, Канато-кун… — это были его последние слова, которые Осаму произнес с неумолимой безумной радостью, которая отразилась на его лице в изогнутой довольной усмешке, когда он ощутил, что тело юноши совсем раскисло в его руках, он был ещё жив, но ему определенно осталось недолго…

---

Досье: Имя: Канато Асура Рост: 178 см. Пол: мужской Возраст: 19 лет 1 месяц Роль в игре: игрок под номером шесть. Занятость в нашем мире: идол, певец, модель для журналов. Статус: мёртв (убит Осаму Дазаем). Особенность: из-за ошибки Баку потерял память и не помнит точно своего мира. Из всей памяти у него есть только первые 17 лет жизни и момент становления певцом. Его первая песня «Останься со мной нененадолго». Отношение к Гг: считает девушку своей спасительницей так как она помнит его, верит в ее ложь из-за чего проникается более тёплыми чувствами. Имя: Акане Йори Рост: 176см. Возраст: 26 лет 3 месяца Пол: женский Род деятельности: до апокалипсиса была моделью в модном журнале, а также снималась в фильмах (по словам Дазая, ради первого фильма переспала с режиссером). Статус: мертва (убита Осаму Дазаем). Особенность: состояла в отношениях с Осаму Дазаем всего две недели. Отношения были начаты по инициативе девушки, детектив показался ей привлекательным и необычным. Влюбилась в собственные мечты, и не смогла ужиться с характером Осаму, из-за чего разорвала отношения, тем не менее, испытывает к нему сильное сексуальное влечение. Отношение к Гг: ревнует Дазая к гг. Хотя на последних моментах жизни испытывает сочувствие. *- отрывок «Баллада Рэдингской тюрьмы». Оскар Уайльд.