Ставка? Любовь!

Зачистить это все? Идём на встречу с группой мафии для того, чтобы сразиться с ними? Чтобы найти и уничтожить? Чтобы вызвать на бой? Да, звучало глупо, страшно, и по-своему безумно, но в этом была одна большая и непреодолимая суть. Все хотят свободы, и ты тоже… Ваш путь идёт именно через то самое место. Это словно знак судьбы, что шепчет тебе о возвращении. Но стоит ли уходить отсюда, когда ты полностью тронулась умом и влюбилась в убийцу? Смешок сорвался с уст, ведь ты уже простила его, и темнота с пустотой в душе затянулась. Уже не было страшно, не было плохо, не было отвратительно, ты просто влюбилась в него, готовая простить и принять все, что он сделал. Главное, что он любит тебя в ответ. Именно поэтому сейчас ты идёшь со всеми туда, чтобы забрать эту чёртову вещицу и наконец, решить, что будет дальше. Непреодолимое желание остаться смешалось с таким же непреодолимым желанием увидеть близких тебе людей. Ты решишь все на месте, когда возьмёшь в руки этот чёртов предмет, который приготовил для тебя Баку, и ради которого ты прошла все эти муки, хотя рядом с Осаму это таким не казалось. Солнце слепило глаза, когда вы вышли в точке на возвышенности, готовые спуститься к порту. Позади вас были толпы мёртвых зомби и «демонов». Добраться до мафии, чтобы договориться и уничтожить их всех. Дуэту «Двойной чёрный» придётся вернуться. Похоже, с собой этот «Рику» привел многих монстров, и теперь рык и вопли слышались отовсюду. Это пускало стаи мурашек по телу, заставляя содрогаться каждый раз, когда что-то развалилось слишком близко. И вот снова топот ног, злобные рыки и оскаленные зубы, с которых стекала кровь. Они бегут на вас, как стая голодных волков, в желании набить желудки. Звуки выстрелов, звона стали и ударов смешались в одну мрачную симфонию, как олицетворение смерти. Панихида словно играла над вашими головами, заполняя тела. Смерть шла по пятам, пытаясь схватить кого-то, трепля волосы, но, так и не достигая сердца, чтобы вырвать его из груди. Картина была, как будто в фильме ужасов, с самой реалистичной графикой. Кучи мертвых тел украшали путь, сгнивая по дороге, и ты понимала, сейчас, пока на улице холодно, они не несли такую опасность, как возможно, во время тепла. Новой чумы остатки человечества не переживут. Поэтому кроме уничтожения целей стоял вопрос об уничтожении тел. Не шло и речи, что их придётся жечь, но только для этого явно нужна большая территория, чтобы устроить зомби холокост. Вы ступали дальше и дальше, когда возвращаться в убежище уже не было смысла. Остатки Йокогамы с каждым днем были все хуже и хуже. Эрозия хаоса и смерти пожирала город, оставляя на его месте пустошь с кучей трупов. Когда уже практически никого не осталось, ты отвлеклась, посмотрев на карту. До точки буквально десяток шагов и ты движешься за ней. Взбираешься на обломки здания, когда к твоему плечу резко прикасаются, что ты дёргаешься. — (т.и), ты куда? — мягкий голос Осаму, заставляет успокоиться, когда ты улыбаешься в ответ, сложив карту и повернувшись к нему лицом, чтобы подарить мужчине яркую улыбку, полную уверенности и спокойствия. — Проверю все там, скоро вернусь. — мягко отвечаешь, получив серьезный и обеспокоенный взгляд карих глаз, что словно читают тебя до самой глубины, находя там сомнение, которое притаилось глубоко в душе. — Я пойду с тобой. — уверенно заявляет Осаму перезаряжая оружие, чтобы быть уверенным во всем, в том числе и твоей безопасности, впрочем, для этого мужчины, она явно была приоритетной. Ты же мнешься, не зная, что ответить, пока в душе сияет множество вопросов, по типу: Что делать? Что говорить? Как ответить? Что сказать Осаму? И стоит ли вообще начинать? Ты собираешь все останки себя, решая решить все парой вопросов, которые определят твое будущее и судьбу. Когда ты увидишь это нечто, то все решишь сама. Поэтому сейчас перед тобой стоит первый вопрос… Хочешь ли ты, чтобы Осаму это видел? Определённо твой ответ: В1: Нет. В2: Да. Вариант 2 — Да, хорошо. — ты улыбаешься мужчине, ведь тебе нечего от него скрывать. Будет лучше, если он будет знать о том, кто ты и откуда. Тогда ты точно поймёшь, что тебе делать, как быть дальше и поступать в такой ситуации. Она невероятно давила на тебя, оказывая давление, словно пресс, который упал на тебя с небес, поражая тело. — Вот и славно. — Дазай широко улыбнулся, поднимая палец вверх, выказывая всю свою радость, которая лучами выходила с него, поражая тебя ударом счастья и тепла. — Мгновение, моя леди! — спокойно просит он, поворачиваясь к тебе спиной весьма изящно и плавно, заставляя плащ переливаться волнами. Прицел и звонкий выстрел поражает цель, что постепенно приближалась к Атсуши, которого вдали от вас окружили зомби, в попытке съесть мальчика. На это парень помахал вам в ответ, выказывая свою благодарность. — Теперь пошли, он справится. — кивает мужчина, под твой лёгкий смех, от чего в груди загораются бабочки, освещая тебя легким и теплым светом чувств. Одна его рука ложится на твою талию, крепко обвивая ее и прижимая к чужому телу. Становится теплее, и ты невольно успокаиваешься, просто влюбленная дурочка, готовая утонуть в его объятиях, оставаясь там, на веки вечные. Такое состояние появляется только рядом с ним, и поэтому ты не хочешь его терять, наслаждаясь этим ощущением. Оно такое сладкое, что тянется по твоему телу, сладким медом, что засахарился и теперь стекает по телу плавными потоками. Поднимаетесь выше, наблюдая что-то похожее на когда-то жилую комнату, в которой теперь была только одна надломанная стена. Достаешь карту, пока Осаму любопытно заглядывает в лист, с не скрытым интересом, что сверкал в его глаза яркими звездами. С деловитым видом он хмыкает и отстраняется от тебя, поднимая голову к небу. Взор Осаму слишком задумчивый, слегка мутный, но тут же приходит в норму, смотря на тебя. Он резко разворачивается в сторону целой стены и направляет пистолет, на всякий случай, чтобы прикрыть тебя. Переводишь взгляд за оружием и наблюдаешь, как из-за стены выпрыгивает монстр, словно Дазай предсказал такой поворот событий. Клич наподобие «Сдохните!» разносится шипением по округе, оглушая вас неким визгом. Но далеко сдвинуться ему не дают, ведь Осаму попадает четко в цель, и на секунду замирая в воздухе, как ты поняла по речи — разумный, падает на землю, прокатившись немного вперёд кубарем, разбрызгивая остатки крови из своего организма. — Ха-ха, он точно сохранил свой разум? — с сарказмом спрашивает Дазай, а ты сдерживаешь смех, возвращая взгляд на карту, которая за столько времени уже начинает казаться привычной и не капли не пугающей. Пару шагов к центру и точка на карте исчезает, когда перед тобой небольшие обломки. Они горкой наложены друг на друга, пока ты понимаешь — придётся разгребать. Не желая рассказывать мужчине правду, ты молча откинула пару булыжников, а после подняла единственный камень, под которым что-то сияло легким изумрудным светом, поливаясь по округе. Драгоценность наподобие сапфира попадает в твои руки, пока ты крутишь ее, осматривая со всех сторон. Она завораживала, притягивая интерес к себе, от чего ты не могла остановиться, продолжая глядеть на камень. Он переливается синими и зелеными цветами, словно это был флакон с волшебной жидкостью или водная рябь под лучами палящего солнца. Со стороны Осаму слышится свист, и его рука мягко прикасается к твоей, поглаживая кожу, нежным прикосновением руки, в попытке поглотить ее в свою. — Ты искатель сокровищ? — игриво говорит он, легко целуя тебя в щеку, несколько по-кошачьи и лениво, будто пытается спросить разрешения. На такое действо ты усмехаешься, повторяя за ним, как по накатанной, на что Осаму пораженно хлопает глазами, заставляя тебя ощутить внутри вспышку веселья, даже в такой ситуации. — Нет… Это… — ты замираешь с вопросом внутри себя — рассказывать ли мужчине, что это? Ты хотела поделиться с ним своим прошлым, но сейчас именно в этот момент это стало чем-то неправильным. Сомнения прокрались в душу, вынуждая тебя прыгать с камня на камень в поисках пристанища своей души, однако без возможности его найти. «Я из другого мира и эта вещь поможет мне вернуться домой? Так я должна сказать…?» — мелькает в твоей голове, хотя ты весьма растеряна и не можешь решить, как пояснить твою ситуацию. Можешь ли ты утверждать, что ты отправишься домой? Дом ли это для тебя? Или же твой дом здесь рядом с Осаму? В1: Мой дом здесь. В2: Я хочу вернуться в свой мир. Вариант 1 Из всех вопросов ты уверенно можешь дать ответ, что да, твой дом рядом с ним и только с ним. Неважно, что было когда-то в прошлом, сейчас ты рядом с ним и это самое главное. В этом уже нет никаких сомнений, ты полностью уверенна в таком положение дел, настолько, что готова забыть все, что могло оттолкнуть тебя от личности Дазая, забыть свою семью, ведь твой дом рядом с ним, до скончания дней. Сердце начинает бешено биться, пока в груди растет тепло, и ты не хочешь это терять, даже если ценой этого станет твоя свобода. Ничего уже не важно, ведь ты видишь мир только рядом с Осаму и только в его глазах, что так прекрасно смотрятся в лучах закатного солнца. Да и можешь ты потерять свободу, если ты сама решила остаться с ним? Конечно нет, ведь ты любишь его и главное знаешь, что в ответ он подарит в сто раз больше любви, чем можешь ты. Когда кто-то сказал, что лучше любить, чем быть любимым, явно никогда не ощущал, как его любят, ведь это прелестное чувство, особенно когда оно взаимное. Оно благоухает в груди яркими красками, когда ты получаешь столько тепла и преданности в ответ, что руки начинают дрожать от дозы счастья, которое ты испытываешь. Ты становишься наркоманом, зависимым от этого чувства, что ярко оседает в душе, желая повторяться снова и снова. От подобных мыслей тепло стало ярче и пусть весь мир назовет тебя сумасшедшей, пусть кто-то попытается вразумить тебя, на все у тебя только один ответ и это любовь к Осаму. Она чистая и искренняя, кажется она была всегда, словно с того момента, как ты появилась на свет. Неважно где, главное, что ваши жизни сплетены в одну тугую и крепкую судьбу. Ты не оставишь его никогда! Плевать на все миры, правила и уставы, ведь если вы любите друг друга, любые жертвы оправданы. Тебе с ним спокойно и хорошо, а значит, проблем никаких нет. Это простое решение твоего сердца… — Так что это, (т.и)? — Дазай спрашивает мягко, погладив тебя по волосам, пуская мурашки по спине, пока его голос звучит как-то волшебно, что внутри тебя просыпается трепет. В душе что-то скребётся, заставляя тебя облегченно выдохнуть, и улыбнуться мягкой неподдельной улыбкой. — Ничего особенного. — говоришь уверенно и спокойно, положив карту на землю, а на нее и камень, позволяя шелесту нестись за ветром. — Я просто люблю тебя. — смотришь на мужчину и всего на мгновение его глаза округляются, пока ты кидаешься обнять его, в желании прижаться поближе к его телу снова. Ведь оно такое теплое и так радушно принимает тебя, что казалось другого и не нужно.— А это значит, что останусь с тобой навсегда. — твой счастливый голос заставляет его дрогнуть. Дазай смотрит на твою фигуру сверху вниз, пока его карие глаза отражают всю глубину его душевного непонимания. К нему прибавляется и радость, пока руки мужчины бегут по твоему телу легкими поглаживаниями, словно в попытке растереть бока и согреть. Осаму не ожидал этого. Твои слова, действия, да и вообще все поведение, заставляли его сердце биться чаще, и рвано дышать. Он ощутил резкий прилив тепла, а его душа пришла в покой, полное море блаженства, которое перетекает по артериям вместе с его кровью, заставляя каждую клетку тела почувствовать ликование. Ты решила остаться с ним. Может ты не сказала всех причин, но он уверен в том, что ты останешься с ним. Твой ответ был вспышкой среди темного неба, как салют, что украсил все ярче и ближе, чем звезды. Ты становишься более близка к нему, что у Дазая есть шанс коснуться тебя. Он же будет защищать тебя от любых угроз и покажет новый мир, полностью очищенный от монстров. Эта клятва, которую он дал самому себе, не имея права её нарушить, ведь твое счастье для него важнее чего бы то ни было. Его руки крепко обхватывают тебя, пока со стороны слышатся возмущенные возгласы ребят, им надоело вас ждать. Одна его рука поднимается выше, подхватывая твой подбородок, заставляя тебя смотреть на него. Ваши взгляды встречаются, и ты видишь эти яркие карие очи, сияют подобно бликам в чае, разбавляя атмосферу теплотой и мягкостью. Они такие нежные и воздушные, что ты согреваешься душевно, когда мужчина склоняется ближе к тебе, сокращая расстояние до минимума, чтобы дышать в твои губы, опаляя их. Дыхание сбивается, а щеки слегка краснеют, просто от того, что ты любишь его, как и он тебя, пока ваши сердца бьются в унисон, показывая особенность любви. Чужие губы накрывают твои, в попытке передать все чувства, и ты ощущаешь весьма странный колорит и набор эмоций. Он такой разный и немного странный, хотя все же притягательный, что тебе хочется коснуться его сердца. Дазай обескуражен, удивлен, счастлив, приходит в дикий восторг, слегка смущён, а главное любит ещё крепче. Он любит тебя не так как обычные люди. Его любовь более глубокая, более яркая и насыщенная, что ее смело можно назвать неповторимой. Она непередаваемая словами, ведь нет ни одного набора букв способного подать её, чтобы описать все, что он ощущает в твою сторону. То насколько любовь глубока, широка и далека, а может, безгранична, ведь кажется, ей уже нет конца, и вы просто двое влюбленных, что желают жить в вечности теплоты. Это отражается в тебе, находя укромный уголок, чтобы начинать делать так же. Любить этого мужчину сильнее всего на свете, так как он любит тебя — некое желание, которого ты хочешь достичь, но определенно не сможешь. Может, ты не сможешь сделать так, хотя точно знаешь, что никогда не оставишь его, и это было главным, ведь любовь, в общем-то, и невозможно измерить. Поцелуй становится ещё более пылким и чувственным, что ноги подкашиваются, и ты улыбаешься сквозь него. Только когда воздух подходит к концу, вы разрываете прикосновение, глубоко дыша, чтобы восстановиться. — Без тебя у меня не будет жизни… — такой сладкий голос касается ушей, когда Осаму склоняется, шепча тебе на ухо эти слова, вынуждая тело таять от такого. А ты понимаешь, что этот выбор был единственно верным… — Что ж, ты сделала лучший выбор, (т.и)-тян… Прощай, мой неожиданно лучший игрок… — чей-то голос прошелестел в округе, когда зелёный камень исчез, якобы его и не было…

***

С того дня прошло два года. Союз мафии и агентства в борьбе против высших дал большой результаты. Вам удалось восстановить связь с уже освобожденным пунктами в Японии. Всевозможные одарённые были собраны вместе, для борьбы с мировой заразой, пока обычные люди создавали подкрепление. Удалось установить контакт и с теми, кто так же имел опыт «общения» с высшими. Но даже несмотря на это, истинные намерения этих ребят так и были загадкой для человечества, хотя были разнообразные теории, касательно их появления. Ты же прибывшая из нашего мира, пыталась вникнуть во все со своей стороны, основываясь на знаниях о мире, который стал для тебя родным. Мысли загоняли тебя в тупик, давали различные теории, связанные как со сверхъестественным, так и с обычным окружением. Ты полностью привыкла жить здесь, к тому же такая опора как Осаму, просто не могла не помочь с этим. К слову твои отношения с мужчиной стали ещё крепче. Конечно, полностью от ревности и совершенно лёгкого контроля твоего круга общения не избавиться. Благо Дазай верил тебе и совсем не пытался навредить, это стало основой всего, когда ты взяла с мужчины обещание. Один раз ты даже в шутку назвала его мягким Яндэрэ, на что в ответ он посмеялся, но согласился, сказав, что причинить боль тебе для него немыслимо. Эта фраза надолго осталась в твоём сердце, радуя тем, какую сильную любовь испытывал мужчина. Очень часто вы сидели спокойными вечерами вдвоем, окружённые полнейшей тишиной, пока только звуки природы могли достичь вашего сознания. Это были те самые мгновения уединения, которые позволяли успокоить сердце принять весь мир и подготовиться к худшему, ведь пока вы вместе, даже ад может стать раем! Ты узнала о том, что Осаму угрожал Куникиде, на что дико посмеялась и чуть не получила подзатыльник от второго, с тонной отчетов. Так же ты поведала возлюбленному, что ты из другого мира, и даже рассказала ему детали, о том кем был у вас он. Изначально ты думала, что Дазай не поверит тебе, но мужчина принял это спокойно, давая понять, что многое подозревал и, кажется, знал. В целом жизнь была вполне обыденной и нормальной, если исключить саму обстановку этого мира, который уже стал для тебя родным. Благодаря вашим стараниям за первый год Япония была достаточно хорошо защищена, связь по ней восстановлена, а действия скоординированы. Удалось встретить еще пару высших, они были достаточно сильные, а способности странные. Многие их силы с трудом поддавались объяснению или же какой-то нормальной логике, хотя ведь способности не обязаны это делать, верно? В этой битве сила Дазая стала ключевой, в то время как другие обеспечивали поддержку, чтобы мужчина не погиб. За второй год вы завершили стадию массовой зачистки. Теперь по всей территории зомби встречались с такой редкостью, что можно было спокойно восстанавливать города, устраивая патрули только на всякий случай. Единственной угрозой оставались высшие и монстры с других континентов. Благо из-за расположенности Японии, и ее водного окружения, приход новых врагов был практически невозможен, хотя и весь мир в хаосе оставлять не хотелось. На исправление положения явно уйдет ещё лет десять, но все были готовы упорно трудиться для достижения своей цели, как и сейчас… В темной комнате находилось всего несколько человек, ты, Осаму, Чуя и Фукудзава. Совсем недавно ваша разведка доложила о возможности появления высшего, и это оказалось так. На его поимку был отправлен большой отряд, в котором и состояли вышеупомянутые одаренные. После же их возвращения ты присоединилась к мужчинам, с любопытством наблюдая за тем, что происходит. В этот раз высший был захвачен в плен, и его удерживал Накахара, в то же время Дазай обеспечивал безопасность для всех, держа пленника за руку. В отличие от приводящих врагов были несколько спокойнее, словно он дал себя поймать. — Допрашивайте его быстрее, Фукудзава-сан~. Я хочу держать за руку (т.и), а не его. — слегка скулил Осаму сидя на стуле, пока все стояли. От такого заявления ты тут же покраснела, так и не привыкшая к открытости любимого мужчины. — Осаму, это очень важное дело, если он что-то расскажет это может помочь нам. — говоришь спокойно, приблизившись к группе, чтобы поцеловать самого дорогого тебе человека в щеку, от чего он чуть ли не мурчит. — Приветствую, (т.и)-сан. — кивает Юкичи, на что ты отвечаешь тем же, останавливаясь рядом с Дазаем, чтобы смотреть на него, пока он в попытке обнять тебя склоняется ближе, упираясь головой в живот. От такого хочется смеяться, ведь последнее время Осаму то и дело напоминал котенка. — Кто тебя сюда впустил? — косится Накахара, а ты удивлённо смотришь на него. Проблем со входом у тебя не было. Двое мужчин, которые стояли там, просто сами открыли перед тобой дверь, показывая, что тут нет секретного. — Меня впустили и все. — твой взгляд падает на Осаму, на что он самодовольно улыбается, что не скрывается от глаз Чуи. Ситуация тут же проясняется и все молчат, пока Юкичи смотрит на вас. — Тс… Ты, что совсем совесть и страх потерял, Дазай? — Накахара негодует, яростно взрываясь, ведь его лицо накаляется и он сжимая ладони крепче, явно наровясь сломать высшего. — Тише. — командует Юкичи, от чего по спине бежит холодок и ты виновато смотришь, хотя старший и не возмущен. — Ты будешь говорить? — строгий вопрос был направлен на мужчину в руках Накахары, пока он поднял взор на вас, и его глаза перешли в режим работы, показывая алую радужку, что слегка светилась в полумраке. Темные вороньи волосы были заплетены в небольшой хвост на затылке и в целом уже выбились из прически. Челка падала на лицо, ещё больше выделяясь на бледной почти мертвой коже, становясь некой окантовкой. Черты его лица были слегка грубоваты, что ещё больше очерчивало глаза, как будто они были подкрашены подводкой. — А что ты хочешь знать? — очень низкий хрипящий голос раздался в ответ, а все в комнате затихли, он был первым, кто решился поговорить с вами по вашим темам, а не просто кричать направо и налево угрозы, перед смертью. Обычно они говорили о смерти, своей или вашей. Кто-то вел беседу на тему мира, бытия, существования, божества и других теорий, что ставило многих в тупик, давая понять, что лидеры явно пошли не от мира сего. Нужно сказать, что обычно Осаму с радостью поддерживал разговор, если он конечно начинался. Он вступал в него на всех правах, и один раз даже провел за беседой более пяти часов, хотя его теории явно бесили собеседника. — Кто вы и чего добиваетесь? — допрос, как и всегда, начал Дазай, пока что крайне строго, чтобы пережать всю суровость ситуации. В такие моменты ты не могла не восхититься его силой и статностью как мужчины, твоего мужчины. — Если говорить конкретно обо мне, то зовут меня Демокрит. Приятно познакомиться, уважаемые. — повиснув на руках Чуи, представившийся закрыл глаза, а ты чуть воздухом не подавилась, когда услышала его слова. Воспоминания о родном мире тут же поплыли перед глазами. Сразу хорошие, от чего в душе отразилась грусть, но тут же радость заполнила тело, когда ты вспомнила, что никто, кроме Осаму, тебе и не нужен. «Нет… Опять философия… Но он сказал, что его зовут Демокритом, черт, надо было лучше учить философию, а то бред какой-то, получается…» — мелькает в голове, пока тело натягивается как струна. Одна из возможных теорий цветет перед глазами, и ты понимаешь, что когда-то в ночных рассуждениях была права. — У меня нет цели. Я, честно говоря, давно смирился со всем, а вот другие ещё нет. — он качает головой, а замечая ваши взгляды продолжает, более спокойно с каждой секундой. — Нас много и если вы хотите знать, кто мы конкретно, то перед вами один из первых людей получивших то, что вы называете способности. — он говорит это все весьма скучно, пока ты смотришь на Осаму, который нахмурился, он явно задумался как и ты. Логика этой вселенной начинает тебя смешить, но ты молчишь, в желание все же услышать правду. — Ну да, он не сопротивлялся, от слова совсем. — шепчет он, а ты возвращаешь взгляд на Демокрита. Почему он так поступил было для тебя загадкой, хотя мозг и склонялся к тому, что мужчина хотел смерти, чтобы уже не вспоминать свои мучения. — Может, если я расскажу нашу историю, вы поймёте, что к чему… — сощурившись, возможный философ из твоего мира продолжал свою речь достаточно спокойно и стойко, чтобы передать все тяготы его жизни. — Когда у людей начали появляться способности, это повергло мир прошлого в хаос. В отличие от того, что я вижу сейчас, другие боялись обладателей силы. Такие как я, мои вынужденные союзники, были изгнаны из всех уголков мира. Следуя за одним человеком, который назвал себя праведной миссией. Он говорил, что его сила является отличной от нашей и есть даром божьим. Мы были изгнаны и заперты. Чтобы выживать там, нам пришлось союзничать и в итоге, с помощью наших способностей, мы создали что-то наподобие солнца, правда вот вещь дала неожиданный эффект. За время пребывания в том месте наши тела изменились и приобрели бессмертие. Как мы поняли уже сейчас оно было неполным, иначе бы у нового человечества не было и шанса. — он легко усмехнулся и посмотрел на Осаму, явно намекая ему о его способности, и то, что мужчина внес действительно необъятный вклад. — Ты бы мог помочь и всем остальным, но сейчас не об этом. В то время, когда у нас не существовало понятия науки, как у вас, все пытались найти и доказать устройства мира и бытия… — И каждый из вас делал это, основываясь на своей силе? — внезапно выдаешь, вспоминая слова первых высших, которых встретила уже давно. Сейчас твоя глупая мысль не кажется шуткой, ведь все складывается прямо под нее. Реагируют на тебя не лучшим образом, когда Чуя тут же метает взгляды убийства. «Он называл себя богом, а стихии зачатками мира, ими же и управлял. В этом есть суть, каждый философ это по своему писатель, родоначальник всего писательства, а так как они излагали свои теории о мире, тогда следуя законам этого фэндома, то их способности связаны с написанным. А книга, которая запечатала их… Можно предположить, что это что-то вроде библии и начала новой эры в нашей мире. " — рассуждения пошли так быстро, что ты не заметила внимательных взглядом со всех сторон, хотя в целом интерес был только у Дазая и Фукудзавы. — Именно. А как ещё судить мир, о котором можешь только мыслить. — твоя речь слегка повеселила Демокрита, и он несколько оживился, показывая, что не прочь затронуть с тобой разговор о мироздании. — Что будет, если запереть в одном месте людей, которые придумали каждый сам свое видение существования мира? Наступит хаос. Каждого что-то не устраивало в другом, были споры и дискуссии. В конечном счёте, большинство потеряли возможность мыслить нормально и, проведя в запертом несколько столетий, решили мстить. Нам нужно было разузнать о мире наверху. Это было крайне сложно, к тому же никто не знал, как совершить месть. Вы развивались, а так как наши способности были отчасти ограничены, проведенные исследования задерживались, но мы узнали, что способны изменять ваши организмы, используя особое вещество так же основанное на наших силах. Из всего человечества было решено сделать марионеток, а тем временем нам нужно было узнать обо всех устоях снаружи. Естественно не без способностей. Наука стала для большинства ужасным видением мира, которое они отказали принимать. Печать, что запечатывала нас, была ещё сильной, и нам пришлось ждать, когда она ослабеет. Когда же пришло время действовать, нам удалось сломать ее, правда, снаружи это отразилось стихийными бедствиями. Вот и все, дальше мы действовали согласно плану. Хотя, несмотря на долгое время исследования, мы так и не поняли откуда у людей сохранились способности. — последнее предложение было произнесено с горечью, некоторым отчаянием и разочарованием, словно показывая, что сам философ хотел бы все ж собрать все тайны несколько сильнее мести. — Звучит как бред. — сразу вставил Чуя, показывая все недовольство хмуростью на лице, явно готовый оторвать Демокриту голову. Ты же основываясь на своей теории, предположила, что это возможно. Все это было похоже на глупую придумку автора манги, однако, раз ты в самой манге стоило бы подчиниться. — Но почему ты решил все рассказать? — сразу спрашивает Осаму, полностью игнорируя злого Накахару, пока Юкичи на его слова кивает.  — Тебе бы в пору молчать. — вставляет свое слово бывший директор, заставляя тебя усмехнуться, в их словах была доля правды. — А… — тут же пытается ответить пленник, однако твою голову поражает одна яркая мысль, что не отпускает и язык прямо и чешется все высказать, поэтому ты без смущения перебиваешь его, тут же выпаливая: — Значит, твои способности позволяют контролировать атомы? — чтобы убедиться в своих мыслях, ты спрашиваешь Демокрита, виновато улыбнувшись Осаму. От твоих слов вся компания приходит в шок, явно показывая, что это уже больше подходит на бред, ведь с такой силой, победить группу сопротивления, даже во главе с Дазаем, было бы просто, следовательно, он поддался вам специально. Хотя сейчас, слушая его, ты поняла, что роль сыграла та самая человечность, что осталась в оттенках разума высшего. Он сделал ставку на ваши чувства, возможное сострадание. Есть шанс, что они решили установить мир с остатками человечества, видимо получив разочарование в самих себе. Они потеряли суть своего существования, решив исправить свою ошибку. В который раз… Но теперь, нет, их никто не простит. — Как ты… — округлив алые глаза, Демокрит уставился на тебя, что ты усмехнулась с лёгким превосходством, заставляя многих посмотреть на тебя с неким удивлением, заставляя даже Юкичи закашлять. «Иногда полезно учить даже такое…» — проходит мысль в голове, и ты собираешься с духом, наготове передать все свои мысли касательно происходящего. — Я просто немного знаю. — киваешь, обхватив руками плечи, ведь почему-то стало резко прохладно, и озноб пробежал по спине. Тело содрогнулось, словно от неожиданного прикосновения, когда внутри тебя слегка собрался страх. — (т.и), это познания твоего мира? — Осаму косится на тебя, забирая одну твою руку в свою, чтобы ободряюще сжать ее. От такого на сердце начинает расти тепло, и ты улыбаешься ему, посылая губами воздушный поцелуй после кивая. — В моей вселенной он являлся философом древности. Его теория атома, как самой маленькой частички считается очень невероятной в плане того, когда и как она была придумала. А ещё на его счету много высказываний по типу: «Честный и бесчестный человек познаются не только из того, что они делают, но и из того, чего они желают». — выбирая из гробницы памяти некие детали, ты вспоминаешь лекции преподавателя по философии и его слова, порой слишком заумные и изогнутые, что ты не сразу могла все разобрать. И если тогда ты не понимала смысла от знаний этого в большинстве своем бреда, то сейчас могла подарить учителю поклон. — Если следовать этой мысли, я могу предположить способности многих врагов. И назвать имена побежденных. — самодовольно усмехаешься, сетуя на то, что не смогла прийти к этому раньше, когда было столько шансов, хотя вероятно ты просто не обращала внимание. — Девушка из другого мира… — бормочет Демокрит, и, получив суровый полный холода взгляд от Осаму, не решается продолжать. «Тогда тот с кем мы дрались впервые… Четыре стихии… Хм… Как же его звали, а точно Эмпирол! А нет… Эмпедокл! Вот это верно. Значит, он взял себе другое имя, ну это вполне логично, чтобы приспособиться к обществу. Можно сказать, что мой захватчик это вероятнее всего Платон с его идеями о «Едином». Что ж тогда все сходится.» — лёгкая радость от того, что ты хотя бы как-то способна помочь, отражается в твоём сердце. Яркая улыбка ложится на лицо, и ты слегка прыгаешь на месте, словно заведенная, пока Дазай рядом легко смеется, с лаской во взгляде наблюдая за тобой. — Скажи, а кто уже умер? — твой вопрос достаточно наглый, что вызывает тень на лице Демокрита, явно показывая его недовольство и нежелание отвечать. Все же за годы совместной жизни у них собралась некая солидарность друг к другу. — Эмпидокл, Платон и если судить среди новых убитых, Сократ и Архимед. — твои слова заставили его дёрнуться, но из крепкого хвата Чуи было не выбраться, пока алые глаза пропитались блеском удивления и ненависти. Он словно пытался поглотить тебя этим, и ты уверенна, если бы не Осаму, то явно бы что-то случилось. — Я конечно не хочу участвовать в этом всем цирке, моя теория о атоме оказалось верной как и моя сила. Не будь этого юноши, то вы бы уже все здесь просто погибли. — брюнет кивает в сторону Осаму, а ты хмуришься, ведь тебя просто проигнорировали, хотя и мысли подтвердили, это философ явно желает твоей скорой смерти. — Я ответил только на те вопросы, которые казались уместными. Если бы я знал, что среди вас есть человек каким-то способом знающий наши способности предпочёл бы молчать и быть убитым. — говорит спокойно и даже холодно, словно собственная жизнь резко перестала его интересовать, в некотором роде он и правда оказался умнее других своих собратьев по думам безбрежных. — Не в моих приоритетах быть предателем. — Значит, рассказом ты пытался склонить нас на вашу сторону… — вздыхаешь ты, отведя взгляд. — Глупое решение. — превосходство слышится в громком голосе Накахары, что отражается от стен эхом. — Ну и ладно. — хлопнув по коленке свободной ладонью, Осаму достал пистолет. — Тогда ты нам больше не нужен. «Вероятно, он рассчитывал на то, что мы проникнемся его рассказом или же наоборот испугаемся. В любом случае это оставляет осадок, но сейчас все хотят выжить. Это не то общество, в котором царит сочувствие или жалость к чужому, это время давно прошло. Сейчас трудно найти и саму истинную связь.» — рассуждая, ты невольно смотришь на улыбающегося Осаму, когда на сердце становится тепло уютно. Даже сейчас у тебя ощущение, что ты дома, когда рядом с ним, а его ладонь так трепетно сжимает твою. — «Мне просто повезло.» — самодовольная мысль мелькает в голове, а ты слышишь, как кто-то вздыхает. Стоит поднять взор с фигуры Демокрита, как на удивление всех Фукудзава достает пистолет, мысли прерывает выстрел, от которого легендарный философ твоего мира теряет жизнь, безвольно повиснув в руках Накахары. От такого ты рвано выдыхаешь, понимая, что уже привыкла к такому и сердце это никак не цепляет. — Не могу поверить, что он был легендарными человеком в твоём мире. — хмыкает Осаму, спешно отпуская руку Демокрита, отряхивая ее, как будто коснулся чего-то неприятного. От такого тебе хочется смеяться, но ты держишь эту некую злобу в себе, просто улыбнувшись. Этот человек явно испортил тебя, заставляя смотреть на мир более жестоко и грозно, хотя стоит ли говорить, что это сделал он, а не сам мир? — (т.и), если можешь в ближайшее время составь список всего, что помнишь. — серьезно говорит Фукудзава, а ты кивком соглашаешься, ведь перечить ему совсем не хочется. К тому же это была ваша общая цель, и раз уж все знают, что ты не отсюда, тогда надо помочь в твоих силах. — Да ну, что за наказание босс…? То я работаю, то (т.и), дайте нам насладиться друг другом. — обидчиво произносит Дазай, а ты смеёшься, тебе было приятного от того, что он был так озабочен тобой. Может раньше это слегка отталкивало или пугало, но сейчас ты и думать не можешь о том, чтобы Осаму покинул тебя. — Вот когда монстров не станет на всей земле, тогда и полюбуйтесь друг дружкой. — лукаво говорит Накахара, отпустив тело Демокрита, которое постепенно распадалось, словно его никогда и не было. Как и подобало всем высшим, они умирали в виде собственных сил. — А ты не завидуй… — сощурив глаза, хмурится Осаму, а Чуя отходит, явно не жилая лезть в ваши отношения чтобы привлекать к себе беду. После того давнего случая, он явно не желает работать с Осаму. Более того, он даже спрашивал тебя, почему ты так спокойно относишься к Дазаю и почему продолжаешь его любить. Конечно, ты честно дала ответ, что любовь к мужчине пересилила все чувства, и поэтому ты осталась с ним не глядя на прошлое, которое не в силах вернуть. — Пошел я отсюда лучше… Мне вас не понять. — бросив на тебя последний взгляд, явно говоривший тебе «странная», Накахара ушел, оставляя вас в гордом одиночестве. Остатки трупа уже исчезли, и ты расслабилась, ощущая, как все закончилось хорошо. — Чем займёмся~? — сладко поет на ухо Осаму, пока его руки обвивают твою талию. Чужие губы касаются шеи в лёгком поцелуе, пуская по спине стаю мурашек. Ты сама не замечаешь, как легко улыбаешься, пропустив томный смешок. Желания в груди пробуждались, когда ты хотела схватить мужчину за ворот его рубашки и утащить за собой, но было извечное «но», которое не давало это сделать. — К сожалению, написанием всех врагов, которых я вспомню… — развернувшись в его руках, ты положила свои горячие ладони на щеки мужчины, приближая лицо поближе, когда видишь румянец на его щеках, что заставляет тебя улыбаться ему нежно и ласково, в желание показать, как ты его любишь. — Ты же не серьёзно… — обидчивый голос просто прекрасно сочетался с таким же выражением лица, пока твой смех идет по комнате в подобие звона колокольчиков, таких легких и приятных, что тело содрогается. В душе начинает согреваться цветок солнца, что распускается, позволяя лепесткам щекотать твою плоть, слегка проводя по ней и в трепете позволять тебе расслабиться. — Прости, но это важно. Если хочешь, можешь посидеть со мной. — оставив лёгкий чмок на щеке Осаму, ты прогладила вторую, ласковым и теплым прикосновением, от чего по твоим пальцам прошел разряд, когда Дазай в ответ потерся о тебя. — Конечно, это не обсуждается… — прижав твою фигуру к себе ближе, Дазай склонился, заставляя сердце забиться чаще, понимая, что от такого поцелуя тебе не скрыться, хотя и не особо хотелось. Дыхание стало тяжёлым, когда его руки слегка приподняли подол твоей рубашки, касаясь пальцами обыденно кожи. Трепет сразу схватил тело, заставляя насладиться и отдаться чужим ласковым рукам, которые так нежно писали пальцами круги. Вторая рука пробралась в твои волосы, слегка сжимая пряди, тем самым стягивая их. Легкая боль отдалась в затылке, слегка опьяняя рассудок, от чего ты чуть не промурлыкала, понимая, что мужчина хочет затащить тебя в постель. Ощущение мягких поцелуев на шее, заставило ноги подкоситься, но ты вовремя собрала остатки самообладания, ведь тебе нужно было работать, а не заниматься играми. Подхватив пальцами лицо Дазая, ты подняла его на уровень глаз, строго проговаривая: — Потом… — твои губы оставили лёгкий поцелуй на его устах, когда ты ловко извернулась из объятий, втягивая разочарованного Осаму за собой. — Ну, не дуйся, Осаму, я вся твоя! — уверенно заявляешь, замечая выражение лица Дазая, от чего хихикаешь, такой вид казался очень милым. Стоит ему услышать твои слова, как превосходная улыбка отражается на его устах, радуя своим светом, что ты ощущаешь прилив радости в груди. Он крепче сжимает твою ладонь, когда вы поднимаетесь по лестнице вместе, всегда в неком близком замке. Вам нужно вместе построить для вас счастливое будущее!

***

Прошло ещё четыре года, и это было знаменательное событие, ведь мир был свободен! Путем сражения и множеством жертв он все же был освобождён, от восставших против всего человечества, когда-то великих людей. Ты полностью приспособилась к жизни в новой вселенной и кажется, утонула в любви к одному единственному человеку. Уже полгода все здесь живёт в полнейшей тишине. Все шло невероятно гладко и весьма хорошо. Люди отстраивали цивилизацию заново, благо одаренные этому способствовали. Ты занималась разными вещами, основываясь на том, что знала. Впрочем, так делало большинство людей. Даже так, вернуть все к норме было не просто. Нехватка знаний и опыта откровенно ощущалась, ведь столько людей разных профессий погибли, а главная сеть информации была утрачена. Только стремление выжить и создать заново комфортный мир двигало человечеством, заставляя его заново развиваться. Были найдены кладези техники и оружия, которые вы могли использовать, а та же реконструкция некоторых заводов, хотя основные силы были брошены на то, чтобы обеспечить всех продовольствием и питьевой водой. Пока вы не сможете достигнуть стабильности в этой отрасли, говорить о быстром и стремительном прогрессе не могло быть и речи. Даже так, люди переместились на самые выгодные территории и вели восстановление. Первые источники связи уже были настроены и контакт с другими стал намного проще, чем ранее. В общей войне, объединенный союз мафии и агентства принял весьма важную роль. Хотя и среди вас были значительные потери, которые до сих пор отражались в памяти болезненным очертанием, которое струилось по телу, перенося боль при каждом воспоминание. Но даже так все продолжали жить ведомые надеждой о хорошем будущем и прекрасной стабильной жизни. Ты сидела за рабочим столом, покачиваясь на стуле, пока на столе перед тобой стояла стопка тетрадей. В голову откровенно ничего не шло, но упорность заставляла продолжать. Сказал бы тебе кто-то, что ты переживешь зомби апокалипсис, найдешь свою любовь в другом мире, а потом станешь учителем для детей, ты вообще в это не поверила, посмеявшись над недо предсказателем, но так оно и было. Дети, потерявшие родителей, но каким-то образом выжившие, или же совсем маленькие ребятишки, которые родились совсем недавно, нуждались в учителях. Желая принести пользу обществу, ты заручилась учить их в школе, которая была открыта совсем недавно. Придумать программу для них было весьма сложно, но ты честно старалась это сделать, копаясь в архивах памяти, вспоминая, что учила сама, от этого уроки были немного сбиты, благо, что учебники тоже не все пропали. Живя вместе с Осаму, ты откровенно наслаждалась жизнью, несмотря на все мелкие недовольства. Мужчина относился к тебе все так же бережливо и трепетно, словно ты была сделана из фарфора или хрусталя, некая кукла, которая должна жить в полнейшем комфорте, что мужчина пытался сделать с вашим гнёздышком. Ты же в ответ старалась любить его так же сильно и крепко, показывая это своими действиями, которые были направлены исключительно на его комфорт и благодать. На последнее была весомая причина, которая явно заставляла тебя стараться еще сильнее. С тех пор как мир пришел в относительный покой, Дазай повысил свои приступы ревности. Случилось это несколько резко, словно у него появились нервные перепады настроения, как некоторая биполярочка. Он не пытался навредить тебе или же запереть за стальными дверьми, но просто активно выражал свою позицию, не боясь угрожать ни в чем неповинным людям. В некотором роде он был защитным и контролирующим Яндэрэ, благо умеренного типа, что облегчало твою работу. Он всегда узнавал у тебя, с кем ты общалась, о чем и как, при том, что ты уверена в одном — Осаму знает все и без этого, просто мужчина вероятно страхуется. Собственно, с этим ты просто смирилась, позволяя мужчине находиться в твоём пространстве круглосуточно, ведь уходить от него или изменять ты и не думала. И если в общении с женщинами проблем не было вовсе, то к мужчинам Дазай дико ревновал, даже к знакомым. Поэтому, чтобы воспроизвести своеобразный контроль, ты старалась не говорить с противоположным полом, когда была одна. Разговоры были чисто в рабочей обстановке и о них ты спокойно рассказывала своему любимому, хотя иногда тебя это дело все же раздражало, вынуждая недовольно надувать щеки, за что Дазай тут же просил прощения, пытаясь объяснить свое поведение хотя тебе и так все было понятно. Все же любовь к Осаму была сильнее, чем эти мелкие минусы, потому все было просто замечательно. Устало вздохнув, ты откинулась на спинку стула. В голове стало пусто, что ты просто закрыла глаза, наслаждаясь тишиной. Неожиданно по телу прошел озноб, и ты уже было откинула голову назад, о и так поняла, что произошло, наслаждаясь таким приятным забвением, которое резко укутало тебя. Все внутри расслабилось, особенно когда нежное тепло укрыло плечи. Ты сразу поняла, чьи руки любезно обняли тебя, замыкая в сладкий и теплый плен, который пускал мурашки по коже. Крепкий захват был таким нежным и мягким, что ты потерялась в глубине чувств, приятно и легко вздыхая. Поворачиваться было не нужно, ты и так знала, кто по-тихому пробрался в учительскую и схватил тебя в такой нежный плен, словно пытался украсть. Вяло открыв глаза, ты повернула голову влево, сталкиваясь с игривым карим взглядом, который сверкал в лучах солнца, что проходило сквозь шторы. Заметив, твое внимание Осаму улыбнулся и придвинулся ближе. Его нос упёрся в твою шею, щекоча горячим дыханием кожу, которая тут же стала гусиной от перепада температур. От этого мысли о программе обучения и вовсе отошли в сторону, захотелось пойти домой, чтобы упасть на вашу кровать и немного поспать в руках Дазая. — Осаму~… — сладко тянешь, добавляя в голос притягательности, на что мужчина реагирует весьма довольно, потираясь носом о твою шею. — Да~? — в тон тебе отвечает Дазай, и тут же легко целует один из шейных позвонков, заставляя содрогнуться и пропустить томный выдох, за столько лет он выучил все твои слабые точки, чтобы заставить забыть обо всем и сосредоточится на его имени. — Как ты сюда попал? — воркуешь, не смея сопротивляться чужим действиям, от которых по телу бегут электрические разряды, что словно стимулирую тебя закончить все раньше и правда, пойти с ним. — Я пришел тебя проведать. Моя работа закончилась раньше, чем планировалось. — спокойно объявляет, продолжая свои маленькие поцелуи-бабочки, оставляя их по всей шее, пока ты ощущаешь, что мужчина напрягся. Он явно забеспокоился о том, одна ли ты тут. — Нет, здесь нет любовника. — говоришь твердо, чтобы заверить своего возлюбленного, ощущая как его плечи опускаются, словно он услышал молитву в храме. Твои слова приводят его в блаженство, ведь для него самое главное, чтобы ты была рядом с ним. — Ты у меня единственный. — поворачиваешь голову к нему, чтобы поцеловать мужчину в щеку, от чего он чуть ли не мурлычет, когда смотрит в твои глаза с распростертой любовью и диким обожанием. — Правда? — игриво спрашивает, а ты вздыхаешь, лучше в таком не шутить, не в ваших отношениях уж точно. — Да, неповторимый, лучший и единственный, мой Осаму Дазай. — ты тепло улыбаешься, оставляя ещё один поцелуй, только на второй его ланите, когда он так же дарит тебе улыбку, явно принимая твои слова, что успокаивают душу мужчины, позволяя ему расслаблено выдохнуть. — А ты моя. — это звучит слишком уверенно и собственнически, но ты уже полностью привыкла к такому тону, да и ничего плохого в нем не видела. Он словно проникает в твое сознание, утверждаясь там ещё плотнее, оседая на краях души, чтобы покрыть сосуд собой, и ты могла думать только о фигуре своего любимого, как делает только в твоем отношение. — Какая? — разворачиваешься окончательно, чтобы игриво закусить губу прямо перед его глазами. В ответ же мужчина тебя приподнимает и сам усаживается на стул, утягивая твою фигуру на свои колени, под твой легкий писк. — Неподражаемая звезда во всей галактике, что пронзила мое бренное сердце своим непревзойдённым присутствием, богиня среди женщин. — Осаму улыбается, когда шепчет тебе это все на ухо, заставляя тело ощутить некую истому, пока сердце бьётся быстрее, в попытке сломать твою грудь. Тебя же пробивает озноб, от чего ты закусываешь губу и мычишь в ответ, якобы намекая ему продолжать. — Госпожа моего сердца? — слышится вопрос с лёгким смехом, а Осаму кладет свою голову на твою, оставляя на макушке поцелуй. — Мне вот интересно, когда ты начнёшь повторяться? — с интересом спрашиваешь, подняв взгляд к потолку. Ведь за столько раз Дазай ещё не ни разу не повторился с твоими прозвищами или «титулами», которые сам же и придумывал, какие только заклинания для твоего очарования он не придумал. — Никогда, потому что кроме японского в мире ещё много языков и культур. — он с улыбкой кивает, оставляя еще один поцелуй на твоей макушке, словно ты маленький ребенок в его руках. От этого ты ощущаешь, как он испытывает чувство покоя и умиротворения рядом с тобой. Дазай потерялся внутри пуховой подушки, наслаждаясь ее мягкостью и теплом, что поглощает его тело без остатка. Осаму подобен маленькому бродячему щенку, который наконец-то нашел свой дом и того кто будет его любить такого какой он есть. Он и правда так чисто любит тебя, словно не является свидетелем грязи своего мира, словно не был ее частью, словно он был чист как ангел, хотя этот титул мужчина давно подарил тебе. Его любовь странная, она притягательная и порой настырная, но в то же время она показывается насколько сильно можно дорожить кем-то кроме себя самого. Безмерная и безумная, полностью захватывающая сознание, без возможности возврата. Это как некий подарок и благословение богов найти такого человека в его жизни, хотя тоже касается и тебя. Вместе вы сплетены в некий особый узелок, который невозможно распутать, ведь ваши нитки переплетаются так крепко, что сплетаются в узел. Он дарит тебе все свои теплые чувства, заражая твое тело, чтобы ты имела возможность понять его, и полюбить так же, хотя в некотором роде ему хватает и твоего присутствия. Дазай утопает в тепле, той любви, которую ты ему даешь, и он готов принять ее полностью, чтобы в ответ одарить тебя ещё большей…