Живой робот

      — Добрый вечер, госпожа Иштар, — сказал Кай, открывая дверь.       — Кай, — облегченно выдохнула я. — Привет, дорогой!       Я поскорее вошла в квартиру, радуясь умной домашней системе.       — Дорогой? — удивился он.       — Бесценный! — поправилась я.       — Ээ… не понимаю, — озадачился домоправитель.       — Я же не знаю, как дверь открывать. Ты меня просто спас! — пояснила я. — Так что бесценный ты! Просто бесценный! Лучше тебя на свете нет. Только давай ты сам про значения этих слов применительно к людям почитаешь, а завтра у меня спросишь, если что-то не поймешь. А то я так устала, что просто с ног валюсь.       — Как прошел день? — спросил Кай.       — Ой, хорошо! Наконец отдохнула от техники! Оказываются и у вас тут есть места, где ее нет.       — Нет техники?       — Ага, вообще нет! Лес и речка!              Утро выдалось совершенно обычное. Я окончательно привыкла просыпаться в будущем, общаться с Каем, умываться и готовить завтрак в компьютеризированной среде, учиться самой и учить домоправителя по утрам. Единственное, что меня продолжало угнетать, это полная профнепригодность. Я столько лет училась для чего? Чтобы попасть в будущее, где все мои знания не будут стоить ровным счетом ничего? Кай, конечно, в некотором роде компенсирует мою ущербность, но, все же, не в полной мере. Я живу на полном пансионе и при этом ничего не делаю! Меня, конечно, сюда затащили без моего желания и даже ведома, но сути дела это не меняет. Надо все-таки возвращаться домой! Там родные, друзья, работа, будущее! Хм… вообще-то будущее здесь. Да, забавно…       — Хозяйка вернулась! — сообщил Кай.       — Пойдем встречать! — обрадовалась я.       Поскорее свернув все свои дела, мы с Каем, который на сей раз не развизуализировался, отправились в прихожую.       — Привет! Я вернулась! — Радостно с порога воскликнула Хати.       — Привет! Рада тебя видеть! — Так же радостно приветствовала ее я. — Как там Мехис?       — Лучше не бывает. Выписали домой, я его как раз туда проводила, убедилась, что ему ничего не надо и сама домой отправилась. Он завтра к нам придет.       — Придет? — удивилась я. — Вот это медицина продвинулась…       — А это кто? — растерялась Хати, наконец заметив Кая.       — А? Ой! Это Кай! — спохватилась я.       — Кто? — подозрительно спросила Хати.       — Кай, домоправитель!       — Добрый день, хозяйка, — Кай элегантно чуть склонил голову в подобии поклона — недавнее мое изобретение. — С возвращением!       Хати застыла на месте, лишь удивленно хлопая глазами.       — Но… — наконец сказала она и снова замолчала.       — Это иллюзия! — поспешно сказала я. — Я создала ему облик, а он его визуализировал. Он нематериальный!       Я махнула рукой, проткнув Кая насквозь. Странное ощущение. Раньше я никогда не пересекалась с Каем. Видимо, все-таки иллюзия эта не так уж и нематериальна. По крайней мере, что-то определенно чувствуется.       — О, бесперебойная система и вечно глючащий модуль! Так же рехнуться можно! — Перевела дух Хати. — Я уже ТАКОГО успела надумать! А это всего лишь домоправитель. О-о…       — Ты подумала, что я себе мужчину, что ли, завела? — рассмеялась я.       — А что еще мне подумать, когда я вижу перед собой незнакомого мужчину? А уж когда ты сказала, что это Кай, я вообще не знала, что и думать!!!       — Извини, — хихикнула я.       — Сюрприз так сюрприз. Только зачем тебе понадобилось его визуализировать?       — Так просто. Скучно было одной, да и не очень удобно разговаривать с неизвестно кем. Вот я создала Кая с помощью какой-то игрушки. Да и движения он тоже оттуда спер. Так что почти настоящий человек! — сообщила я.       — Идеи у тебя, конечно, Иштар… Создать домоправителю тело и визуализировать его пока еще кроме тебя никто не додумался!       — Приятно быть первой, — усмехнулась я, — хоть бы даже и в дурости.       — Да это не дурость, — пожала плечами Хати. — Просто никто так раньше не делал. Всем хватает общения с кем-нибудь кроме домоправителя. С ним вообще говорить неудобно.       — Ну, я над этим тоже поработала. С безликим, сухим и точным механизмом разговаривать скучно. Так что теперь Кай — лапа! Правда, Кай?       — Да, госпожа, — кивнул домоправитель. Еще одно мое изобретение. На вопрос «Правда, Кай», заданный мной, Кай всегда должен говорить, что это правда, не вдаваясь в подробности. Неправильно это, конечно, но очень приятно. Впрочем, за подтверждением к нему мне обращаться не доводилось до сегодняшнего дня, да и подтверждать какие-нибудь враки, я его просить не стану.       — Вау, — Хати со смесью удивления и недоверия смотрела на своего домоправителя. — Я даже и не предполагала, что из домоправителя можно вылепить такое! Ну-ка, Кай, последние данные мне выведи.       Знакомый дисплейчик, и Хати с любопытством в него заглянула.       — Вот это да-а-а… Ничего себе! Нет! Ничего себе!!! Иштар, две платы!!! Что ты тут с ним делала?       — Две платы чего? Что-то не так? Я что-то не то сделала? — забеспокоилась я.       — Памяти! Две платы памяти под завязку! Ты не представляешь как это много! Со всеми моими усовершенствованиями он занимал от силы четверть платы. А тут две полные платы! Что ты ему такое сказала?       — Ой, извини. Я не думала, что это так много…       — Да бог с ней с памятью, попрошу Элиаса, он мне еще хоть десять плат поставит. Но что там на них? Что ты с ним тут делала?       — Э-э… учила и училась.       — Ну, ты ладно, но его ты чему учила?       — А-а… э-э… много чему, — честно сказала я. — С ним же невозможно было разговаривать, вот я его и учила общаться по-человечески. Учила говорить с интонациями, учила новым значениям слов, ну, точнее, подоходчивее объясняла эти самые значения. Часть, конечно, объяснять не получалось никак. Как вот, например, объяснить ему, что такое «нравится» и «не нравится». Только разные примеры и что-то вроде рэндомного выбора. А еще, вот, что такое «мечтать»! Сложное понятие! Но зато теперь с ним можно разговаривать почти как с человеком.       — Мечтать? — Удивлению Хати не было предела.       — Кай, давай-ка ты сам объяснишь! — сориентировалась я.       — Госпожа Иштар объяснила мне на примерах, в чем заключается свойство человека — мечтать. Я также выбрал себе мечту.       — К-какую?       — Я мечтаю стать живым роботом, — ответил Кай.       Хати во все глаза смотрела на него.       — Что-то не так? — спросил Кай. — Это плохая мечта?       — Нет-нет, — заверила его Хати, все еще удивляясь.       — Но Вы удивлены. Что вас так удивило? — спросил Кай.       — Один из минусов — очень любознательный. Все время задает вопросы, на которые не знаешь, как ответить, — прокомментировала я.       — Удивило? Ты различаешь настроения? — остолбенела Хати.       — Да, хозяйка, — кивнул Кай. — Я различаю человеческие настроения, также могу генерировать свое собственное. К сожалению, не очень удачно, поэтому госпожа Иштар меня поправляет.       — Он умеет? — переспросила у меня Хати.       — Я научила, — кивнула я.       — Научила генерировать настроение? — не верила Хати. — Это всем нашим ученым не удалось, а тебе…       — Нет! Кай же сказал, что у него плохо получается, а, значит, я плохо научила. Но попытка не пытка. Зато он распознает настроения людей и может их копировать. Может, со временем он таки придумает алгоритм получше. Ты говорила, что у него блок самообучения слабый, вот, может, ему помощнее надо, чтобы он понял.       — Понял? Алгоритм? Самообучение не может помочь ему ощущать настроение!       — Но зато искусственно его создавать — вполне! Ему это интересно, он этим занимается, так что что-нибудь, да получится, — сказала я.       Хати медленно покачала головой смотря то на меня, то на Кая, а потом и вовсе ей встряхнула.       — Не знаю! — воскликнула она. — Надо Элиаса позвать. Может, он знает! Он, кстати, видел Кая?       — Нет. Кай все время исчезал, когда тот приходил.       — Ясно, — кивнула Хати. — Это надо же было до такого додуматься! Учить домоправителя быть человеком! Надо же! Хотя, все конечно логично, но… Пойду Элиасу расскажу!!! Кай, соедини неполным. Эль, привет! Ты представляешь, что Иштар сделала? Да, не уследил!!! Нет, вполне себе в себе! Но ты только послушай! Она заполнила обе платы у Кая! Слышишь? Обе! Она его учит быть человеком. Она его визуализировала, объяснила ему, что такое настроение, научила мечтать! Элиас! Он улыбается и разговаривает! Ты представляешь? Домоправитель разговаривает нормально! О да, я все время на это жаловалась. Теперь Иштар мне эту проблему решила! Мне теперь с Каем можно говорить, а не вырубать ему звук. Короче, приходи, сам увидишь. И захвати плату памяти по дороге! Ой, и еще Иштар просила модуль самообучения получше. Ну, зайди в магазин, выбери там что-нибудь. Тебе же виднее. С деньгами потом разберемся. Хорошо? Ага. Все, ждем! — Хати вернулась к реальности. — Ждем! Сейчас придет Элиас, и добавит тебе памяти, и…       — Мозгов, — добавила я, когда Хати замешкалась, подбирая слово.       — Это хорошо? — спросил Кай у меня.       — У тебя будет больше места для информации, и ты будешь лучше ее обрабатывать, — сказала я.       — Значит, хорошо, — сделал вывод Кай. — Спасибо!       — Да мне-то за что… Сейчас Элиас придет, все поставит, вот его и будешь благодарить, — оторопела Хати. — Он разбирается, что такое «хорошо» и «плохо» и умеет благодарить? Чему еще ты его научила?       — Много чему. Я все не помню. Он просто спрашивает, что ему непонятно, а я объясняю, как могу. Ну, а он, следовательно, понимает, как может, — усмехнулась я.       — Неплохо так понимает, надо отметить, — задумалась Хати. — А, значит, ты неплохо объясняешь!       — Стараюсь в понятных ему терминах объяснять. Фантазию напрягаю. Но вообще Кай умный. Ему одно удовольствие объяснять!       — Каи все одинаковые, — заметила хозяйка домоправителя.       — Ну, то обычные Каи, а такой вот Кай один!       — Это точно, что один. Больше такого нету! — согласилась Хати. — Все остальные — обычные домоправители, а мой умеет мечтать! — Рассмеялась она.       — Я надеюсь, это неплохо. А я же не лучше Кая в вашем времени. Не знаю, что хорошо, а что плохо. Что можно, а что нельзя делать!       — Да ничего страшного. Наоборот, даже интересно! Во-первых, взаимодействие путешественника с техникой нашего времени. Во-вторых, я всегда старалась минимизировать общение с Каем, потому что мне не нравилось. А теперь вот стало гораздо лучше! Даже визуальный интерфейс приличный появился. Ты, кстати, полностью сама создавала?       — Там какая-то игрушка. Кай оттуда часть утащил, а я сидела, выбирала ему черты лица, подстраивала, потом одевала, а обуть не успела, а потом и не стала. Домоправитель же! — рассказала я. — Так вот он и стал таким! Ну, а потом я его двигаться учила. Точнее, доучивала то, что он из той же игры вытащил.       — Понятно, — Хати с неиссякающим любопытством осматривала Кая. — Ну, а, в-третьих, это действительно очень интересно просто потому, что раньше ничего такого не делали. Создать человекоподобных роботов пробовали по-разному, но на основе домоправителей их делать еще никто не пытался. Новое веянье в науке! Свежий взгляд. Возможно, как раз то, чего нам не хватало!       — Если из моего баловства и «скукоразгоняния» получится что-то дельное, то это будет просто здорово! — порадовалась я.       — Роботов просто всегда пытались делать универсальными, как людей. А вот до узкоспециализированного подхода почему-то не додумались. Мелкой сошкой считали. Но ведь это проще и эффективнее. Сделать не универсально человекоподобного робота, а узконаправленного. Например, вот, домашнего! Всегда создавались только системы для управления и упрощения каких-то человеческих действий, но не роботы.       — Ну, так, может, роботы просто не нужны такие, — задумалась я. — Изобретение-то мое бесполезное просто. Зачем робот, если есть система?       — Так начинать нужно с малого, к тому же, не так уж все и бесполезно. Тем, кто дома много времени проводит — очень полезно, да и просто так даже, для красоты! Ну, а потом уже можно из удачных систем пробовать собирать полные.       — Я могу войти в полную систему живого робота? — спросил Кай, до того внимательно слушавший наш разговор.       — Если такие будут создаваться, то вполне, — сообщила ему Хати. — Мне, правда, будет сложно с тобой расстаться. Все-таки такая хорошая память об Иштар, и вообще ты интересный, даже не как эксперимент, а сам по себе! Феномен!       — Вместе мы с тобой, Кай, подопытный материал для обучения, — рассмеялась я. — Мало было мне самой мучиться, я еще и тебя в это втянула!       — Меня это не тяготит, — сказал Кай. — К тому же, если меня будут использовать для создания живого робота, то это означает исполнение моей мечты. А это хорошо! Я буду радоваться!       На последней фразе Хати, кажется, вообще потеряла дар речи.       — Не отдам! — категорически заявила она. — Пока мне копию не снимут, не отдам!       — Ха-ха-ха, — рассмеялась я. Все-таки хорошо, что мое нововведение Хати понравилось. — Такого уже не будет! Характер он один неповторимый. Копия, может, будет такой же умной, как Кай, но уже другой.       — Системы все одинаковые.       — Ну-у-у… Не знаю, я, конечно, с другими системами не общалась, но все-таки мне кажется, что у каждой должен быть свой характер, даже просто потому, что они для разных нужд созданы. Не могут быть дворники с поварами одинаковыми! Особенности у каждого свои.       — Вообще, конечно, да, системы разные. Но все-таки в одной категории все одно и тоже.       — Не знаю, — не стала спорить я. — Я, наверное, просто в силу своей темноты воспринимаю Кая как настоящего человека, ну, или как получеловека, поэтому и приписываю ему все свойства людей, в том числе и индивидуальность.       — А с чего ты начала? — поинтересовалась Хати. — Чему первому научила?       — В самом начале я ему просто голос выбрала, а потом уже научила нескольким фразам. Но систематическое обучение началось с чтения. Я училась читать и учила заодно Кая. Точнее, он-то хорошо читает, но его ужасно слушать. Теперь мы с ним наравне. Я иногда еще спотыкаюсь на незнакомых словах и оборотах, а он иногда выдает неправильную интонацию. Но все реже и реже, — заверила я.       — Чтение… Надо же! Кай, прочитай что-нибудь.       — Что именно?       — Читай продолжение той книги, что мы читаем, — сказала я.       — А что вы читаете?       — «Жизнь командира Танто», — ответил Кай.       Кай немедленно визуализировал себе книгу, открыл ее и начал читать. Вот за что еще Кая люблю, так это за то, что ему не нужно ничего повторять. Если уж он запомнил, то навсегда! Хорошо читает, исполняет все мои рекомендации.       — Пришел господин Элиас, — сказал, будто прочитал, Кай. Нам с Хати потребовалось полминуты, чтобы сообразить, что этого нет в тексте, и что Элиас пришел на самом деле.       — Впусти его, — спохватилась Хати, и мы поспешили встречать.       — Привет. Что это вы как долго не открывали? — с порога спросил Элиас.       — Привет! Кая заслушались! — хором ответили мы и рассмеялись.       — Что вы сделали? — неуверенно спросил Элиас.       — Кай нам книгу читал, — пояснила я. — Хати понравилось.       — Да я теперь ни за что с ним не расстанусь! — смеялась Хати. — Он может все! Кай, да иди сюда. Эль, ты, кстати, принес?       — Да, все принес, — кивнул Элиас и тут увидел Кая, который встал за моей спиной.       Все-таки совсем он не виртуальный. Я его вполне чувствую! Не как человека, конечно, но и пустым местом назвать никак нельзя.       — Надо же! Как живой человек! — честно сказал Элиас.       — Просто хорошая иллюзия, — усмехнулась я.       — Но двигается, стоит, все текстуры, свет и тень, все предусмотрено!       — Полная визуализация, — сообщил Кай. — Но без материализации.       — Ты что, еще и материальным стать можешь? — поразилась я.       — Могу, но на это уйдут все ресурсы системы, — ответил Кай.       — Материализоваться — это значит создавать не только визуальный образ, но и осязательный, обонятельный и прочее. Это все будет ненастоящее, только твои ощущения, но будет казаться, что он настоящий, — пояснил Элиас.       — А-а, вон как, — кивнула я.       — Ладно, вы тут с техникой разбирайтесь, а я пойду что-нибудь приготовлю! — сообщила Хати. — Очень уж я соскучилась по кухне за время пребывания в больнице. Кай, давай сразу все необходимое в распоряжение Элиаса. Тебе обновки принесли!       — Да, хозяйка, — кивнул Кай и девизуализировался со сверкающими серебристыми искорками и легким звоном. Тоже одно из моих последних нововведений.       Элиас удивленно уставился на этот феномен, качнул головой и отправился в конец коридора к глухой стене.       — Панель, — скомандовал он. Стена отъехала в сторону, обнажая железную подноготную Кая.       — Так вот как ты на самом деле выглядишь… — протянула я, рассматривая странную архитектуру разнообразных приспособлений.       Видимо, это и были платы, модули и карты. На микросхемы нашего времени совершенно не походило. Тут были разноцветные штучки совершенно разных форм и размеров, по центру был круглый дисплей, от него расходились всякие надстройки и нашлепки. Я туда разве что не нырнула.       — Да, госпожа, — неожиданно ответил Кай, голова которого показалась на дисплее. — Это я настоящий, такой, какой есть.       Я подскочила на месте, погрозила Каю пальцем и снова принялась рассматривать.       — Сколько всего-о… И как ты во всем этом только не путаешься!       — Это все легко. Гораздо легче, чем понять закономерности настроения. Например, вот это — сектор памяти, — красные равномерные кубики засветились. — Это — вычислительные модули, — загорелись зелененькие полоски. — Тут все понятно.       — Тебе! Мне проще с настроением разобраться, — усмехнулась я.       Элиас, в это время что-то проверявший, вежливо оттеснил меня от дисплея и скомандовал:       — Покажи базовые настройки. Ага, а нововведения? Ого, сколько! Ладно, заархивируй. Да, заархивируй все важные данные на всякий случай и сделай жестко закрепленную память. Очисти все временные хранилища, обесточь панель, и в анабиозный режим, — Элиас быстро потыкал в дисплей, что-то будто смахнул с него, и тот погас.       — Все? Кая больше нет? — спросила я.       — Есть, — усмехнулся Элиас. — Просто он в анабиозе. Сейчас доставлю ему платы памяти и модуль самообучения и запущу снова.       Элиас вытащил из небольшой сумки у бедра какую-то довольно длинную палочку и стал сосредоточенно тыкать ею в, казалось бы, случайные места.       — Что ты делаешь? — наконец не выдержала я.       — Проверяю цикл жизни, износоустойчивость, целостность и так далее, ну, еще и на обесточеность, на всякий случай. А то, если током стукнет, мало не покажется. Месяц будешь в больнице валяться без памяти!       — Месяц? Это какое же тут напряжение? — ужаснулась я.       — Не менее Истона, с другим напряжением домашние системы не работают. Тут, кстати, для хорошего удара и остаточного напряжения достаточно, вот я его и собираю заодно, если вдруг где осталось, — Элиас взмахнул палочкой, как волшебной, и снова тыкнул в какой-то белый кружок. Палочка мигнула алым. — О, это как раз оно было! Если бы коснулся рукой, то схлопотал бы штук пятьдесят Канатов.       — Канат? — удивилась я.       — Тысячная доля Истона.       Да, мало мне это говорит! Элиас, тем временем спрятал волшебную палочку и достал… волшебную лопаточку или совочек. Не знаю, что это такое и как называется. Этим чем-то он ловко подцепил панельку и открыл ее. Я заглянула ему под руку. Там полость и довольно глубокая, сверху и снизу две одинаковые нашлепки. Элиас достал еще две таких же и сунул туда руку. Я обошла и заглянула с другой стороны. Парень что-то нажал, откуда-то что-то выщелкнул или наоборот, я точно не поняла, и приладил новый модуль памяти. Думаю, это именно он. Со вторым он проделал все тоже самое, но я опять не успела понять, что же именно он сделал. Жаль! Элиас тем временем закрыл панель.       — Тебе так интересно? — улыбаясь, спросил он.       — Конечно! Спорим, ты бы в наш системник с таким же маниакальным любопытством нос сунул, наплевав на 220 Вольт, — ответила я, разглядывая только что закрытую панель. И не подумала бы никогда, что она открывается! — Если я тебе мешаю, ты скажи, я не буду соваться!       — Да нет, не мешаешь, — усмехнулся Элиас. — Ты же только смотришь.       — Ну, еще не хватало мне что-нибудь сделать!       — А что? Хочешь сама попробовать что-нибудь установить?       — Боже упаси! Ты что! Если я к чему-нибудь прикоснусь, то Кай точно не включится! Около меня вся техника ломается. Так что не будем искушать судьбу. Делай все сам, а я посмотрю.       — Ты преувеличиваешь, — рассмеялся Элиас, начиная колдовать над другой частью Кая.       — Ни капли! Я тебе на чем-нибудь, что мне будет меньше, чем Кая, жалко, покажу! — пообещала я.       — Что, неужели действительно все так плохо? — спросил Элиас.       — Нет, ну, немножко-то работает. Точнее техника, конечно, работает. Куда ей деваться? Ее для того и делали. Но вот если в ней есть хоть один малюсенький баг, то все, писец, кирдык, секир башка и прочие неприятности. Обязательно именно у меня система и заглючит. Причем, если учесть, что систем без ошибок не бывает в принципе, то ломалось хоть бы один раз у меня все, даже банальный тостер! Чего бы уж ему выпендриваться? Так, и то обнаружилось, что провод был бракованный, немного отходил в какой-то там нужной части. Мама им пользовалась полгода, и он работал отлично. Стоило только мне взяться за него, как он немедленно сгорел!       Элиас рассмеялся.       — Ну, это же не программа, это же просто провод, — сказал он.       — И что? С программами все еще веселее. Тут хоть бы понятно, что не так. Вычислить можно. А программы виснут без причины! Я уж молчу про одну очень глючную программу. Она у меня сломалась, даже не установившись. Это своего рода рекорд! Как мне тогда сказал наш программист, что этой программе крупно повезло. Она недолго мучилась!       — «Недолго мучилась»?       — Ну да, вообще не поставилась, а значит, и быть сломанной ей не грозило. Он уже привык по два-три раза на дню ко мне бегать. Иногда специально без вызова заходил, просто поболтать. Слишком мы часто виделись, что подружились. Жаль только, что мне с моим компом подружиться не удалось.       — Ну, у тебя еще не все потеряно. Здесь кругом одни компьютеры, дружи не хочу!       — Честно говоря, не понимаю, как тут до сих пор еще ничего не поломалось, — призналась я.       — Лишний раз доказывает, насколько безотказны системы, построенные на синхронизации! — с гордостью заявил Элиас.       Пока мы с ним все это обсуждали, он ставил модуль самообучения. Здесь задача была посложнее, чем предыдущая, к тому же нужно было извлечь старый модуль. Я же бегала вокруг него почти кругами, разглядывая все, что он делал. Элиас только улыбался. Странный он какой-то. Даже по сравнению с местными странный. Вроде бы вот все в порядке, но как-то не так. Может, это из-за того, что он такой увлеченный? Он просто весь в своем деле. Или, может быть, это потому, что он такой умный? Ему все время приходится говорить попроще, упрощать свои знания, чтобы их могли понять остальные. И откуда он столько знает?       — Элиас, а где ты учился? — спросила я.       — Здесь, в Лете, — ответил парень.       — А где именно? Ты говорил о школе, а что дальше?       — Ну да, школа, специализирующая на компьютерных технологиях. Потом Первый Институт Компьютерных Систем и Роботостроения, чуть позже параллельно Главная Временная Академия. Когда окончил КСиРо, занялся практической историей в соседней Академии Наук.       — Академия Наук, — хихикнула я.       — А что?       — Да так, привет и прошлого. И ты все это окончил? Да еще и параллельно учился!       — Мне учиться совсем несложно, только работать интереснее. Наука создается у тебя в руках! — Элиас показал эти самые руки, в которых создавалась наука. Сейчас, правда, он Кая «создавал».       — Ну да, это понятно, — кивнула я. — Только ты так говоришь, будто это вообще ерунда. Ты столько всего знаешь, а говоришь как о какой-то фигне. Особенно про практическую историю. Будто забрел в Академию Наук как-то случайно, да и решил там остаться.       — Ну, собственно, так и было, — кивнул Элиас, что-то азартно высматривая в открытой им нише.       — Это как так? — совсем не поняла я.       Элиас присел на корточки и увлеченно закопошился в нижней части Кая.       — А так. Я тогда только познакомился с Хати, она как раз училась в Академии Наук. У них было что-то вроде общей занимательной лекции, и она меня туда позвала. Я послушал-послушал, да взял и поступил на исторический, на практическое отделение.       — Что, просто так взял и поступил? Не готовясь?       — А что там готовиться? — Элиас оторвался от своего занятия и посмотрел на меня снизу вверх. — Школьный курс истории, парочка учебников за первый курс и один словарь на всякий случай. Он в итоге и не пригодился, точнее только под конец обучения стал нужным.       — Мдя… Ты и вправду гений, — у меня глаза чуть на лоб не полезли. Имея почти два высших образования к тому времени, помнить школьный курс истории, прочитать парочку учебников, которые, скорее всего, толстенные как энциклопедии, и словарь, который пригодился только под конец обучения. Ему, пожалуй, действительно раз плюнуть — учиться!       — Нет, — рассмеялся Элиас. — Я просто, если что-то берусь делать, то увлекаюсь сразу. А с увлечением можно что угодно сделать!       — Словарь прочитать, например, — пробормотала я. — Удивляюсь, как ты с такими способностями не выучил вообще все!       — Все знать невозможно, — покачал головой Элиас. — К тому же, все мне неинтересно. Хотя, пожалуй, психологию я из неинтересного, но полезного, переведу в интересное и бесполезное.       — Так кардинально? — удивилась я.       — Да, именно так. Раньше мне казалась она очень скучной. Она такая простая и очевидная. Я все никак не мог понять, почему все ее таковой не считают. А теперь вот я, пожалуй, понял, что она очень интересная, но и очень бесполезная.       — Ну, интересная — это понятно, но почему бесполезная?       — А потому что в отличие от истории, ее нельзя применить на практике. Она не работает! Закономерности закономерностями, но в жизни все либо гораздо сложнее, либо вообще не так!       — А-а, вон оно что, — усмехнулась я. — Ну, психология — не панацея. Нужно думать и чувствовать самому, чтобы понять других. Закономерности даются, чтобы была основа, чтобы было от чего отталкиваться, а дальше ты уже сам.       — С компьютерами в этом плане проще! — сказал Элиас, закрывая все, что наоткрывал, и осматривая дело рук своих в последний раз. — Тут если и есть варианты, то они все ведут к одному и тому же результату, и этот результат всегда известен и объясним! Ну что? Готово. Сейчас посмотрим, что получилось!       Элиас «оживил» дисплей, что-то пощелкал, и панельки засветились все разом, потом по очереди, потом помигали немного и успокоились.       — Рад приветствовать вас, — железным голосом сообщил Кай. — Какую конфигурацию загружать?       — Последнюю, — спокойно ответил Элиас.       Я ждала, что будет. Надеюсь, усовершенствование Кая не попортило моей работы. А то жалко будет! Столько труда! Да и Хати понравился новый Кай.       — Как система? Все в норме?       — Да, господин.       — Новое оборудование?       — Функционирует нормально.       — Включай его в систему.       — Да, господин.       Ужасный голос. Кошмар просто! Скорее бы он уже загрузился до конца.       — Для полного восстановления требуется разархивация, — сказал Кай.       — Делай, — кивнул Элиас.       Прошло какое-то время, и Кай сообщил о готовности своим привычным голосом, который я выбрала лично. Слава богу!       — Кай, ты вернулся?       — Да, госпожа, — Кай снова появился на дисплее.       Я радостно улыбалась ему, как старому другу, которого не видела в течение долгой болезни.       — Теперь у меня много памяти и новый модуль самообучения!       — И можно с его помощью дальше эту память за…полнять! — усмехнулась я.       — Да, госпожа!       — Вы уже закончили? — К нам заглянула Хати и увидела закрываемую панель.       — Да, уже, — кивнул Элиас.       — Ничего себе скорость! Ты все-таки гений, — поразилась она. — Посидите еще немного, мы с Каем закончим готовить.       — Собирать системы по частям ты тоже в институте научился? — спросила я, усаживаясь на диван.       — Нет, это я сам. Так сказать, семейное дело, грех не знать.       — Семейное дело? Твоя семья занимается собиранием систем?       — Раньше занималась. Собственно, поэтому мое первое образование было как раз таким. Но теперь я фактически один единственный представитель моей семьи и занимаюсь практической историей в сфере технологии. Может быть, попозже вернусь к семейному делу. Просто, сейчас делать, в общем-то, нечего. Наука впала в ступор. Системы не улучшаются, роботы не создаются. Все попытки создать что-то достойное никуда не годятся. Даже примитивный Кай, усовершенствованный тобой гораздо более ценен, чем все их разработки за прошедшие пять-семь лет.       — Наука в ступоре? — до глубины души поразилась я. — Кто бы мне это сказал раньше, ни за что бы не поверила! Что же, им больше нечего улучшать? Увеличивать объемы памяти, быстродействие…       — А зачем? — философски пожал плечами парень. — В этом нет нужды. Все старые системы отлично работают и на том, что есть, а ничего нового не создается.       — Вот это да… — Я была немного ошарашена. Выходит, наука дошла до своего предела. Такое возможно? Дальше улучшать незачем, созданы самые совершенные системы. Точнее, лучше придумать просто не могут.       — Зато сейчас активно развивается временная отрасль. После того, как люди перестали бояться временного коллапса, многие видят в этом панацею. Люди считают, что именно в прошлом мы найдем что-нибудь, что поможет нам двигаться вперед, а не стоять на месте.       — Да что там искать-то? Техника-то допотопная, вернее, вообще ископаемая, по сравнению с вашей, — покачала я головой.       — Но люди двигались вперед, они как-то находили, что делать, куда совершенствоваться. Придумывали!       — Стремились к максимальному удобству. Лень — двигатель прогресса! Ну, и еще к функциональности. Стремились к скорости, к точности передачи. Стремились в космос, изучать другие планеты.       — Это все уже сделано. Нужно что-то другое.       — Что еще?       — Я не знаю, — развел руками Элиас. — Если бы знал, то не искал бы ответов в прошлом.       — Так, может, больше нет ничего?       — И некуда стремиться? Это был бы самый ужасный конец для человечества. Но надежда есть! Быть может, человечество возродится!       — Надежда всегда умирает последней, долго содрогаясь в предсмертных конвульсиях, и некому бедняжку добить, чтобы не мучалась, — непроизвольно сказала я любимую присказку подруги. — А я-то думала, у вас все благополучно!       — В каждом времени свои проблемы. Оказывается, что в полном решении всех проблем и кроется главная проблема. Становится нечего делать!       — Но ведь помимо техники есть еще куча других дел! Есть еще искусство! Да и, в конце концов, если все проблемы решены, почему нельзя просто жить и радоваться жизни? Ведь же самое время!       — Ну, так и живут. Но это не для меня. Это скучно!       — Скучно? Скучно счастливо жить? Вот это да! — Я была поражена. Такое я слышу в первый раз.       — Да. Что делать-то?       — Да все что угодно! Любимая работа, семья, дети. Я бы лечила людей, приходила домой и готовила ужин любимому мужу и детям, по выходным мы бы ездили куда-нибудь. Будни и праздники, работа и отдых!       — И не скучно бы было, все время одно и тоже?       — А одного и того же не бывает. Все люди разные и болеют они по-разному. А уж с любимой семьей — это вообще я не знаю, как может быть скучно!       — Я и мои родители всегда что-нибудь или изучали, или проектировали. Всегда наука. Чудесное время было! Я еще только учился, наука шла вперед, и казалось, что ей нет конца и края. Одно время я только учился, и больше ничего меня не интересовало. Я познавал тонкости систем! Вот, пожалуй, так бы можно прожить хоть вечность…       — Да ты просто маньяк, — я пихнула Элиаса в бок. — Все время учиться и изучать? Это же рехнуться можно!       — Нет, я не сойду с ума. Это невозможно, — усмехнулся Элиас. — Просто я не знаю, что еще делать. Я всегда что-то изучал, в чем-то копался. А теперь… Поэтому и тебя достал, наверное. Прошлое еще мною не изучено.       — А когда и его изучишь вдоль и поперек, что будешь делать? — поинтересовалась я.       — Не знаю. Может быть, к тому времени наука таки преодолеет кризис, или найду еще что-нибудь похожее. В крайнем случае, буду рыбачить! Мне понравилось!       — Рыбачить, как же, — рассмеялась я.       — Я серьезно! Не думал, что такое занятие, не требующее никаких особых знаний, и вовсе даже к науке не относящееся, сможет мне понравиться!       — Ты бы еще чем-нибудь ненаучным попробовал заняться. Может, понравится, — предложила я.       — Ну, вот я и занимаюсь. С тобой разговариваю. Это тоже ненаучное, — рассмеялся Элиас.       — Да, это скорее паранормальное. Я — девушка из прошлого! Спиритизм!       — Да нет, вообще-то, когда мы говорим о прошлом, то это, конечно, что-то новое. По крайней мере, для меня. Так что, можно сказать, наука.       — А когда так просто болтаем — то пустой треп, не относящийся к науке?       — Ну да.       — Зато он мне научный. Я столько всего не знаю, что мне любое твое очевидное предложение кажется откровением века!       — Любое?       — Вот, например, ты мне про напряжение и последствия удара током сказал. Тебе это как дважды два, как у нас фраза «не суй пальцы в розетку», а мне как кусок лекции.       — Да, логично, — согласился Элиас, что-то прикинув в уме. — Вообще, мне с тобой просто нравится говорить. Ты мыслишь не так, как мы, и задаешь интересные вопросы.       А что? Приятно, что меня не считают умственно отсталой. И даже наоборот, считают приятным собеседником. Мне с ним тоже нравится говорить. И даже не потому, что он все время что-нибудь неизвестное мне рассказывает. Молчать с ним тоже приятно, как показала рыбалка. Он мне сам просто нравится. Странный, не такой как все, и симпатичный. Я посмотрела Элиасу в глаза. Хм, а глаза-то ярко-синие. И как я раньше не замечала? Впрочем «нездешнести» они ему не придают. Да, он мне определенно нравится!       — Эй, болтуны, пойдемте кушать! Все готово… вроде бы!       — Что значит вроде бы? — поинтересовался Элиас.       — Да духовка чего-то выпендривалась…       — О, первые признаки моего присутствия в доме! — Я наставительно подняла вверх палец. — Долго местная система крепилась, но таки тоже сдавать потихоньку начала. Кай, сделай на всякий случай резервные копии нужных файлов, чтобы потом восстановиться. А еще лучше отправьте меня домой, там сбои в системах не принесут больших бед, в отличие от вашего времени.       — Ничего страшного, — усмехнулась Хати. — И у нас ничего не сломаешь. Сейчас Кай синхронизируется, и все будет хорошо.       Хати приготовила потрясающий ужин. Я ничего подобного в жизни не ела! Вот что значит, человек соскучился по готовке.       — Тебе надо было в шеф-повара идти! Честное слово! От клиентов у ресторана отбоя бы не было! — заверила я Хати.       — Ха-ха-ха, скажешь тоже, Иштар, — рассмеялась Хати.       — Я серьезно! Они б пальчики облизали от такой вкусноты!       — «Пальчики облизали»? — удивился Элиас.       — Ну, это выражение такое, когда очень вкусно. Еще говорят «ум отъесть» в том же смысле, — проинформировала я.       И снова мы весь вечер болтали. Сначала втроем, а потом Хати ушла разбираться с домашними и рабочими делами, подключившись к сети, оставив нас с Элиасом вдвоем. Я была совершенно не против еще с ним поболтать, да и не только поболтать. Правда, он вел себя как-то странно. С одной стороны я ему точно нравилась, но на этом все и заканчивалось. Никаких действий с его стороны не предпринималось. Я стала подумывать проявить инициативу, но поняла, что я совершенно ничего не знаю об близких отношениях людей в этом времени. Может, все именно так и должно быть? И вообще мне скоро в свое время возвращаться. Нечего и думать! Но он мне все равно нравится. Есть в нем что-то действительно необычное! Особенно когда он смотрит на меня вот так задумчиво. Интересно, о чем он думает? Хм, а вот уже взгляд на потолок перевел. Вот уж, и правда, странно до жути. И чего он там нашел?       — Надо же, новый вирус в сети появился, — сказал он, снова переводя взгляд на меня.       — Это на потолке написано? — спросила я.       — А? — Элиас снова поднял глаза к потолку. — Нет, — наконец, понял он и рассмеялся. — Это срочное сообщение всем системам транслируют. Кай вот мне передал.       — Тебе? — удивилась я. — А тебе-то зачем?       — Ну, всем, так всем, — пожал плечами Элиас. — Хуже-то не будет.       — Ну, да, не будет, — согласилась я. — А что за вирус? Такие же, как и в наше время?       — А какие были в ваше время? — оживился Элиас.       — Эм… противные, — однозначно определила я. — Из-за них системы портились.       — Портились? — не понял Элиас.       — Ну, да. Вирус пробирался на комп и начинал делать свои гадкие дела, а системы потом портились и летели. Приходилось переустанавливать. Чтобы пореже этим заниматься, все-таки снос системы не самое тривиальное занятие, стали ставить антивирусники. Они идентифицировали вирусы и не позволяли им пробиться на комп, или же находили зараженные файлы и лечили их.