Мировой след

      Вильгельм склонился над разложенной на столе картой. Картографы смогли нанести приблизительные очертания береговой линии, но не более того. Всё это пришлось дополнять при помощи разведчиков и быстрых экспедиций.       Майор не был профаном в тактике, он понимал, что чем быстрее войска займут нужные позиции, тем проще будет развернуть дальнейшее наступление. Единственная проблема заключалась в ресурсах. Кроб растерял большинство своих запасов при попытке подавить мятеж Гортага, но всё, чего он тогда смог добиться — это перемирия и контроля над северо-восточным берегом. Разведчики также сообщили, что на побережье есть несколько деревень, куда торговые корабли отгружают свой товар. Предметы роскоши его не интересовали, гораздо нужнее была качественная сталь и уголь…       Обладая некоторыми познаниями в инженерном деле, Вильгельм смог разработать новые орудия для армии Кроба. Конечно, они были примитивны, но и настолько простой конструкции было достаточно, чтобы решить значительные проблемы всех орудий доиндустриальной эпохи — низкую мобильность и уязвимость обслуги. Увы, повышенной скорострельностью эти пушки похвастаться не могли — как бы он ни хотел, но миру минипутов было ещё далеко до промышленной революции.       Он смог воссоздать мушкеты и аркебузы, практически выводя армию Кроба на новый уровень, но опять-таки в очень ограниченных количествах. Пока что, в экспедиционных силах огнестрел мог получить лишь каждый восьмой и только после специальных тренировок. Не хватало чтобы эта деревенщина перестреляла друг друга. Остальные были вооружены по-прежнему — луками, арбалетами, алебардами, копьями, саблями и тесаками.       Дефицит ресурсов мог бы быть решен с помощью захвата деревень, которых даже на этом небольшом клочке земли было предостаточно. Именно они стали главной целью наступления, наступления, которое уже началось. Пройдет время, прежде чем противник узнает о вторжении, но тогда будет уже поздно.       Целью Вильгельма был не блицкриг, а ловкий маневр, который сбил бы противника с толку. Значительную часть войск он оставил в резерве, и на захват плацдармов отправил незначительные силы. Основные силы должны были открыто переправиться через реку, привлечь к себе как можно больше внимания, а когда завяжется битва, Вильгельм вышлет резервы на заранее подготовленные позиции и сомкнёт кольцо. Время в этот раз играло на его стороне. Угроза была ощутима, иначе бы «южане» не посылали своих диверсантов и охотников убивать его солдат.       Вильгельм надеялся, что даже если Первое королевство и знало о налётах на деревни, что подходят к границе, они не знали полной картины кампании. Кроме того, он очень надеялся, что они не знали, что именно он ведет войско Кроба.       Кроб. Этот толстый упырь был уверен в верности Вильгельма, хотя до конца и не доверял ему. Было глупо снабжать его армией и ресурсами. Такой полководец, как Вильгельм, легко мог завоевать себе авторитет и обратить эту мощь против своего же сюзерена. Конечно, не сразу, Кроб всё ещё обладал властью и влиянием, тем, чего у Вильгельма пока что не было. Пока, не было, но уже по завершении этого наступления он мог бы провернуть трюк, который не удался Гортагу — другому мятежному полководцу.        — Нам необходимо разместить резервы так, чтобы это не вызывало подозрений, — пояснил Вильгельм собравшимся в его палатке военачальникам Кроба. Многие из них не были дураками и прекрасно понимали, о чем говорит их новый генерал, менее компетентные в тактике занимались вопросами снабжения.        — Если мы двинем основные силы здесь, то создадим угрозу для столицы, — предложил Загмуз, указывая на небольшой брод, — обычно тут никто не ходит, местные боятся воды, — пояснил он Вильгельму, — но если здесь пройдём мы, южане точно попадутся на уловку.        — Вполне, вполне, — кивнул бывший майор, и ткнув пальцем в одном место произнес, — по данным разведки, здесь находится пограничная крепость Первого королевства. Она угрожает движению наших резервов.        — Возьмем её, — будничным тоном кивнул Гхаш, другой командир Кроба, — сил нам хватит.        — Сделать это нужно очень быстро, — добавил Вильгельм, — сам я вместе со своей свитой встану здесь, — он вновь ткнул на карту, — ещё к северу от нас есть огромный мост, который будет служить основной переправой для армии противника.        — Если мы его уничтожим, — почесал подбородок Загмуз, — то врагу придется искать обходные пути и сдерживать нас у брода.        — На это и расчет, — улыбнулся Вильгельм, — мы заминируем опоры и будем ждать противника. Но сначала, я хочу переговорить с их лидером.        — Зачем? — чуть ли не хором отозвались военачальники.       Вильгельм взглянул на них так, словно они были пылью под ногами. Он не собирался рассказывать им, что, получив в своё распоряжение экзоскелет, он планировал захватить и Меч власти, а после — сменить сторону. С армией или без. Кроб был ему нужен только в качестве того, кто снабдит его ресурсами, а остальное его не волновало.        — Переговоры — хороший способ узнать противника, — туманно отозвался Вильгельм, — если они не увенчаются успехом… тогда Загмуз займёт позиции, — майор провел пальцем по небольшом выступу к северу от брода, — это хорошее место для обстрела, когда враги полезут на другой берег. А он полезут.        — Полагаю, я двинусь к мосту? — спросил Гхаш.       Вильгельм кивнул.        — Я возьму центр, приму на себя основной удар противника.        — А они не смогут навести новые переправы? — скептически спросил Загмуз. Из всех командиров, он был самым умным и смышленым, а также задавал правильные, но неудобные вопросы для Вильгельма.        — Нет, если командовать буду я, — огрызнулся майор, — выдвигайтесь на позиции.       Командиры пожали плечами и вышли из палатки, оставляя Вильгельма в своих раздумьях.

***

      Артур и Селения рассматривали карту, которую им раздобыл лорд Сирегалата, возглавивший оборону вместо Мракоса, которому по-прежнему не решались доверять настолько важные операции. Всё же великая река стратегически была самой настоящей границей Первого королевства, и её требовалось хорошо охранять.       На юге прямо перед мостами и широким травяным лесом, расположилась деревня Фенас, она стояла за рекой и являлась небольшим опорным пунктом. В этой деревне стояли лагерем около трехсот воинов, не считая гражданских. Единственным примечательным местом в деревне был небольшой храм бога Жизни, где жрецы обучали послушников искусству врачевания.        — По словам разведчиков, войска этого Вильгельма, — последнее слово лорд Миресмар произнёс с некоторым акцентом, поскольку имя это было для него незнакомо, и, что куда важнее, с презрением, — уже взяли Фенас. Часть наших войск скрылась в зарослях вместе с главным жрецом, и сейчас они где-то в этой местности.       Аристократ очертил зону в которой, по его словам, могли скрываться остатки гарнизона.        — Они бы не смогли отбиться, — задумчиво произнесла Селения, — слишком много баргхоров.        — Триста воинов слишком мало, чтобы сдерживать такую силу, — согласно кивнул Миресмар, — я бы подумал об обороне деревне Таурван.       Деревня Таурван, располагалась юго-западнее, практически на самой границе с Третьим королевством. В этой местности через реку вели две переправы, но лишь одна хорошо охранялась, а о второй не было известно противнику, но и для минипутов эта переправа была недоступна. Когда Миресмар рассказал об этом Артуру, тот лишь спросил:        — Почему?        — Видите ли, господин. Были два моста через реку. Первый — знаменитый Эгменридский мост, расположен к северу, и он превосходно охраняется, второй, Андейтийский, на юге, но из этих двух переправ сейчас используется, вернее, использовалась лишь одна, и даже она для нас весьма опасна. Если мы потеряем обе переправы, то всё будет ещё хуже.        — Почему? — вновь повторил Артур, рассматривая небольшой участок земли, где был пририсован мост.        — Пусть вас не обманывает эта карта, господин, — сказал Миресмар, — Эгменридский мост, хоть и является прямым на ту сторону, был разрушен в прошлой войне.       Артур взглянул на Селению, та взволновано посмотрела на карту и кивнула, давая понять, что разделяет волнение мужа.        — Если они его восстановят…        — Да, если, — Миресмар кивнул, — этот участок хорошо простреливается, и я сомневаюсь, что баргхоры допустят ту же ошибку, что и сейды тысячу лет назад. Даже за попытку перейти реку вброд близ моста враг заплатит большой кровью, я бы сосредоточился на Андейтийском мосту. Если они закрепятся на восточном берегу или обрушат настил, нам придется сражаться вброд, а это мы… не очень умеем.       Артур помнил, что минипуты не умеют плавать и боятся воды, а это значит, что нужно решать, что делать.        — Что у нас с гарнизоном деревни на этой стороне?        — Немного, — покачала головой Селения, — около двухсот. Эти деревни не рассчитаны на оборону и смогут только ненадолго задержать противника.        — Если противник возьмет эти деревни, то ему не составит труда переправить все свои силы на нашу территорию и отрезать прибрежные поселения, — отчитался Миресмар, — а после и дорога на крупные города будет открыта.       Артур побледнел. Всё, что говорил Миресмар, буквально могло быть исполнено. Вильгельм был военным, причем профессиональным к тому же прошедшим множество битв, где наверняка командовал войсками.        — Выбора у нас нет, — вздохнул Артур, — расставим стрелков по всей стороне реки перед деревней, а мост сожжем.        — Но сначала надо найти выживших из Фенаса.        — Если они есть, — резонно заметил дворянин, — при всём уважении, Ваше Высочество, добраться до Андейтийского моста мы сможем только через пару дней. Гонцы уже оповестили местных лордов, они собирают войска и составят наш авангард. Королевские силы под нашим командованием подтянутся чуть позже.        — Это вы так тактично хотите сказать, что у нас не хватит войск?        — Именно. Либо защита, либо жрец.       Артур задумался. Ему требовалось найти выход и желательно потянуть время.        — Я хочу попробовать переговорить с ним, — сообщил Артур Селении, когда они вышли из палатки. К решению они не пришли. Договорились лишь направить авангард к границам реки и подготовить оборону, а самим двинуться на помощь, возглавив королевские силы.        — Они пересекут реку, — уверенно сказала Селения, — нам придется вернуться в крепость и постараться отбить их атаку.       Артур был настроен куда оптимистичнее, но ему не хотелось рассказывать Селении о своем плане, тем более он пока не решил, как его исполнить. Войск было мало, а командиров — ещё меньше.        — Если бы мы могли бы собрать войско быстрее, то можно было попытаться зайти им в тыл, но пока у меня не будет данных о численности их войск, и я не рискну так делать. И почему эти лорды выезжают на войну только по собственному желанию?       Селения взяла мужа за руку и посмотрела вперед. Где-то там завоеватель двигался к одной известной ему цели, а у них было мало войск и ещё меньше времени.        — Я пойду с тобой на переговоры, если получится мы потянем столько времени сколько сможем.       Юноша улыбнулся. Селения всегда его понимала, вот и сейчас она прекрасно прочла его мысли, догадавшись, в чем заключается план Артура.

***

      Обе армии выстроились вдоль побережья — даже в высоких зарослях травы Артур мог разглядеть блестящее на Солнце оружие и доспехи баргхоров. Артиллеристы расставляли орудия на заранее подготовленные позиции — небольшие ровные площадки, насыпанные и утрамбованные на покатом берегу. Остальные войска разбили лагерь поодаль, вне досягаемости вражеских камнемётов и пушек.        — Если враг начнёт переправляться через реку, наши успеют их перехватить? — поинтересовался Артур у более опытных командиров в шатре на последнем совещании перед битвой.        — Дружище, у меня есть идея получше! — вклинился в разговор Барахлюш, — если они начнут переправляться через реку, мы обрушим мост и всё! Ты посмотри, сколько у нас пушек!        — А если в перестрелке победит артиллерия противника? — возразил Динендир, получивший повышение до лорда, — я бы не стал так рисковать, пока у нас есть только приблизительные представления о силе и численности вражеской армии.        — Не победит, — уверенно объявил лорд Тирдаэлон, — я получил сообщение от «мстителей» — они перерезали все пути подвоза снарядов. Через час или два их камнемётам будет нечем стрелять.        — Ловкий ход, — похвалил его Миресмар, — это даст нам преимущество. Но «мстителям» придётся отойти, когда баргхоры пойдут отбивать обоз. Главный вопрос — когда они это сделают? У нас здесь есть специалист, сражавшийся против армий Кроба в прошлом. Хотелось бы узнать его мнение.        — Скорее всего, у нас будет время до заката — предположил Динендир, — у баргхоров подводы часто опаздывают, и небольшая задержка не вызовет подозрений.       Артур бросил беглый взгляд на Селению, всё это время не проронившую ни слова. Девушка будто замерла, склонившись над картой и рассматривая небольшой её кусочек. Принц отлично знал, что это значит — принцесса размышляет над чем-то очень важным, и лучше её не отвлекать.        — Значит, у нас будет долгий промежуток времени, чтобы безнаказанно обстреливать противника. — Подытожил Миресмар, — не могу сказать, что нашему дворянству такое понравится. Оно пришло сюда сражаться, а не наблюдать.        — Да, но если наши воины выйдут на мост, когда орудия баргхоров ещё не выведены из строя… — возразил Динендир.        — …то все погибнут. — закончил за него фразу Артур, — мне кажется, будет лучше пока воздержаться от рыцарской удали и пересидеть обстрел. Пускай артиллеристы делают всю работу, у них будет достаточно времени, чтобы обеспечить нам преимущество.        — Позволю заметить, ваше Высочество, — сказал Тирдаэлон, — что успешное наступление приведёт к значительному росту вашего авторитета в глазах знати. Они уважают храбрых и доблестных правителей, ведущих армии в атаку.        — Не слишком ли это рискованно? — парировал Артур.        — Дружище, тебе не о чем волноваться! Никто не убьёт принца, его намного выгоднее взять в плен и выменять на что-нибудь! — вмешался Мракос.        — Спасибо, Мракос, твои слова как бальзам на рану, — сыронизировал Ривион, оруженосец Артура.        — Вообще-то я говорил не о себе, а о воинах, — уточнил принц, — на этом мосту все будут как на ладони.        — Что мы имеем? — подытожил Тирдаэлон, — мы можем воспользоваться моментом и незначительно сократить численность вражеского войска, обстреляв его из орудий, пока у баргхоров нет снарядов. Либо уличить момент, когда противник отведёт часть войск на возвращение обозов, когда у него не будет снарядов, рискнуть и разгромить всю его армию одним решительным ударом. Вопрос, хватит ли у нашего командира смелости, чтобы рискнуть.       Артур задумался над ответом. Ему совсем не хотелось рисковать, но перспектива сразу победить армию баргхоров и быстро закончить войну была такой притягательной…        — Ваше Высочество! Лорды! — у входа в шатёр объявился артиллерист, держащий в руке стрелу с привязанным к ней клочком бумаги. — вам пришло послание от баргхоров. Они предлагают переговоры и ждут на мосту. Подписано… неким Вильгельмом.        — Когда? — внезапно принцесса вышла из оцепенения и протянула руку к посланию.        — Через десять минут, — сообщил боец, разворачивая бумагу.        — Мы придём. — лаконично ответил Артур, — совет окончен.       Артур, Селения, Барахлюш и Ривион быстрым шагом вышли из шатра.        — Развернуть орудия! — скомандовала Селения, — Направить их на мост и приготовиться к стрельбе! Если Вильгельм попытается схитрить, он не уйдёт живым.       Четвёрка остановилась на полпути к мосту. Артур был в замешательстве — зачем Вильгельму нужны эти переговоры? Может, просто формальность, или он хочет добиться победы без единого выстрела?        — Тебе придётся идти одному, — мрачно сообщила принцесса, — Если что-то случится, мы с Барахлюшем вытащим тебя.        — Прежде чем я выйду на мост, можно узнать, о чём ты размышляла во время совещания? — неловко поинтересовался Артур.        — Это… сложно объяснить, но с твоего последнего возвращения меня не покидает мысль, что на нас надвигается что-то тёмное, — девушка говорила неуверенно и даже в какой-то степени испуганно, — что как раньше уже не будет. Сердце моё тревожится за тебя. Это Вильгельм, этот заговор… мы словно блуждаем в потёмках, и я боюсь, чтобы выбраться на свет, нам придётся потерять самих себя.        — Ты всегда будешь для меня самой лучшей, как бы мы ни изменились, — поддержал девушку Артур, аккуратно обнимая её за талию и прижимая к себе.       Селения ответила нервной улыбкой и искренним, но в чём-то печальным поцелуем. В её глазах юноша по-прежнему видел сомнения и страх, но принцесса не хотела давать волю этой части своих чувств, по крайней мере, при других.        — Пообещай мне, что не выкинешь никакую глупость, — несколько менее серьёзным тоном попросила минипутка.        — Ты же знаешь, без тебя это будет сложно сделать, — шутливо ответил Артур.        — Я пойду с тобой, прикрою спину, если что, — уверенно поддержал Артура оруженосец.        — Вряд ли это понадобится. Если что, Артур ближе всех увидит, как красиво рушится Андейтийский мост, — поддержал Барахлюш.       Несколько раз выдохнув и собравшись с мыслями, Артур направился к мосту. Помимо Ривиона к делегации также присоединился знаменосец. Из зарослей на противоположном берегу тоже вышли трое — юноша разглядел стяг Кроба, но представители делегации были ему незнакомы, но один носил странную конструкцию, похожую на переусложнённую арматуру со множеством шарниров, подозрительно похожую на ту, которую принц видел на острове Неполной Луны, когда переносил оттуда Ключ богов.        — Назовите цель этих переговоров. — сухо и максимально спокойно объявил Артур.        — А, так это и есть знаменитый принц Первого королевства? — раздался знакомый голос, — несильно старше, чем в твоём родном облике. Если, конечно, человеческий облик для тебя всё ещё родной.        — Высоко же ты поднялся! Во время нашей последней встречи ты был простым грабителем с автоматом, — ответил Артур, — хотя, если вспомнить, что точно такое же устройство я видел в тайном хранилище на священном острове, некоторые вещи никогда не меняются.        — Если мы закончили обмен любезностями, перейдём к делу. — отрезал Вильгельм, — я предлагаю вам оставить мост. Нас больше, мы лучше вооружены и подготовлены.        — Это блеф, — сухо возразил Артур, — я знаю, что некоторые контрабандисты продали Кробу партию аркебуз. У вас их не больше сотни, и порох вам негде взять.       Вильгельм поднял правую руку, и с того берега раздался почти синхронный залп ружей — не меньше тысячи. Юноше стоило немалых усилий, чтобы сохранить каменное лицо и не показать страх.       В это время на берегу артиллеристы уже поднесли фитили, но Селения остановила их.        — Отставить! Они стреляли не в Артура.        — Они? — удивился Барахлюш, — откуда у баргхоров столько громовых палок?       Тем временем на мосту Вильгельм сделал несколько шагов вперёд, и теперь Артур смог лучше разглядеть надетую на полководца конструкцию — похоже, вся эта «арматура» подстраивалась под движения носителя и усиливала его. Юноша сделал несколько шагов навстречу.        — До недавних пор, возможно, это было так, — сказал майор, — Но теперь твоё королевство утратило статус самой технически развитой державы. Как видишь, мы, люди, мыслим одинаково, но у кого-то из нас гораздо больше опыта.        — Не понимаю, о чём идёт речь.        — Знаешь, пришлось совершить несколько набегов, чтобы привлечь твоё внимание, но разве ты не заметил одной простой вещи? — Вильгельм говорил тише, — в этом мире мы с нашими знаниями, нашими технологиями подобны богам. Мы лучше этих замшелых дикарей во всём. Но в этом мире много тайн, много древних реликвий, чья сила за пределами твоего понимания. Можешь называть меня вором, но разве ты заполучил этот меч честным путём?       Вильгельм указал на меч Власти, висевший на поясе Артура.        — Он выбрал меня, как чистого сердцем, — несколько неуверенно возразил юноша.        — Это они так утверждают. — возразил Вильгельм, — и ты не хуже меня знаешь, что предыдущий владелец этого меча был настолько чист сердцем, что сжёг и разграбил столицу народа, который сейчас следует за мной. Они бы не пришли сюда, так далеко на юг, если бы не этот «герой». Кто-то из баргхоров считает, что справедливо будет сжечь и разграбить твою столицу, но у меня другие планы.        — Если ты предлагаешь объединиться и подчинить минипутов, мой ответ «Нет». — твёрдо возразил юноша.        — Зачем так спешить? Я ведь ещё ничего не сказал, — вкрадчивым голосом ответил полководец, — меня вполне устроит, если ты не будешь путаться у меня под ногами. Просто сдай без боя пару мелких городов, чтобы я заработал авторитет у местных бонз, и я оставлю тебя в покое. Навсегда. Сможешь дальше возиться над просвещением своего королевства.        — А что будет с остальными? — спросил Артур, хотя он уже догадывался, какой будет ответ.        — Тебя что, и правда так волнует их судьба? Не беспокойся, эти варвары займут подобающее им место. А этот мир будет принадлежать тем, кто более всего заслуживает им править — человечеству.        — Утопив этот мир в крови?        — Ты разве не об этом мечтал, мальчик? — парировал Вильгельм, — Объединить все Семь земель под одним знаменем. Неужели ты настолько наивен, что думаешь, будто сможешь добиться этого мирным путём? Мирного решения не существует, и лучше тебе понять это сейчас. Потом будет хуже.        — Я не позволю тебе поработить народы минипутов, чего бы мне это ни стоило. — твёрдо и уверенно объявил принц.        — Любой ценой? — Вильгельм усмехнулся, — Так ты думаешь, будто тебе нечего бояться? Думаешь, ты видел настоящую войну? Опасное заблуждение. Пора преподать урок.       Вильгельм быстрым шагом направился обратно к своим укреплениям. Артур же молча развернулся и поспешил к своим. Он старался спрятать волнение и страх, но руки предательски дрожали — никогда прежде он не встречал никого, настолько презирающего жителей Семи земель.        — Что он сказал? — поинтересовался Барахлюш сразу после возвращения принца.        — Хотел, чтобы мы просто отдали ему несколько городов без боя. Я отказался. — лаконично ответил принц.        — Там было что-то ещё? — тихо спросила Селения, заглянув в глаза возлюбленного.       — Да. — ответил Артур вполголоса, — Вильгельм намерен предать Кроба и поработить народы минипутов. И мы должны его остановить.        — Мы ждём приказов, сир — обратился Миресмар к вернувшемуся наследнику престола.        — Готовьте орудия и стреляйте по баргхорам на поражение. — сухо ответил юноша. Пусть большая часть артиллеристов сосредоточит огонь на пехоте, охраняющей другой берег. Пусть всадники ждут команды в седлах. Когда у врага закончатся боеприпасы, мы пересечём реку и уничтожим Вильгельма раз и навсегда.       Командиры расчётов передали приказ обслуге, и вокруг бомбард и пушек закипела работа. Похоже, артиллеристы были мотивированы ничуть не хуже наследника престола.        — Вам лучше вернуться в лагерь, — предупредил Ривион, — скоро здесь будет очень опасно находиться.       Артур кивнул и уверенно направился в лагерь. Вильгельм оказался намного опаснее, чем думал юноша, и если не остановить его сразу, Семь Земель могут получить в его лице ещё одного Урдалака.       на позициях остались только артиллеристы, и за спинами Артура, Селении и Барахлюша раздался оглушительный грохот от залпа множества орудий.

***

      Прошёл час. Час напряжённого ожидания. Артур и Селения почти не говорили, только спланировали атаку и, увы, в этот раз воительница снова должна была наступать отдельно, возглавив вторую волну.       Орудия на той стороне реки смолкли. Больше ни одной вспышки, ни одного ядра. Однако заросли на той стороне по-прежнему скрывали войска Вильгельма, лишь изредка мелькали силуэты. Залпы пушек Первого королевства, прежде казавшиеся громогласными, теперь звучали для Артура не громче журчания воды… такими же привычными.       Юноша подошёл к самому краю моста, ведя ездового муравья. Тишина, и ни единого выстрела с другой стороны. Всадники гвардии неуверенно приблизились следом, но никто не решался пройти ещё дальше вперёд: на той стороне по-прежнему поблёскивали на солнце лезвия алебард и умбоны на ростовых щитах: баргхоры не собирались уступать переправу. Напряжение росло, Артур ждал, смотрел и слушал: скоро сведения разведки должны подтвердиться…       Где-то далеко раздался голос командира баргхоров: короткий, чётко различимый приказ на их языке. Непривычным, немного неловким движением Артур взобрался на муравья, и когда он поднял голову, то увидел, как войска, прежде охранявшие переправу, разворачиваются и уходят в заросли.       Это значило, что поставки перехвачены. Это значило, что орудиям баргхоров больше нечем стрелять. Это значило, что противник отступает. Это значило, что пора броситься в погоню и преследовать захватчиков.        — За мной! — громко скомандовал принц и, вынув Меч Власти, мысленно повелел муравью мчаться вперёд на полной скорости. За его спиной зазвучали трубы, сигнал к атаке прокатился по всему западному берегу, и гвардейцы помчались на мост следом за своим предводителем.       Но когда позади Артура осталось три четверти переправы, раздался грохот — многократно более шумный, чем раньше, и намного более пугающий. Принц посмотрел вперёд: прежде отступавшая пехота уже выстроила оборонительные порядки и медленно надвигалась на его воинов. Баргхоры никуда не уходили: они заманивали войска Первого королевства в ловушку.       Юноша оглянулся: с непрекращающимся рокотом на всадников обрушивались всё новые и новые залпы картечи. С ужасающим воем тысячи свинцовых снарядов пробивали латы навылет, ломали кости, рвали плоть, оставляя чудовищные раны. Артур был в безопасности, успев проскочить угол обстрела и добраться до мёртвой зоны, но зрелище этой чудовищной бойни, крики умирающих воинов и мгновенно ударивший в нос запах крови и пороха — к такому принц был не готов.       Не такой он представлял себе войну, и, как и многие до него, и многие после, ошибся.       Внезапно юноше стало тяжело дышать, в глазах потемнело, а мозг, как мантру, повторял одно и то же: «это не по-настоящему, я просто сплю, я сплю, сейчас проснусь, и всё будет нормально». Но даже если бы это было сном, такой ужас преследовал бы всю жизнь. Мозг не способен сотворить настолько чудовищного кошмара, то, что видел Артур, было явью.       Всадники, шедшие в арьергарде, попытались было уйти от обстрела, но несколько ядер, попавших по сваям, обрушили конструкцию. Артур остался один, между неотвратимо наступающими рядами пехоты баргхоров и огненным дождём.       Свалившись с седла и теряя равновесие, принц опёрся на перила моста и, медленно перелез на другую сторону, повиснув на руках. Расстояние до реки казалось немалым, но вода могла смягчить падение. Оставалось только прыгнуть… Артур разжал руки и предоставил дело гравитации…       Удар о водную поверхность привёл юношу в чувство. Он уже учился плавать с грузом, и именно это от него сейчас и требовалось. Долго держаться над водой Артур не мог, единственным шансом было максимально напрячь силы и преодолеть весь путь до другого берега за несколько секунд.       Всего несколько рывков — и закованные в латы руки и ноги уже словно наливаются свинцом, отказываясь подчиняться. Из последних сил Артур выполз на холодную каменную гальку, но его силы уже были истощены — и физические, и моральные. Последнее, что принц успел увидеть прежде чем потерять сознание — как в левую лопатку врезается что-то острое, а взволнованная Селения бежит к принцу, протягивает руку и что-то говорит…