На грани жизни

Ты включаешь свет, только мне темно. Холодно вдвоем, холодно давно. Не хватает сил сделать первый шаг и все изменить…

      Очнулась девушка в большой и дорого обустроенной комнате с красивой, сдержанной палитрой. Эмбер хотела списать всё на галлюцинации, но тянуще-пульсирующая боль в руке не давала этого сделать. Значит, всё, что произошло в полицейском участке — сущая правда. Это не сон и не игра воспалённого воображения. Но, раз это так, то где она находится? И, раз уж на то пошло, то какому же это богатому папику пришло в голову подобрать её — приютскую девчонку, удобно устроившуюся под боком содержательной семьи? Куда делся Джером и почему он её не убил? Убьёт ли потом или отдаст на растерзание своим, как она поняла, прихвостням? Должна ли она человеку, спасшему её? А если да, то каковой будет плата за спасение?       Придаваться всем этим мыслям шатенка долго не смогла, да и не удалось бы при всём желании. Голова жутко болела и кружилась, видимо, из-за большого количества потерянной крови. Лишь тихо простонав от болезненных и столь неприятных ощущений, Эмбер через силу сглотнула, чтобы хоть как-то смочить пересохшее горло. Губы, что явно так же поддались иссушению, неприятно слипались раз за разом, стоило голубоглазой хотя бы предпринять попытки позвать хоть кого-то, а на лбу выступил неприятный, холодный пот, как прочем и на всём теле. — Очнулась? — услышала где-то справа от себя Эмбер и машинально повернула голову к источнику звука, о чём, в прочем, пожалела.       Голова разболелась ещё больше. — Кто ты? — тихо спросила Эмбер, недоверчиво косясь на довольно привлекательную и фигуристую блондинку, что сейчас сидела в кресле напротив кровати. — Я? Барбара Кин. Но для тебя просто Барбара. Вот, держи, — улыбнулась женщина, протягивая стакан с водой Эмбер. — Пей, это не отрава, — заметив на себе недоверчивый взгляд, пояснила беглянка Аркхема.       Эмбер, чуть приподнявшись на локтях, конечно, не без посторонней помощи, принялась жадно глотать содержимое стакана. Сложилось впечатление, что она около суток провела в пустыне и теперь наконец добралась до такого желанного источника, что был своего рода спасением. — Но, это могло вполне себе им оказаться, — прошептала женщина на ухо шатенке, всё так же придерживая её за затылок и помогая держать ёмкость.       От такого заявления, Эмбер подавилась, громко закашлявшись и завалившись на кровать. Морщась от болезненного гула в голове, девушка еле-как перевернулась на бок, а точнее сказать, приняла что-то среднее между этими двумя положениями. — Ну-ну. Не за чем так переживать, — наигранно-заботливо похлопав ту по спине, продолжила Барбара, когда кашель гостьи стих. — Я не причиню тебе вреда, тем более, после того, как Джером любезно поведал мне подробность твоей биографии, Эмбер Эйвери. Но, будь ты родной сестрой гарпии Томпкинс, или имей к ней хоть какие-то тёплые чувства, то тебя бы совершенно случайно нашли мёртвой, и не важно, валяйся ты дохлой от яда или же с перерезанным горлом. — Как любезно с твоей стороны, — съязвила Эмбер. — Ты… Ты бывшая Гордона? — девушка снова приняла лежачее положение, прикрыв глаза. — Ну… Мы скоро будем вместе. Он любит меня. И я люблю его. Просто… Взяли перерыв, понимаешь? — та снова улыбнулась, глядя на изнемождённую собеседницу. — Хотя, куда там тебе понимать. Ещё ведь и восемнадцати нет, верно? — Тебе-то какое дело? — всё так же тихо, но в более грубой манере ответила вопросом на вопрос голубоглазая, но, поняв, что ни к чему хорошему это не приведёт, быстро исправилась. — Нет, мне ещё нет восемнадцати. — Так то лучше, девочка. Ну что, отдыхай, а я пока займусь своими делами, — Барбара встала со стула и, аккуратным движением поправив одежду, собралась уходить, если бы не очередной вопрос со стороны Эмбер. — Подожди. Как я тут оказалась и где я? — Ну… Где, ты сама скоро узнаешь, не хочу портить сюрприз, — Кин кокетливо подмигнула. — А вот на второй вопрос с радостью отвечу. Тебя приволок к нам Джером. Точнее, притащил ещё в машину, которую, между прочим, нам с Табитой пришлось отмывать. Ну, как отмывать? Скорее, контролировать процесс. Но это всё равно не меняет сути. — Табитой? — значит, тут есть ещё одна женщина.       Плюс один потенциальный враг. Она тоже сбежала из Аркхема или же работает в этом богатом доме? — Скоро сама с ней познакомишься. Пока. Если вдруг что-то понадобится, звони, — взглядом женщина указала на небольшую кнопку яркого красного цвета, встроенную в прикроватную тумбочку. — А где Джером? — после недолгого пояснения, спросила шатенка. — Ушёл по делам. Это всё, что тебе необходимо знать. Всё. Больше никаких вопросов, спи, милая, — после этих слов женщина покинула помещение.       Недосказанность и неизвестность вселяли страх и желание поскорее сбежать из этого места. Что Эмбер узнала, исходя из недолгой беседы с Барбарой? У неё появился потенциальный враг в виде самой женщины. Скорее всего, раз она здесь, то и остальные сбежавшие психиатрической клиники тоже. А ещё, Джером, так весело и совершенно несерьёзно дававший ей право выбора и без задней мысли простреливший руку, тоже, скорее всего где-то близко.       Снова очнувшись, шатенка обнаружила, что прострелянная насквозь рука, стала кровить, казалось, ещё больше, от чего создавалось неприятное липкое и влажное ощущение в области ладони.       Кое-как повернув голову, чтобы посмотреть и хотя бы визуально оценить масштабность ранения, для себя Эмбер подметила, что наверняка скоро снова отключится. Лишь прерывисто выдохнув и снова тяжело вздохнув, шатенка перевела взгляд на потолок, всё так же неподвижно лёжа на кровати и слушая навязчивый то ли звон, то ли писк в ушах.       Как раз в этот момент в комнату зашёл высокий мужчина, лет сорока на вид. Одетый с иголочки, всем своим видом он показывал, кто тут настоящий хозяин положения и кто правит балом. Именно эта, не первый взгляд, напыщенность и вызвала у девушки резкое отторжение.       Заметив, что та прибывает в сознании мужчина завёл диалог первым, представляясь. — Здравствуй, Эмбер Эйвери, — слащаво улыбнулся он, наблюдая за девушкой. — Я — Тео Галаван. Хозяин этого поместья. — Это ты освободил… Заключённых из Аркхема? — шатенке приходилось делать большие паузы, чтобы хоть как-то собраться с мыслями и не отключиться от изнеможения и боли в голове. — Надо же, ты прямо как настоящий полицейский, — ушёл от ответа мужчина, усмехнувшись. — На кого ты учишься? — Значит ты, — тихо ответила сама на свой же вопрос Эмбер. — Ты весьма неглупа. Это похвально. Но… Не делай поспешных выводов и не будь уверена в своих убеждениях на все сто процентов. Это может плохо обернуться для тебя, — подметил Галаван. — Вижу, твоя рука снова начала кровоточить? Назови мне свою группу крови. Есть большая вероятность того, что если твой организм продолжит такими же темпами, нам так или иначе прийдётся сделать тебе переливание.       В ответ тишина и полный игнор со стороны шатенки. — Милая…       Ну вот, опять. Теперь каждый приходящий к ней человек будет называть Эмбер именно так? В конце-концов у неё есть собственное имя! И этот человек вполне себе неплохо его знает! Так почему же начинает всё это? — Я вам не милая, — прошипела девушка, нарочно отворачиваясь. — Ладно, хорошо. Эмбер. Так будет лучше? — снова эта слощавая улыбка.       Ответа снова не последовало. — Так, какая у тебя группа крови?       Всё же, каким-то чудесным образом, мужчине удалось вывести Эмбер на более или менее нормальный диалог, добиваясь нужных для себя ответов и изредка отвечая на вопросы, задаваемые ей. — Думаю, мы поняли друг-друга, — произнёс мужчина, покидая комнату. — Если тебе станет лучше к завтрашнему вечеру, Барбара покажет тебе дом и познакомит с некоторыми его обитателями. А пока что, отдыхай. — Какие у вас на меня планы? — всё же решилась задать, пожалуй, самый волнующий её вопрос, Эмбер. — Ты о чём? — Я выбирала второй вариант… — Ах, ты об этом? Увы, это не в моих полномочиях. Условия тебе ставил Джером, а значит у него и спросишь. В ваши личные отношения я лезть не собираюсь. — Отношения? — этот вопрос так и остался без ответа, банально потому что мужчина вышел из комнаты.       И что же такое наговорил Галавану Джером, что она теперь, даже истекающая кровью и явно являющаяся той ещё обузой находится, по первому впечатлению, ни на плохих таких правах. И даже не на птичьих. Некоторое время спустя к Эмбер в комнату пришёл какой-то, скорее всего работающий на Тео Галавана врач и, наконец остановив кровотечение и обработав рану, попрощался с шатенкой, предварительно поставив капельницу. Мужчина так же как и Барбара, какое-то время ранее сказал, что если вдруг что, кнопка на тумбе в помощь. — Круто! — зло прошипела голубоглазая, выдёргивая катетер и кое-как отворачиваясь и от капельницы, и от окна, вновь погружаясь в свои мысли.

***

— Джером! Зачем ты приволок с собой эту девчонку? — недовольствовала Барбара, брезгливо пытаясь предать бессознательному телу более или менее сидячее положение. — Ты ей ещё и руку прострелил! Просто замечательно! — Я знал, что тебе понравится, — самодовольно усмехнулся тот, глядя в зеркало заднего вида на машине и следя за тем, чтобы за ними не было погони. — Она же сейчас тут всё кровью зальёт! — попутно отрывая край от рукава рубашки девушки и неумело, но достаточно туго перебинтовывая рану, продолжала возмущаться Кин. — А это уже не твои и уж тем более не мои проблемы! Машина Галавана, вот он пусть и отмывает, этот старый хрыщ слишком зажрался, — с полуоскалом на лице прошипел юноша. — Ты просто самодовольный и напыщенный кретин, — сделала вывод женщина, тяжело выдохнув. — Спорить с тобой бесполезно. Как и пытаться хоть что-то доказать. — Ты просто не умеешь, — пожал плечами юноша, продолжая вести машину на огромной скорости, игнорируя абсолютно все правила дорожного движения.       Эта реплика осталась проигнорирована блондинкой. Единственное, о чём она пожалуй думала сейчас, как они будут объяснять Тео такого вот незапланированного гостя? Сказать, что оказывала сопротивление — слишком глупо, можно было убить её ещё в участке. Давняя знакомая или подруга — слишком банально, не поверит. Тогда что? И… Кто будет возиться с ней, если состояние девушки резко пойдёт на спад? — Как ты будешь объяснять её появление? — всё же спросила Кин, и, казалось, это волновало только её. — За это не переживай, с тебя никто три шкуры драть не будет, хотя, — тот обернулся на долю секунды, оценивающе посмотрев на блондинку. — Нечего и драть, — было сказано это специально, чтобы подколоть. Посмотреть за реакцией и агрессией в свою сторону и насладиться этим в полной мере. Люди слишком падки на провокации, это Джером уяснил ещё в Аркхеме. Закрепил на свободе. Теперь же парень умело пользовался этим, каждый раз поражаясь разнообразию реакций где-то в глубине души. — За дорогой смотри! — рявкнула на него Барбара. Дальше же они доехали в тишине. Если конечно не считать крика испуганной толпы снаружи, визга тормозов и гула полицейских сирен. — Галаван! У нас гостья! — с бессознательным телом на плече вошёл в главный зал Джером, улыбаясь, если не оскалясь во все тридцать два.       Позади шла явно раздражённая Барбара, но, не смотря на это, она не показывала того, что бы могло хоть как-то на это указать. Проявила себя женщина как всегда в наилучшем свете — с ровной, воистину королевской осанкой и полуулыбкой на лице. Единственное, что выдавало её настоящие эмоции — глаза. Но, тут уж ничего не поделаешь. Не зря же именно они — зеркало души. — Вы неплохо справились, — проигнорировав факт присутствия чужака в своём поместья, начал Галаван. — Барбара, молодец. На Гордоне всего лишь пара царапин, — девушка лишь усмехнулась, кивнув в знак благодарности, но совершенно не глядя на мужчину: взгляд её был устремлён на Табиту. — Джером. С тобой нас ждёт отдельный и очень серьёзный диалог, — на это парень лишь играючи закатил глаза, совершенно никак не воспринимая стоящего перед собой Тео.       Он знал, на чьей стороне сегодня удача. Знал, как вывернет ситуацию в свою сторону. Понимал, какие можно привести аргументы и как уйти от наказания, если то всё же последует. Валеска совершенно не боялся. В голове у него блуждали известные только ему планы и в них явно не входило повиновение кому-либо. — Табита, не могли бы вы с Барбарой ненадолго покинуть помещение? — мужчина любезно и слащаво улыбнулся сестре.       Повторять два раза ему не пришлось. У этих двоих явно были планы друг на друга. — Теперь, что касается тебя, — мужчина проводил взглядом юношу, который совершенно по-хозяйски прошёлся вдоль комнаты к дивану и, свалив с плеча тело Эмбер, плюхнулся рядом, активно поедая какую-то сладость. — Что ты себе позволяешь? — Фи, Галаван, — брезгливо поморщился Валеска, состроив гримасу отвращения. — Что за тон? — Что за поведение? К чему нам эта девчонка. От неё нет никакого толка и думаю, ты это понимаешь, — на эту фразу парень лишь ядовито усмехнулся, но перебивать мужчину не стал, позволяя закончить свою мысль. — Если тебе не хватает женщины, в чём проблема? Есть куча заведений для удовлетворения подобного рода потребностей. Сюда же нечего таскать всякую шваль. Ты, — хотел Тео было сказать: избавишься от неё сегодня же и мы забудем это как страшный сон, но нет. — Ты позволишь ей остаться здесь и выдрессируешь, придавая этому алмазу красивую огранку, — перебил его Валеска, ядовито усмехаясь и испепеляя стоящего перед собой собеседника взглядом.       Галаван лишь удивлённо вскинул бровь. — Что ты имеешь ввиду, Джером? — А то и имею. С этой девчонкой, кстати, её зовут Эмбер, так, на будущее, я знаком с детства. Можно сказать, что мы даже дружили. Так вот, — парень встал, чинно вышагивая по помещению, держа руки за спиной. — За всё это время, я смог неплохо так изучить её. Она слишком гибка и податлива. Стоит задать лишь нужное направление, а дальше… Само понимаешь, используй — не хочу. К тому же, она слишком ко мне привязана. — Что ж… Это довольно интересно. Но вот только правда ли? — Джером лишь оскалился. — Она тесно связана с участком и в курсе всех дел, которые там расследуются. К тому же, она как никто из нас близка, догадайся к кому? — Валеска выдержал многозначительную паузу. — К Джиму-у Гордону! — громко произнёс тот, раскинув руки в стороны. — Ну что? Она всё ещё бесполезная шваль в твоих глазах? М? Галаван? — парень стал угрожающе подходить к мужчине, всё так же скалясь. — Это весьма интересно, — казалось, тот вообще не переживал по поводу надвигающегося на себя маньяка-психопата. — Я дам шанс этому эксперименту. Но учти — он только один. Второго не дано. Если ты провалишься — умрёшь.       В глазах парня словно черти заплясали. — Тогда, по рукам? — тот хищно усмехнулся, лишь мимолётно облизнув пересохшие губы. — По рукам, — слащаво улыбнулся Галаван, пожимая руку юноши. — Не подведи. — Ну что ты, мамочка, — уже перекидывая через плечо тело Эмбер, усмехнулся Джером. — Не сомневайся во мне, — казалось, последнюю фразу он буквально прошипел, вложив в неё всю свою злобу в купе с ожесточением.

***

      Прошло где-то около трёх суток. За это время Эмбер более или менее освоилась в роли эдакого инвалида, который даже сделать ничего толком не может. С учётом того, что она левша, а пострадала именно левая рука, делать даже самые банальные вещи, будь то расчёсывание или же простая чистка зубов, было крайне проблематично. Во всём ей, конечно не из-под палки и не по доброте душевной, помогала Барбара. Даже прикупила какую-никакую сменную одежду, взамен старой, безнадёжно испорченной.       Но… Беспокоило Эйвери отнюдь не это.       Где же тот, кто приволок её сюда? Почему все эти трое суток от него ни слуху, ни духу. Что он задумал и что будет с ней делать? Какие планы у Джерома?       Долго ломать голову над этим не пришлось. Сейчас, сидя в своей, ну, по крайне мере на время проживания в доме Галаванов, комнате, Эмбер уже в который раз пыталась перезастегнуть пуговицы на рубашке что в спешке были застёгнуты неправильно. Как всегда, с головой погрузившись в свои мысли, она не заметила, открывшуюся входную дверь и тихий стук костяшек пальцев о косяк. — Какое зрелище! — притворно-заговорчески вздохнул Валеска, так и застыв на входе, театрально хлопая в ладоши.       Эмбер как током прошибло. — Не прошло и полугода, — съязвила девушка, нахмурившись и глядя на парня исподлобья. — Тебе что-то нужно? — Ну-ну, даже не обнимешь старого друга? — тот лишь усмехнулся, раскинув руки. — С радостью, но не могу. Ты мне не друг, по крайне мере, теперь я сильно в этом сомневаюсь. Друзья не причиняют боли и не угрожают жизни! — Оу, даже так. Решила показать зубки? — тот по-хозяйски плюхнулся в кресло, рассматривая девушку с ног до головы. — В чём-то ты права. Я не друг. Скорее… Любовник?       От подобного заявления шатенка чуть ли не подавилась воздухом. Некоторое время, пытаясь собраться с мыслями, она лишь как рыба, шевелила губами в немом возмущении, но всё же, решила высказаться. — Что-то не припомню, чтобы между нами было что-то, из-за чего бы мы носили гордое звание — любовники. — Ну как же так? Переписки, поцелуй и… И как минимум то, что ты расхаживаешь передо мной в лифчике и трусах, — Валеска лишь усмехнулся, наблюдая за попунцовевшей собеседницей. — Да катись ты к чёрту! — запустив в него первое, что попалось под руку, благо, это оказалась лишь какая-то книга, а не хрустальная ваза, стоящая от неё буквально в паре сантиметрах, Эмбер быстро заскочила в ванную, закрываясь изнутри на щеколду. — Милая, чего ты стесняешься? — ядовито пропел тот, усаживаясь под дверь. — Джером! Хватит издеваться! -прикрикнула на него девушка, оседая на пол. — Я… Я как дура хотела убедиться, что с тобой всё в порядке! Что в Аркхеме тебя не изничтожили! Я надеялась, что от тебя останется хоть что-то, что я смогла увидеть в том Джероме, которого знала… Как видишь, я ошибалась… — последнее, она говорила тише. — Наверное… Наверное я даже не знала тебя. Знаешь, я… Мне больно это говорить, но… Я жалею, что смогла довериться тебе. Я ошиблась. И, наверное, не прощу себя за эту ошибку.       Всё это время Валеска молчал, позволяя ей выговориться. Внутри остался сухой, изнемождающий осадок, но придавать этому колоссального значения он не стал. Забыл в следующую же минуту. Не захотел загружать себя такими ненужными мыслями. Это слишком сложно, а если так, то зачем усложнять собственную жизнь? К тому же, теперь, когда он свободен. Свободен от всего. В том числе и от дружбы. Для себя он прервал её ещё в Аркхеме. Нет. Даже раньше. Ещё в тот самый момент, когда решился поцеловать её — его бывшую подругу детства. — Джером? — окликнула его девушка, совершенно тихо. — Зачем ты приволок меня сюда? — Хочу помочь тебе освободиться, — спонтанно ляпнул Валеска. — Держа в заперти в этом особняке? Угрожая пистолетом? Убивая на моих глазах людей?       По ту сторону двери послышался хохот, перерастающий в истерический смех. — Только не надо мне заливать! Ты прекрасно понимаешь о чём я. И прекрасно понимала, с кем связываешься! Иначе бы не изрисовала моими портретами весь свой блокнот!       Эмбер замолчала, где-то в глубине души прекрасно осознавая то, что в чём-то Валеска прав. Она знала, во что ввязывалась, когда решила нырнуть за ним в кабинет комиссара и осознавала риск, когда продолжала общение с ним, написывая в Аркхем, даже когда не было ответов. — Что? — насколько это было возможно, быстро, открыв дверь, Эмбер выглянула из своего укрытия. — Откуда ты знаешь?       Парень лишь повертел в руках старую потрёпанную книжонку, усмехаясь. — Заглядывал к тебе в гости. Твоя любимая сестрёнка слишком сильно убивается по тебе. Знаешь, мне было даже интересно послушать её причитания и рыдания, — многозначительно закивал головой парень, после чего издал смешок. — Шучу! Ничего подобного! — резко встав на ноги, приободрился тот. — И в голову не приходило!       Девушка резко отпрянула назад, попытавшись закрыть дверь, но это ей помешала сделать нога, а точнее стопа, которую так вовремя поставил наперекор парень. — Джером, — девушка нахмурилась. — Всё, что я хотела сказать, я уже сказала и… — Зато я не сказал. Что за эгоизм с твоей стороны? - Валеска усмехнулся. — С того самого дня в допросной, я думал над тем, почему же ты всё-таки ответила. И знаешь что? — он взглянул шатенке в глаза, удерживая многозначительную паузу. — Я понял, почему. Ты сломалась. Сломалась ещё тогда, когда поняла, кто убийца Лайлы, — матерью назвать эту женщину, язык у рыжего не поворачивался. — Ты сломалась, когда написывала мне. Знаешь, сколько писем мне пришлось уничтожить, прежде чем я осознал, что стало причиной такой бомбардировки? И не отвечал я только потому-что понимал, ты будешь продолжать, снова и снова. День за днём. И, как видишь, я не ошибся, — всё это было произнесено настолько внушающие, что у Эмбер просто не было шансов куда-либо спрятаться. — Тебя тянет на эту сторону. Тянет к нам — на свободу. Ты пытаешься это отрицать, но твои попытки слишком жалкие! Уж поверь мне! — Хватит, ты несёшь полный бред, — отведя взгляд, произнесла шатенка, неожиданно для себя твёрдым и спокойным голосом. — И ты не можешь его отрицать, потому что этот бред — сущая правда, — повернув её лицо к себе, грубо сжимая чуть шершавыми пальцами подбородок девушки, не унимался Валека.       Джером, казалось, не слышал её и продолжал прощупывать почву под ногами, ища подход к этой его бывшей подруге. Он знал наверняка — ещё немного и она сломается. — Ты слишком падкая на нарушение правил. Но слишком напыщенная дура, чтобы это признать! Грёбаных два года, всего два года, что я был в Аркхеме хватило, чтобы эта идиотка Томпкинс могла промыть тебе мозги! — Она не… — Что? Будешь её защищать? Хочешь сказать, это не так? Ты глубоко ошибаешься! Останови меня, если я неправ. Год назад ты убила человека. Уж не знаю, что он там тебе хотел сделать, но ты его убила. Сокрыть это тебе удалось. И тебе это понравилось. Понравилось быть безнаказанной. Понравилось видеть то, как кто-то умирает на твоих глазах. Понравилось отнимать чужую жизнь. Уж поверь, я знаю, каково это, — последнее, он прошептал девушке на ухо, словно внушая свою точку зрения. — Я сам убивал. Много-много, чертовски много раз! — тот залился истерическим смехом, после чего мгновенно остановился, когда получил звонкую, горящую пощёчину.       Переведя взгляд на девчонку, он не видел перед собой той, притворяющейся храброй и дерзкой Эмбер. Сейчас, именно в этот момент, когда он наконец нашёл нужную ниточку и дёрнул за неё, показалась она настоящая. — Этот урод пытался меня убить, я всего лишь защищалась! — срываясь на крик, стала пытаться оправдать свои действия шатенка. — Ты могла бы заявить потом, что же тебя остановило? Или же… Или же наоборот, подтолкнуло? М? — не дождавшись ответа, он продолжил. — Хочешь знать ответ? Ты — такая же как и я, как и все мы. Только тебе слишком сложно это принять и понять! Ты слишком тупая для этого! — состроив из пальцев пистолет и приставив его ко лбу Эмбер, Джером «произвёл выстрел». — Позволь мне помочь тебе освободиться.       От этой фразы голубоглазую передёрнуло. Она не понимала, откуда он знает про убийство, совершенное ей и зачем пытается внушить что-то про свободу. Ровно так же как и всё вышеперечисленное, она не понимала, почему он произнёс последнее более мягко и… Нежно?       Лишь тяжело сглотнув, девушка опустила голову, прерывисто выдохнув и задрожав всем телом. Нос и глаза неприятно пекло и щипало, губы начинали подрагивать. Ещё немного и она заплачет. Разревётся белугой прямо перед ним.       Валеска лишь тяжело выдохнул, закатив глаза и издав какое-то внутриутробное, раздражённое рычание. — Что-то мне подсказывает, что выбивать всю ту дурь, которую тебе внушили, придётся ещё ой как долго, — усмехнулся парень.       Некоторое время простояв вот так, не меняя своего положения, Валеска ещё долго рассматривал стоящую перед собой Эмбер, после чего, ровно так же, как и два года назад, поцеловал её. Резко и без предупреждения. Только на этот раз, она никак не отреагировала, а вместо приятной горечи кофе, он ощутил лишь солёную влагу слёз.       Девушка просто стояла столбом, тихо плача и совершенно не проявляя никакой инициативы.       Решив, что так дело не пойдёт, парень резко запихнул шатенку в комнату и, стянув с неё всё так же расстёгнутую рубашку, не разрывая поцелуя, крепко обнял за талию, прижимая к себе. — Ну же, — прошипел он прямо в губы Эмбер, беспорядочно шаря по её спине руками. — Ответь! И снова этот жадный, всепоглощающий поцелуй. Голубоглазой не оставалось ничего, кроме как снова поддаться Валеске и… Сломаться… — Вот так, — Джером слегка улыбнулся, подсаживая её на край шкафчика и утыкаясь носом в шею Эйвери, полной грудью вдыхая приятный и ненавязчивый запах лесных ягод.       Лёгкими поцелуями Валеска прошёлся от ключиц к скулам, с упоением наблюдая за пробежавшими по коже Эмбер мурашками и снова жадно поцеловал девушку, активно участвуя в битве за первенство. Развязно. Жадно. Так, словно это был последний в его жизни поцелуй.       Ему было чертовски приято ощущать жар, исходящий от её тела и её тонкие пальцы в своих волосах и на шее… Но… На этом он решил остановиться. Резко отстранившись, тяжело выдохнув Эмбер в самые губы, тот смотрел в красные от ещё невысохших слёз глаза и широко улыбался.       С несвойственной ему нежностью взяв в свою руку перебинтованную ладонь шатенки, он коснулся ранения лёгким, почти невесомым поцелуем. Девушка лишь молча наблюдала за этим, не находя, что нужно говорить в такой ситуации.       Решив не нарушать тишины, Валеска лишь коротко взглянул на голубоглазую и покинул помещение, небрежно взлохматив волосы рукой.       Сползая с тумбы и осев н холодный пол, Эйвери снова продолжила плакать, задыхаясь в собственных рыданиях и не находя местечка для успокоения. А в это время по всем телеэфиром крутили запись оставленную отъявленным психом в участке и фото пропавшей семнадцатилетней девушки, которую так и не удалось отыскать.