Хранитель и колодец

Ника обняла его, высунув руку из-под пледа, и довольно засопела. Какое-то время они провели в совершенной идиллии, почти не шевелясь, наслаждаясь теплом друг друга. Рэн настолько вымотался, что уже готов был провалиться в сон, прямо здесь, на этом диване, когда Ника заворочалась и повернулась к нему лицом. — Правда или действие? — внезапно спросила девчонка, серьезно глядя на него. — Серьезно? Ты хочешь со мной поиграть? Я вообще-то твой преподаватель. — Рэн зевнул. Ника лишь пожала плечами и лукаво улыбнулась: — Правда или действие? — Ты не сдашься, да? — Он покорно потянулся к пульту и сделал тише. — Даже не надейся. — Правда. — Расскажи, что сегодня случилось. Рэн подавил тяжелый вздох, вспоминая выплеск. — Хаос накрыл семью, в которой и так все было сложно. Псих сорвался с катушек и избил жену и ребенка почти до смерти. А когда я вытянул из него силу, понял, что даже если бы выплеска не было, это все равно бы произошло. Только, может, чуть позже. Дальше — скорая, полиция. В общем, отвратительный день. Я не очень привык к такому. Обычно хаос выглядит... Страшно и разрушительно, но не так мерзко. Хочется встать под душ и к чертям смыть с себя все воспоминания об этом дне. Рэн передернул плечами и, глядя на то, как в ужасе округлились глаза девушки, спешно сменил тему: — Моя очередь. Правда или действие? — Правда, — Ника закусила губу, явно расстроенная услышанным. — Расскажи о своей семье. — О нет, — девушка спрятала лицо в ладони. — Ты же знаешь, что я не люблю говорить об этом. — Ты сама выбрала правду. — Ладно, ладно! Отец нас бросил, когда я была маленькой. Изменил и ушел к другой. Я не знаю подробностей, мать не любит рассказывать, но прошло уже много лет, а она до сих пор соревнуется с той, другой, самоутверждаясь за счет других мужчин и пытаясь доказать самой себе, что она успешна и привлекательна. Она всегда была занята своей жизнью и своими мужчинами больше, чем мной. Я для нее была скорее обузой. — Вы общаетесь? — Редко. Мне кажется, что когда я уехала, ей стало проще. Исчезла необходимость заботиться о ком-то еще. Иногда мы созваниваемся, но у нас не так много общих тем. Формально спрашиваем, как друг у друга дела, и, с облегчением узнав, что все в порядке, прощаемся до следующего созвона. — Обижаешься на нее? — Нет. Я привыкла. В конце концов, я уже взрослая. Правда или действие? Очевидно было, что Ника не хочет развивать этот разговор, и Рэн не стал настаивать. — Правда. — Что это было? На кемпинге… Задавая этот вопрос, девушка едва заметно покраснела. Заметив это, Рэн усмехнулся, и неожиданно для себя честно ответил: — Когда на берег вышли Джейсон с Оливией, я правда просто хотел отойти в тень, чтобы не пошли слухи. Но когда мы оказались под деревьями так близко друг к другу, я понял, что хочу большего. После сильных всплесков самоконтроль отказывает. А утром я видел тебя в купальнике, капли стекали по твоей коже, и… В общем, тогда я сдержался с огромным трудом. Почти сдержался. Рэн улыбнулся, когда девушка смущенно отвела взгляд. — Твоя очередь. — Действие, — ее голос дрогнул. — Поцелуй меня. Когда она завозилась, выпутываясь из пледа, Рэн, наплевав на игру, сам навис над ней и прикоснулся к ее губам. Девушка шевельнулась под ним, отвечая, прижимаясь сильнее. Он спустился ниже, покрывая поцелуями ее шею,и замер где-то под ключицами, чувствуя, как участилось ее дыхание и сжались сильнее руки на его плечах. Когда он прикоснулся языком к коже над вырезом блузки, Ника напряглась. — Если ты скажешь нет, я остановлюсь. — Рэн на мгновение приподнял голову и серьезно посмотрел на девушку. Та лишь закусила губу и качнула головой. — Я просто… Мужчина улыбнулся, когда заметил ее расширившиеся зрачки и румянец на скулах. — Боишься? И когда она зажмурилась, неуверенно кивнув, мягко поцеловал ее, чувствуя, как она расслабляется под его руками. Он улыбнулся, медленно расстегивая пуговицы, следя за ее реакцией, готовый в любой момент прерваться. Когда он, наконец, сдвинул шелк с ее груди и прикоснулся языком к затвердевшему соску, Ника громко выдохнула и зарылась пальцами в его волосы. Рэн с трудом сдерживался. Это все совершенно невозможно, она его студентка, и он не должен… Но все же, вопреки собственным аргументам, продолжал целовать ее тело, прикасаться к ее обнаженной коже, а когда она застонала и подалась навстречу его губам, все мысли покинули его голову. Когда он опустился ниже, девушка застыла, глядя на него со смесью возбуждения и затаенного страха. — Я не уверена, что… — Ты можешь остановить меня в любой момент, — видя, что она боится, Рэн едва заставил себя замедлиться. Совсем еще девчонка. Неопытная, смущенная, но чертовски сексуальная. У мужчины просто сносило крышу, когда он смотрел на нее такую — растрепанную, в распахнутой блузке, с напрягшейся грудью, полуобнаженную. — Просто скажи, когда захочешь все закончить. Нам не обязательно… Доводить все до конца. Я просто хочу поласкать тебя. Хорошо? Сила внутри него рвалась и металась, изливаясь в девушку, опутывая ее потоками, жадно облизывая. В отличие от своих желаний, энергию Рэн не сдерживал и позволял потокам делать все, что угодно, чувствуя, как согревается Ника, как разгорается румянец на ее коже от прилива силы. Когда девушка неуверенно кивнула, и Рэн понял, что сегодня не будет торопиться. Успеет еще наверстать. Он улыбнулся своим далеко идущим планам, и успокаивающе поцеловал Нику, погладил по бедру, а когда она застонала, провел рукой между ног и сдвинул в сторону тонкую ткань, едва сдерживаясь. Девушка распахнула глаза и резко втянула воздух, когда он накрыл большим пальцем чувствительное местечко и начал поглаживать. Он впился в ее губы, отвлекая, успокаивая, переключая внимание, а когда она расслабилась, привыкнув, Рэн проник двумя пальцами внутрь, невыносимо медленно, погружаясь еще глубже, заставляя ее выгибаться и громко стонать ему в рот, подчиняясь этому сумасшедшему ритму. Он чувствовал, какая она горячая, как жарко отвечает ему, двигаясь все быстрее, покоряясь его движениями, и сжимал зубы, пытаясь сдерживаться из последних сил, уговаривая себя, но совешенно теряя голову от ее реакции. Он сходил с ума, глядя на то, как резко вздымается ее грудь, как она подается бедрами ему навстречу, как зажмуривает глаза и комкает в пальцах плед, и, наконец, содрогнувшись всем телом, расслабляется, мягко выдохнув ему в шею и затихнув. Рэн приложил невероятные усилия, чтобы отказаться от продолжения, поцеловал девушку в макушку и прижал к себе, продолжая медленно поглаживать, наравне с сильным желанием и собственным неудовлетворением, чувствуя странное тепло и непривычную для себя нежность. Когда Ника, придя в себя, завозилась рядом, он подхватил ее на руки, не обращая внимания на возражения, и отнес в кровать, укрыв одеялом. Хватит с них на сегодня. Короткий поход в ванную, несколько движений, принесших долгожданное облегчение — и он устроился за ее спиной, обнимая и легко целуя в шею. — Ш-ш-ш, спи, — мягко остановил он девушку, когда она сонно обернулась и попыталась что-то сказать. — Завтра поговорим.